8-е число

Св. великомуч. Прокопия. Явление иконы Пресв. Богородицы во граде Казани. Св. Прокопия Устюжского, Христа ради юродивого. Воспоминание знамения от иконы Богородицы честного и славного ее Благовещения во граде Устюге.

(Св. Феодосии, матери св. Прокопия. 12 жен синклитик, усеченных мечем. Двух трибунов Aнтиоха и Никострата. Св. муч. Авды. Пp. Феофила мироточивого. Преподобномуч. Анастасия. Прокопия юродивого устьянского. Нижнеломовские Казанские иконы Богоматери. Карповские Казанские иконы Богоматери. Казанские иконы Богоматери в Каташинском Николаевском монастыре. Каплуновские Казанские иконы Богоматери. Казанские иконы Богоматери в Вознесенском Московском женском монастыре. Казанские иконы Богоматери в селе Павловском. Казанские иконы Богоматери в Иркутске. Казанские иконы Богоматери в Каргополе. Казанские иконы Богоматери в Тобольске. Казанские иконы Богоматери в Ярославском женском монастыре).

В Иерусалиме, который со времен императора Адриана носил название Элии Капитолины, жил благочестивый христианин, по имени Христофор, человек знатного рода, с женою-язычницей Феодосией. У них был сын Неаний. Христофор умер, оставив сына малолетним, и Неаний был воспитан под руководством матери. Он получил блестящее языческое образование и сделался лично известен Диоклитиану, который назначил его на важный служебный пост в Египет и дал приказание преследовать христиан. Неаний отправился. Он знал, конечно, что отец его был христианин, много слышал о христианах, сам вглядывался в их жизнь, не мог не заметить резкого различия в их поведении с нравами окружающей среды и, не смотря на свои языческие убеждения, не мог не относиться с некоторым уважением к той твердости, с которою они переносили страдания за веру. Он твердо был убежден в бесполезности гонений и перед отъездом сказал об этом самому императору. По всей вероятности, его уверенность в истинности языческой религии не была очень сильна: в то время редкий из образованных язычников мог назваться верующим человеком. В таком настроении был Неаний, когда он ехал к месту назначения. Дорога была трудная; нестерпимый зной заставлял путешественников днем останавливаться для отдыха и только ночью могли они продолжать путь. Когда они миновали Апамию, поднялась гроза, началось землетрясение. Спутники Неаиния помертвели от страха, а ему послышался голос с неба, который упрекал его за то, что он хочет восстать на самого Христа. «Кто ты, Господи, ибо я не могу познать Тебя», спросил Неаний. – «Я Иисус распятый, Сын Божий». В то же время на небе увидел он знамение креста. Видение и устрашило Неания, и в то же время наполнило его какою-то особенною радостью. Прибыв в Скифополь, он заказал сделать себе крест, по подобию виденного. Когда крест был готов, на нем сами собою явились три изображения: Эммануила и архангелов Михаила и Гавриила, которые художник хотел уничтожить, но не мог. Неаний счел это за дело рук Божьих и хранил у себя крест, как великую святыню. Понятно, что занимая свой служебный пост, он кротко обращался с христианами. Однажды ему случилось быть в Иерусалиме. Жители обратились к Неанию с просьбою отразить набеги соседних кочевников. Неаний отправился против врагов и, не потеряв из своего войска ни одного человека, нанес кочевникам страшное поражение. Мать встретила победителя-сына с большою радостью и громко благодарила языческих богов за победу. Неаний стал говорить ей о ничтожестве идолов, в которых она верует и, чтобы доказать ей истинность своих слов, вошел в комнату, где стояли золотые и серебряные изображения богов, и стал сокрушать их, попирая ногами. Но Феодосия не убедилась этим; она чувствовала себя оскорбленною и поспешила в Антиохию к императору с жалобою на сына. Диоклитиан утешил мать и поручил палестинскому игемону Иусту возвратить язычеству Неания. Иуст был поставлен в затруднительное положение: с одной стороны ему грозил гнев императора, если бы он отнесся слишком снисходительно к Неанию, с другой стороны ему жаль было Неания, с которым его связывала дружба; кроме того язычники, узнав о поступке Неания, громко требовали его казни. Однако, после того, как все увещания оказались бесполезными, Иуст принужден был прибегнуть к пыткам. Многие из язычников, взирая на муки святого, чувствовали сожаление и плакали, но Неаний говорил: «не обо мне плачьте, но о погибели душ ваших». Игемон велел бросить истерзанного Неания в темницу. Темничный сторож Теренций, которому Неаний когда-то оказал благодеяние, постлал ему сена и плащ. Ночью мученику было видение: явился ему Сам Христос, коснулся его ран и, крестив водою, сказал: «с этого времени ты не будешь называться Неанием, но Прокопием. Мужайся и крепись: ты приведешь к Отцу Моему изрядное стадо!»

