Библиотеке требуются волонтёры

300. На поле пастырей и на поле брани

И пастырие беху бдяще и стрегуще

стражу нощную о стаде своем.

(Лк. 2:8)

Святая Церковь сегодня ведет нас в Святую Землю, в окрестности Вифлеема, на те благословенные поля, где впервые раздались слова небесного благовестника: не бойтеся, се бо благовествую вам радость зелию, яже будет всем людем: яко родися вам днесь Спас, Иже есть Христос Господь. Там, на этих полях, в тишине священной ночи Рождества Христова, бодрствовали смиренные пастыри на страже стад своих; должно думать, что не празднословием были они заняты. Очень вероятно, что они беседовали о том, что было так близко сердцу всякого верующего израильтянина в то время, о чем мечтали, да и доселе мечтают в заблуждении своем, потомки колена Иудова: о желанном пришествии Мессии-Избавителя, обетованного их праотцам, пришествии, точно предуказанием в пророчестве Даниила о седьминах. Евреи твердо помнили эти обетования, эти пророчества, и даже малые дети знали на память те псалмы, в коих Дух Божий предвозвещал пришествие Царя, Сына Давидова; конечно, знали их и пастыри Вифлеемские. И вот, как бы в ответ на их мечты, на их сердечные томления, слава Господня осиявает их, а ангел Божий благовествует им, что настал час исполнения этих заветных мечтаний, что вот тут, недалеко, в граде Давидове уже родился обетованный Сын Давидов, Спас Христос Господь. Знаю, – как бы так говорит ангел Божий, знаю, что сердце ваше трепещет желанием видеть Его, поклониться Ему. Вы желаете узнать: как и где найти Его в этом, столь переполненном по случаю переписи городе? – Се вам знамение – не ищите Его в роскошных палатах, – идите в знакомый вам вертеп, куда вы загоняете свои стада в непогоду, там – обрящете Младенца повита, лежащего в яслех... Нужно ли говорить, какую радостью вострепетали простые сердца смиренных пастырей при этом благовестии? Но еще не успели они придти в себя от изумления и восторга, как вдруг – бысть со ангелами множество вой небесных, хвалящих Бога, и весь этот хор певцов бесплотных воспевал чудную песнь Творцу: слава в Вышних Богу и на земли мир, в человецех благоволение!

Прости нам, возлюбленная мати наша, Церковь Христова: наше сердце и сегодня влечет нас от мирных полей вифлеемских на поля браней жестоких, от благочестивых пастырей, стерегущих стражу нощную о стаде бессловесных овец, к нашим воинам христолюбивым, бодрствующим в окопах своих на страже родной православной Русской земли!

О них и сегодня, как и всегда, несется молитва к Агнцу Божию, кротко почивающему в яслях Вифлеемских и присно побеждающему льва и змия лукавого, несется со всех концов родной земли молитва матери нашей Церкви и ее служителей, молитва их присных, их матерей и отцов, их жен и детей, молитва всего народа православного. Для нас наступает праздник мира и Божия благоволения, а они, Богом призванные наши защитники, вот уже полтора года не имеют покоя, своею богатырскою грудью, как стальным щитом, отражая лютого врага от пределов Руси родной. Что они переживают? Чем поддерживают свой геройский дух? Что укрепляет их в великом, сверхчеловеческом подвиге? Что согревает их душу в холодных окопах?

Молитва и покаяние, возлюбленные братия! Это не мое слово, это ответ самих воинов наших Христолюбивых, ответ, который несется к нам из окопов, о чем свидетельствуют и их раненые собратья, и пастыри их, военные священники, и люди, приходившие в близкое с ними соприкосновение там, на полях битв.

