№ 6

«Вы едете на Филиппины? Зачем?» – незадолго до моей поездки в этот уголок Юго-Восточной Азии мне довелось услышать такой вопрос, а также и мнение, что ни сама страна, ни люди, её населяющие, не заслуживают внимания. Насколько же ошибочным оказалось это мнение!

Филиппины – красивейшая страна, в которой живут замечательные люди. Для меня она была особенно интересна тем, что это единственная страна Юго-Восточной Азии, принявшая христианство. Подавляющее большинство населения – католики, но в последние годы всё больше появляется протестантов. Присутствует здесь и Православие. В 1930–1940-е годы существовал приход Русской Зарубежной Церкви, и около полугода здесь прожил святитель Иоанн (Максимович), в 1990 году появился приход Константинопольского патриархата, а в 2008 г. миссия Антиохийской Православной Церкви. Как раз в общении с православными филиппинцами и прошли несколько дней моего частного визита.

С собой я привёз иконочки с копией Владимирского образа Божией Матери и надписями на двух основных языках Филиппин – тагалог и себуано. Эти скромные издания Православного миссионерского общества имени прп. Серапиона Кожеезерского оказались очень востребованы, так же, как и нательные крестики, ладан и другие православные церковные предметы, которые не так легко здесь достать.

г. Манила.

Удивительно, как много в столице Филиппин мест, так или иначе связанных с Православием. Пока мы проезжали по улицам Манилы, профессор Филипп Балингит то и дело показывал мне: «вот место, где был русский православный храм, разрушенный попаданием японской бомбы в 1945 г.», «а вот этот огромный храм и университет раньше были православными, их построила и содержала богатая греческая семья. Когда она обеднела, всё пришлось продать католикам», «а здесь располагается неканоническая «Единая святая православно-католическая церковь», которую, как утверждает её лидер, будто бы основал святой Иоанн (Максимович), что, однако, является неправдой». Вообще на Филиппинах официально зарегистрированы 190 организаций, использующих в названии слово «православный», при этом к подлинному Православию имеют отношение только две–три из них. Для кого-то создание таких структур является просто бизнесом, – например, бывший католический священник регистрирует очередную «православную церковь», чтобы заниматься специальной услугой – венчать пары на пляже, что запрещено местной Римо-католической Церковью. Всё Православие сводится к названию, в остальном всё латинское.

Но самым неожиданным оказалось, что главной святыней Филиппин является... православная икона! Когда мне сказали, я не поверил, так что меня отвезли в эту церковь, чтобы я мог убедиться своими глазами – это точная копия иконы «Всепомогающая», включая греческие титлы и восьмиконечный крест, который держит один из ангелов. Говорят, что эта икона не вполне честным образом изъята в прошлом из православной страны. На Филиппинах она прославилась огромным множеством чудес, почему народ и почитает её. В храме Бакларан у неё постоянно толпы молящихся, и каждый час служится месса, но мало кто из приходящих знает о том, что икона – православная, как и в целом о Православии на Филиппинах пока что знают немногие.

о. Масбат.

Рано утром из Манилы мы с Филиппом перелетели на остров Масбат, – одно из красивейших мест в Азии, какие я только видел. Кокосовые пальмы здесь невероятно высокие, их заросли густо покрывают холмы, с одной стороны дороги тянется морской берег, а с другой стороны мелькают речки, сменяющиеся рисовыми полями. Весь час, пока мы ехали к монастырю, я наслаждался видами. Мы успели к началу литургии. Единственный православный монастырь на Филиппинах оказался довольно внушительной постройкой. В храме и в службе всё на греческий манер, но многие иконы – русские. Служат на английском языке, лишь некоторые части богослужения –на языке себуано. Поют все, кто находится в храме. Распевы простые, но исполняются так искренне и слаженно, что чуть ли не до дрожи пробирает. Ко причастию подходят едва ли не все молящиеся. Местный священник – отец Георгий, – служит с большим благоговением.

После литургии было общее угощение, и поздравительная программа, которую устроили для гостей – нас с профессором Филиппом Балингитом. Филиппинцы довольно эмоциональны и непосредственны – староста прихода, начав приветственную речь с шуток, к концу так расчувствовался, что прослезился. Затем прихожане, – как старые, так и малые, – исполняли песни. Самой маленькой исполнительницей была дочь старосты. Девочка никак не хотела петь, несмотря на уговоры и понуждения взрослых. Я уже хотел было сказать, что если она не хочет, то не стоит заставлять, но тут игуменья нашла выход – она позвала мальчика постарше, видимо, брата. Он взял девочку за руку, что-то шепнул на ухо, а затем запел первую строку песни. Кроха подхватила и уже в одиночку пропела с большим задором все оставшиеся строки.

