Приглашаем Вас пройти Православный интернет-курс — проект дистанционного введения в веру и жизнь Церкви.

Райкен Л., Уилхойт Д., Лонгман Т.

МУДРОСТЬ (WISDOM)

Современные люди считают понятие мудрости абстрактным, однако для древних это была живая и осязаемая реальность. Библейская мудрость – это умение жить, и библейские мудрецы описывали ее в скорее конкретных, чем концептуальных образах.

Ветхозаветные образы мудрости. Хотя в Притч. 1–9 есть несколько замечательных определений мудрости, наиболее известен портрет персонифицированной Премудрости в образе некоей женщины. Она смело и громко призывает людей в публичных местах города – на улице, на рынке, со стен и у городских ворот (Притч. 1:20–21). Эта женщина строит дом и приглашает людей на роскошный пир, где много пищи и вина (Притч. 9:1–12). Продолжая сравнивать мудрость с женщиной, автор Притчей призывает «сына», к которому обращается, любить ее: «Не оставляй ее... люби ее... цени ее... она прославит тебя, если ты прилепишься к ней» (Притч. 4:6–9).

Не менее впечатляет описание древнего и даже божественного происхождения мудрости. Этот мотив подчеркивается в великолепной поэме о мудрости в Иов. 28. Поэма делится на три части: способность людей находить практически все, что есть на земле (Иов. 28:1–11); противопоставленная этому неспособность людей найти мудрость (Иов. 28:12–22); и, опять же в противопоставление ранее сказанному, способность Бога узнать, где пребывает мудрость, и логический вывод, что страх Божий – мудр (Иов. 28:23–28). Панегирик мудрости в Притч. 8 утверждает божественную природу мудрости: она была подругой Бога при самом сотворении мира (Притч. 8:22–31).

В чисто количественном отношении тема мудрости всегда связана с мотивом ценности и соответствующими понятиями, такими как драгоценности и богатство. Иногда прямо утверждается высшая ценность мудрости: «приобретение ее лучше приобретения серебра, и прибыли от нее больше, нежели от золота» (Притч. 3:14); «она дороже драгоценных камней» (Притч. 3:15); «плоды мои лучше золота, и золота самого чистого, и пользы от меня больше, нежели от отборного серебра» (Притч. 8:19). В других местах ценность мудрости метафорически сравнивается с драгоценностями: это «украшение для шеи» (Притч. 3:22), «прекрасный венок для головы твоей и украшение для шеи твоей» (Притч. 1:9); «великолепный венец» (Притч. 4:9) и «драгоценная утварь» (Притч. 20:15).

Мотивы успеха и награды указывают, как выгодна мудрость в текущей жизни человека. Следует отметить, что здесь присутствует противопоставление мудрости образу безумия, которое в библейской литературе мудрости обычно описывается как губительное: безумие ведет людей к погибели (Притч. 5:23), к смерти (Притч. 14:12, 16:25), как вола на заклание (Притч. 7:22), в бездну шеола (Притч. 9:18), в западню (Еккл. 7:26), к терниям вместо поля (Притч. 24:31) или протекающей крыше (Еккл. 10:18). Эти печальные картины саморазрушения глупцов только подчеркивают образ положительной награды мудрого – такой, как «долгота дней» (Притч. 3:2), полные житницы и точила (Притч. 3:10) и «богатство и слава» (Притч. 3:16). Мудрость ведет человека к преуспеянию (Еккл. 10:10). Путь глупца ведет его под гору, к погибели, но мудрец всегда движется к чему-то лучшему, что выражено в притче: «Стезя праведных – как светило лучезарное, которое более и более светлеет до полного дня» (Притч. 4:18).

Есть еще один важный мотив как следствие противопоставления мудрости и безумия. Мотив двух путей, например, архетипичен для литературы мудрости (см. ПУТЬ). В Книге Притчей почти сорок притчей сравнивают поведение мудрецов и глупцов. Предполагается конфликт между этими двумя противоположностями, и роль мудрости заключается в том, чтобы защищать (Притч. 2:11), избавлять (Притч. 2:12), спасать (Притч. 2:16) и оберегать (Еккл. 7:12) человека от безумия и его губительного влияния.

Еще один мотив, связанный с мудростью, – это необходимость искать ее и добиваться. Нам следует здесь разграничивать пессимистическую и оптимистическую традиции внутри еврейской литературы премудрости. Автор Екклесиаста говорит о тщетности поиска мудрости чисто человеческими средствами. Делая очередную попытку, он находит лишь досаду и печаль (Еккл. 1:12–18) и обнаруживает, что мудрость всегда ускользает от него, так как, «сколько бы человек ни трудился в исследовании, он все-таки не постигнет этого» (Еккл. 8:16–17). Но Книга Притчей, которая называет отправной точкой мудрости страх Господень (Притч. 1:7), оптимистически относится к поиску мудрости, обещая, что те, кто долго ищет, «найдут познание о Боге» (Притч. 2:1–5).

Дополнительная особенность образов, связанных с мудростью, заключается в том, что мудрость должна проявляться в практических повседневных делах. В Книге Екклесиаста мудрость и ее награда принадлежат миру, где едят, пьют, работают, вступают в брак, управляют, валят лес, сажают растения и занимаются бизнесом. Книга Притчей охватывает еще больше сфер жизни, от земледелия и управления домом до профессиональной деятельности, финансов, секса и зубной боли. Мы опять наблюдаем, что библейские авторы не хотят превращать мудрость в абстрактное понятие.

