Фома Аквинский
Сумма теологии. Том IV

Вопрос 13 Вопрос 14 Вопрос 15

Вопрос 13. О выборе, который является актом воли в отношении средств

Теперь нам следует рассмотреть акты воли в отношении средств. Таковых три: выбор, согласие и пользование, а выбору предшествует принятие решения. Таким образом, сперва мы должны исследовать выбор, во-вторых, принятие решения, в-третьих, согласие и, в-четвертых, пользование.

Относительно выбора наличествует шесть пунктов: 1) какой способности принадлежит этот акт, воле или разуму: 2) есть ли выбор у неразумных животных; 3) относится ли выбор только к средствам, или порою также и к цели; 4) связан ли выбор только с тем, что мы делаем сами; 5) связан ли выбор только с возможными вещами; 6) является ли человеческий выбор необходимым или свободным.

Раздел 1. Актом чего является выбор – воли или разума?

С первым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что выбор является актом не воли, а разума. В самом деле, выбор подразумевает сравнение, в результате которого одно предпочитается другому. Но сравнение – это акт разума. Следовательно, выбор является актом разума.

Возражение 2. Далее, формирование силлогизма и вывод заключения принадлежит одной и той же способности. Но в практических вопросах формирует силлогизм разум. И коль скоро выбор, как сказано в седьмой [книге] «Этики»239, суть своего рода заключение в практических вопросах, то похоже на то, что он является актом разума.

Возражение 3. Далее, неведение принадлежит не воле, а познавательной способности. Но существует «неведение выбора», о чем читаем в третьей [книге] «Этики»240. Следовательно, выбор относится не к воле, а к разуму Этому противоречит сказанное Философом о том, что выбор является «желанием того, что зависит от нас»241. Но желание является актом воли. Следовательно, [актом воли] является также и выбор.

Отвечаю: слово «выбор» подразумевает как то, что относится к уму, или разуму, так и то, что относится к воле, по каковой причине Философ говорит, что выбор – это «стремящийся ум или же осмысленное стремление»242. Но всякий раз, когда двое соглашаются делать одно, один из них является формальным по отношению к другому В связи с этим Григорий Нисский сказал, что выбор «не является ни только желанием, ни только согласием, но комбинацией того и другого. Это подобно тому, как мы говорим, что животное составлено из души и тела, и что оно не является ни просто телом, ни просто душой, но тем и другим вместе; так же обстоит дело и с выбором»243.

Затем, когда речь идет об актах души, то следует иметь в виду что сущностно принадлежащий некоторой способности или навыку акт получает форму или вид от более возвышенной способности или навыка, поскольку низшее определяется высшим; так, когда человек из любви к Богу совершает акт силы духа, то этот акт материально является актом силы духа, а формально – актом любви. Но очевидно, что в некотором смысле разум предшествует воле и определяет акт: в самом деле, воля имеет склонность к своему объекту в соответствии с порядком разума, поскольку схватывающая способность представляет объект желанию. Таким образом, тот акт, посредством которого воля склоняется к чему-либо как к предложенному ей определенным к цели разумом благу, материально является актом воли, а формально – актом разума. Однако в подобных случаях субстанция акта есть своего рода материя по отношению к возложенному более высокой способностью порядку. Следовательно, выбор субстанциально является актом не разума, а воли, поскольку выбор осуществляется при некотором движении души к выбранному благу. Отсюда понятно, что он является актом желающей способности.

Ответ на возражение 1. Выбор подразумевает предшествующее сравнение, но из этого вовсе не следует, что он непосредственно и есть это сравнение.

Ответ на возражение 2. Справедливо, что разум выводит заключение из практического силлогизма, и это называется «решением», или «суждением», которое сопровождается «выбором». По этой причине заключение, похоже, относится к акту выбора как к тому, что из него следует.

Ответ на возражение 3. Говоря о «неведении выбора», мы имеем в виду не то, что выбор – это своего рода знание, а то, что налицо неведение того, что является предметом выбора.

Раздел 2. Есть ли выбор у неразумных животных?

Со вторым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что неразумные животные способны выбрать. В самом деле, выбор, как сказано в третьей [книге] «Этики», «является желанием некоторых вещей ради цели»244. Но неразумные животные желают некоторые вещи ради цели, поскольку они действуют ради цели и в соответствии с желанием. Следовательно, у неразумных животных есть выбор.