Филипп привёз здоровенную сумку разных вещей, полезных в хозяйстве, а настоятельница тут же распределила это по прихожанам, показывая вещь и спрашивая, кто испытывает в ней нужду. Всё просто и по-семейному. Филипп откладывает от своей зарплаты на протяжении нескольких месяцев, чтобы потом купить и привезти на Масбат всё это, поскольку люди здесь очень бедны. Отрадно видеть такую взаимопомощь у православных филиппинцев.

Во время приветственного обеда профессор Балингит рассказал мне печальную историю отца Викентия (Эскарча), который стоял у истоков Православия на Филиппинах. Он был бенедектинским священником и пользовался известностью на острове благодаря строгости в молитве и богослужении. Он также являлся основателем и духовником женского монастыря бенедиктинского ордена. Будучи как-то в США, отец Викентий увидел православный храм и, заинтересовавшись его внешним видом, вошёл и был пленён православным богослужением. Он стал всё больше узнавать о Православии и его исследования завершились вхождением в 1990 г. в Константинопольский патриархат вместе со всем монастырём – двенадцатью монахинями. Он стал первым православным священником-филиппинцем. При совместных трудах – его и настоятельницы матушки Феодотии, – был построен замечательный православный монастырь (из прежнего католического их выгнали сразу, как только стало известно о принятии ими Православия), появилась община из ново-обратившихся местных жителей. В 2004 г. по причине здоровья отец Викентий попросился на покой, и его желание было удовлетворено. Но впоследствии у него стали копиться обиды на греческого митрополита, а также появилась некоторая ревность к другим священникам-филиппинцам, рукоположенным после него. В итоге он создал свою собственную «церковь», в которую увлёк некоторых прихожан. В своей практике он смешивал православные традиции с католическими (например, служил на пресном хлебе), а со временем привнёс некоторые оккультные элементы. Какое-то время назад он попал в аварию, повредил ногу, и оказался в деревенском госпитале. Здесь у него началась гангрена. Мне сказали, что ногу уже невозможно спасти. Во время рассказа возникла идея нам посетить отца Викентия, и мы отправились в госпиталь.

Бедный отец Викентий сидел в палате «святой Иуда Фаддей» под капельницей. Обе ноги были открыты и стало видно, что гангрена распространилась уже на вторую (дело осложняется диабетом). Зрелище его страданий было столь ужасным, что первые мгновения я даже не мог вымолвить ни слова. Матушка Феодотия сомневалась, захочет ли он принять нас, но отец Викентий любезно встретил нас.

Улыбнувшись, он попросил прощения за то, что не может принять нас достойно, поскольку очень болен. Мы немного побеседовали, я поблагодарил отца Викентия за всё доброе, что он сделал для Православия на Филиппинах, а также передал небольшое вспоможение. Отец Викентий поцеловал мне руку, а также отцу Георгию и поблагодарил нас за то, что мы проведали его. Отец Георгий будет и дальше навещать его. Как ни печально, но при виде отца Викентия нельзя избавиться от впечатления, что его болезнь к смерти. Поскольку он уже высказывал ранее желание быть погребённым в монастыре, матушка Феодотия спросила его распоряжения на этот счёт, и он сказал, что хочет быть похороненным в простом гробу, без всякой пышности. Филипп надеется, что он всё-таки примирится с Церковью, прежде чем отойдёт в другой мир. Читатели этих строк, помолитесь, пожалуйста, за тяжко болящего заблудшего иеромонаха Викентия.

После госпиталя мы отправились в гости к отцу Георгию. Всё то время, когда нет службы – он обычный крестьянин и кормит свою большую семью (шестеро детей) трудами рук своих. Проходя среди хижин, стоящих среди пальмового леса, глядя на простую жизнь этих улыбчивых людей, я невольно удивлялся тому, что и в такой невероятной глуши живут православные христиане. Во время разговора за кружкой кокосового сока обсуждались различные богословские и канонические вопросы.

Отца Георгия беспокоило то, что за все четыре года, что он служит на Масбате, он так и не получил от митрополита разрешение совершать исповедь (в греческих Церквах такое разрешение даётся не сразу). В результате все эти годы прихожане остаются без исповеди. Он объяснял ситуацию митрополиту и просил либо дать ему разрешение на исповедь, либо прислать другого священника, который имеет разрешение, но не получил никакого ответа. Я сказал, что, хотя в Русской Церкви священник начинает исповедовать сразу после хиротонии, отец Георгий должен следовать традиции той Церкви, к которой принадлежит и терпеливо ждать, пока митрополит даст ему разрешение исповедовать, время от времени вежливо напоминая о ситуации. В таком случае в будущем он сможет ожидать терпения и послушания от своих духовных чад, если сам сейчас покажет пример терпения и послушания.

