Господину благовѣрному и боголюбивому великому князю Василию Дмитреевичу1 – Кирило, чернечище многогрѣшный, съ всею братицею.
На твоей, господине, доволной еже к нам милостыне много челомъ бием и радуемся, господине, о тебѣ, что имѣеши сицеву вѣру ко Пречистой Богородицы и нашей нищете, и о велицем твоемъ смирении.
О сем же, господине, радуемся и скорбимъ, что паче слова и смысла безмѣрное твое смирение: посылаеши ко мнѣ грѣшному и нищему и всякого дѣла блага удалившагося. Ты, господине, – князь великий всея земля Руския, и, смиряяся, ко мнѣ посылаеши грѣшному и страстному и недостойному небеси и земля и того самого иноческаго жытия. И яз, господине, грѣшный истинно о семъ скорблю недостоиньства ради своего; радуем же ся, господине, благаго ради твоего произволения и смиреномудраго нрава, яко сим сподобишися, господине, преблагому нашему Владыцѣ и Господу, от толикия неизреченныя славы и с высоты сшедшему нас ради грѣшных и смирившуся даже и до рабия образа. Сице, господине, и ты от толикия славы мира сего преклонися смирениемъ к нашей нищете; и от сего, господине, познаваемъ великую твою любовь к Богу и ко Пречистей Его Матери.
Елико бо приближаются святии к Богу любовию, толико видят себе грѣшна. Ты бо, господине, смирениемъ велико себѣ приобрѣтаешь спасение и ползу душевную. Тѣмъ, господине, аз грѣшный паче печалую душею, что мене недостойнаго и покоршагося всякому грѣху сице ублажаете, не притяжавша не единоя добродѣтели, но всякой страсти повиннаго, и таково, господине, моление посылаеши ко мнѣ, не могущему и о своих грѣсѣхъ Бога умолити. И какъ о тебѣ, господине, Бога умолю, самому ми сушу исполнену всякаго грѣха и дѣла зла?
Но, господине, писано, что не велит отрицатися и грѣшным молити Бога о велящих за ся, вѣры ради их. Тѣм же, господине, ради вѣры твоея великия не оставит тебѣ Богъ, но помилуетъ, и Пречистая Госпожа Богородица и Царица наша поможет ти по вся дни живота твоего и подастъ ти изцѣление души жъ и тѣлу, – что нас, нищих ея, господине, не забываеши, в пустом сем мѣсте събравшихся во обители ея, но часто призираеши доволными милостынями.
Мы же, господине, не можемъ о семъ тебѣ воздати ничтоже, но Пречистая Госпожа Богородица, надежа и упование наше, испросить на тя милость у Сына своего в сий вѣкъ и въ будущий. А яз грѣшный с своею братиицею, господине, елика сила, ради Бога молити о тебѣ, нашемъ господине, и о твоей княгине, и о твоих дѣтках, и о всѣх християнех, Богомъ порученных тебѣ.
Ты же, господине, самъ Бога ради внемли себѣ и всему княжению твоему, в немже тя постави Духъ Святый пасти люди Господня, еже стяжа честною си кровию.2 Якоже бо великия власти сподобился еси от Бога, толикимъ болшим воздаяниемъ долженъ еси. Воздай же убо Благодателю долгъ, святыа Его храня заповѣди, всякаго укланяясь пути, ведущаго в пагубу.
Якоже бо о караблехъ есть: егда убо наемникъ, еже есть гребец, соблазнится, мал вред творит плавающимъ съ нимъ; егда же кормчий, тогда всему кораблю творит пагубу. Такоже, господине, и о князех: аще кто от бояр согрѣшит, не творитъ всѣм людем пакости, но токмо себѣ единому; аще ли же сам князь согрѣшит, всѣм людем иже под ним сотворяет вред.
Ты же, господине, со многою твердостию храни себе в добрых дѣлех. Рече бо святый апостолъ: «Миръ имѣйте и святыню, без нея же никтоже узритъ Господа». Возненавиди, господине, всяку власть, влекущую тя на грѣх, непреложенъ имѣй благочестия помыслъ и не возвышайся, господине, временною славою к суетному шатанию: мал же убо и кратокъ сущий здѣ живот, и с плотию сопряжена смерть. И сия убо помышляй, – не впадеши в ров гордостный. Но бойся, господине, Бога, истиннаго Царя, и блажен будеши. «Блаженны бо, – рече, – боящиися Господа».3
Воспоминаимъ, господине, надежду будущаго вѣка и царство небесное, радость святых и веселие съ аггелы, надо всѣми же зрѣние пресладкаго лица Божиа: То бо воистинну доброта неизреченная, весь сладость и желание и любовь несытая всѣмъ любящим Его и творящим пречистую волю Его.
