архиепископ Никон (Рождественский)

94. Чем и как женщина может послужить Христовой Церкви?

В прошлом году «Колокол» посвятил прекрасную, сердечную статью женским богословским курсам в Москве. Газета говорит: «Когда поруганный, в терновом венце, Спаситель совершал Свой страстной путь и падал под тяжестью креста, все оставили Его, все разбежались страха испугавшись иудейского. Только жены иерусалимские, рыдая, шли за Ним, только они без страха пошли ко гробу Его, чтобы помазать тело Его благовонными веществами. И ныне, когда снова наносятся язвы нашему Господу Иисусу, жены русские, оставите ли вы Его? Неужели не пойдете вослед Его, неужели не станете у креста Его? Неужели не принесете Ему в дар – не злато, смирну и ливан, а свое любящее сердце, свою душу, свою жизнь?».

Газета справедливо заметила, что можно еще спорить, нужна ли женщина-врач, женщина-адвокат, женщина-чиновник, но нет сомнения, что в наше, особенно в наше время, нужнее всего женщина-христианка, «которая могла бы быть на страже своей семьи, чтобы оберечь своих детей от тлетворных учений, от развращения души и тела, которая могла бы нравственно поднять, очистить своего мужа, брата, могла бы бороться с потоком неверия, кощунства, разврата, которая высоко подняла бы ныне пререкаемое и попираемое знамя победы Христа над адом».

Открытие в Москве новых богословских женских курсов дает мне основание повторить вышеприведенные строки и сказать свое слово по поводу их.

Вера, но нашему православному катехизису, принадлежит собственно сердцу, хотя начинается в мыслях. Все мы это учим с детства, но понимаем ли сердцем, чувствуем ли своим внутренним человеком эту истину? А женщина, по преимуществу, живет сердцем: такова Богом данная ей природа. Она способнее мужчины беззаветно отдаться вере, целым сердцем усваивать истины веры и воспринимать благодатные веяния из другого мира.

