10-е число

– Св. Григория, епископа нисского.

– Блаженной Феозвы.

– Преп. Дометиана, епископа мелитинскаго.

– Преп. Маркиана, пресвитера и эконома Великой Церкви.

– Преп. Павла комельского.

– (Преп. Аммония)

Григорий нисский был младший брат Василия великого и третий сын св. Еммелии¹⁰⁵. Родился он около 332 года. Детское воспитание Григорий получил от той же благочестивой бабушки Макрины, которая учила и брата его Василия; первоначальное наставление в словесности он получил так же, как и Василий, от отца. Дальнейшие же уроки, с 12 года своей жизни, когда умер отец его, он слушал у других наставников красноречия. В каком духе Григорий получил начальное воспитание, как он был набожен и послушлив своей матери в лета юности, можем судить по следующему событию: Григорий однажды далеко находился от родительского дома. Мать приглашает его явиться к празднику в честь сорока Севастийских мучеников.

Это было ещё первое празднество в честь сих мучеников по случаю перенесения их мощей в церковь, находившуюся в селении Аннесы. Селение это принадлежало семейству Григориеву. Занятый своими делами, Григорий неохотно принял приглашение. Он желал бы празднество отложить до другого времени. Но нежная любовь к матери, не желающая оскорбить её непослушанием, одержала верх над его земными расчётами. В назначенное время он явился к празднеству. Утомившись от долгого пути, Григорий захотел несколько отдохнуть и заснул в доме близ того сада, где были поставлены мощи мучеников. Началось уже всенощное бдение в саду. В это время Григорию представилось в сновидении, будто, когда он шёл в сад для слушания богослужения, воины, стоявшие у входа в сад, не пускали его к месту богослужения и даже угрожали ему бывшими у них в руках жезлами, и только по ходатайству одного из них он избег ударов. Поражён был, как нельзя более, этим сном Григорий. Когда прошли первые минуты сильного испуга, Григорий стал размышлять о значении сна. В воинах, стоявших у входа в сад, он видел самих мучеников, в честь которых совершался праздник, а в угрозах – справедливое обличение своей холодности к участию в празднестве. После сего размышления Григорий немедленно отправился ко всенощному бдению, стал около самых мощей и так много плакал от сердечного раскаяния, что самые мощи омочил слезами. Так он укорял себя за одно мысленное нарушение обязанности сыновнего послушания и за уклонение от празднества! Пример достойный подражания.

Старшие братья Григория, Василий и Навкратий, избрали себе уединённую подвижническую жизнь, так же, как и сестра Макрина. Григорий, хотя и посещал их в пустыне и высоко ценил их подвиги, но сам не имел расположения к уединённой жизни.

В 360 г. Григорий вступил в должность церковного чтеца, но скоро отказался от неё. Ему больше нравилось занятие светскими науками; он с большей охотой читал языческих ораторов, и сам вскоре сделался наставником красноречия. Предпочтение, оказанное Григорием светским наукам пред церковной степенью чтеца, было слабостью Григория; но люди не родятся святыми. Многие, знавшие Григория и его семейство, советовали ему оставить своё занятие. Св. Григорий Богослов писал к оратору: «Живущие по Богу и руководящиеся тем же евангелием – все друзья между собой и сродники; почему же не выслушать тебе от меня, если скажу открыто о том, о чём все говорят, но только шёпотом? Не хвалят твоей, сказать по-твоему, бесславной славы, твоего понемногу уклонения к худшему и твоего честолюбия. Что с тобой стало, мудрый муж? За что прогневался сам на себя, бросив священные и назидательные книги, которые некогда читал народу? Ужели не стыдишься, слыша это?.. Ты захотел лучше прослыть оратором, нежели христианином? А по мне гораздо лучше последнее, нежели первое... Одумайся, приди в себя, оправдайся пред верными, оправдайся пред Богом, пред алтарями, пред таинствами, от которых удалился»¹⁰⁶.