В таком же духе были рассмотрены и другие недоумения. Позднее Филипп сказал мне, что опасался, что я начну говорить против митрополита, поскольку тот говорит против Русской Церкви и, в частности, самому Филиппу запретил посещать русский храм во время пребывания в Таиланде. Но оказалось, что я, напротив, защищал их митрополита и укрепил связь о. Георгия с ним. Уже затемно мы вернулись в монастырь и, после беседы с матушкой Феодотией, легли спать. Запомнился рассказ матушки о реакции местных жителей на их обращение в Православие – «а, значит, вы стали коммунистами». Православие у них ассоциировалось с Россией, а Россия с коммунизмом, в итоге из двух ассоциаций сложилось нечто невероятное.

г. Пасиг.

Ранним утром о. Георгий отвёз нас в аэропорт, и мы вернулись на самолёте в Манилу. Здесь у меня была лекция в Philippine Normal University, организованная профессором Балингитом. Для меня это была первая лекция на английском языке, тема – «Духовная жизнь православного христианина». Поскольку факультет педагогический, большинство слушателей оказалось девушками. После вступительной части я показал им подборку фотографий о православной жизни, сопровождая комментариями, а в самом конце раздал иконочки с образом Владимирской Божией Матери. В некоторые моменты лекции студенты слушали с большим интересом, но в целом сложно сказать, удачно ли было моё выступление. Мне казалось, что в католической стране было бы странным и даже оскорбительным говорить о необходимости веры как таковой, однако из последующих вопросов я понял, что ошибался – среди филиппинских студентов и молодёжи в целом сейчас сильно разочарование в католицизме и в религии вообще, так что для некоторых не вполне понятна религиозность в принципе.

Вообще католицизм сильно сдаёт позиции в стране. За последние двадцать лет количество католиков сократилось с 90% до 70% населения. Очень популярны стали разные протестантские движения – их церкви можно встретить буквально на каждом углу Манилы, – появились также «самодельные» филиппинские новые религии, активна проповедь мусульман, наконец, выросло и число людей вообще нерелигиозных. Со студентами мы тепло попрощались, и многие пожелали сфотографироваться на память, – филиппинцы вообще очень любят фотографировать и фотографироваться.

Из университета мы отправились в тюрьму города Пасиг, чтобы принять участие в праздничном мероприятии для заключённых, которое регулярно устраивает сестра Филиппа, работающая в суде. Уже возле тюрьмы я увидел, что к нам присоединились также многие из студентов, слушавших мою лекцию. Собственно из 28 было только три парня, а все остальные – девушки.

Получив печать на левую руку «VISITOR», мы вошли в помещение, где сидела почти сотня заключённых, одетых в жёлтые футболки, а также находились представители тюремного руководства. Началась программа, которая включала много пунктов. После официальных приветствий слово предоставили мне. Я коротко рассказал о Православной Церкви как единственной, которая сохранила неповреждённой веру Христову, затем об Иисусовой молитве, и напомнил, что Христос близок к ним и поможет, если они захотят жить по Его воле. В конце объяснил православное почитание Божией Матери (меня предупредили заранее, что среди заключённых много протестантов), рассказал о Владимирской иконе и раздал каждому по иконочке. Заключённые принимали с благодарностью, многие прикладывались лбом к моей руке – как мне потом объяснили, это у филиппинцев знак большого уважения к священнослужителю.

После моей речи началась развлекательная часть. Вышел один из студентов и начал диалог с публикой. При этом от него шла невероятно мощная волна позитива. Он был не просто рад, – он фонтанировал восторгом, казалось, будто всю жизнь он мечтал выступить перед этими заключёнными, и наконец, его мечта сбылась. После парня слово взяла одна из девушек и выступала с таким же задором. Студенты пели песни, устраивали групповые игры (ни одну из которых я не видел раньше), танцевали, – и всё это было ярко, весело, естественно, и притом удивительно целомудренно, – не было даже тени чего-либо неприличного. Выступали и заключённые, пели рождественские песни. Получился настоящий праздник. Я был потрясён. За всю жизнь я не видел столько радости у людей, сколько за эти два часа в филиппинской тюрьме. И дело не только в количестве, но и в качестве этой радости. Я смотрел и понимал, что у нас такое невозможно, мы просто другие. Я даже не рискну описать то, что увидел, поскольку любое описание вряд ли будет понято правильно – это надо просто видеть. Но больше всего меня потрясло то, что для девушек это было первое посещение тюрьмы. С такой естественностью, искренностью и так правильно радовать сотню покрытых татуировками зеков, – и всё это с первого раза, – просто невероятно.