В области веры и домостроительстве нашего спасения судьбами Божиими женщина занимает особое место. Мы знаем, что женщина первая нарушила Божию заповедь, но, в посрамление врага Божия, семени Жены определено Богом стереть и главу сего змия. И мир грешный удостоился узреть среди своих дщерей преблагословенную в женах Деву-Матерь воплотившегося на спасение миру Сына Божия. Честнейшая Херувимов и славнейшая без сравнения Серафимов, Она стала святейшим идеалом для всех жен христианского мира. Богу было благоугодно, чтобы и воскресшего из мертвых Христа Жизнодавца первыми узрели и самим Апостолам принесли первую весть воскресения тоже жены. И везде, где воссиявал свет Христова учения, почти всюду первыми благовестницами его являлись святые жены, потому и именуемые равноапостольными. Женское сердце скорее воспринимало благодатные семена евангельской истины и быстро приносило плод живой веры не только себе, но и другим во спасение. Имена Марии Магдалины, других евангельских Марий, Марии, сестры Лазаревой, равноапостольных: царицы Елены, Нины, нашей Ольги, Людмилы Чешской и многих других вечно будут сиять светлыми звездами на духовном небосклоне Церкви Христовой, а имена славных великомучениц, удививших языческий изнеженный мир своим терпением мук за имя Христово, будут вечным украшением Церкви Божией и ее похвалою. Как жаль, что наши женщины и девушки не читают жизнеописаний хотя бы только тех святых жен, имена коих они сами носят! Как жаль, что ныне никто не заглядывает, разве кроме иноков, в чудные, полнея духовной недосягаемой красоты и поэзии Четии-Минеи! Есть эти книги теперь и на русском языке, есть и отдельные книги, посвященные памяти святых жен, например, святой Павлы. Увы! Не там ныне ищут идеалов, где они блещут, как яркие звезды небесные; не туда обращены взоры именующих себя пока еще христианами и христианками. Скоро, кажется, и совсем забудут все, чем возвеличило человека учение Христово, чем жив идеальный человек. В последнее время, точно туча откуда-то из-за леса, надвигается на нас язычество, и тот буддийский храм, что завершается постройкой на окраине Петербурга, в сущности, есть символ грядущего язычества, и уже чувствуется смрад каждений пред идолами в оном, каждений, совершаемых не природными идолослужителями, а бывшими когда-то христианами. И вот в такое-то тяжелое для Церкви Божией время, не пора ли вспомнить заслуги пред Церковью святых жен, не пора ли воскресить угасшее в истории Церкви учреждение диаконисс, верных служительниц Христовых, которые явились бы незаменимыми помощницами пастырям Церкви в деле духовного просвещения преимущественно женщин и детей, которые, целым сердцем отдавшись Господу Иисусу Христу, вложили бы всю свою любящую душу в святое дело, проникли бы туда, куда не всегда может проникнуть и пастырь Церкви – во святая святых чистого женского сердца, и зажгли бы там чистый пламень беззаветной любви к Богу и святую ревность о Боге? Христианский мир еще раз обновился бы веянием Духа Божия чрез сих новых Трифен и Трифос, Фив и Персид, которых с такою любовью, с таким почтением приветствовал великий Апостол языков Павел в своем послании к Римлянам. Женщина как мать, жена и сестра в семье, женщина как воспитательница в христианской семье и наставница в школе, женщина как собеседница в больнице, в тюрьме, женщина как миссионерка-проповедница в среде заблудших, не говорю уже о служении болящим, утешении скорбящим, – какое необозримое поприще служения Христу в лице ближних открыто для любящего сердца будущей диакониссы! Какая сильная проповедь о Христе, проповедь не столько словом, сколько самым делом, примером – в среде оязычивающегося нашего общества! Когда-то древние язычники, пораженные духовною красотою добродетельных христианок, восклицали: «Какие женщины у этих христиан!» Ужели современные язычники – из бывших некогда христианами, будут менее чувствительны, менее справедливы к подвижницам Христовым – современным добрым христианкам? Ужели так и невозможны стали в наше время все эти Анфусы, Маркеллы, Макрины, Ионны или наши родные – Анны Кашинские, Иулиании Ольшанские, Евфросинии Полоцкие и Московские?.. Ужели совсем погас идеал христианки-женщины в недрах родной нашей Церкви Православной? Нет! Верим, что еще тлеется искра Божия в сердцах русских женщин и девиц, еще может она вспыхнуть ярким пламенем и осветить сгущающийся над Русью мрак язычества, еретичества, безбожия и скотоподобия, и в тесном союзе с пастырями Церкви, под их руководством при содействии вседействующей благодати Божией, сотворить чудо перевоспитания, по крайней мере, лучшей части нашего поколения. Богословский курс для образованных женщин – это только малая часть, только начало того, что предстоит сделать Церкви Православной в деле воспитания современной русской женщины, в деле приготовления ее к служению целям небесным в ее земном подвиге; хотелось бы верить, что в самой постановке этого дела на курсах уже внесено нечто такое, чего нет во всяких других курсах – забота о том, чтобы слушательницы не умом только воспринимали, но и сердцем переживали те великие истины, которые раскрывают им лекции богословские, чтобы в самих лекциях уже слышало чуткое женское сердце тихий призыв – послужить возлюбленному нашему Господу Иисусу, отдать Ему свое сердце, идти туда, куда Он позовет, делать, то, что Он повелит. Я сказал: женщина больше способна жить сердцем, чем умом, а ныне именно сердце-то и заражено, оно-то и нуждается в добром воздействии. Ум, научное знание пусть идут на помощь любящему сердцу в таком воздействии. Это поняли даже сектанты: в мистических сектах особенно ценят участие женщин. Церковь Божия имеет в тысячу раз больше средств привлечь себе на служение кого бы то ни было: ведь в ее руках благодатные средства в таинствах и во всей церковности, которая так могуче действует на сердце своею даже художественною стороною, не говорю уже о благодатной.

