13-е число

– Свв. мучч. Евстратия, Авксентия, Евгения, Мардария и Ореста.

– Св. муч. Лукии девицы.

– Преп. Арсения.

– (Преп. Ариса. Муч. Гавриила, архиеп. сербского).

Все поименованные святые приняли мученический венец в жестокое гонение Диоклитиана. Этому жестокому гонителю и его соправителю Максимину сделан был донос, что в Армении и Каппадокии подымается бунт, что жители, возбуждаемые христианами, отказываются повиноваться царской власти и намерены совсем отпасть от Римской империи. Правители пришли в великий гнев и, чтобы подавить восстание, послали в возмутившиеся будто бы области двух прославившихся своей жестокостью мучителей, Лисия и Агриколая, поручив им очистить от христиан все города помянутых областей. Прибыв на место своего назначения, Лисий и Агриколай начали почти поголовное истребление христиан: мучители предавали смерти всех, на кого только падало какое-либо подозрение, хотя бы и по гнусной только клевете врагов христиан. Христиане переносили мучения с великим мужеством, воодушевлённые верой и надеждой на Бога; они шли на смерть, как на торжественный праздник.

Когда Лисий прибыл в город Сеталион и начал мучить христиан, то мужество и твёрдость их так поразили одного знатного гражданина, занимавшего в городе высшие военные должности, что он решился объявить себя христианином и претерпеть вместе с другими христианами все мучения. Этот добровольный мученик за имя Христово был св. Евстратий. Когда Лисий приказал всех схваченных и заключённых в темницу христиан вывести на площадь для испытания, то сюда явился и св. Евстратий и начал публично обличать Лисия. Лисий был крайне смущён и поражён дерзостью святого и велел его нещадно мучить. Евстратия подняли на воздух и стали поджигать, а сверху бить и поливать солёной водой, смешанной с уксусом. Евстратий, укрепляемый Богом, за Которого страдал, с твёрдостью переносил мучения и не переставал прославлять Распятого.

На площади, во время истязаний св. Евстратия, присутствовал его сослуживец и друг Евгений. Видя, с какой твёрдостью и мужеством переносил страдания Евстратий, и воодушевившись верой, за которую страдал его друг, Евгений воскликнул:

– Лисий, и я христианин, и веру твою проклинаю, и повелению царскому противлюсь.

Тотчас же Лисий приказал схватить его и отправить вместе с другими в темницу. На другой день мученики в оковах были отправлены в город Никополь, куда отправился и Лисий. На св. Евстратия надели сапоги с острыми гвоздями, и он в этих сапогах должен был идти всю дорогу. На пути в Никополь лежал город Аравриканский, откуда были родом Евстратий и Евгений. Когда они пришли в этот город, то никто из бывших их друзей и знакомых не смел подойти к ним, боясь подвергнуться одинаковой с ними участи. Но здесь обитал один благочестивый муж, именем Мардарий, который, увидев, что Евстратий, знатный родом и богатством, переносит безропотно такие мучения, пожелал разделить с ним участь и объявил себя христианином; его тотчас же схватили и приобщили к другим мученикам.

Во время допроса на суде Мардарий, по наставлению Евстратия, говорил только одно:

– Я христианин, я раб Христов.

Когда мучители увидели непреклонную веру и твёрдость Мардария, провертели ему ноги и, повесив, начали опалять разожжённым железом. Отходя ко Господу, мученик воскликнул:

– Благодарю тебя, Господи, что Ты сподобил меня благ сих, приими душу мою с миром.

После этого Лисий потребовал к себе Евгения. Так как Евгений на все угрозы мучителя отвечал обличением его жестокости, то ему отрезали язык, обе руки и перебили голени; в этих муках он и скончался. В это же время пострадал от Лисия и Авксентий, бывший пресвитером в этом городе. Когда Лисий хотел убедить его принести жертву языческим богам, то он сказал:

– Клянусь Тем, Кому покланяюсь, что, если ты, Лисий, ещё сильнее изобретёшь для меня муки, нежели первые, то и тогда не отклонишь меня от Бога; делай со мной, что хочешь.

Лисий приказал ему отрубить голову.

После этого Лисий пожелал развлечься воинскими упражнениями и приказал воинам стрелять в цель. Во время стрельбы у одного воина, именем Ореста, от неосторожного движения выпал висевший на груди крест. Лисий поднял этот крест, подошёл к Оресту и с угрожающим видом спросил:

– Что это? Или и ты из этих же?