Возражение 2. Далее, само слово «выбор», похоже, указывает на «избрание чего-то перед другими вещами»245. Но неразумные животные могут предпочесть одно другому; в самом деле, нетрудно заметить, как овца ест одну траву и отказывается от другой. Следовательно, неразумным животным присущ выбор.

Возражение 3. Далее, согласно сказанному в шестой [книге] «Этики», «благодаря рассудительности человек выбирает правильные средства»246. Но рассудительность обнаруживается и у неразумных животных, по каковой причине в начале первой [книги] «Метафизики» читаем, что «те животные, которые не могут слышать звуки, как, например, пчела, рассудительны благодаря инстинкту»247. Это со всей очевидностью явствует из тех примеров замечательной сообразительности, проявляемой подчас самыми различными животными, например, пчелами, пауками и собаками. Так, преследующая оленя гончая, попав на развилку, вынюхивает, не свернул ли олень направо или налево, и если обнаруживает, что ни туда, ни туда, уверенно следует дальше без всякого вынюхивания. Это напоминает рассуждение посредством исключения, когда вывод о следовании оленя напрямик делается на основании того, что он никуда не сворачивал. Следовательно, похоже на то, что неразумные животные способны выбирать.

Этому противоречит сказанное Григорием Нисским о том, что «дети и неразумные животные могут действовать без принуждения, но не вследствие выбора»248. Следовательно, неразумным животным не присущ выбор.

Отвечаю: поскольку выбором является избрание чего-то перед другими вещами, то он необходимо должен быть связан с наличием нескольких вещей, из которых может осуществляться выбор. Следовательно, то, что полностью определено к чему-то одному, лишено какого бы то ни было выбора. Но, как уже было сказано (1,2), различие между чувственным пожеланием и волей заключается в том, что чувственное пожелание согласно порядку природы определено к некоторой частной вещи, в то время как воля, которая, со своей стороны, согласно порядку природы определена к одной универсальной вещи, а именно благу является неопределенной в отношении частных вещей. Следовательно, выбор в строгом смысле слова принадлежит воле, а не свойственному неразумным животным чувственному пожеланию. Поэтому неразумные животные не способны выбирать.

Ответ на возражение 1. Не всякое желание одной вещи ради цели называется выбором, но должно также иметься предпочтение одной вещи другой. А так происходит только тогда, когда желание может быть подвигнуто сразу к нескольким вещам.

Ответ на возражение 2. Неразумное животное берет одну вещь вместо другой постольку, поскольку его желание естественным образом определено к этой вещи. Поэтому, как только животному, то ли через посредство чувства, то ли – воображения, предлагается нечто такое, к чему его желание естественным образом склонно, оно движется к нему без какого-либо выбора. Это подобно тому, как огонь движется вверх, а не вниз, и никакого выбора у него нет.

Ответ на возражение 3. Как сказано в третьей [книге] «Физики», «движение – это акт движущегося под воздействием способного двигать»249. Поэтому способность движущего проявляется в движении того, что он движет. Следовательно, в том, что движется разумом, порядок движущего его разума очевиден, хотя бы сама по себе движущаяся вещь и была лишена разума; так, стрела через посредство движения лучника движется прямо к цели, как если бы разум непосредственно направлял ее полет. И то же самое можно обнаружить в движении часов и других созданных человеческим искусством механизмов. Но искусственные вещи так соотносятся с человеческим искусством, как все естественные вещи – с искусством божественным. Поэтому, как сказано во второй [книге] «Физики», порядок, наблюдаемый в движущихся естественным образом вещах, подобен [порядку, наблюдаемому] в вещах, движимых разумом. По этой причине в тех действиях неразумных животных, которые в силу естественной склонности наиболее явственно подчинены упорядоченности со стороны Высшего искусства, мы замечаем некоторые признаки рассудительности. По той же причине некоторых животных называют рассудительными или сообразительными, а вовсе не потому, что они способны рассуждать или осуществлять какой-либо сознательный выбор. Последнее очевидно из того обстоятельства, что все особи одной природы неизменно действуют одним и тем же образом.

Раздел 3. Относится ли выбор только к средствам или порою также и к цели?