На другое утро Прокопий, – Неаний не называл себя иначе после чудного видения, – чувствовал себя совершенно здоровым, к великому изумлению народа, видевшего его вчерашние страдания. Многие увидели здесь проявление Божественной силы. Вечером к темнице, в которой находился мученик, явились два отряда воинов, под начальством Никострата и Антиоха и молили св. Прокопия сделать их Христовыми воинами. Мученик попросил Теренция отпустить его на время из темницы и отправился с воинами к епископу Леонтию, который и крестил их. Игемон, узнав об этом, велел отсечь воинам головы. Но благой пример не остался без подражания. Когда Прокопий снова пришел в темницу, к ней подошли двенадцать благородных женщин и сказали: «и мы рабыни Христовы!» Их подвергли пыткам, при которых присутствовала мать св. Прокопия. Она в это время не была прежнею ревностной язычницей: и в ее душу запали уже сомнения в истинности язычества. Видя мучения женщин, она воскликнула: «и я раба Распятого Христа Бога». Она, презирая свое богатство и знатность, решилась пострадать за Христа. Вместе с другими женщинами ее заключили в темницу. Прокопий весьма обрадовался обращению матери, повел ее к епископу Леонтию, который крестил ее; затем они снова возвратились в темницу. Феодосия, вместе с другими женщинами, после разнообразных мук, была убита по приказанию игемона. Но страдания Прокопия не кончились. Преемник Иуста Флавиан пытался путем убеждения заставить его отказаться от христианства, но Прокопий привел ему пророчество Сивиллы и места из различных языческих книг, которые ясно говорили о пришествии в мир Сына Божия. Но игемон не убедился этим. Прокопия подвергли новым мукам. Желая, чтобы мученик, хотя невольно, воскурил фимиам языческим богам, Флавиан велел положить ему в руку фимиам и держать ее над горящими угольями, но Прокопий вытерпел и это. Другие муки также оказались бесполезными; тогда ему отсекли голову мечем. Это было в 303 г. (Четьи-Минеи Христ. Чт. 1830 г. XXXVIII).

В царствование Иоанна Грозного, в 1579 году, девятилетняя девочка, по имени Матрона, жившая с матерью в городе Казани, видела во сне образ Богоматери, причем голос повелевал ей донести градоначальнику и архиерею, чтобы отрыли и взяли из земли св. икону, и указал место, где она была скрыта. По свойственному детям неразумию и страху, Матрона побоялась сначала открыть об этом происшествии, и только спустя неделю рассказала матери о своем необыкновенном сне. Мать не обратила должного внимания на рассказ дочери и отнесла ее сон к обыкновенной детской грезе. Видение повторилось еще два раза, а затем – третий, и уже с угрозою. Тогда мать Матроны сообщила о снах своей дочери казанскому архиерею Иеремии и городским властям. Святитель и начальник города отнеслись недоверчиво к рассказу. Мать Матроны решилась сама проверить сон девочки. 8 июля в полдень, женщина пришла с заступом на указанное дочерью место и начала копать землю. Долго копала она, но св. иконы не находила. Посл этого стали копать другие, собравшиеся из любопытства, вскопали все место, но также ничего не находили. Наконец, вместе с другими, начала копать сама Матрона на том месте, где прежде находилась печь, и только что прорыла землю на пол-аршина, как вдруг показалась икона Пресвятой Богородицы, с предвечным Младенцем на руках обвернутая в ветхое сукно вишневого цвета. Икона сияла чудным светом, как будто она недавно была изображена, и пребывание ее в земле нисколько не повредило ей. С благоговейным страхом и невыразимою радостью девочка взяла на руки святую икону и поставила ее на том же месте. Чудесное событие немедленно сделалось известным всему городу, и к месту обретения иконы стеклось множество народа, как православной, так и магометанской веры. Христиане радовались и благодарили Господа за явное знамение Его милости, магометане же дивились не понятной для них силе Божьей. Святая икона с крестным ходом была перенесена в ближнюю церковь святителя Николая и прославилась многими чудотворениями. Царь Иоанн, узнав о чудном явлении иконы Богоматери, повелел на том месте, где была найдена эта икона, построить храм во имя Пресвятой Богородицы, прислав на это значительную сумму денег из собственных царских доходов; по приказанию же Иоанна вскоре была снята копия с чудотворной иконы и отправлена в Москву. . В 1595 г. царь Феодор Иоаннович повелел на месте явления святой иконы построить женский монастырь, и там же было установлено ежегодное 8 июля празднество в память явления иконы Пречистой Владычицы. В 1798 году в Казанской обители был заложен великолепный соборный храм, который и был освящен в 1808 году; в этом храме и хранится чудотворная икона Богоматери, покрытая золотою ризою со множеством драгоценных камней. (Дни богослуж. Дебольского. Ист. росс. иер. 3 ч. стр. 322–325).