Когда развлекательная часть закончилась, всех попросили встать. Мы встали, и один из помощников госпожи Балингит начал читать молитву. Как православный я не участвовал в ней. Из своего неучастия я не делал какой-то демонстрации и не думал, что кто-то обратит внимание, однако обратили. Одна из студенток спросила потом профессора Балингита: «А почему православный священнослужитель не молился с нами?» на что он ей ответил: «Это очень печально, но православные христиане не могут молиться с католиками, пока не решены принципиальные вопросы, разделяющие нас». Она сразу же спросила: «А что нужно сделать, чтобы их решить?» Как ни странно, именно моё неучастие в совместной молитве пробудило в ней больший интерес к изучению Православия, чем вся моя утренняя лекция.

Человек, прочитавший молитву, был нелёгкой судьбы. Он провёл в этой тюрьме тринадцать лет из пятнадцатилетнего срока, пока, наконец, не было доказано, что он невиновен в том, за что его осудили. Он вышел на свободу, но жизнь пришлось начинать с нуля, – его жена давно имела другую семью, дети выросли. Теперь он помогает госпоже Балингит в её тюремном служении.

Программа включала также праздничный обед, во время которого заключённые, тюремщики и мы, гости, все ели одно и то же. Затем была снова развлекательная программа, а в конце несколько выступлений. Профессор Балингит напомнил, что самое главное – получить свободу от греха. И это можно сделать, даже находясь в тюрьме, между тем многие, кто живёт вне тюремных стен, не имеют такой свободы. Эти слова, заключённые встретили аплодисментами. В конце, когда заключённые выходили, выстроившиеся в цепочку гости каждому дарили по подарку (несколько необходимых в быту вещей). В эту цепь были приглашены также представители тюремной администрации, – к их удивлению, – а затем и мы с отцом Родионом, диаконом миссии Антиохийской Церкви, который был вместе с нами весь день.

После возвращения из тюрьмы у нас состоялся продолжительный разговор с о. Родионом. Миссия Антиохийской Православной Церкви в стране началась с перехода одной неканонической деноминации, которую принял митрополит Павел (Салиба). Главы этой деноминации заявляли митрополиту о десятках тысяч верующих, но в действительности их численность не превышает нескольких сотен. Позднее в лоно Антиохийской Церкви перешла также часть прихожан из Константинопольской по причине имеющихся там нестроений в приходской жизни на главном приходе.

Стоит отметить, что митрополит Нектарий занял резко негативное отношение к Антиохийской миссии, объявляя её неканонической структурой, объявив отлучёнными от причастия всех мирян, которые перешли из константинопольского прихода в антиохийский, и запрещая своим клирикам и прихожанам общаться с антиохийскими. Всё это проявление той неправославной идеологии, которая получила в последнее время заметное распространение в Константинопольском патриархате, согласно которой весь неправославный мир – каноническая территория и собственность их Церкви. Несогласие с этими идеями было выражено на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви 2008 г., не поддерживают эти веяния и в Антиохийской Церкви. В частности, митрополит Павел (Салиба), возглавляющий Австралийскую и Новозеландскую епархию Антиохийского Патриархата в одной из публичных речей заявил: «В образованных кругах хорошо известно, что патриарх Константинопольский не имеет того же положения в церковной иерархии Православной Церкви, какое занимает епископ Римский в Католической Церкви. Константинопольский патриарх не есть папа Римский на Востоке. Ещё в образованных православных кругах хорошо известно, что в прошлом были случаи, когда Константинопольские патриархи на Вселенских и других Поместных Соборах были признаны еретиками... Константинопольский патриарх не является голосом Православия и не может устанавливать стандарты в Православии. Архиепископ или митрополит, подчиняющийся Константинопольскому Священному Синоду, ещё менее может претендовать на главенство над епископами и архиепископами других Поместных Церквей. На протяжении последних ста лет всем хорошо известно, что Антиохийский Патриархат и его епархии по всему миру получают указания от Священного Синода Антиохийского Патриархата и ни от кого другого. Мы не вмешиваемся во внутренние дела других юрисдикций. В то же время мы не допускаем от кого бы то ни было из других юрисдикций советов о том, что нам делать».

К сожалению, из-за негативного отношения современных митрополитов Константинопольского патриархата к приходам и миссиям других православных юрисдикций, – а это отношение зачастую худшее, чем к инославным, – нет возможностей для согласованного свидетельства о Православии на Филиппинах и в других неправославных странах. Неустроенное положение православных общин особенно печально видеть среди филиппинского народа, который очень расположен к Православию.

г. Лагуна.