С третьим [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что выбор относится не только к средствам. Так, Философ говорит, что «правильным выбор делает добродетель, но не к добродетели, а к другой способности относится то, что естественно делать ради осуществления избранного»250. Но то, ради чего делается нечто, является целью. Следовательно, выбор относится [также и] к цели.

Возражение 2. Далее, выбор подразумевает предпочтение одной вещи другой. Но предпочтение можно отдавать как средствам, так и целям. Следовательно, выбор может относиться как к средствам, так и к целям.

Этому противоречат слова Философа о том, что «если желание направлено на цель, то выбор имеет дело со средствами»251.

Отвечаю: как уже было сказано (1), выбор следует из решения или суждения, которое, в свою очередь, является заключением практического силлогизма. Следовательно, материей выбора является заключение практического силлогизма. Но в практических вещах, как говорит Философ, цель выступает в качестве начала, а не заключения252. Следовательно, цель не является материей выбора.

Но как в спекулятивном познании ничто не препятствует тому, чтобы начало одного доказательства или одной науки являлось заключением другого доказательства или науки (ведь только первое недоказуемое начало не может являться заключением какого-либо доказательства или науки), точно так же и то, что является целью одной деятельности, может быть [в свою очередь] определено к чему-либо как к своей цели, и тогда оно выступает в качестве материи выбора. Так, целью работы врача является здоровье, и потому оно не является для врача материей выбора, но – материей начала. Однако телесное здоровье определено к благу души и, следовательно, для того, кто озабочен здоровьем души, здоровье или болезнь может являться материей выбора; так, апостол говорит: «Когда я немощен, тогда силен» (2 Кор. 12, 10). Что же касается конечной цели, то она ни при каких обстоятельствах не является материей выбора.

Ответ на возражение 1. Надлежащие цели добродетелей определены к счастью как к своей конечной цели, и с этой точки зрения они могут являться материей выбора.

Ответ на возражение 2. Как было показано выше (1, 5), существует только одна конечная цель. Поэтому там, где налицо несколько целей, они могут выступать субъектами выбора в той мере, в какой они определены к последующей цели.

Раздел 4. Связан ли выбор только с тем, что мы делаем сами?

С четвертым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что выбор связан не только с человеческими действиями. В самом деле, выбор относится к средствам. Но средствами являются не только действия, но также и орудия253. Следовательно, выбор связан не только с человеческими действиями.

Возражение 2. Далее, действие отлично от размышления. Но выбор имеет место даже при размышлении – ведь одно мнение может быть предпочтено другому. Следовательно, выбор связан не только с человеческими действиями.

Возражение 3. Далее, люди выбираются на некоторые посты, светские или духовные, теми, кто в отношении них не осуществляет никаких действий. Следовательно, выбор связан не только с человеческими действиями.

Этому противоречит сказанное Философом о том, что «человек выбирает только такие вещи, которые он может сделать сам»254.

Отвечаю: как намерение относится к цели, точно так же выбор относится к средствам. Но цель является или действием, или вещью. И если цель является вещью, то должно происходить некоторое человеческое действие – либо в том смысле, что человек производит являющуюся целью вещь; так, например, врач производит здоровье (поэтому о производстве здоровья говорят как о цели врача); либо в том, что человек тем или иным способом использует или наслаждается являющейся целью вещью; так, например, деньги или владение деньгами является целью скупца. То же самое можно сказать и относительно средства. В самом деле, средство также необходимо должно быть или действием, или вещью, которой сопутствует действие, посредством которого человек либо делает являющуюся средством вещь, либо так или иначе ее использует. И таким вот образом выбор всегда связан с человеческими действиями.

Ответ на возражение 1. Орудия определены к цели постольку, поскольку человек использует их ради цели.

Ответ на возражение 2. При размышлении имеет место действие ума, который соглашается с тем или иным мнением. Это действие является внешним, привносящим в размышление момент различения.

Ответ на возражение 3. Когда человек выбирает кого-либо в епископы или на некий высокий государственный пост, его выбор связан с назначением этого вот человека на этот вот пост. И если бы он не имел никакого права действовать в смысле назначения епископа или должностного лица, то он не имел бы и никакого права выбирать. И вообще, всякий раз, когда говорится о предпочтении одной вещи другой, указанный выбор неизменно связан с некоторым действием выбирающего.