Блаженный Прокопий был иностранный купец и торговал в Новгороде; из какого города он происходил и какого был племени – неизвестно. Великолепие Новгородских храмов, торжественность православного богослужения, стройное пение клира, благолепие обрядов православной церкви и правота ее учения пленили иностранца, и он, отказавшись от папизма, присоединился к православию. При дальнейшем знакомстве с православною верою, Прокопия особенно поразила жизнь православных иноков, и он, раздав свое имение бедным, поселился в Хутынской обители. Этот самоотверженный поступок Прокопия, а также и самое его обращение в православие – что было редким явлением в то время – сделали известным имя Прокопия, и многие стали посещать Хутынскую обитель с целью, посмотреть иностранца-инока. Прокопий стал юродствовать: одевшись в изодранные одежды он старался казаться другим безумным; это еще более сделало его известным. Тяжела была земная слава для Прокопия, и он в плохой, разодранной одежде, без всяких средств покинул Новгород и отправился на восток, где местность в то время была почти еще не населена и покрыта дремучим лесом. Много огорчений и даже побоев пришлось перенести Прокопию на пути от людей, не понимавших истинного смысла его юродства; преподобный не чувствовал не доброжелательства к своим обидчикам и утешал себя молитвою, которую он, обыкновенно, совершал ночью. Дошедши до Великого Устюга, Прокопий остался в нем. Здесь он продолжал свой тяжелый подвиг юродства, расхаживая днем по улицам города и представляя себя в глазах других безумным. Жители Усгюга оскорбляли блаженного, насмехались над ним, ругали, а нередко и били его; над ним издевались и дети, и те, которые имели духовный смысл еще менее развитый, чем у детей, и не могли понимать поступков человека духовного. Прокопий безответно переносил насмешки, брань и побои, и даже молился за своих врагов молитвою Распятого, говоря: «Господи, не постави им греха сего!» Юродствуя днем на улицах города, Прокопий ночью обходил все городские церкви, и со слезами молился в церковных папертях, при чем особенно часто он молился на паперти соборной деревянной и очень высокой церкви. Когда обессиливаемое постом и бодрствованием его тело требовало отдыха, Прокопий ложился, где бы только ни пришлось: на навозе, на камни или на голой земле. И летом, и зимой Прокопий ходил без всякой обуви; одежда его была изорванная, и в ней он переносил северные морозы; пища святого была самая скудная; он принимал ее только от нищих и от людей богобоязненных, а от богачей, обогатившихся неправдою, не брал ничего. Без преувеличения можно сказать про Прокопия, что это был добровольный мученик, обрекший себя на неприятности и лишения всякого рода. Одно только и было утешение у Прокопия – посещение праведной четы – Иоанна и Марии¹. Но праведник хотя и не редко посещал эту чету, однако никогда не пользовался удобствами их жизни; особенным же другом и собеседником Прокопия был блаженный Киприан, основатель Архангельской Устюжской обители, но и у него не искал он покоя для своей плоти.