В последний день моего пребывания мы отправились в городок Лагуна, чтобы навестить отца Филимона (Кастро). Он был ранее «епископом» одной из филиппинских неканонических деноминаций, злоупотребляющих названием «православная», но в 1994 г. с помощью иеромонаха Викентия пришёл в Православную Церковь. Он построил храм в Параньяке – пригороде Манилы, это сейчас самый крупный приход на Филиппинах. Однако несколько лет назад для храма рукоположили нового священника, а иеромонаха Филимона направили в провинцию. Он очень активен как миссионер, и создал в регионе три прихода. Сегодня в его домовой церкви св. Саввы Освящённого людей немного, так как будний день. Во время службы отец Филимон некоторые возгласы даёт на тагалоге. Он перевёл на этот язык всю литургию, но, кажется, книжечки с этим переводом сейчас есть только у него. Вспомнилось, что иеромонах Викентий рассказывал нам о своём переводе основных богослужений на себуано, который, однако, остался в рукописи.

Откровенно говоря, для меня большой неожиданностью стало то, что греки из Константинопольского патриархата за двадцать два года своего пребывания на Филиппинах не издали даже краткого молитвослова на местных языках, не говоря уже о другой православной литературе. Её попросту нет ни на тагалоге, ни на себуано. Есть мнение, что филиппинцы хорошо знают английский, но в действительности это касается только людей с высшим образованием, а простым людям английский не настолько близок, чтобы свободно читать на нём книги. Отсутствие литературы особенно печально, если учесть подлинный интерес к вопросам веры со стороны филиппинцев. Я побывал во многих азиатских странах и могу сказать, что мало где люди так открыты для слышания о вере православной, и принятия её.

В качестве подтверждения приведу два примера, случившиеся уже в Маниле. Профессор Балангит привёл меня на встречу со своей знакомой, состоятельной женщиной, которая исповедовала протестантизм. Мы сели в небольшом ресторанчике. Я сказал несколько общих приветственных фраз, но наша собеседница сразу перешла к вопросам духовной жизни. Я начал отвечать и вдруг заметил, что работники ресторана (три или четыре человека) отложив свои дела, замерли напротив нас, и слушают, что я говорю. Также и все, сидевшие за столом, не притрагивались к пище, пока я не закончил отвечать. Нигде я не видел такого внимания к словам человека в рясе. В другой раз мы с Филиппом зашли в один офис по делу. Сотрудница, которая беседовала с нами, чтобы решить интересующий нас вопрос, спросила обо мне: «А из какой конгрегации отец?» на что Филипп ответил: «он не из какой-либо католической конгрегации, это православный христианин». «А что такое «православный»?» и после этого вопроса началась беседа более чем на час о Православии. С неподдельным интересом женщина слушала об истинной христианской вере, и в заключение сказала: «Мне нужно больше знать о Православной Церкви».

Дай Бог, чтобы все филиппинцы, чьё сердце открыто для истины, смогли узнать о Православной Церкви!

§ Диакон Георгий Максимов

Завершился цикл семинаров-практикумов, проводимых Синодальным миссионерским отделом по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла в столицах федеральных округов Российской Федерации.

В 2012 году Синодальный миссионерский отдел Русской Православной Церкви провёл цикл семинаров по повышению квалификации для председателей и сотрудников епархиальных миссионерских отделов Русской Православной Церкви.

В марте и июне на базе Николо-Угрешского мужского монастыря г. Дзержинский сотрудниками Миссионерского отдела были проведены семинары для Центрального и Северо-Западного федеральных округов Российской Федерации.

В октябре семинар был проведён в г. Екатеринбурге для миссионеров Уральского округа.

В ноябре сотрудники отдела посетили гг. Ростов-на-Дону и Нижний Новгород, чтобы пообщаться с миссионерами Южного и Приволжского федеральных округов.

И, наконец, в декабре сотрудники Синодального миссионерского отдела летали в гг. Новосибирск и Хабаровск, где были организованы семинары для Сибирского и Дальневосточного федеральных округов Российской Федерации.

В работе семинаров принимали участие председатель Синодального миссионерского отдела, митрополит Белгородский и Старооскольский Иоанн, заместитель председателя, священник Александр Короткий, а также различные сотрудники Синодального миссионерского отдела, преподаватели Белгородской Православной Духовной семинарии (с миссионерской направленностью), и многие практикующие миссионеры различных направлений.

В ходе семинаров обсуждались различные вопросы, касающиеся методов и форм миссионерского служения, подготовки и обучения миссионеров. Главной целью было рассмотрение и обсуждение нового документа, принятого Священным Синодом 27 декабря 2011 года: «Об организации миссионерской работы в Русской Православной Церкви».

Помимо этого, на ряде семинаров была представлена презентация проекта документа «Стандарт миссионерских практик», подготовленного Синодальным миссионерским отделом и Белгородской Православной Духовной семинарией (с миссионерской направленностью). Данный Стандарт имеет целью выразить обязательное включение миссионерских практик в духовные учебные заведения в соответствии с требованиями Федерального Государственного Образовательного Стандарта (ФГОС). Документ разделяет миссионерские практики по двум категориям: краткосрочные, осуществляемые студентами на местах без отрыва от образовательного процесса (социально-миссионерская, миссионерско-педагогическая, миссионерско-катехетическая и миссионерско-апологетическая практики), и долгосрочные (миссионерские экспедиции и поездки для служения в миссионерских станах), – с правом сдачи экзаменов экстерном.

