Сергей Львович Худиев

Возможно ли подлинное счастье без Бога?

Содержание

Три признака подлинного счастья Возможно ли подлинное счастье в мире без Бога? Человек в поисках несчастья  

 

Возможно ли подлинное счастье без Бога? Конечно, какое-то время вы и без веры в Бога можете чувствовать себя относительно неплохо. Но мы обычно догадываемся, что подлинное счастье – это больше чем просто хорошее самочувствие. И больше, чем на какое-то время.

Три признака подлинного счастья

Но что делает счастье подлинным? Если задуматься, то в подлинном счастье можно выделить три составляющих.

Самая очевидная из них – это чувство, переживание счастья. Это лежит настолько на поверхности, что как правило “счастьем” называют именно само по себе переживание довольства и комфорта, когда нас все устраивает в нашей жизни. Мы не испытываем боли и тревоги, заняты чем-то, что нам нравится, переживаем какое-то достижение или победу – молодой человек успешно сдал экзамены или обрел взаимность в любви, зрелый ученый муж совершил важное открытие. Супруги празднуют рождение ребенка, друзья и родные собрались за праздничным столом... В этом смысле, конечно, неверующий человек может быть счастлив. Бог щедр и благ – “Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных” (Матф.5:45), в жизни много доброго и хорошего и для тех, кто не знает Его. Как говорит Апостол, “[Бог] в прошедших родах попустил всем народам ходить своими путями, хотя и не переставал свидетельствовать о Себе благодеяниями, подавая нам с неба дожди и времена плодоносные и исполняя пищею и веселием сердца наши” (Деян.14:16,17)

Но является ли такое счастье подлинным? В нем могут присутствовать отсветы подлинного счастья – но в нем нет одной очень важной черты. Постоянства. При самом идеальном развитии событий, без всяких ужасов и трагедий, молодой человек, полный великих замыслов и ожиданий, становится зрелым мужем, который обнаруживает, что его замыслы не сбылись, или сбылись не так, как он хотел, или что даже сбыча мечт – что бывает довольно редко – не сделала его счастливым. Люди, которые добились “успеха” – в том плане, что сделались знаменитыми и очень богатыми – далеко не всегда счастливы, а иногда и очевидным образом несчастны, не вылезая из клиник, предлагающих лечение от алкоголизма и наркомании.

Потом – опять таки, мы говорим о нормальном течении жизни, без трагедий – приходит неотвратимая старость, увядание как внешней привлекательности, так и здоровья, и мы убеждаемся, что все успехи медицины не отменили фундаментального факта нашей смертности. Начиная с середины жизни (есть даже такое явление, как “кризис середины жизни”) мы обычно осознаем, что наша жизнь отчетливо движется к физическому закату.

Есть, конечно, и масса внезапных трагедий – неожиданный диагноз, автокатастрофа, преступление – которые, конечно, могут и не случиться лично с нами, но всегда маячат как потенциальная возможность. Социальные сети, которые делают нас свидетелями жизни многих знакомых, полузнакомых и незнакомых людей, регулярно вводят нас в курс чужих трагедий, которые вполне могли бы произойти и в нашей жизни.

Это не обесценивает те моменты счастья, радости и веселья, которые мы переживаем. Известное высказывание “жизнь собачья, а там и помрешь” отражает глубоко неверное – и прежде всего, постыдно неблагодарное отношение к жизни. Но все эти моменты преходящи; все хорошее в этой жизни заканчивается.

Подлинное счастье должно быть чем-то прочным, неизменным, за ним не должно маячить все отравляющее сознание того, что оно может оборваться в любой момент.

Но у подлинного счастья должен быть еще один важный элемент. Оно должно соответствовать подлинному благу и предназначению человека.

Поясню, о чем идет речь. Представим себе двух счастливых людей. Петя – врач. Он искусный хирург, он спасает людям жизнь и здоровье. Это делает его счастливым. Коля – искусный игрок в танчики по интернету. Он – один из лучших игроков в мире, он все время держится наверху таблицы. Его делает счастливым это. Допустим – что вполне возможно – на уровне субъективных переживаний они оба счастливы одинаково. Но не скажем ли мы, что счастье игрока в танчики, на самом деле, гораздо менее подлинно? Более того, представим себе, что хирург не всегда бывает весел и доволен жизнью – иногда, несмотря на все его искусство, пациенты умирают, иногда он смертельно устает, ему приходится решать проблемы с обеспечением его работы, доказывать и спорить – короче говоря, нести все те труды и печали, которые есть в реальном мире и которых нет в мире танчиков. Скажем ли мы, что он, будучи субъективно менее доволен, на самом деле более счастлив? Да, ведь довольство – не единственный критерий. Представьте себе человека, которому внедрили в мозг электроды, воздействующие на центр удовольствия – так, что он получает все удовольствия наркотиков без их побочных эффектов. Такой человек будет всегда чрезвычайно доволен. Но назовем ли мы его счастливым? Напротив, это состояние будет ужасным несчастьем. Подлинное счастье, таким образом, состоит не только в субъективном переживании – но и в чем-то более глубоком и подлинном, в приобщенности какому-то истинному благу.