За свои великие подвиги блаженный Прокопий еще при жизни удостоился дара прозорливости. Так, однажды в праздничный день при большом стечении народа он, увидя трехлетнюю девочку Марию, шедшую с своими родителями в собор к вечерне, поклонился ей в ноги и сказал: «вот идет мать великого Стефана, епископа и учителя Пермского». Эта Мария, впоследствии вышедшая замуж за соборного клирика Симеона, действительно, была матерью Стефана Пермского. Симеон же был ревностным почитателем Прокопия и его другом; некоторые сведения о жизни преподобного известны благодаря рассказам Симеона. Как прозорливец, Прокопий предугадывал явления природы. Обыкновенно, он носил в руке три кочерги, и вот после неоднократных наблюдений было замечено, что когда блаженный бегал по городу и, размахивая своими кочергами, держал их вверх головами, – в те годы бывал хороший урожай хлеба и других плодов; когда же оборачивал их головами вниз бывал недостаток во всем.

Самым главным и важным предсказанием Прокопия было предсказание о каменно-огненной туче, которая по воле Божией должна была разразиться над Устюгом в наказание за грехи его жителей. Это было в 1249 г. За несколько дней до грозного явления, Прокопий после воскресной утрени, когда священнослужители стали петь молебен Богоматери в присутствии множества народа обратился с такою речью к предстоящим: «покайтесь, братия, во грехах ваших; если же вы не отстанете от прежних злых дел, не очиститесь постом и не умолите за грехи Господа и Его Пречистую Матерь, то за беззакония ваши погибнете вместе с городом от огненного града». Народ ужаснулся под первым впечатлением от грозных слов Прокопия, но затем усомнился в них. «Это – юродивый, говорил каждый друг другу, он не в уме и сам не знает, что говорит». По окончании литургии Прокопий вышел на паперть, сел и начал плакать и рыдать, – плакал затем днем, не прекращались слезы праведника и ночью. Проходившие мимо плачущего спрашивали его: «что с тобою, Прокопий? Что за скорбь у тебя? Какая у тебя печаль на сердце?» Блаженный отвечал на это словами Евангелия: «бдите и молитесь, да не внидете в напасть». На третий день Прокопий пошел по городу и говорил со слезами всем встречавшимся: «плачьте, други, плачьте о грехах ваших; молитесь, чтобы Господь избавил вас от гнева Своей правды, чтобы не погубил вас, как Содом и Гоморру, за ваши беззакония». Но и теперь никто не принимал к сердцу проповедь блаженного; все ожесточились во грехах своих, не трогались их сердца словом покаяния и не просветлялся ум сознанием своей виновности перед Господом; над проповедником покаяния насмехались, как над безумцем, и только один он был молитвенником о грехах своих соотечественников. Прошла неделя после первой проповеди Прокопия, и в полдень на небосклоне явилось черное облако; приближаясь к городу, оно росло все более и более; наконец день превратился в темную ночь. Молнии бегали огненными полосами, и страшные грохоты грома раскатывались в воздухе, не прерываясь ни на минуту; от громовых ударов тряслись стены зданий, и от оглушительных звуков не слышно было человеческого голоса. Теперь все увидели, что городу грозит гибель; теперь все вспомнили о проповеди Прокопия и поняли, что не безумие блаженного проповедовало о гневе Божьем за нечестие. Все бросились в храмы, и особенно стеклось много народу в соборном храме Богоматери. Прокопий был уже в соборе и пред иконою Благовещения Богоматери горячо молился Пречистой Владычице, прося Ее быть ходатаицею пред Господом за людей преступных; народ тоже начал усердно, с горькими слезами, молиться о спасении от гнева Божия. Молились мужи и жены, дети и дряхлые старцы, богатые и неимущие. Кто молился словами молебна, совершаемого священнослужителями, кто, подняв взор к небу, читал покаянный псалом Давида, иные же с глубокими вздохами взывали: «Владычица, спаси нас!» Долго продолжалась молитва; но вот от иконы Богоматери потекло ручейком миро и по храму разлилось благоухание. Вместе с этим чудесным событием произошла и перемена в воздухе: не стало удушливого зноя, тучи с громами и молниями скатились вдаль – на пустынные места. А беда грозила Устюгу страшная! Скоро стало известным, что за 20 верст от Устюга падали с градом раскаленные камни, раздробили и уничтожили множество деревьев; но никто из людей не был убит, и даже скот везде остался цель². Так, благодаря молитвам к Пречистой, спасся Устюг от неминуемой гибели! Мира же – этого знамения благоволения Пресвятой Девы – истекло из Ее иконы столько, что им наполнили церковные сосуды, и мазавшиеся миром получали исцеление от разных болезней.