С 1 по 7 октября этого года по благословению митрополита Белгородского и Старооскольского Иоанна, председателя Синодального миссионерского отдела Русской Православной Церкви, сотрудник отдела иеромонах Иннокентий (Деньщиков) посетил Высшую Духовную миссионерскую семинарию Ордена Божьего Слова (Миссионеров Вербистов – SVD) в г. Пенежно в Польше.

В семинарии иеромонах Иннокентий прочитал ряд лекций по миссии Русской Православной Церкви в новейшее время. Также была проведена презентация учебников миссиологии, разработанных Синодальным миссионерским отделом 2009 и 2010 гг. На презентации ректор семинарии о. Иосиф Венцлавик подчеркнул особый вклад в новые отношения России и Польши Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла: «В свете визита Его Святейшества в августе месяце многое изменилось в отношениях между нашими Церквами. Как сказано в совместном послании России и Польши: «В результате политических и социальных перемен конца ХХ века наши Церкви получили возможность исполнять свою миссию евангелизации, а также принимать участие в преобразовании наших обществ, опираясь на традиционные христианские ценности. В прошлом христианство внесло огромный вклад в формирование духовного облика и культуры наших народов. Мы стремимся и сегодня, в эпоху религиозной индифферентности и продолжающейся секуляризации, предпринимать все усилия ради того, чтобы общественная жизнь и культура наших народов не утрачивали основополагающих нравственных ценностей, без которых не может быть мирного и стабильного будущего». В свете визита главы Русской Православной Церкви в Польшу стало возможным и наше мероприятие, которое в течение этой недели проходило в стенах нашей «alma mater». Нам очень интересно было познакомиться с опытом Русской миссии, за что и благодарим ксёндза Иннокентия. Надеемся, что и те материалы, которые Вы увезёте с собой о нашей миссионерской семинарии, будут полезны в Вашей работе. Я очень рад узнать, что Вы продолжительное время работали в Иркутске, где я в своё время принимал участие в строительстве нового собора. Благодарю ректора Белгородской семинарии Высокопреосвященного митрополита Иоанна, председателя Миссионерского отдела, за то, что не отказал нам в нашей просьбе и передайте достопочтенному владыке от нас глубокую благодарность в надежде на дальнейшее сотрудничество между нашими миссионерскими семинариями».

Вместе с учебниками по миссиологии о. Иннокентий передал в библиотеку семинарии и свою монографию по истории католической миссии в Восточной Сибири в дореволюционный период. Стоит отметить, что один из семинаристов пишет работу по миссии Русской Православной Церкви на соискание научной степени магистра. Соискатель при написании своей работы использовал первое издание учебника миссиологии (2009 г.).

Семинария в Пенежно – типичное учебное заведение Католической Церкви, по сути своей является миссионерским монастырём. Семинария основана 90 лет тому назад орденом Вербистов с целью подготовки специалистов для внешней миссии Католической Церкви. Общая площадь её составляет примерно 7000 кв. м. и включает в себя комплекс помещений, состоящих из семинарского храма, библиотеки, миссионерского музея, аудиторий, интернет-класса, нескольких часовен, трапезной, комнат отдыха для преподавателей и семинаристов, гостиничных номеров, спортзала, автономной котельной и ряда подсобных помещений. В парковой зоне отдельно построена часовня, где внутри и снаружи установлены мемориальные таблички отошедших в мир иной миссионеров-вербистов польского происхождения. Имеется большое подсобное хозяйство, которое полностью обеспечивает продуктами питания монастырь и семинарию. Семинария рассчитана на 200 семинаристов. На сегодняшний день на всех курсах обучается 16 человек.

Семинария живёт по монастырскому уставу. Преподаватели и семинаристы составляют единую монашескую общину. Ректор семинарии одновременно является главой профессорско-преподавательской корпорации и наместником монастыря. Все остальные административно-хозяйственные монастырские должности распределены между преподавателями. В обязанности семинаристов-монахов входит только обучение. Послушание по монастырю несут отдельные послушники (трудники) или наёмные работники. Каждый год все слушатели, за исключением отчисленных из школы, дают так называемые временные монашеские обеты (на 1 год), а по окончании семинарии – вечные, и получают рукоположение в диаконы и в священники. Первый год обучения называется «постулат» или «новициат» и является обще-религиозной и монашеской подготовкой. Основное обучение проходит в течение 6 лет. 2 года курс философии и 4 года курс богословия. Учебная программа включает в себя прохождение пастырской практики после 4 лет обучения в семинарии и имеет два направления: социальную и миссионерскую.