Да слышал есми, господине князь великий, что смущение велико межу тобою и сродники твои, княжми Суждалскими: ты, господине, свою правду сказываешъ, а они свою. А в том, господине, меж васъ християном кровопролитие велико чинится. Ино, господине, посмотри того истинно: в чем будет их правда пред тобою, и ты, господине, смирением своимъ поступи на себе. А в чемъ будет твоя правда пред ними, и ты, господине, за собя стой по правдѣ. А почнут ти, господине, бити челом, и ты бы, господине, Бога ради пожаловал их по их вѣре, занеже, господине, такъ слышалъ есмь, что доселе были у тебѣ в нужи, да отътого ся, господине, и возбранили. И ты господине, Бога ради покажи к ним свою любовь и жалование, чтобы не погибли в заблужении в Татарских странах, да тамо бы не скончалися.
Занеже, господине, ни царство, ни княжение, ни иная кая власть не может нас избавити отъ нелицемѣрнаго суда Божия. А еже, господине, возлюбити ближняго яко себе и утѣшити душа скорбящая и озлобленыя много поможет на страшнемъ судѣ Христовѣ, понеже пишетъ апостолъ Павел, ученикъ Христовъ: «Аще имам вѣру горы преставляти, аще имамъ раздати все имѣние мое, любве же не имамъ, ничтоже полза ми есть».4 Возлюбленный же пишет Иоан Богословъ: «Аще кто речет: “Бога люблю, а брата своего ненавижу”, – ложь есть».5 Тѣмже и ты, господине, возлюби Бога от всея душа своея, тако возлюби и братию свою и вся христиане. И так, господине, вѣра твоя к Богу, милостыня твоя к нищим богоприятна будетъ.
А милость Божия и Пречистыя Богородицы на тебѣ, на моем господине, на великом князе Василье, да будет, и на твоей великой княгине, и на ваших дѣтках, и мое благословение и молитва и моей братии. Аминь.
* * *
Примечания
Василий Дмитриевич (1371–1425) – старший сын Дмитрия Ивановича Донского, великий князь московский и владимирский (1389–1425 гг.), возведен на престол во Владимире ханским послом Шахматом. Когда Москве угрожал Тамерлан, 26 августа 1395 г., по приказу Василия Дмитриевича туда из Владимира была перенесена икона Богоматери Владимирской, и Тамерлан повернул от Москвы. Несмотря на то что в княжение Василия Дмитриевича Московская Русь терпела урон и от литовцев, и от татар (в 1404 г. тесть Василия Витовт захватил Смоленск; в 1408 г. совершил набег на Русь Едигей), в целом при нем произошло расширение территории и укрепление Московского княжества. Василий Дмитриевич присоединил κ московским владениям Нижний Новгород, Городец, Мещеру, Муром, Тарусу и Суздаль. Ярлык на Нижний Новгород и Суздаль он купил у хана Тохтамыша, посетив в 1392 г. Орду. Завладеть Нижним Новгородом помогли ему ханский посол Улан и боярин Румянец, предатель нижегородского князя Бориса. Борис был схвачен, но его племянники, Василий Кирдяпа и Симеон, в 1394 г. бежали в Орду. Β 1399 г. Симеон с царевичем Эйтяком ненадолго брал Нижний. Жена Симеона была захвачена московским отрядом в Мордовский земле и доставлена в Москву. Проскитавшись восемь лет в степях на службе четырем ханам, Симеон вернулся на Русь, удалился с позволения Василия Дмитриевича в Вятскую землю и через пять месяцев, в 1402 г., там умер. Тоже вернувшийся на Русь Василий Кирдяпа скончался в Городце в 1403 г.
...еже стяжа честною си кровию. – Ср. Деян. 20, 28.
«Блаженны бо... боящиися Господа».– Пс. 111, 1; 127, 1.
«Аще имам вѣру... полза ми ecть». – 1Кор. 13, 2–3.