Прокопий после того стал опять юродствовать, скрывая тем самым от людей обильную благодать обитавшую в нем. Но, юродствуя в глазах людей, блаженный наедине при всяком удобном случае не переставал молиться за них. Любимым местом, где часто и долго сиживал Прокопий, был камень на берегу реки Сухоны. И вот, сидя здесь и смотря на плывущие мимо суда, Прокопий молился за тех, которые вверяли судьбу свою неверной стихии.

He переставала посещать преподобного за его подвиги и милость Божия, и раз он был удостоен видения ангела. Это было ночью, в жестокую зимнюю стужу. Сильная вьюга засыпала дома и улицы снегом; мороз и северный ветер были так резки, что птицы падали мертвые на землю, даже скот и люди замерзали. Нечего и говорить, как тяжело было почти нагому Прокопию... Терзаемый морозом, он пытался войти в хижины нищих, живших вблизи храма, чтобы хотя сколько-нибудь отогреться; но одни запирали дверь, другие прогоняли блаженного палками. He найдя приюта у людей, страдалец отыскал сарай, в одном из углов которого лежали собаки; чтобы согреться от собак, Прокопий лег около них, – но и собаки ушли от него. Тяжело и прискорбно не найти защиты от смерти не только у людей, но и у псов; однако Прокопий не оскорбился этим; уповая на помощь Божью и вверяя Ему свою жизнь, он сказал: «буди имя Господне благословенно», и пошел на обычный свой ночлег – на паперть соборного храма. Здесь, дрожа всеми членами от холода и ожидая смерти, Прокопий молился, чтобы Господь принял его душу к Себе. Но вот блаженный почувствовал теплоту; открыв глаза, он увидал пред собою ангела Божия с прекрасною веткой в руке. Небесный вестник, коснувшись веткою лица Прокопия, оживил его, и приятная теплота разлилась по всему уже начинавшему было замерзать телу блаженного. Так чудесно был спасен Прокопий от смерти! Только клирик Симеон, отец св. Стефана Пермского, и знал об этом чудесном событии, так как только этому своему любимцу и рассказал о чуде блаженный, но и то с условием хранить это, как тайну, до смерти блаженного. Смерть блаженного Прокопия последовала в 1285 году 8 июля у ворот обители архистратига Михаила. Согласно с желанием св. Прокопия, его тело похоронили на берегу реки Сухоны, близ соборной Успенской церкви. Над гробом его был положен тот камень, на котором часто сидел блаженный на берегу Сухоны, молясь за плавающих; на месте же кончины Прокопия была построена часовня.

Господь не оставил праведника и после его смерти, а прославил его среди людей многими чудесными знамениями. В 1495 году св. Прокопий спас Устюжскую дружину, бывшую в Нижнем, от повальной болезни, являясь в то время многим из дружины с обещанием своей помощи против страшной болезни, святой Прокопий побуждал тем самым молиться ему; больные призывали его на помощь и освобождались от болезни. В благодарность за это в честь блаженного Прокопия был выстроен храм в Устюге и было положено местно праздновать его память каждый год 8 июля. После этого чаще и чаще стали совершаться исцеления по молитве призываемого на помощь блаженного. Так, Устюжский гражданин Григорий был в сильной горячке; мало было надежды на благоприятный исход болезни, и Григорий просил отнести его к гробнице Прокопия; когда здесь отпели молебен, больной встал здоровым. В другой раз целительную силу св. Прокопия испытал на себе окольничий великого князя – Владимир. Он был так тяжко болен, что тело его покрылось язвами и никакие лекарства не помогали. Один Устюжский гражданин, явившись к больному боярину по своим делам и узнав о его болезни, решился посоветовать ому обратиться за помощью к св. Прокопию. «Не прогневайся на нас, честной боярин, – говорил он: мы хотим назвать тебе верного врача; много лет жил у нас в Устюге юродивый Прокопий: ныне у собора есть церковь во имя его, и от его мощей получаются разные исцеления». Боярин послал нарочного в Устюг отслужить молебен св. Прокопию. Вскоре посланный возвратился и привез с собою икону святого; тогда больной встал с постели, выслушал молебен перед иконою, после чего совершенно сделался здоровым. Достойно еще внимания и следующее чудо: у боярина Семена Борисовича, Устюжского наместника, был любимый служитель; этот любимец боярина много зла причинял жителям Устюга и вел далеко не христианский образ жизни. Когда он умер, боярин велел похоронить его близ собора и построить над его могилою палатку; воля наместника была исполнена, но в туже ночь палатка была разметана. Боярин велел построить новую, но и с этой случилось тоже, что и с первой. Приписывая уничтожение палатки людям недовольным умершим, боярин рассердился. Тогда один устюжанин осмелился сказать разгневанному наместнику: «не гневайся, боярин; слышал я от моих прадедов, что здесь лежит блаженный Прокопий, юродивый ради Христа». Боярин понял, почему палатка была разбрасываема, велел перенести тело служителя в другое место и со слезами молился: «прости, блаженный Прокопий, меня грешного и неразумного за то, что я осмелился положить вблизи твоей святости нечистого слугу».

