отв. ред. Д. С. Лихачев

Источник

Повесть о Петре, царевиче ордынском

Повесть о Петре, царевиче ордынском – повесть, посвященная основателю Ростовского Петровского монастыря, ордынскому царевичу, племяннику хана Берке, принявшему христианство и перешедшему на службу к ростовскому князю. Завершается П. семейной хроникой рода царевича Петра – его детей, внуков и правнуков. В основу П. положена легенда об ордынце – основателе монастыря или церкви. По мнению М. О. Скрипиля, этот тип легенды в сложившемся виде стал существовать на Руси с XV в. При написании второй части П., как полагает М. О. Скрипиль, были использованы летописные записи, ведшиеся при Петровском монастыре.

Написана была П. в Ростовской земле, имевшей в XIV–XV вв. свою богатую литературную среду. Однако говорить об авторе ее трудно, поскольку П. до сих пор остается неизученной; прежде всего требуется проведение текстологического анализа сравнительно большого числа ее списков, значительно отличающихся друг от друга. В научной литературе датировка П. колеблется в пределах от сер. XIV в. (В. О. Ключевский) до кон. XV в. (М. О. Скрипиль), причем и в том, и другом случае время создания ее определяется исторической и политической обстановкой Ростовского княжества, нашедшей отражение в самой П. Следовательно, необходим другой аспект исследования для выяснения времени создания произведения. Отметим, что большинство исследователей склонно его датировать разными периодами XV в. (Ф. И. Буслаев, Филарет, Л. А. Дмитриев).

Литературный талант автора П. проявился прежде всего в том, что он сумел органично объединить названные источники, создав взаимосвязь между всеми частями повествования. На первый взгляд кажется, что рассказ строится только путем нанизывания в хронологической последовательности событий из жизни рода царевича Петра. Однако эта хронологическая подборка сочетается автором П. с рядом достоверных фактов из истории Ростовского княжества в пределах от 50-х гг. XIII в. до 20-х гг. XIV в. Кстати, следует отметить, что в исторических документах не упоминается ни имя самого Петра, ни его потомков.

Не менее интересным авторским решением является достигнутая сюжетная взаимозависимость разных частей произведения, при этом «острота и литературная увлекательность этого сюжета создается искусным построением перипетий, наличием в повествовании сложных ситуаций, “сильных деталей”» (Дмитриев Л. А. Сюжетное повествование... С. 245). Сюжетно обусловлена в произведении мысль о праве потомков Петра и монастыря на земли, приобретенные царевичем Петром возле Ростова. Ростовский князь, проникнувшись дружескими чувствами к царевичу Петру, сам предложил выдать грамоту на подаренные ему возле Ростовского озера земли. И в дальнейшем эта грамота сыграет не последнюю роль в тяжбе между потомками Петра и ростовскими князьями. Неоспоримость прав потомков Петра на земли, записанные в грамоте, доказывается в П. остроумным решением ханским послом спора о ловле рыбы в озере, предложившим ростовским князьям снять воду с земли, которую они считают своею. Спор завершается в пользу потомков Петра: «И присуди по земле и воду внуку Петрову Юрию посол царев: “Како есть купля землям, тако и водам”».

Симпатии автора на протяжении всей П. явно на стороне Петра и его потомков. П. была написана не только для прославления Петровского монастыря и его основателя, но и с целью утвердить права на земельные угодья потомков Петра и монастыря. По отношению к ростовским князьям автор П. проявляет несколько недружелюбное и пренебрежительное отношение. Это позволяет исследователям считать, что произведение должно было быть написано в то время, когда ростовские князья теряли свою власть и авторитет, а Москва все больше и больше овладевала ростовскими землями.

Любопытно обратить внимание на следующую особенность П. В ней ни разу не назван ни один ростовский князь по имени. По летописям и документальным материалам хорошо известен князь Борис Васильевич, который при Кирилле (ум. 1262), епископе Ростовском (после 1237 г.), стал ростовским князем и скончался только в 1278 г.; известны имена его внуков и правнуков, о которых говорится во второй части. Возможно, это тоже своего рода выражение пренебрежительного отношения автора к ростовским князьям. Напротив, ростовским владыкам в П. оказывается большое внимание. Упоминание их имей и позволяет связывать описываемые события с конкретной исторической обстановкой. В П. также названы по именам внуки и правнуки Петра, однако достоверность их нельзя проверить. При рассмотрении описываемого в П. соотношения между князьями и потомками Петра и известными датами жизни упомянутых в П. исторически достоверных лиц легко устанавливаются хронологические несовпадения. Поэтому надо признать, что автор П, пользовался письменными источниками, повествующими о церковной жизни Ростовской епархии в XIII–XIV вв., и совершенно вольно передавал историю династии ростовских князей, не пользуясь документальными материалами.

Наблюдения над содержанием П. позволяют считать, что автор ее был близок церковной среде, и вполне вероятно, что, как полагает В. О. Ключевский, он мог входить в число иноков Петровского монастыря. Этот наделенный литературным талантом человек был также и хорошо образован, он легко и свободно включает в свой текст цитаты и приводит аналогии из книг Священного писания. В. О. Ключевский предположил, что П. и Житие Игнатия Ростовского написаны одним лицом. Это предположение основано на добавлении, сделанном в списках П. в составе Великих Миней Четиих, там после сообщения о смерти Игнатия сказано: «О сих же чудесех святителя инде скажем». Однако это предложение скорее всего было добавлено именно составителем ВМЧ как отсылка к Житию Игнатия, тоже включенному в ВМЧ. Кстати, надо заметить, что П. в ВМЧ (рукопись ГПБ, Соф. собр., № 1322, л. 230–233) включена в переработанном виде (Истоки русской беллетристики. С. 422). П. была напечатана в ПС по рукописи ГПБ, Солов. собр., № 854 и трижды по рукописи ГПБ, Соф. собр., № 1364.

Изд.: ПС. 1859. Ч. 1, февр. С. 356–370; Русские повести XV–XVI веков. М.; Л., 1958. С. 98–105; Die Erzählung über Petr Ordynskij. Berlin, 1979 (пер. на нем. яз.); Древнерусские предания (XI–XVI вв.). М., 1982. С. 142–146; ПЛДР. Конец XV – первая половина XVI века. М., 1984. С. 20–37.

Лит.: Летописи Тихонравова. М., 1859. Т. 2, ч. 1. С. 17–25, 28–30; Буслаев Ф. Смоленская легенда о св. Меркурии и ростовская о Петре царевиче ордынском // Ф. Буслаев. Исторические очерки русской народной словесности и искусства. СПб., 1861. Т. 2. С. 155–169; Ключевский. Древнерусские жития. С. 38–43; Филарет. Обзор. С. 112. № 94; Дмитриев Л. А. «Сюжетное повествование в житийных памятниках XIII–XV веков // Истоки русской беллетристики. Л., 1970. С. 244–251.

Р. П. Дмитриева


Источник: Словарь книжников и книжности Древней Руси / АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушк. дом); Отв. ред. Д. С. Лихачев. - Ленинград : Наука, ленингр. отд-ние, 1987-. / Вып. 1. (XI - первая половина XIV в.) - 1987. - 492, [2] с.

Комментарии для сайта Cackle