Я сказал, что курсы – только начало. Что же потом? В ответ на это мне рисуется тихая обитель милосердия, еще не монастырь, а обитель, уже обитель, куда сошлись добрые души русских православных женщин и девиц, пожелавших посвятить себя на служение Церкви сначала в делах милости телесной, а затем и в делах милости духовной. В труде и молитве, в поучении в слове Божием проходит их жизнь; где скорбь, где болезни, где несчастье и горе – там появляются и сии Божии служительницы, являются во имя Христово, как тихие ангелы- утешители, и с посильной помощью, и со словом утешения, и с тихою молитвой, читая болящим слово Божие, молитвы церковные, акафисты и жития святых. Нужно ли наставить в вере обращающуюся язычницу, иудейку или магометанку – это святое дело оглашения в истинах веры поручается диакониссе; нужна ли восприемница у купели крещения сих новых дщерей Церкви – является диаконисса, в домах воспитательных становится у купели крещаемых безродных младенцев все та же ученица Христова – диаконисса. Ей вверяется потом хотя некое малое наблюдение за воспринятыми ею младенцами и взрослыми ее крестницами, для нее они – Богом данные детки, о духовном воспитании коих она печется, поскольку это для нее возможно. В больницах ей поручают врачи приготовление умирающих к последнему благодатному напутствию таинствами: ведь так тяжело и для врача, и для больного сказать решительное: «Нет больше надежды на выздоровление, надо готовиться к переходу в другую жизнь!» А доброе, любящее сердце диакониссы найдет и время, и подходящие слова для такого важного дела. Диаконисса занимается и с детьми, матери коих вынуждены покидать их на время, чтоб найти себе заработок для насущного куска хлеба; служительница Христова рассказывает малюткам Священную историю, жития святых, она – их незаменимый друг, к ней они бегут с радостью. Она же собирает вокруг себя и взрослых девушек в праздничный час, чтоб почитать им что-либо душеполезное, сообщить им знания коих нет у них, поднять уровень их образования и заронить в их сердца любовь к Богу, к Церкви, к добру, к Родине. Диаконисса появляется и в тюремных женских камерах и здесь пытается, при помощи Божией, зажечь светлый луч веры и добродетели в этих загрубелых от порока сердцах, пробудить в них совесть, расположить к раскаянию и добровольному несению креста заслуженного наказания. Диаконисса является и в частных домах у постели больного, не столько как сестра милосердия, сколько как ангел-утешитель, и не только для самого больного, но и для домашних его. Но в кратком слове не перечесть всех видов доброделания, во имя Христово, чем может послужить сия раба Христова и Церкви Божией и ближнему своему. В глубине веков минувших, за полторы тысячи лет до нашего времени, тихим светом светится в Риме, на Авентинском холме обитель дев и вдовиц, под руководством святой Павлы, руководимой в свою очередь блаженным подвижником Вифлеема – Иеронимом, а в наше время – в нашей первопрестольной столице, уже на наших глазах, возникла подобная обитель милосердия, руководимая одною из тех Божьих избранниц, которые судьбами Божиими многоскорбным путем крестным из царских чертогов снисходили в смиренные кельи Богу себя предавших подвижниц.

Да! Мы переживаем такое тревожное для Церкви время, когда все искренно верующие должны крепко объединиться в своем служении нашей матери благодатной, когда не только мужеский, но и женский пол, каждый в меру Богом данных ему сил и способностей во всеоружии истины Христовой и Христоподражательного смирения, должны стать на страже Господней, чтоб отражать приступы врага, во всеоружии лжи и смраде гордыни нападающего на твердыню Православия. Говорят: на что богословское знание женщине, если она не имеет права учительства? Какого «учительства»? Правда, Апостол говорит: жене учити в церкви не повелеваю. Но он же пишет в другом месте: что веси, жено, аще мужа спасеши? То есть, если обратишь мужа к истинной вере Христовой. Следовательно, женщина не только может, но и должна в кругу своей семьи быть проповедницей истины Христовой. А пример равноапостольных жен показывает, что они являлись проповедницами веры не в семье только, а и среди народов. Магдалина, по преданию, дерзнула предстать даже пред лицом Римского Кесаря и возвестить ему истину Христова воскресения. Живя больше сердцем, чем умом, женщина может глубже воспринять всю духовную красоту вселенского Православия и, проводя в жизнь его нравственные начала, пленять других в послушание веры. И как не пожелать от всей души, чтоб те, кто будет читать лекции, обратили особенное внимание на эту именно сторону богословских знаний, а для этого, например – по нравственному богословию раскрыли бы именно святоотеческое учение о душе человеческой и о законах духовной жизни.

Идите же, добрые христианки, на эти лекции! Имена лекторов ручаются, что пред вами раскроется сокровищница православного учения во всей ее красоте, что ваше сердце, ищущее Христовой истины, обретет сей бисер драгоценный, и в нем вы найдете несказанное удовлетворение духовному существу вашему – так, что будете способны утолить и жажду тех, с кем вы соприкасаетесь в жизни – ваших детей, ваших мужей, а если кого из вас Господь изберет на служение Церкви, то и других лиц. Бог вам на помощь и да благословит ваше благое начинание!


Источник: Мои дневники / архиеп. Никон. - Сергиев Посад : Тип. Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1914-. / Вып. 2. 1911 г. - 1915. - 191 с. - (Из "Троицкого Слова" : № 51-100).

Комментарии для сайта Cackle