Совет Григория Богослова подействовал на оратора. Он бросил занятия по училищу, оставил чтение языческих ораторов и удалился в пустыню, где обратился всей душой к изучению христианских писателей. Здесь, в пустыне (около 370 г.) написал он сочинение о девстве. В этом сочинении Григорий (нисский) восхваляет девство, подробно описывает радости и скорби, сопутствующие супружеской жизни, и этим даёт разуметь, что супружеская жизнь не дозволяет человеку всецело посвятить себя на служение Богу, и что такое совершенное служение Богу могут исполнять только девственники.

Великий пастырь каппадокийский, желая иметь в своём брате, Григории, верного помощника в борьбе с арианами, в начале 372 г. поставил его против воли в епископа нисского. Нисса – это был малый и незначительный между городами каппадокийскими город, и, можно сказать, потому и сделался известным, что имел епископом мудрого и просвещённого Григория. Приняв сан святительский, Григорий сделался пламенным защитником православия и строгим обличителем арианства. Ожесточённые его обличениями, ариане начали взводить на него разные клеветы. Так, они обвиняли его в растрате церковных денег, самое посвящение его в епископа считали незаконным. И вот арианские епископы осудили Григория на изгнание, и на его место поставили своего единомышленника. Тяжело было Григорию расставаться с преданной ему паствой, которая теперь имела своим руководителем арианина; но нужно было Григорию покориться обстоятельствам.

Около трёх лет Григорий (до конца 378 года) находился в изгнании. Ревностный защитник православия не мог быть в это время без дела. Переходя из одного места в другое, он утверждал православие и утешал православных, скорбя в душе об усиливающемся господстве арианского учения. В утешение ему писал Григорий Богослов: «Добро, тобой распространяемое, прочно, хотя сам ты и не имеешь места. Разве жалуются на солнце за то, что оно, ходя вокруг, оживотворяет всё, что ни озаряет на пути своём»¹⁰⁷. В другое время к Григорию нисскому Богослов писал: «Нет беды, если еретики отогрелись и с весной осмеливаются выползать из нор, как сам ты пишешь. Очень знаю, что недолго пошипят, потом спрячутся, низложенные истиной. И тем скорее, чем с бо́льшим упованием предоставим всё это Богу»¹⁰⁸. Слова Григория скоро оправдались. Со смертью Валента, сторонника арианства, (в августе 378 г.) гонения на православных прекратились. Григорий возвратился к своей пастве, которая приняла его с великой радостью. Вскоре после сего Григорий огорчён был смертью брата своего Василия, которого пламенно любил и считал своим наставником и отцом. Из уважения к нему Григорий окончил его описание шести дней творения, где недоставало описания творения человека, и где другие желали видеть решёнными ещё некоторые вопросы. Григорий составил около этого же времени ещё труд, не менее важный, – опровержение новой Апологии Евномиевой, в которой Евномий отвергал истинное учение о Божестве Сына Божия и Св. Духа.

В 379 году собор Антиохийский определил послать в Аравию и Палестину опытного в деле веры для обозрения тамошних церквей, так как получены были известия, что там появились некоторые верования и обычаи, противные чистоте веры и духу истинного благочестия. Для утверждения истинной веры в сих церквах избран был собором Григорий нисский. Перед своим путешествием Григорий пожелал посетить сестру свою Макрину, которую не видал около восьми лет. Сестра его жила в монастыре близь пустыни Василия великого, на берегу реки Ириса в Понтийской области, и была после смерти матери своей Еммелии настоятельницей обители. Монахини под её благотворным руководством преуспевали здесь в добродетельной жизни, проводя дни и ночи в молитве и оказывая возможную помощь бедным и нуждающимся. На пути к блаженной Макрине Григорий, не знавший ничего о её положении, видел три раза сряду сновидение: ему казалось, что он держал в руках мощи, сиявшие подобно зеркалу, обращённому прямо к солнцу, так ослепительно, что глаза его не могли переносить сияния. Григорий не знал, что бы значило это сновидение, но оно заставило его ожидать чего-то необыкновенного. Придя к сестре в монастырь, Григорий встречен был множеством народа, желавшим принять от него благословение. Явился Григорий в келью настоятельницы монастыря, своей сестры, и видит её больной, лежащей на простых досках и покрытой власяницей. Вместо подушки, для поддержания головы больной, на некотором возвышении служила также доска. Увидав своего брата, она возблагодарила Господа, что Он исполнил её желание, – видеть брата, и потом начала с ним беседу о значении смерти и назначении человека. Беседа сестры Григория была возвышенна и исполнена глубокомыслия. Григорий приходил в восторг от беседы. Впоследствии он эту мудрую беседу изложил в своём сочинении о душе и воскресении. Болезнь Макрины была к смерти, но больная была удивительно спокойна. Испуская последние вздохи, она запечатлела крестным знамением свои очи, уста и сердце и мирно отошла к Господу. Драгоценным наследством умершей был для Григория железный перстень с частицею животворящего древа, который она носила на шее, и небольшой крест, также железный.

