Некоторые разновидности крестов конца XIV–XVI вв.
Приезд Софьи Палеолог в Москву.
Становление и укрепление Московской Руси окончательно определилось при Иване III. Отныне Русь, как крупная европейская держава, начинает активно общаться с западным миром. Но стоило только заявить о себе новому государству, как тут же наметился и круг его ближних и дальних врагов. Не говоря уже о всё ещё претендующих на власть Орде, Литве и католическом Ватикане, туманный Альбион начал приглядываться к рождающейся на востоке сильной державе. Но свои интересы Англия обозначит позднее, при Иване Грозном. Сразу появляются и идеи, способные расшатать устои только что образовавшегося государства.
Сложные и противоречивые процессы, происходящие в стране, не могли не повлиять на искусство, в частности, на столь важный для средневекового человека предмет, как символ личного благочестия – нательный крест. В последней четверти XV века православие подверглось испытанию на прочность в борьбе с ересью «жидовствующих». Найдя поддержку в высших слоях общества, эта ересь могла привести к непредсказуемым для Руси последствиям. Не удивительно, что ересь появилась в Новгороде. Многовековые связи и близость к западу способствовали широте взглядов новгородцев. Пробравшись в Москву с адептами ереси, высокими чинами новгородского духовенства, новое учение было благосклонно воспринято самим великим князем Иваном III. Этому немало способствовала поддержка «жидовствующих» его старшим сыном Иваном Молодым и его женой Еленой Волошанкой. Но, зародившись в Новгороде, ересь, в нём же нашла и противоборство. В 1487 году борьбу с ней начинает новгородский архиепископ Геннадий. Он же потребовал созыв собора 1490 года, на котором ересь подверглась осуждению. Но, как оказалось, и сам митрополит Зосима был тайным приверженцем этого учения, за что, впоследствии, и был назван в летописях «вторым Иудой».
Суть человеческая мало изменилась за прошедшие столетия. В 2012 году многие наши современники ожидали «конца света» виной всему был некий календарь. Календарь был причиной ожиданий конца света и в 1492 году, на который приходилось начало седьмого тысячелетия от «сотворения мира», православные ожидали «страшного суда». Но цифры оказались просто цифрами, а календарь – просто календарём.
Софья Палеолог.
«Жидовствующие» отрицали и «конец света», и «страшный суд», так как не признавали Святую Троицу, божественность Христа и его воскресение из мёртвых. Когда ожидания апокалипсиса не оправдались, многие из элиты примкнули к ереси «жидовствующих». На фоне этой идеологической борьбы шла борьба династическая непримиримая и скрытая борьба между представителями двух главных противоборствующих партий, поддерживающих Ивана Молодого и его жену Елену Волошанку, и жену Ивана III Софью. В 1498 году наследником престола был объявлен сын Елены Волошанской, внук Ивана III, Дмитрий. На сторону Софьи становится Иосиф Волоцкий, он выступает против Зосимы, обвиняя митрополита в поддержке еретиков и добивается того, что в 1504 Зосима отказывается от митрополии.
Церковный собор 1505 поставил «точку» в этом деле. Главные заводилы были казнены, кое-кто сожжён, остальные преданы анафеме «со всеми их поборниками и соумышленниками». Пострадали и древние боярские роды, поддерживающие наследника Дмитрия. Но сама великая гречанка этого уже не увидела. Она умерла в 1503 году. Говоря о событиях последней четверти XV века, следует уделить отдельное внимание образу второй жены великого князя Софье Палеолог, так как перемены в московском государстве, в его культурной жизни и православном искусстве во многом обусловлены ролью этой выдающейся женщины в русской истории.
А началось всё после неожиданной смерти первой жены Ивана III, Марии, дочери тверского князя Бориса Александровича. Оставшись вдовцом в 1467 году, великий князь смог вновь жениться только в 1472 году, когда получил согласие духовенства, опасавшегося влияния католиков через новую невесту, предложенную Ивану III. От первого брака остался старший сын, родившийся в 1458 году – Иван, прозванный впоследствии Иван «Молодой». Приехавшая на Русь в 1472 году племянница последнего византийского императора встретила в Москве не только высокого худощавого красавца князя, 32 лет от роду, но и своего главного соперника в будущей борьбе за престолонаследие его сына Ивана.