Христос как Мудрость. Образ мудрости играет важную роль в новозаветном описании Иисуса. Прежде всего здесь присутствует тема персонифицированной Божьей мудрости, которая развивается в Притч. 8. Там госпожа Мудрость утверждает, что была сотворена Богом в самом начале (Притч. 8:22), была Его сотрудницей, присутствовала рядом с Богом при сотворении мира (Притч. 8:30–31). Этот мотив проходит через более позднюю иудейскую литературу мудрости, в особенности Книгу Премудрости Соломона и Книгу Сираха, а потом проявляется и в Новом Завете. В этих апокрифических книгах мудрость описана как присутствующая на стороне Бога, активный участник сотворения и живущая в Израиле (тесно связанная с законом, данным на горе Синай).

Иисус отождествляет Себя с божественной мудростью в нескольких отрывках синоптических евангелий, и эта тема развивается в четвертом евангелии и посланиях. Когда Иисус объявляет, что пришел некто «больше Соломона» (Мф. 12:42; Лк. 11:31), Он претендует на обладание большей мудростью, чем Соломон. Но Иисус – не просто мудрый человек: говоря, что «оправдана премудрость чадами ее», Он явно имеет в виду Себя (Мф. 11:16–19; Лк. 7:31–35). Называя Себя, наряду с пророками и апостолами, одним из мудрецов, посланных Израилю и встретивших враждебный прием (Лк. 11:49–51; Мф. 23:34–36; см. также Притч. 9:3–6; Прем. 7:27), Он связывает Себя с Божьей премудростью. Сходный образ премудрости показан в плаче Иисуса по Иерусалиму (Мф. 23:37–39; Лк. 13:25–30). А когда Иисус призывает усталых и отчаявшихся прийти к Нему и принять Его бремя (Мф. 11:25–30), образ мудрости лежит на поверхности. Книга Сираха завершается словами мудрости, зовущей «ненаученных»: «Приблизьтесь ко мне... приобретайте ее [мудрость] себе... подклоните выю вашу под иго ее, и пусть душа ваша принимает учение» (Сир. 51:31–34). Иисус, в сравнении с бременем закона, называемого «человеческим преданием», предлагает «легкое» иго, которое нетрудно нести. Небесная мудрость представлена как приходящая свыше в благодарении Иисуса к Богу: «Все предано Мне Отцом Моим, и никто не знает Сына, кроме Отца; и Отца не знает никто, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть» (Мф. 11:27; Лк. 10:22). В апокрифической Книге Премудрости Соломона мудрец «объявляет себя имеющим познание о Боге и называет себя сыном Господа... называет отцом своим Бога» (Прем. 2:13–16). Судя по контексту, он отождествляет себя с божественной мудростью, ему доверены Божьи тайны и задача открыть их (Притч. 8:14–36; Прем. 2:13, 16, 4:10–15).

Во вступлении к Евангелию от Иоанна Иисус назван Словом, logos, Которое «было у Бога, и... было Бог», и активно участвовало в сотворении (Ин. 1:1–3). Для тех, кому знаком был образ мудрости, не могло существовать более прямого намека, а знаменитая сцена избрания мудростью Израиля из всех народов как своего места жительства перекликается со словами: «Слово стало плотию, и обитало с нами» (Ин. 1:14). В Сир. 24 мудрость, которая «вышла из уст Всевышнего» и искала себе место жительства среди народов, получает приказ: «Поселись в Иакове и прими наследие в Израиле» (Сир. 24:3, 9). Мудрость повинуется и поселяется «во святой скинии», «утвердилась в Сионе» (Сир. 24:11). Но Иисус, Божья мудрость во плоти, не признан «миром» и даже собственным народом, «своими» (Ин. 1:10–11).

Иисус как мудрость опять появляется у Павла, и этот образ связан с традицией премудрости Израиля. Называя Христа «образом Бога невидимого, рожденным прежде всякой твари» (Кол. 1:15), Павел связывает с образом Христа образы Адама и мудрости. В Сир. 24:3–4 мудрость «вышла из уст Всевышнего» и обитала «на высоте», а в Прем. 7:25–26 это «чистое излияние славы Вседержителя... отблеск вечного света и чистое зеркало действия Божия и образ благости Его». Этот образ еще более красноречиво передается в Евр. 1:2–4, где Христос – Тот, через Кого Бог «и веки сотворил. Сей, будучи сияние славы и образ ипостаси Его и держа все словом силы Своей... наследовал имя». Мотив мудрости со связанными с ним образами использовался еврейскими мудрецами и поэтами для познания внутренней природы Бога и Его вечного и могущественного Слова. В Новом Завете история и образ мудрости оказывается готовым облачением для личности Иисуса.

См. также: ГЛУПОСТЬ, КНИГА ЕККЛЕСИАСТА, КНИГА ПРИТЧЕЙ, ПРИТЧА, ПУТЬ, СОЛОМОН.

* * *

1

Книга неправославных авторов.


Источник: Словарь библейских образов Райкен Л., Уилхойт Д., Лонгман Т. (ред.) - Словарь библейских образов [2005, DjVu, RUS] Год: 2005 Автор: Райкен Л., Уилхойт Д., Лонгман Т. (ред.) Переводчик: Скороходов Б. A. (Aaron's rod — Spot), Рыбаков О. A. (Springs of water — Zion) Издательство: СПб: Библия для всех ISBN: 978-5-7454-1053-6, 0-8308-1451-5, 0-85111-753-8 Язык: Русский Формат: DjVu Количество страниц: 1424

Комментарии для сайта Cackle