Социальная практика рассчитана на один год и подразумевает участие семинаристов в социальных программах, работу в приютах, интернатах и других социальных учреждениях в Польше. Миссионерская практика рассчитана на три года и связана с работой в миссиях ордена по всему миру, где семинарист (клерик) изучает допустимые методы и принципы миссионерской деятельности для той страны, в которую был направлен, а также её язык, культуру и традиционные религии. И, что немаловажно, за период миссионерской практики монах-семинарист «входит в среду», т. е. знакомится с внутренним и внешним электоратом местной церковной общины, что позволит ему в будущем, вступив в обязанности миссионера, успешнее и в короткие сроки выстроить взаимоотношения с обращёнными и потенциальными верующими. Как правило, миссионерская практика определяет будущее место служения миссионера. На втором курсе каждый слушатель в обязательном порядке пишет прошение на пастырскую практику. Если клерик выбирает миссионерскую направленность пастырской практики, в своём прошении он указывает три страны, в которых он имел бы предпочтение трудиться. Руководство семинарии, рассматривая прошения, направляет семинаристов в одну из указанных стран, следуя церковной необходимости и интересам ордена. Все выпускники по окончании семинарии получают дипломы государственного образца со степенью магистра. Государственный статус документов обеспечивается тем, что семинария вербистов в Пенежно является филиалом Католических Университетов в г. Люблин и г. Ольштын.

Структура семинарии:

– ректор

– преподавательская корпорация

– воспитательский состав

– духовник

Расписание дня в семинарии:

07.00 – утренние молитвы

07.30 – месса

08.15 – завтрак

09.00–12.45 – лекции

13.00 – обед, дневные молитвы

14.00 – личное время

15.00–18.00 – самоподготовка

18.30 – вечерня

19.00 – ужин

19.30 – индивидуальные занятия, личное время

22.00 – отбой

Библиотека.

Научная библиотека составляет около 120 тысяч наименований хранения. Фонд включает в себя несколько тысяч раритетных единиц, хранящихся только в библиотеке Пенежно. В библиотеке существует 2 каталога: внутренний и интернет-каталог. Интернет-каталог содержит список наименований источников, литературы, научных работ семинарии и публикаций. Внутренний каталог позволяет работать с книгами в электронном формате. Работу библиотеки обеспечивает официальная программа, составленная Национальной Библиотекой Польши: МАК в WWW.

Фонд библиотеки разбит на разделы:

– миссиология;

– основной фонд;

– периодика.

Раздел миссиологии имеет отдельное просторное помещение и собрание книг каталогизировано по странам, где в подразделе Россия теперь числится два учебника миссиологии, изданных Синодальным миссионерским отделом.

В семинарии действует читальный зал, где студенты и преподаватели имеют возможность работать с энциклопедиями, словарями и профессиональной литературой, и свежей периодикой. 

Миссионерский музей.

Особое место в семинарии занимает музей. Под музей отведено монастырём довольно-таки большое помещение, он разбит на павильоны, каждый из которых представляет ту и ли иную страну, где есть миссии вербистов. Наполнение музея экспонатами осуществляется самими миссионерами и имеет три направления: предметы языческого культа, экспонаты национальной христианской культуры и предметы быта. По предметам музея можно проследить элементы христианизации местной национальной культуры в процессе проведения многолетней миссионерской деятельности. Отдельного внимания заслуживают павильоны, посвящённые Африке, Индии и Китаю. Работа музея направлена на инкультурацию, т.е. погружение в местную культуру. Что позволяет миссионеру ещё в стенах семинарии адаптироваться к культуре той страны, где ему предстоит работать. Здесь же проводятся регулярные выставки и презентации научных работ. К примеру, на период моего пребывания в холле музея была размещена экспозиция, посвящённая 700-летию Пенежно, а в Африканском павильоне шла презентация новой книги, изданной выпускником семинарии и посвящённой многолетней работе в Южной Африке. Музей пользуется большой популярностью не только в г. Пенежно, сюда привозят на экскурсию школьников и студентов со всей Польши. Музейный фонд за всю многолетнюю историю накопил достаточно большое количество материала, который используется непосредственно в миссионерской работе и в научной деятельности миссионеров, защищающих магистериум в пенежской семинарии.

История ордена.

Орден Миссионеров Слова Божья (Societas Verbi Divini – Миссионеры вербисты) был основан немцем, причисленным к лику святых Католической Церковью, Арнольдом Янссеном (1837–1909) 8-го сентября 1875 года в голландском городке Стейл, рядом с немецкой границей. В возрасте 38 лет он приступил к созданию Миссионерского дома, позже именно на этой почве расцвело Общество Слова Божия. Другое, более популярное название – вербисты – происходит от латинского слова «verbum» – «слово». Распространение Слова Божьего стало главной задачей вербистов.