Раздел 5. Связан ли выбор только с возможными вещами?

С пятым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что выбор связан не только с возможными вещами. Ведь, как уже было сказано (1), выбор является актом воли. Но «желание бывает и невозможного»255. Следовательно, бывает и выбор невозможного.

Возражение 2. Далее, как было сказано выше (4), выбор связан только с теми вещами, которые делаем мы сами. Поэтому не имеет значения, связан ли акт выбора с невозможным самим по себе, или же с тем, что невозможно для выбирающего. Но ведь нередко случается так, что мы оказываемся неспособными исполнить выбранное, поскольку убеждаемся в невозможности это сделать. Следовательно, выбор бывает связан с невозможным.

Возражение 3. Далее, для того, чтобы попытаться что-то сделать, необходимо [предварительно] это дело выбрать. Но, как сказал блаженный Бенедикт, если распоряжение свыше касается невозможного, то попытка его исполнения окончится неудачей256. Следовательно, выбор бывает связан с невозможным.

Этому противоречат слова Философа о том, что «выбор не бывает связан с невозможным»257.

Отвечаю: как было показано выше (4), наш выбор всегда связан с нашими действиями. Но нами делается только то, что для нас возможно. Поэтому мы с необходимостью утверждаем, что выбор связан исключительно с возможными вещами.

Кроме того, вещь выбирается постольку, поскольку она способствует достижению цели. Но невозможное никак не может способствовать достижению цели. Признаком этого служит следующее: когда люди собираются вместе для принятия решения о том, что является для них невозможным, они расходятся, признав свою полную несостоятельность.

Опять же, это становится очевидным, если мы примем во внимание процесс умозаключения. В самом деле, являющиеся объектом выбора средства так относятся к цели, как заключение – к началу. Но ясно, что невозможное заключение никак не может следовать из возможного начала. Поэтому и цель может быть возможной только в том случае, если возможны средства. Но никто не достигает невозможного. Следовательно, склонение к цели возможно только тогда, когда представляются возможными средства к ее достижению. Таким образом, невозможное не является объектом выбора.

Ответ на возражение 1. Воля посредствует уму и внешнему действию. В самом деле, ум предлагает воле ее объект, а воля обусловливает внешнее действие. Таким образом, начало движения воли надлежит усматривать в уме, который схватывает нечто под универсальным понятием блага, а предел или совершенство акта воли надлежит усматривать в его отношении к действию, посредством которого человек стремится к достижению вещи, поскольку движение воли происходит от души к вещи. Следовательно, совершенный акт воли относится к тому, что является благом делать, а это никак не может быть чем-то невозможным. Поэтому совершенный акт воли связан только с тем, что возможно для желающего и является его благом. А вот несовершенный акт воли может быть связан и с невозможным, в связи с чем некоторые называют его «благим пожеланием», поскольку, дескать, было бы благом это желать, кабы только оно было возможным. Но выбор – это акт воли, определенный к исполнению тем, кто выбрал. И потому он никоим образом не может иметь отношение к тому, что невозможно.

Ответ на возражение 2. Поскольку объектом воли является схваченное благо, мы должны судить об объекте воли в соответствии с тем, каким образом он схвачен. Поэтому, коль скоро порою воля имеет склонность к тому, что схвачено как благо, хотя на самом деле таковым не является, то и выбор порою делается в пользу того, что схвачено выбирающим как возможное, хотя на самом деле таковым не является.

Ответ на возражение 3. Причина этого заключается в том, что субъект, принимая решение о том, возможно ли нечто или нет, не должен полагаться исключительно на собственное суждение, но непременно должен учитывать мнение того, кто находится свыше.

Раздел 6. Выбирает ли человек свободно или необходимым образом?

С шестым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что человек выбирает необходимым образом. В самом деле, как сказано в седьмой [книге] «Этики», цель так относится объекту выбора, как начало к тому, что следует из начал258. Но заключения следуют из своих начал необходимым образом. Следовательно, человек необходимо приходит от [желания] цели к выбору [средств].

Возражение 2. Далее, как было показано выше (1), выбор следует из суждения разума о том, что надлежит сделать. Но о некоторых вещах разум, основываясь на необходимых посылках, выносит суждение необходимым образом. Следовательно, похоже на то, что выбор также является необходимым.