Орест отвечал:

– Я раб Владыки и Бога моего; а это знамение я ношу на отогнание всех зол, нападающих на меня.

Тогда Лисий приказал его сковать и вместе с Евстратием отправить в Никополь. Но здесь едва не возгорелся бунт: множество воинов, встретив узников, воскликнули:

– Лисий, и мы воины Господа нашего Иисуса Христа, делай с нами, что хочешь.

Лисий, опасаясь народного возмущения, отправил мучеников к правителю Агриколаю, в Севастию. Агриколай велел принести железный одр, разжечь его и положить Ореста. При виде такого ужасного мучения, Орест смутился и воззвал к Евстратию:

– Молись за меня, меня устрашают помыслы.

Евстратий ободрил его, говоря:

– Не изнемогай, брат Орест, вспомни св. Авксентия и других святых и мужайся; Сам Господь предстоит нам помощником и защитником.

Эти слова придали твёрдости Оресту, и он смело подошёл к одру; перекрестясь, лёг на него и отошёл ко Господу с молитвой:

– Господи, в руце Твои предаю дух мой.

Долго Агриколай уговаривал Евстратия отречься от Христа: и ему даже жаль было мучить этого знатного и обладающего высоким умом человека. Но напрасно он старался подействовать на Евстратия и убеждениями и угрозами; Евстратий только ответил:

– Не пекись обо мне; муки твои для меня будут лишь веселием, и знай, что я всегда и пред всеми буду исповедовать и величать моего Господа.

Агриколай после этого повелел сжечь мученика в раскалённой печи. Когда св. Евстратия вели на сожжение, он произнёс молитву:

– Величая, величаю, Тя Господи..., которая положена на субботней полунощнице.

Так приняли мученический венец все пять свв. мучеников. Пред цареградскими вратами была устроена в честь их обитель, называвшаяся Олимпом; ежегодно, в день памяти свв. мучеников, в этой обители совершал богослужение сам патриарх. Мощи свв. мучеников находятся в Риме, в церкви св. Аполлинария¹⁹⁷.

В Катанском городе, в Сицилии, почивали мощи св. Агафии. Так как от этих мощей истекало много исцелений и других чудес, то на поклонение им стекалось всегда множество народа из других городов. Однажды, в день памяти св. мученицы, из Сиракуз пришла в Катану знатная и богатая девица вместе с больной своей матерью. И мать, и дочь пламенно молились у гроба св. мученицы, прося уврачевания тяжкой болезни, длившейся уже более четырёх лет. Молитва их была услышана, и больная возвратилась домой здоровой, славя и хваля Бога. В порыве благодарности. к милостивому Богу дочь тогда же дала обет никогда не вступать в супружество и решилась навсегда оставаться девой, несмотря на то что была уже обручена; кроме того, она убедила свою выздоровевшую мать раздать своё имущество нищим. Но это крайне огорчило жениха её, который надеялся на большое приданое, – и он, желая отметить отвергнувшей его девице, донёс на неё правителю Пасхасию, что она исповедует веру Христову. Правитель приказал её казнить. Девица эта была св. Лукия. Мощи её из Сиракуз были сперва перенесены в Италию, а потом в Мец, а часть их, бывшая в Царьграде, перенесена в Венецию¹⁹⁸.

Пр. Арсений был родом из Константинополя. Происходя от богатых и знатных родителей, он был лично известен царю и занимал высокие должности; был даже военачальником. Однажды, во время бури, все корабли с войском погибли и спасся один только Арсений. После этого он оставил военную службу и сделался монахом. Местом его подвигов была гора Латрийская, в Азии, против острова Патмоса. Впоследствии он переселился в монастырь Келливарский, где был выбран в игумены; из этого монастыря он удалился, наконец, в одну пещеру; здесь он вёл самую строгую подвижническую жизнь, по целым неделям сидел в своей келье в совершенном безмолвии, проводя время в строгом посте и непрестанной молитве; по воскресеньям к нему собиралась братия, которой он давал наставления. Время жизни пр. Арсения с точностью не известно: её можно относить к VIII–Х веку¹⁹⁹

О муч. Гаврииле, еп. сербском, см. 30 августа.