Итак, подлинное счастье предполагает три составляющих – переживание счастья, его прочность и неотъемлемость, и его соответствие подлинному благу и предназначению человека.

Возможно ли подлинное счастье в мире без Бога?

В мире без Бога – в таком мире, в котором видят себя атеисты – двух последних составляющих быть не может. Смерть неизбежна и необратима, трагедии человеческой жизни совершенно бессмысленны и вовсе не обернутся какими-то небесными благами. Как-то я видел забавную карикатуру – двое белых прибывают в африканскую деревню и сообщают: “мы – миссионеры-атеисты. Мы возвещаем вам, что вы будете страдать без всякой цели и смысла, а потом навсегда умрете”.

Более того, в этом случае никакого подлинного смысла и предназначения в человеческой жизни просто нет.

Когда мы говорим “лучше спасать людей, чем играть в танчики” мы исходим из того, что есть какая-то шкала оценок, на которой спасение жизней находится гораздо выше, чем компьютерные игры. Но кто задает эту шкалу? Другие люди? Но какие именно? Люди расходятся в своих оценках. Недавно мне попалась на глаза статья одной британской феминистки и экологини, которая (совершенно серьезно) утверждает, что человечеству лучше исчезнуть с лица земли и не портить климат. Вы скажете, что она, мягко говоря, неправа – а она считает, что вы неправы.

Можно ли рассудить между вами?

Если Бога нет, то сама постановка вопроса о том, кто из вас прав, будет бессмысленна – прав по какой системе оценок? Вы считаете, что существование человечества это благо, она – что зло, то и другое – не больше чем мнения людей. А если никого, способного судить и оценивать, кроме людей, в мироздании нет, но рассудить между вами некому.

В мироздании без Бога мы не можем сказать, что “человек создан для того, чтобы проявлять действенную любовь к ближним, спасая жизни, а не для того, чтобы играть в танчики”. Потому в этом случае человек вообще не создан для чего-либо, а, как сказал известный атеист Жак Моно, “возник из равнодушной бескрайности вселенной по воле случая”.

В этом случае у человека нет призвания, которое он должен был бы исполнить – и которое он может трагически провалить, угробив свою жизнь на что-то другое. Его просто некому призывать. Поведение человека не может быть сообразно его подлинному благу и предназначению – потому что никакого предназначения у него нет.

Подлинное счастье – для которого мы созданы и которое мы не утратим – возможно только в мире, созданном Богом.

Человек в поисках несчастья

Однако одна из поразительных особенностей нас, людей – мы всегда ищем счастья, но чаще всего выбираем заведомое несчастье. Иногда это бросается в глаза – когда, например, человек прибегает к спиртному, чтобы утешиться в своих бедах, которые вызваны именно употреблением спиртного. Иногда это не так заметно – когда, например, вполне богатые и благополучные люди судятся с членами своей же семьи из-за денег. Мы все знаем, что “Лучше блюдо зелени, и при нем любовь, нежели откормленный бык, и при нем ненависть” (Прит.15:17), но люди раз за разом склонны выбирать быка – даже не слишком откормленного. Возможно, это связано с тем, что бык находится под полным нашим контролем, а вот любовь – это то, что является свободным даром.

Люди пытаются найти счастье в погоне за всеми удовольствиями, которые есть на рынке – и видят в религии свод суровых предписаний, которые лишат их этих удовольствий, или, по меньшей мере, отравят их тягостным чувством вины. Но те удовольствия, которые человек пытается обрести, нарушая заповеди Божии, отравлены с самого начала и независимо от религии – они никогда не ведут к счастью и всегда кончаются мучительным похмельем.

Однако таково безумие греха, что мы часто предпочитаем мучиться по своей воле, но не утешаться по воле Божией. Нередко бывает нужно дойти до полной разбитости – как блудному сыну из евангельской притчи – чтобы обратиться к единственному источнику подлинного счастья – Богу.

Покорившись Его заповедям, мы уже этим избавимся от многих бед, которые навлекали на себя своим безрассудством. Конечно, когда мы обретем веру, наша жизнь не станет безоблачной. В ней еще будут трудности и скорби – потому что человек не может вырасти в свою полную меру, и созреть для небесной радости, все время пребывая в полном и несмущаемом комфорте. Но, подобно тому, как любая радость в неверии окрашена сознанием неизбежной утраты, через любую скорбь верующего человека просвечивает вечная радость. Как говорит Христос, “и возрадуется сердце ваше, и радости вашей никто не отнимет у вас” (Иоан.16:22)

Комментарии для сайта Cackle