Нужно отдать должное этой великой женщине, пережившей так много и добившейся своего. Византийская принцесса раздвинула горизонты русского искусства, познакомив русских мастеров с последними достижениями западной культуры. Портрет Зои (Софьи), присланный Ивану III, был первой картиной-портретом, с которой познакомились русские иконописцы. В летописях портрет назван «иконой», но на греческом языке «икона» и значит «рисунок, изображение». Привезла невеста и различные дорогие подарки. Но дело было не в подарках. С приездом Софьи Палеолог в Москве наступают важные и существенные перемены. Появляются архитекторы, меняющие облик столицы, мастера денежного дела, художники, резчики, литейщики, врачи.
Новая европейская держава громко заявила о своём рождении. Честолюбивая Софья всячески настраивала и поддерживала своего мужа в его желании превратить Москву в «третий Рим». Как отмечают современники, постоянно говоря о мощи и военной силе князя, она призывала покончить с зависимостью от Орды, что и произошло после «Стояния на Угре», положившему конец 240 летнему татаро-монголькому игу. Но москвичи не любили гордую Софью, и она была вынуждена создавать своё окружение из иностранцев и тех русских, которые не принадлежали к известным древним родам. После женитьбы Ивана Молодого на дочери молдавского господаря Елене, и после появления наследника Дмитрия, эта женщина пережила немало тревожных лет. Тем более, что, как жена, Софья прекрасно видела, что Иван III испытывает к красивой снохе не только отцовские чувства. Но, несмотря на личные переживания и придворные интриги, супруга великого князя могла наблюдать, как менялась старая деревянная Москва, помнившая ещё Дмитрия Донского. Появлялись новые белокаменные храмы и дворцы.
В споре о самобытности русской иконописи и художественного литья нужно учитывать, что, как и любая самобытная культура большого народа, русская культура возникла не на пустом месте. Она вобрала в себя культуры многочисленных племён и народов дохристианского периода истории Руси. В христианский период она впитала в себя искусство Византии и других народов, с которыми соприкасалась. Всё это творчески перерабатывалось мастерами, и в результате рождались самобытные, истинно русские произведения.
Представленные в этом разделе книги кресты, за небольшим исключением, не так многочисленны, и своеобразием выделяются на фоне массовой продукции того времени. Нужно добавить, что период бытования некоторых типов вряд ли превышает век, хотя в виде реплик переливок они могли продолжить бытовать ещё какое-то недолгое время. Кресты, о которых пойдёт речь, объединены рядом одинаковых признаков. Как правило, это односторонний крест с прямым средокрестием, удлинённой нижней лопастью и расширением древа вверху и внизу. Причём нижнее расширение древа имеет форму, близкую к килевидной.
Начнём с описания крестов с образом Богородицы. Лицевая сторона таких крестов несёт рельефное изображение Богородицы Агисоритиссы, смотрящей влево (вправо от зрителя). Иконография Богородицы повторяет традиционное изображение этого образа на крестах-энколпионах как домонгольского периода, так и второй половины XIII–XIV вв. Один элемент оформления, а именно «Занавес-покров», позволяет с уверенностью предположить, что на крестах воплощается образ именно «Покрова пресвятой Богородицы». На фотографии внизу представлена иконография «Покрова пресвятой Богородицы» с западных ворот Богородице-Рождественского собора в Суздале (1227–1238 гг.). Как видно, контур «мафория» довольно точно изображён над Богородицей на крестах № 4, 7. На остальных крестах покров изображён более условно, в виде «занавеса» два полотнища стянуты в центре.
Вероятно, эта традиция связана с иконой «Пирогощея», привезённой ещё Андреем Боголюбским. На другом типе крестов можно увидеть другой образ, связанный с именем этого князя «Богородица Боголюбская». Всё это позволяет предполагать московское происхождение этих крестов, как традиции великокняжеской, семейной, причём не обязательно, что все кресты создавались в самой Москве.
«Покров пресвятой Богородицы». Суздаль.
Подтверждением того, что «занавес» это «покров», служит иконография креста под номером один. Изображение ангелов на боковых клеймах креста повторяют иконописных ангелов, поддерживающих «мафорий» над головой Богородицы на иконах.
Ангелы, поддерживающие покров над головой Богородицы, на иконах этого периода.
По стилистическим признакам, в большинстве случаев кресты создавались со второй половины XV века, скорее в его последней четверти. Это можно объяснить теми переменами, которые наступили в культурной жизни Москвы после приезда Софьи Палеолог. Безусловно, знакомство с образцами искусства итальянских мастеров подвигло русских мастеров на создание собственных оригинальных произведений. Предпосылки к этому возникают ещё в середине XV века. Это связано с работами выдающихся мастеров резчиков, таких как Амвросий и других, не известных нам мастеров. Но есть кресты, создание которых можно датировать первой половиной XV века.
Богородица работы Амвросия.
Иконография Агиосоритиссы на энколпионах XIV века.