Возражение 3. Далее, если две вещи абсолютно равны, то человек не стремится к одной из них больше, чем к другой; так, согласно Платону, если человек испытывает одинаково сильные голод и жажду и равно удален от еды и питья, то он вынужден не двигаться с места (этим примером он разъяснял причину неподвижности земли в центре мира)259. Но если невозможно выбрать то, что равно предпочтительно с чем-то еще, то тем более не может быть выбрано то, что является менее предпочтительным. Поэтому, если доступны две или более вещи, одна из которых кажется наиболее предпочтительной, то выбор любой другой невозможен. Следовательно, выбор того, что кажется лучшим, является необходимым. Но каждый акт выбора связан с выбором того, что в том или ином отношении кажется лучшим. Следовательно, любой выбор является необходимым.

Этому противоречит следующее: выбор является актом разумной способности, которая, согласно Философу, является началом для противоположных действий260.

Отвечаю: человек выбирает не необходимым образом. И так это потому, что могущее не быть не является необходимым. Затем, причину, по которой можно выбирать или не выбирать, следует искать в двоякой способности человека. Так, человек может желать и не желать, действовать и не действовать; кроме того, он может желать то или это, делать то или это. Причина этого коренится в способности разума. В самом деле, воля склоняется к тому, что разум схватывает как благо. Но разум может схватывать как благо не только «то», а именно «желать» или «действовать», но также и «это», а именно «не желать» и «не действовать». Далее, в любой частной вещи разум может усматривать как аспект какого-то блага, так и недостаток какого-то блага, что воспринимается им как аспект зла, и в этом отношении он может схватывать нечто и как объект выбора, и как объект избежания. И только совершенное благо, а именно счастье, ни при каких обстоятельствах не может быть воспринято разумом как зло или недостаток. Поэтому счастье человек желает необходимым образом и никак не может желать не быть счастливым или быть несчастным. Но коль скоро выбор, как было показано выше (3), относится не к цели, а к средствам, то он связан не с совершенным благом, то есть счастьем, а с другими частными благами. Поэтому выбор человека свободен, а не необходим.

Ответ на возражение 1. Заключение не всегда следует из начал необходимым образом, но только тогда, когда начала не могут быть истинными без истинности заключения. Подобным же образом и цель не всегда требует от человека выбора средств, поскольку средства не всегда таковы, что без них цель является недостижимой, а если и таковы, то не всегда рассматриваются с этой точки зрения.

Ответ на возражение 2. Решение или суждение разума о том, что надлежит сделать, касается вещей случайных и для нас возможных. В таких вопросах заключения следуют из абсолютно необходимых начал не необходимо, а обусловлено, например: «если он бежит, то, значит, движется».

Ответ на возражение 3. Если две вещи предлагаются в качестве равных под одним аспектом, то ничто не препятствует нам усмотреть в одной из них некоторый частный момент превосходства, благодаря чему воля склонится к ней больше, чем к другой.

* * *

239

Ethic. VII, 5.

240

Ethic. Ill, 2.

241

Ethic. Ill, 5.

242

Ethic. VI, 2.

243

Nemesius, De Nat. Horn.

244

Ethic. Ill, 5.

245

Ethic. Ill, 4.

246

Ethic. VI, 13.

247

Metaph. I, 1. Аристотель в данном месте говорит не «рассудительны», а «сообразительны».

248

Nemesius, De Nat. Horn.

249

Phys. Ill, 3.

250

Ethic. VI, 13.

251

Ethic. Ill, 4.

252

Phys. II, 9.

253

Phys. II, 3.

254

Ethic. Ill, 4. Ср.: «В целом выбор, похоже, обращен на то, что зависит от нас».

255

Ibid.

256

Regula LXVIII.

257

Ethic. Ill, 4.

258

Ethic. VII, 9.

259

De Coelo II, 13. Ссылка на Платона здесь вряд ли уместна: Аристотель, скорее, имеет в виду Анаксимандра.

260

Metaph. IX, 2.


Вопрос 13 Вопрос 14 Вопрос 15


Источник: Фома Аквинский. Сумма теологии. Часть II-I. Вопросы 1-48: 5-901620-68-2. Издательство: Киев: Эльга, Ника-Центр, Элькор-МК, Экслибрис. 2006. С.И.Еремеев. Перевод, редакция и примечания.