После погребения своей сестры, Григорий вскоре отправился в Аравию для обозрения тамошних церквей. Путь предстоял нелёгкий. Император Феодосий, искренно уважавший Григория, облегчил для него исполнение соборного поручения. Он приказал дать Григорию казённые подводы и доставлять ему бесплатно всё нужное для пути. Благочестивая жизнь Григория сказалась и на пути. Во всю дорогу он пел со своими спутниками псалмы и держал строгий пост.

Окончив счастливо поручение в Аравии, Григорий пожелал отправиться в Палестину. Здесь он с благоговейной радостью посетил св. места; но на него тяжёлое и неприятное впечатление произвели некоторые беспорядки и несогласия жителей Палестины, волнуемых разными ересями. Под влиянием этого тяжёлого чувства Григорий писал одному иноку, желавшему поклониться св. местам Палестины: «Хвалите Господа в тех местах, где находитесь! перемена места не приближает нас к Богу. Где бы ты ни находился, Господь придёт к тебе, если обитель души твоей окажется такой, чтобы Он мог вселиться в тебя и жить в тебе. Если же внутренний твой человек исполнен злых помышлений, хотя бы ты был на Голгофе, хотя бы на горе Масличной, хотя бы под Гробом воскресения, ты столько же не способен принять в себя Христа, сколько и те, которые и начала не положили своему исповеданию... Разве Св. Дух обильно изливается только на иерусалимлян, а к нам не может прийти?..»

В 381 году по приглашению императора Феодосия св. Григорий явился в Константинополь для защиты православного учения о Св. Духе против полуариан и духоборцев. Здесь он участвовал в утверждении Богослова в звании константинопольского пастыря. Не без основания приписывают старанию пастыря нисского дополнение на сем соборе к Никейскому символу члена о Духе Святом. В следующем году Григорий опять был на соборе в Константинополе, где читал своё сочинение о Божестве Сына Божия и Духа Святого.

Часто посещая по церковным делам Константинополь и путешествуя по разным местам, Григорий, по-видимому, мало проводил времени в Ниссе. В чём же выражалось попечение его о своей пастве? Обличительные его сочинения против еретиков служили, конечно, предохранением от них и для его паствы. Но, как истинный и верный пастырь, он немало трудился и для своих пасомых. Случалось, что по нескольку дней сряду говорил он ей поучения, писал беседы на книгу Екклесиаст, на евангельское учение о путях к блаженству, на молитву Господню, на книгу песнь песней, беседы о разных предметах нравственного содержания. Слова его отличаются живостью описаний, образностью сравнений и уподоблений, взятых от предметов общеизвестных, силой глубокого религиозного чувства. В последний раз мы видим Григория на соборе константинопольском, бывшем в 394 г. по делу двух аравийских епископов, Багадия и Агапия, оспаривавших друг у друга кафедру Восорскую (Боура̀). Вероятно, вскоре после сего скончался архипастырь нисский. Уважение к нему пастырей и учителей церкви последующих времён было великое. Седьмой вселенский собор даже называет Григория отцом отцов.

По внешнему виду св. Григорий, как сказано в греческих минеях, походил на брата Василия, только имел несколько более седины и приятности в очертании лица. Отличался он пламенной ревностью о правой вере, сострадательностью к нищим, терпеливостью, миролюбием, прямодушием и редкой почтительностью к своим родным¹⁰⁹.