Всеобщее почитание памяти св. Прокопия утверждено Московским собором 1547 г. В Устюге и его окрестностях перед днем памяти блаженного многие и в настоящее время соблюдают недельный пост. Мощи св. Прокопия почивают под спудом в каменном посвященном его имени соборе, за левым клиросом, близ северной стены. Теперешняя гробница устроена в 1833 году и состоит из 4 мраморных досок с позолоченными надписями; на гробнице находится образ св. Прокопия, украшенный серебряно-вызолоченной ризой. При входе в собор у южных дверей положен на пьедестал камень овальной фигуры, привезенный в 1638 году из Котовальской волости; этот камень – из числа падавших на землю в 1290 году. (Русск. свв. Филарета, Арх. Черниг. Жит. свв. Муравьева. Историч. сказ. о Вологодск. свят. стр. 62. Пролог и Четьи-Минеи 8 июля. Иот. Росс. Иер. ч. 1. 295 стр. Слов. истор. о свв. стр. 202–203).

Чудотворная Устюжская икона Божией Матери принесена из Устюга в Москву около 1567 г., при царе Иоанне Васильевиче и митрополите Филиппе II, и находится в настоящее время в Успенском соборе; в Устюг же на место чудотворной иконы в 1747 году поставлена копия с нее.

Родители пр. Феофила были македонские славяне из местечка Сичева. Отличаясь благочестием и добротою, они дали сыну прекрасное воспитание. Сын не любил пустых забав, прекрасно учился и большую часть времени посвящал чтению полезных книг. Посвященный в сан пресвитера, он ревностно заботился о своей пастве. В своих благочестивых стремлениях он нашел себе помощника в лице Ранданского епископа Акакия. В это время в константинопольской патриархии разнеслась молва о чудесах, совершенных александрийским патриархом Иоакимом в посрамлении иудеев. Рассказывали, что во время чумы, от которой особенно пострадали Мисир и его окрестности, еврей-врач, отъявленный враг христианства, распустил молву, что христиане, опуская в воду крест, распускают заразу. Султан не поверил слуху, но потом, склонившись на убеждения своего визиря, также еврея родом, потребовал патриарха для объяснений. Долго они разговаривали, наконец султан сказал: «пусть патриарх, в оправдание евангельских слов переставит гору, соседнюю с Мисирем». Патриарх выпросил несколько дней для молитвы, и в назначенный день в присутствии народа, по слову патриарха, гора двинулась с своего места. Это чудо поразило всех, но евреи озлобились еще более. Они потребовали, чтобы патриарх выпил яд, в оправдание евангельских слов: «если что смертоносное выпьют, не повредит им». Патриарх исполнил и это. Когда константинопольский патриарх Нифонт узнал о всех этих чудесах, то послал в Египет Акакия и Феофила с письмом к александрийскому патриарху, выражая свою радость о небесных милостях. Исполнив свое поручение в Александрии, Акакий и Феофил на возвратном пути посетили Синай, Фавор, Иерусалим и Дамаск. Блаж. Акакий умер на дороге, а Феофил с письмами иерусалимского и антиохийского патриархов прибыл в Константинополь, где патриархией управлял уже не Нифонт, а Пахомий. Пахомий полюбил Феофила и сделал его нотарием и экзархом великой церкви. Но Феофил тяготился своим уважением и удалился на Афон. Здесь он попеременно жил в нескольких обителях, занимаясь духовными подвигами. По поручению обители он списывал книги и на Афоне осталось много книг его письма. Ему предлагали кафедру епископскую в городе Солуни, но он отказался. Преподобный предугадал свою кончину и начал готовиться к переходу в другую жизнь. Он написал исповедание веры и завещание. Ученику своему Исааку он заповедал не хоронить его, а стащить его труп и бросить где-нибудь. (Смирение его было так велико, что он не считал себя достойным погребения). Исаак исполнил завет старца и бросил его тело в лесу. Когда по горе разнесся слух о кончине Феофила, многие приходили поклониться могиле преподобного, причем Исаак указывал, как могилу, на одно взрытое место. Иноки, по какому-то предчувствию, не доверяли Исааку. Некоторые из них, найдя мощи преподобного, скрыли их у себя. Когда в сороковой день Исаак пришел в лощину, то, к изумлению, не нашел мощей старца. После долгих розысков он дознался, что тело его учителя находится в обители пантократора. Он обратился с жалобою к Греческому епископу Макарию, который созвал игуменов на совещание. Решено было оставить руку преподобного в обители пантократора, a прочее отдать Исааку в келейную церковь св. Василия. С того времени мощи преподобного источают благовонное миро. Смерть блаженного Феофила относится к 1548 году. (Афонск. Патер.).

