архимандрит Павел (Груздев)

Детство и молодые годы (1910–1941 годы)

Павел Александрович Груздев родился в деревне Большой Борок Мологского уезда Ярославской губернии в крестьянской семье. Даты рождения в разных источниках указываются разные: в паспорте было написано 3 августа 1911 года, сам отец Павел говорил, что родился 3 января 1910 года, по другим сведениям 10 января 1910 года. Имя ему дали в честь преподобного Павла Комельского (Обнорского), память которого совершается 10 (23) января.

Когда началась 1-я мировая война, отца забрали на фронт, семья стала бедствовать, и в 1916 году Павел ушел к теткам монахине Евстолии и инокиням Елене и Ольге в Мологский в Афанасьевский женский монастырь. Сначала ухаживал за цыплятами, потом пас коров и лошадей, пел на клиросе.

В 1919 году монастырь был зарегистрирован как Афанасьевская женская трудовая община. От этой общины, как и от других, время от времени требовали посылать представителя в суд для работы судебным заседателем.

Вот как отец Павел потом рассказывал об этом:

«Народный суд <…> Первым вошел в зал заседания я, за мной Ольга. Батюшки! Родные мои, красным сукном стол покрыт, графин с водой… Я перекрестился. Ольга Самойловна толкает меня в бок и шепчет мне на ухо: “Ты, зараза, хоть не крестися, ведь заседатель!” “Так ведь не бес”, — ответил я ей. Хорошо! Объявляют приговор, слушаю я, слушаю… Нет, не то! Погодите, погодите! Не помню, судили за что — украл он что-то, муки ли пуд или еще что? “Нет, — говорю, — слушай-ка, ты, парень — судья! Ведь пойми, его нужда заставила украсть-то. Может, дети у него голодные!” Да во всю-то мощь говорю, без оглядки. Смотрят все на меня и тихо так стало… Пишут отношение в монастырь: “Больше дураков в заседатели не присылайте”».

В 1928 или 1929 году Павла вызвали в военкомат, поговорили с ним и признали негодным к службе в армии из-за «слабого умственного развития». «Так и живу дураком», — заключал свой рассказ отец Павел.

После окончательного закрытия Афанасьевской общины в 1930 году перебрался в Новгород, работал на судостроительной верфи, пел и читал на клиросе в Варлаамовом Хутынском монастыре, звонил на колокольне, следил за порядком и чистотой у раки с мощами преподобного Варлаама. В этой обители его облачили в рясофор с благословения епископа Алексия (Симанского), будущего патриарха.

В 1932 году закрылся и этот монастырь, инок Павел несколько лет жил на родине, работал на скотном дворе государственной селекционной станции. Деревня попала в зону затопления Рыбинского водохранилища. В 1938 году Павел с отцом разобрали избу, сплавили ее по Волге до Тутаева и там на левом берегу собрали.Там он жил до 1941 года, был рабочим на базе «Заготскот», ходил в Леонтьевскую церковь, пел на клиросе в церковном хоре и пономарил при иеромонахе Николае (Воропанове).

Заключение и ссылка. Реабилитация (1941–1958 годы)

В мае 1941 года Павел Груздев вместе с иеромонахом Николаем и ещё 11 верующими был арестован по делу архиепископа Ярославского Варлаама (Ряшенцева). Арестованных содержали в тюрьмах Ярославля. Долгое время Павел Груздев находился в одиночной камере в полной изоляции, затем в одноместную камеру из-за нехватки мест поместили 15 человек. Заключенным не хватало воздуха, поэтому они, чтобы подышать, по очереди припадали к дверной щели у пола. На допросах Павла подвергали пыткам: избивали, выбили почти все зубы, ломали кости и слепили глаза, он начал терять зрение.

Отцу Павлу было предъявлено обвинение по статье 58-10 в пропаганде, содержащей призыв к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти или к совершению отдельных контрреволюционных преступлений.

Во время допросов следователь кричал: «Ты, Груздев, если не подохнешь здесь в тюрьме, то потом мою фамилию со страхом вспоминать будешь! Хорошо ее запомнишь — Спасский моя фамилия, следователь Спасский!» Отец Павел об этом рассказывал: «Прозорливый был, зараза. Страха, правда, не имею, но фамилию его не забыл, до смерти помнить буду. Все зубы мне повыбил, вот только один на развод оставил».

Иеромонах Николай (Воропанов) был расстрелян в сентябре 1941 года. Отец Павел нередко вспоминал слова, сказанные ему иеромонахом Николаем после вынесения смертного приговора: «Запомни, Павлуша: Бог был, есть и будет. Храни веру православную!» Эти слова отец Павел пронес через всю свою жизнь.

Отца Павла приговорили к лишению свободы на 6 лет в исправительно-трудовых лагерях с поражением прав на 3 года. С 1941 по 1947 год он находился в Вятлаге (Кировская область, Кайский район). Условия жизни в лагере были тяжелыми: голод, холод, непосильная работа, издевательства и избиения как со стороны руководства колонии, так и со стороны уголовников. Однажды в декабре, в сильные морозы, уголовники отобрали у Павла валенки, привязали босого к дереву и оставили так стоять, обрекая на смерть. Снег под ногами Павла протаял до земли, однако ему удалось выжить.