Примечание: Апост. на литургии 1Кор.12:7–11. (Зач. 151). В Апостольской церкви действие Св. Духа в верующих обнаруживалось некоторыми внешними знамениями. Так, крещаемые получали дар языков, другие – дар пророчества; многие воскрешали мёртвых, изгоняли бесов, совершали много и других чудес. Всё это служило, как для язычников, так и для самих верующих, видимым знаком того, что на крещаемых сошёл Св. Дух. О таком явлении Духа апостол и говорит здесь.

Евангелие Мф.10:1, 5–8 (Зач. 34 от полу). Здесь говорится о посольстве 12 учеников на проповедь, дарования им власти изгонять нечистых духов и исцелять всякую болезнь, и содержится наставление апостолам, куда им идти проповедовать и как проповедовать.

Феозва была сестра Григория нисского и диаконисса. В первые века христианства верующие составляли как бы одно семейство, в котором каждый член старался быть полезным всем, кто приношениями и пожертвованиями, а кто своими трудами. Эти приношения и пожертвования употреблялись на сооружение больниц, странноприимных домов, училищ и пр. Надзор за сими заведениями принадлежал епископам и священнослужителям. В делах заведений принимали участие и некоторые благочестивые женщины. Они ходили за больными, раздавали пищу странникам, наблюдали за сиротами, а также служили новообращённым женщинам, приготовляя их к принятию св. крещения. Эти женщины обыкновенно назывались диакониссами. К числу таких женщин принадлежала и благочестивая Феозва. Редкой услужливостью, искренним состраданием к бедным и больным она заслужила общую любовь. В 375 г. Григория нисского, оклеветанного, ариане согнали с кафедры, и он около трёх лет скитался, переходя из одного места в другое. Феозва, верный товарищ Григория, делила с братом епископом скитальческую жизнь. Она, по поручению епископа, действовала на жён в поддержание православия, теснимого арианской властью. Какое великое служение дивной девы! Скончалась блаженная в 385 г. Утешая св. Григория нисского в кончине Феозвы, св. Григорий Богослов писал: «В состоянии ли мы что сделать против устава Божия, давно так мощного над нами, который похитил Феозву, славу церкви, украшение Христово, потребность нашего века, дерзновение женского пола, Феозву священную, товарища иерея, почтенную и достойную великих таинств, Феозву, о которой память сохранится и в будущем времени на бессмертных столпах, т. е. на душах всех тех, кто доныне знал её и кто узнает впоследствии. И не дивись, если несколько раз повторяю имя её; потому что наслаждаюсь воспоминанием о блаженной. И таково моё ей надгробное»¹¹⁰.

Св. Дометиан родился в царствование Иустина (в 6 веке) от богатых и благочестивых родителей, Феодора и Евдокии. Выйдя из отроческого возраста, он женился, но вскоре овдовел и стал проводить жизнь в строгом посте и молитвах. Тридцати лет от роду Дометиан был уже избран епископом города Мелитины. Св. Дометиан, будучи добрым и ревностным пастырем своего словесного стада, в то же время оказывал великие услуги всему греческому царству. Несколько раз греческий царь Маврикий (582–602) посылал его в Персию, чтобы устранить столкновения между греками и персами и утвердить между теми и другими мирные договоры. За услуги, оказанные им государству, царь Маврикий награждал его деньгами и имениями, но Дометиан всё раздавал на пропитание бедным. Скончался св. Дометиан в Царьграде (в 601 году). Тело его погребено было в храме свв. апостолов, и потом возвращено в Мелитину. Бог прославил его и при жизни, и по смерти чудесами¹¹¹.

Современный Дометиану историк Евагрий называеть его мужем благоразумным, сильным в слове и деле, способнейшим и готовым для исполнения самых важных поручений¹¹².

Преподобный Маркиан родился в Риме, а начальное образование получил и жил в Царьграде, куда переселились его родители. С юных лет он страстно полюбил церковное пение, часто посещал храм Божий и этим обратил на себя особенное внимание патриарха. Он полюбил юношу и взял его к себе в клирики. В скором времени патриарх, видя его высоконравственную жизнь, посвятил его в пресвитера и назначил его экономом при великой константинопольской церкви. После смерти родителей большое наследство досталось Маркиану; преподобный не воспользовался им для себя, а употребил его на пособие бедным, на нужды церковные, на обновление и строение Божиих храмов. Особенным благолепием и богатством отличался вновь построенный им храм во имя св. мученицы Анастасии. Один из друзей преподобного выразил удивление, что Маркиан тратит такие большие суммы на украшение храмов. Святой сказал ему: «Если бы ты выдавал свою дочь за знатного вельможу, неужели бы ты не наградил её богатым приданым? Я же строю церковь невесте Христовой (Анастасия), пролившей за своего небесного Жениха кровь, как же мне жалеть богатства на украшение!».