Вот что говорят и пишут воины наши: мы думаем о родной стороне, ждем каждую минуту смерти, каемся и молимся. Родители нам вспоминаются, чувствуем их советы и благословения. Вспоминается прожитая жизнь, детство, все прошлое. Как и чему учили отец с матерью, как жили добрые люди. Как иногда грешники чрез покаяние делались праведными и святыми. Ясно видишь свои житейские грубости, ошибки, грехи, беспутную жизнь. Хочется избавиться от беспутства, очиститься от скверны, стать хорошим человеком. Летит снаряд, прикроет, и на тот свет пойдешь. Стараешься, чтобы Бог очистил, не лишил Царства Небесного. Бог все на уме. Иные клянутся: не буду врать, того-то не буду делать, не буду пьянствовать, не стану курить, иные сразу тут же и бросают, больше не курят. Обещаются слушаться отца и матери, молиться чаще Богу, сходить к какому-нибудь угоднику пешком, дать пожертвование на хорошее дело, оставить лень, бранные слова, бросить грешную жизнь. «Порою, рассказывает один воин, в забытьи, слышишь, как причитывает родимая матушка, плачет жена, родня, долго они просили, молили: служить верой, правдой Государю Царю Белому, молиться Господу Богу да каяться в тяжких грехах, помнить род-племя родимое, да великие заветы отцовские». «Война к покаянию подводит, – говорил другой воин, – я помню теперь Бога и каждое утро благословляюсь и молюсь, чтобы мир был хорош, чтоб превысило в нашу сторону».

Военные священники говорят, что стоит придти в окоп и предложить: не желает ли кто исповедаться – как желание заявляют все православные воины. И каются, каются иногда в таких грехах, какие у интеллигентов наших и за грех не считаются. Просят у Бога милости, чтоб остаться в живых, дабы, вернувшись домой, начать новую, добрую жизнь; но в то же время и всецело отдают себя в руки Божии, готовятся к непостыдной смерти. В своих письмах иногда задают детски простые вопросы: что лучше, быть убитому в окопах или во время приступа, с оружием в руках? А есть и такие рабы Божии, которые спрашивают о том, как исполнять заповедь апостольскую: непрестанно молитеся?

Бог зовет нас к покаянию огнем искушений. В последние годы, под воздействием безумных толков о разных свободах, народ наш, особенно молодежь, духовно ослабел, распустился, отстал от матери-Церкви, стал забывать Бога. Пьянство, распутство, грабежи, насилия стали позорить русскую жизнь. Преступность страшно стала возрастать, и нашей, некогда святой, а ныне много прегрешившей Руси грозила опасность гибели. Бог попустил, как бурю и грозу, страшную войну, и вот этот народ, в лице своих воинов, этого цвета народного, на полях битв видит себя грешником пред судом Божиим. Смерть похищает одну жертву за другою и косит иногда людей как косарь траву. Не спрячешься, не убежишь. И в наших воинах просыпается православная совесть, и отвращается его сердце от того смрада греховного, в который втянули его разные свободы, и кается он Богу за весь народ, и несет Богу, как жертву чистую, покаянием очищенную, душу свою на алтарь Отечества, умирая, или же готовый умереть за Веру Православную, за Царя Боговенчанного, за всю Русь-матушку родимую. Русский человек знает свои грехи, сознает их: грянули громы Божии, и он кается, смиренно молит Бога о прощении... И впереди всего народа наши воины христолюбивые, они поняли грозу Божию, они обратили к Богу свое покаянное сердце и нам, братие, непростительно будет, если не последуем их примеру, если не пойдем к ним на помощь – нашим покаянием, нашим исправлением жизни! Они там, на полях брани, умирают за нас, а мы, по крайней мере, очистим себя от скверн греховных, чтоб чистою совестью принести к яслям Христовым свое кающееся сердце и просить Божественного Младенца: да ниспошлет Он победу и одоление на супостаты, да водворит мир на земле, да воззрит на всех люте страждущих и смирит врагов Своей Церкви и нашего родного народа! Аминь.


Источник: Мои дневники / архиеп. Никон. - Сергиев Посад : Тип. Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1914-. / Вып. 6. 1915 г. - 1915. - 188 с. - (Из "Троицкого Слова" : № 251-300).

Комментарии для сайта Cackle