О другом случае отец Павел рассказывал так:

«В самый канун Рождества обращаюсь к начальнику и говорю: “Гражданин начальник, благословите в самый день Рождества Христова мне не работать, за то я в другой день 3 нормы дам. Ведь я человек верующий, христианин”. “Ладно, — отвечает, — благословлю”. Позвал еще одного охранника, такого, как сам, а может, и больше себя. Уж били они меня, родные мои, так, не знаю сколько и за бараком на земле лежал. Пришел в себя, как-то, как-то ползком добрался до двери, а там уж мне свои помогли и уложили на нары. После того неделю или 2 лежал в бараке и кровью кашлял. Приходит начальник на следующий день в барак: “Не подох еще?” С трудом рот-то открыл: “Нет, — говорю, — еще живой, гражданин начальник”. “Погоди, — отвечает. — Подохнешь”. Было это как раз в день Рождества Христова».

Павел Груздев был назначен обходчиком узкоколейной железной дороги, по которой из тайги вывозили лес. Поэтому он получил статус бесконвойного, то есть мог покидать зону, выходить в тайгу или в близлежащий поселок. Он воспользовался этим преимуществом для помощи другим заключенным. В годы войны лагеря особенно плохо снабжали продовольствием. «Кто в войну не сидел, тот и лагеря не отведал», — гласила лагерная пословица. Павел спасал от голодной смерти своих товарищей: он собирал грибы и ягоды и приносил их в лагерь, отдавая часть собранного охранникам. Потом менял грибы и ягоды в санчасти на хлеб и кормил ослабевших от голода людей.

Однажды Павел вытащил из петли другого заключенного — пастуха. Этот человек заснул от утомления, в результате чего его лошади забрели на железную дорогу и попали под поезд. Пастух решил покончить жизнь самоубийством, но Павел успел вынуть его из петли и привести в чувство. После этого пастуха судили, Павла, проходившего по делу свидетелем, пытались заставить оговорить подсудимого — заявить, что он, как немец, совершил диверсию. Однако Павел решительно выступил против этой клеветы и сказал, что это была случайность. В результате пастух получил сравнительно мягкое наказание — 5 лет условно, после чего он подкармливал Павла хлебом.

С окончанием войны освободился, вернулся в Тутаев к прежней работе и занятиям, но в 1949 году по прежнему делу был осужден повторно и сослан в Казахскую ССР на неопределенное время. Был чернорабочим в облстройконторе в Петропавловске; в свободное время исполнял обязанности уставщика и чтеца в соборе святых апостолов Петра и Павла; жил у престарелых супругов, помогал им по хозяйству. После смерти Сталина, в августе 1954 года освобожден. Как хорошего работника его уговаривали жениться и остаться в Петропавловске.

По возвращении в Тутаев жил с родителями, был рабочим в Горкомстройконторе, строил дороги, благоустраивал парки и скверы, в свободное время читал и пел на клиросе и пономарил в Воскресенском соборе.

Подал 2 прошения о рукоположении в священный сан, но ему было отказано из-за судимости. В январе 1958 года был реабилитирован и снова подал прошение.

Пастырское служение (1958–1996 годы)

В марте 1958 года в кафедральном Феодоровском соборе в Ярославле был рукоположен епископом Угличским Исаией во диакона, а через несколько дней — во пресвитера. В 1962 году архиепископом Ярославским и Ростовским Никодимом (Ротовым) пострижен в монашество. Имя осталось то же, но в честь другого святого — святителя Павла, исповедника, архиепископа Константинопольского, память которого 6/19 ноября.

Служил в церкви села Борзово Рыбинского района. С 1960 года — настоятель Троицкой церкви села Верхне-Никульского Некоузского района (ранее Мологского уезда). Самые разные люди со всех концов страны ехали к нему за молитвой, утешением и решением жизненных вопросов. Учил христианской жизни притчами, рассказами, некоторые из которых были записаны и позднее изданы. На портале Азбука веры помещены сборники рассказов отца Павла Родные мои и Самый счастливый день. Несмотря на широкую известность, за всю жизнь батюшка не накопил никаких материальных средств.

В 1966 году его возвели в сан игумена, в 1983 — архимандрита.

С июня 1992 года по состоянию здоровья переехал в Тутаев, жил в сторожке при Воскресенском соборе, поскольку не имел денег для приобретения жилья. Несмотря на слепоту и тяжелую болезнь, продолжал служить и проповедовать, принимать народ.

Преставился 13 января 1996 года. Отпевание совершил архиепископ Ярославский и Ростовский Михей (Хархаров) в сослужении 38 священников и 7 диаконов при большом стечении народа. Похоронен на Леонтьевском кладбище Тутаева рядом с родителями.

Место погребения отца Павла почитается в народе, к нему приезжают многочисленные паломники, постоянно служатся панихиды.

«Архимандрит Павел Груздев» 4 серия