В Константинополе почти во всех приходских церквах служат иеромонахи. Они же исполняют и все христианские требы. К числу таких приходских иеромонахов принадлежал и св. Анастасий, который был родом из Янины. Он служил при одной из пригородных церквей Константинополя. Преданный всем сердцем и душою Господу Богу, Анастасий каждый день пламенно молил Господа, да сподобит Он его мученического венца. Господь услышал молитву праведника. Один иеромонах – кипрянин, уже 70 летний слепец, сделался турком. Отступник казался на столько преданным мусульманству, что не редко со ступеней мечети Яниджами начал учить проходивших мусульман религиозным их бредням. Однажды Анастасий шел мимо Яниджами и увидел, что слепой отступник сидит на ступенях мечети и учит турок. Сердце блаженного сжалось от горести и негодования; он останавливается, смотрит на оратора и недоумевает, каким образом этот старец мог ниспасть в такую глубокую пропасть заблуждений и нечестия. Анастасий не выдержал и разразился обличительной речью против заблуждающихся. «О слепые!» говорил Анастасий, обращаясь к мусульманам. «Вы слушаете его? Все, что он ни говорит вам,– чистая ложь. Вы – истые по происхождению турки и решились сделать этого гнусного старика учителем вашей веры?! – Бог отступился от этого нечестивца за его злобу, и вот почему он по старости отрекся от своей веры! Может ли он знать вашу веру, когда не выличился еще от обрезания? Есть ли у вас сколько нибудь рассудка, что вы решаетесь слушать этого старика? Какая же после этого вера ваша?»... Вместо ответа на такую смелую речь, высказанную на турецком языке, турки с яростью бросились на Анастасия, схватили его и повели к судье. Мученик говорил на суде тоже, – и был приговорен к ссылке на Хиос. Когда все уже было готово к отправлению Анастасия, последний под благовидным предлогом изъявил желание снова представиться визирю. Его привели к визирю и он сказал: «светлейший господин, за что ты меня отправляешь в ссылку? Если за правду, которую я высказал, то за нее награждают, а не в ссылку посылают! Впрочем, что тут говорить; у вас есть свои развратные и слепые учители, и вы не захотите слушать истины». Затем Анастасий исповедал Христа и домостроительство его спасения. Речь исповедника принята была всеми как намеренное оскорбление магометанской веры и его обезглавили. Ночью небесный свет осенил мученическое тело и привел в трепет ночных стражей. Мучение св. Анастасия относится к 1743 году. (Христ. мучч. на Вост. Свящ. Соловьева стр. 162–164).