Освящение вновь отстроенной церкви и перенесение в неё мощей св. Анастасии было совершено торжественно. В духовном торжестве участвовали сам патриарх Геннадий, царь Маркиан со своей супругой, Пульхерией, и множество народа. Преподобный Маркиан шёл около мощей вместе с другими пресвитерами в фелоне. К нему в это время подошёл один бедный и просил у него милостыни. Св. Маркиан, не имея ничего при себе, скрылся с бедным в уединённое место, снял с себя рубашку и отдал ему, а сам остался в одном фелоне. Мощи перенесены были в церковь и поставлены на приготовленном месте. Началось богослужение. По приказанию патриарха св. Маркиан должен был служить с ним литургию. Когда наступило время Маркиану умывать руки, святой стал оглядываться назад, чтобы не заметили наготы его. Пресвитеры, с ним служившие, видели на нём под фелонем дорогую, блестящую, как царскую порфиру, одежду и немало дивились этому. Некоторые из них донесли об этом патриарху. Патриарх сам видел на святом царскую одежду и по окончании литургии стал выговаривать ему, зачем он служить в такой дорогой одежде. «Прости меня, владыко, – падая к ногам патриарха, сказал св. Маркиан, – я не виноват, в чём меня обвиняешь».

«Зачем ты запираешься, – заметил с гневом патриарх, – когда я сам видел». И повелел патриарх поднять у Маркиана фелонь. Велико было удивление всех, когда увидели под фелонем голое тело святого! Маркиан принуждён был откровенно сказать, что он отдал последнюю рубашку бедному. Патриарх и сослужители его, выслушав объяснение преподобного, прославили Бога, дающего такую благодать любящим Его.

Раз патриарх послал за преподобным. Посол, найдя дверь кельи Маркиана запертой, долго стучался, дверь не отпиралась и, наконец, получил ответ от Маркиана, что сейчас придёт. Однако он не пошёл. В другой раз пришли звать его. Келья преподобного оставалась всё ещё запертой. Один из послов посмотрел в щель двери и увидел, что Маркиан обнажён и сушит свою одежду над угольями. Об этом донесли патриарху. Святитель сказал: «На это не удивляйтесь, братия, Маркиан с юных лет привык к добровольной нищете и смирению, он всего себя отдал на служение Богу и ближним».

Господь наградил святого за добродетельную жизнь даром чудотворения. Он именем Иисуса Христа и молитвой изгонял бесов и исцелял больных.

Однажды в праздничный день Маркиан совершал богослужение в церкви св. Анастасия, народу собралось много. Одна беременная женщина вышла из церкви на крыльце, но с крыльца нечаянно упала на землю и умерла. Узнав об этом, св. Маркиан поднял руки к небу, помолился Богу, и женщина ожила.

Ещё поразительное чудо: в Царьграде был большой пожар Огонь угрожал, между прочим, церкви св. Анастасии. Маркиан влез на церковную крышу и усердно помолился Господу. Пожар тотчас же прекратился и церковь осталась невредима.

Будучи уже преклонных лет, св. Маркиан ходил ночью по улицам, и случалось ему в это время находить мертвеца. Преподобный обмывал его, одевал и говорил ему: «встань, брат, поцелуемся». И вставал мёртвый по его слову, целовал святого и опять почивал. Преподобный спас много блудниц увещаниями и денежной помощью; он обыкновенно советовал им избирать себе законных мужей и жить с ними по христианскому закону.

Перед своей смертью св. Маркиан начать строить храм во имя св. Ирины, но не успел окончить построения его. Умирая, он сказал: «Господи! в руки Твои предаю и душу свою, которую Ты даль мне, и церковь (в честь св. Ирины), которую я по Твоей милости созидал». Преподобный скончался во второй половине 5 века, и был погребён в монастыре св. Иоанна Предтечи. Церковь же св. Ирины скоро была достроена усердием Верины, супруги царя Льва, вступившего на престол после царя Маркиана¹¹³.