В числе святых угодников Божьих, подвизавшихся в пределах страны Вологодской есть один такой, нетленные мощи которого уже более 200 лет открыто почивают в церкви, источают чудеса и подают исцеления всем, с верою к ним прибегающим, но о месте рождения которого, образ жизни и времени кончины решительно ничего не известно; это праведный Прокопий Усьянский, почивающий в приходской Верюжской Введенской церкви Вельского уезда. «Сего блаженного и приснопамятного Прокопия отечество дольно и племя земнородно, град или весь, в ней же святой родился, манием Божием весьма утаися; да известнее вемы, яко святии Божии не земного, но небесного отечества ищут, не человеческим, но ангельским сродством хвалятся, и не дольнего, но горнего Иерусалима гражданами быти тщатся», так говорит древняя запись о явлении мощей и чудесах прав. Прокопия». Редко можно встретить на севере, пишет о. И. Верюжский, такую прекрасную и очаровательную местность, как «у праведного». «Тут природа постаралась превзойти самую себя и на большом пространстве раскинуло все свои красы, как бы для того, чтобы и самое место вечного покоя праведника соответствовало красоте его души»... До 1682 г. местность эта принадлежала к Новгородской, а с этого года причислена к открывшейся тогда Холмогорской, потом перешла к Велико-устюжской и наконец к Вологодской епархии. В то время, когда она еще была в ведении Новгорода, но в котором именно году не известно, близ приходской церкви Введения во храм Пресв. Девы, на восточной стороне, явились мощи во гробе, сплетенном из лоз, или ивовых прутьев и весьма обветшавшем. В то время мощи были целы, как бы в тот самый день погребены, и издавали из себя приятный запах, только от ветхости гроба несколько засыпаны были землею. Никто не знал, чье это было тело и не помнил такого человека, но чудесное явление его нетленным, происходящее от него благоухание и последовавшие затем исцеления многих, одержимых различными недугами, тот час же убедили всех в святости явившегося. Окрестные жители весьма обрадовались явлению мощей и, воздав хвалу и благодарение Богу за дарование им Своего источника исцелений и врача безмездного, построили над ним часовню. Вскоре после того святой явился одному земледельцу, по имени Савелию Онтропову, и велел сделать себе новый гроб. На вопрос Савелия: кто он? – явившийся назвал себя Прокопием и объяснил, что он, тело которого недавно явилось при церкви. Савелий, исполнивши повеленное, объявил народу о явлении ему праведника, тело которого было переложено в новый гроб, а ветхий гроб по прутьям народ разобрал на память себе и благословение. Много лет св. мощи почивали в часовне, привлекая себе поклонников из окрестных мест, так как слух о происходящих от них исцелениях распространялся все более и более; хотя по простоте времени совершавшиеся тогда чудеса ни кем не были записываемы и с годами приходили в забвение, – не смотря на то вера в св. Прокопия, как несомненного угодника Божия и почитание его мощей постоянно возрастали и дошли до того, что когда вместо обветшавшей Введенской церкви построена была новая деревянная церковь, тогда и мощи перенесены были в нее из часовни и поставлены подле южной стены. С того времени, вероятно, стали совершать прав. Прокопию и церковную службу по особой книжице. По усердию Сольвычегодского купца Иоанна Ермолаева, видевшего чудесные исцеления от гроба праведн. Прокопия, в 1652 году иконописцем Онисимом Карамзиным был написан образ праведника. Мощи прав. Прокопия были свидетельствованы в августе 1696 года по указу Афанасия, архиепископа Холмогорского и вторично 28 октября 1739 года при императрице Анне Иоанновне. С того времени, со второго освидетельствования, стали устраивать и храмы в честь его. Так в 1764 г. был устроен придел при Верюжской Введенской цекрви, где мощи почивают. В 1774 г. среди поля под ключом воды устроена часовня, в которой находился чудотворный образ праведн. Прокопия; сюда 8 июля ежегодно приходит множество богомольцев. В 1818 году Св. Синод приказал Вологодскому епископу вновь освидетельствовать мощи праведн. Прокопия и о последствиях о сем донести. 1 августа 1818 года мощи прав. Прокопия в третий раз были освидетельствованы. По освидетельствовании оных, преосвященный Онисифор писал в Св. Синод: «я и сам убеждаясь совестью и внушением Божественной благодати, признаю мощи сии святыми и что мощи прав. Прокопия Усьянского огласить, за святые не только можно, но и должно». При мощах и до сих пор совершаются чудесные исцеления. (Сказания о Вологодских свв. Верюжск. стр. 547–559).

Нижнеломовская Казанская икона Богоматери явилась в 1643 году близ Нижнего Ломова в 26 верстах от г. Пензы.

Карповская Казанская икона Богоматери в 1725 г. перенесена из Карповской пустыни в Курский Знаменский монастырь.

Казанская икона Богоматери, находящаяся в Каташинском Николаевском монастыре, Черниговской губернии, явилась до 1622 года.

Каплуновская Казанская икона Богоматери явилась в 1689 году в Каплуновке, в 20 вер. от Ахтырки.

Казанская икона Богоматери в Тобольске явилась в 1661 году.

Казанская икона Богоматери, находящаяся в Ярославском женском монастыре, явилась в 1588 году. (Месяц. Вост. А. Сергия. Т. 2 стр. 180).