В исходе 14 столетия в северных пределах нашего отечества открылась иноческая жизнь. В продолжение двух последующих веков чудный мир иноческий одушевил непроходимые дебри и лесистые болота родного севера. На пространстве более 500 вёрст от лавры преп. Сергия до Белоозера и далее это была как бы одна сплошная область иноческая, усеянная скитами и пустынями отшельников, область, напоминавшая собой бесчисленные обители Египта и Палестины. Преп. Сергий стоит во главе всех на южном краю сей чудной области и посылает внутрь её своих учеников и собеседников, а преподобный Кирилл (белозерский) на другом её крае принимает новых пришельцев и расселяет около себя обители, закидывая свои пустынные мрежи даже до Белого моря и на острова Соловецкие. Оба они, как два светила, поставлены на тверди иноческой, чтобы светить миру духовному; большее светило – Сергий. Одним из учеников его, подвизавшихся в этой области, был и преподобный Павел комельский или обнорский.

Он родился и воспитывался в Москве, с юных лет отличался добродетельной жизнью. Когда он достиг 22-летнего возраста, родители хотели его женить, но Павел пожелал сохранить целомудренную жизнь и ушёл из родительского дома в одну приволжскую обитель. Здесь он принял иночество и проводил строгую жизнь; питался только хлебом и водой, трудился и молился днём и ночью и служил всем, чем мог. Пробыв здесь некоторое время, Павел ушёл в Троицкий монастырь к преподобному Сергию, от которого желал научиться подвижнической жизни. Но любовь к безмолвной, уединённой жизни влекла его в пустыню; потому Павел, пробыв несколько лет в обители преп. Сергия, стал просить у него позволения удалиться в пустыню.

Преп. Сергий, отпуская его, дал ему в благословение медный крест. Вдали от обители Сергия, в одной пустыне Павел прожил 15 лет. Слава о подвигах и строгой жизни сего отшельника стала привлекать к нему посетителей, нуждавшихся в наставлении и утешении. Избегая людской славы и стремясь к уединённой жизни, Павел оставил пустыню и жил отшельником сначала в Кирилловой обители (обитель Кирилла, белозерского чудотворца), а потом в Галичской великой пустыне. Здесь отшельническая жизнь Павла братии не понравилась, и он удалился из обители и поселился для безмолвия в Комельском лесу. Тут, при реке Грязовице, в дупле старой липы, он нашёл себе убежище и прожил в нём три года, работая Богу день и ночь в посте и слезах. Отсюда святой перешёл на то место, где ныне стоит обитель св. Павла комельского (на берегу реки Нурмы, в нынешней Вологодской губернии), и здесь поселился окончательно, построив себе маленькую хижину и проводя дни и ночи в молитве и строгом посте. В пищу употреблял святой только хлеб и воду, и то только в субботние и воскресные дни, а прочие 5 дней недели оставался без пищи. Нашлись злые люди, которые хотели погубить св. отшельника. Они напали на Павла, связали ему руки и ноги, избили его жестоко, отняли всё его убогое имущество и скрылись. Несколько дней лежал на земле Павел в таком жалком положении. Наконец он был развязан некоторыми, проходящими мимо его кельи.

Дикие звери были к нему милостивее людей: они подходили к Павлу, делались кроткими и исполняли его приказания. Раз преп. Сергий нуромский, живший в 4 вёрстах от Павла, пришёл к нему и увидел, что стаи птиц вились около Павла, и он кормил их из рук; медведи, лисицы и зайцы бегали вокруг святого, ожидая того же. Вот жизнь невинного первого человека!

Слыша о святой жизни Павла, многие приходили к нему и просили позволения жить под его руководством. Павел по своему смирению сначала не соглашался быть учителем их и ожидал на это особенной воли Божией.

В пустыне обнорской не было обители, но она виделась преподобному во время его молитвенных подвигов; слышался ему звон благовеста в безмолвии ночи, накануне воскресных дней и в большие праздники, и звон сей казался ему громче или тише, смотря по торжественности дня. Однажды в светлую ночь Пасхи, изумлённый громким звуком колоколов, Павел открыл оконце своей кельи и увидал яркий свет на том месте, где ныне церковь Живоначальной Троицы. Преподобный уразумел, что Господу благоугодно, чтобы на сем месте была сооружена обитель. Вскоре после этого чудесного явления св. отшельник с учеником своим Алексеем отправился в Москву и донёс обо всём митрополиту Фотию, прося разрешения построить обитель. Сначала Фотий не соглашался на построение обители, но когда во сне услышал голос: «исполни желание человека Божия, иначе ты сильно пострадаешь», то с любовью и благожеланиями благословил построить церковь. Он даже дал богатые дары на постройку; ученика Алексея поставил священником и отпустил обоих с миром. Павел построил церковь во имя Св. Троицы, устроил обитель, собрал братию. Алексея поставил настоятелем, а сам заперся в своей келье, и только по субботам и воскресеньям приходил в обитель поучать братию жить по уставу св. отцов, Пахомия великого и Феодосия, начальника общежития. По наставлению Павла никто ничего не должен называть своим, а всё должно быть общее; в келье ничего не должно быть, кроме иконы и книг, даже не держать кваса для утоления жажды. В церкви, в трапезе и во время работ соблюдать безмолвие.

В день своей смерти Павел приобщился св. Христовых таин. Последние заветные слова его были к ученикам своим: «имейте искреннюю любовь между собой, храните правила общежития». Павел преставился в 1429 году, прожив 112 лет. До самой смерти, своей он был бодр и свеж, глаза его были светлы, сияющие кротостью, стан прямой.

Святой и после своей смерти охранял устав общежития в своей обители. Так, однажды два инока стали варить себе пищу в келье, чего по уставу не должны делать, и один из них пошёл в трапезу за хлебом. Оставшийся в келье слышит голос: «несчастные! зачем вы разоряете монастырский устав?» Брат подумал, что ему так послышалось. Но голос повторился, и брат, поражённый ударом, упал. Возвратившийся пришёл в ужас. «Прости нас, отче Павле», – сказал он со слезами и выбросил пищу за дверь кельи. Братия усердно помолилась, дала обещание исполнять устав, и больной выздоровел.

В 1538 году казанские татары напали на Вологодскую страну. В Комельском лесу опустошили они Иннокентиеву обитель, одних взяли в плен, а других убили. Некоторые спаслись и уведомили о том иноков Павловой обители. При таком ужасном известии иноки этой обители убежали из неё и скрывались в лесу, а старцы остались и молили Бога о спасении. 80-летний старец Ефрем, утомлённый молитвой, заснул и видит пред собой старца, который говорит: «Брат Ефрем! вас ждёт тяжкая скорбь: тебя изрубят и также двоих с тобой, но один будет болен и выздоровеет. Не скорби, монастырь хотя и будет сожжён, но выстроится в лучшем виде». Всё это в точности исполнилось.

Брат Симон, инок Павловой обители, долго лежал в расслаблении и усердно молил Бога об исцелении. Однажды ночью, во время его молитвы, келья осветилась дивным светом, входить Пресв. Богородица, а за Нею убелённый сединами старец, который сказал: «подними его, Владычица, и пусть он идёт в церковь». Пречистая взяла его за два пальца правой руки и подняла его. Больной вскочил с постели, не понимая, действительно ли он выздоровел. Придя в себя, он пошёл в церковь и со слезами вознёс благодарение Божией Матери и преп. Павлу за своё исцеление.

В 1546 году, во время копания рва для нового храма нашли гроб с мощами св. Павла. Гроб хотели вскрыть, но явился пустынник настоятелю и сказал ему: «зачем ты хочешь осмотреть мои мощи? огонь сожжёт вас». Настоятель велел снова закопать гроб. Обретению мощей, по описанию, предшествовало 22 чуда. В следующем 1547 году Павел обнорский причтён был к лику святых. Мощи его до сих пор почивают под спудом в каменном храме, сооружённом во имя его в 1548 году. В его монастыре доныне показывают колодезь, ископанный преп. Павлом, дупло, в котором он жил, и медный крест, которым благословил Павла преп. Сергий¹¹⁴.