Помимо конгрегации вербистов о. Арнольд Янссен основал две женские монашеские общины Служительниц Святого Духа (монахинь миссионеров) и Служительниц Святого Духа непрерывного поклонения (затворницы), их прямое предназначение своей молитвой поддерживать благовестников.

Конституции ордена описывают Арнольда Янссена, как человека Провидения Господня, воодушевлённого великим апостольским рвением к тем странам, где нет церковного присутствия. Это был человек с ясным представлением о нуждах церковной миссии, которая невозможна без апостольства, молитвы, хороших типографий, духовных упражнений, экуменизма, продвижения апостольского служения мирян, изучения этнологии, антропологии, лингвистики. В Конгрегации насчитывается более 6000 братьев, из которых 2500 человек служат в Азии, 1300 – в Европе и примерно столько же в обеих Америках. Вербистам принадлежит 341 монашеская обитель в 67 странах, практически на всех континентах.

Вербисты служат в приходах, университетах, школах. В учебных заведениях всегда трудятся и миряне, работают организации и советы мирян. Одной из принципиальных установок является сотрудничество и вовлечение в служение широкой аудитории. Поэтому на местах часто проводятся курсы катехизаторов и аниматоров общин. Особое внимание уделяется мигрантам и беженцам.

Конгрегация активна во многих средствах массовых коммуникаций. Вербисты занимаются изданием книг и периодической печати, занимаются выпуском теле- и радиопрограмм, организуют видеостудии и студии звукозаписи.

В начале 20-х годов XX века вербисты принимали участие в оказании помощи, которую Святой Престол оказывал голодающим Поволжья. В 90-х годах вербисты возобновили деятельность в России. В 1994–2000 годах апостольским нунцием в России был вербист Джон Буковски, одним из первых российских епископов – Ежи Мазур. На территории России вербисты имеют приходы в Москве, Санкт-Петербурге, Иркутске, Вологде, Череповце, Тамбове, Камышине, Волгограде, Благовещенске, Свободном, Архангельске.

§ Подготовил священник Александр Гинкель 

Летом этого года клирик Белгородской митрополии, знаменитый миссионер, протоиерей Димитрий Лукьянов, вновь совершил путешествие по северному маршруту Российской Арктики. Предлагаем вашему вниманию заметки из его дневника и отрывок из беседы в редакции.

Начало экспедиции, как правило, в середине июля, когда максимально освобождаются ото льда моря Арктического региона. В задачи судна входит обеспечение продуктами и ГСМ полярных метеостанций, которые находятся как в посёлках (Диксон, Усть-Кара, Амдерма, Тикси, Певек... и т.д.), кроме этого очень много островных, и удалённых от жилья – ЗФИ, Новая Земля, о. Визе, о. Голомянный, Новосибирские острова, о. Врангеля, м. Челюскин, Известий ЦИК, Стерлегова, Амбарчик, Раучуа, Валькаркай.

Кроме экипажа судна, в состав экспедиции входят учёные различных направлений – биологи, геофизики, геологи, экологи, историки, геодезисты. Уникальность судна заключается в том, что на нём есть вертолёт, и благодаря ему можно попасть в самые отдалённые места и в погоду, не позволяющую совершить высадку на берег обычными средствами.

В настоящее время на судне оборудована система спутниковой связи, что позволяет родным, близким, знакомым узнать, где находится судно. Для экипажа и экспедиции – это возможность использовать спутниковый канал для доступа в Интернет, написанию дневников, отчётов экспедиции.

2 августа.

Сегодня день Ильи Пророка, День десантника и День оленевода! Мне посчастливилось встретить, поздравить и пообщаться с настоящими оленеводами на м. Белый Нос (где соединяются два моря Баренцево и Карское).

Судовой врач, Татьяна Викторовна, лечит зубы, во время богослужений поёт. Это прихожанка нашего храма (Покрова Богородицы с. Н. Таволжанка Белгородской и Старооскольской епархии). Деньги для оборудования зубного кабинета выделил фонд «Транссоюз», а для приобретения лекарств, средств связи, печатной продукции по гранту от фонда прп. Серафима Саровского.

По гранту, как и в прошлом году, было приобретено большое количество духовно-нравственной литературы, комплекты для первоклассников. Подборка книг оставлялась в библиотеках полярных станций и посёлков, отдельные книги раздавались полярникам, научным работникам, экипажу, местному населению. Кроме этого, мы оставляли на станциях витамины, Татьяна Викторовна оказывала зубоврачебную помощь. Для полярников была предоставлена возможность позвонить домой с использованием спутникового телефона.

2 сентября.

С воскресным днём всех! Сугубо москвичей! Теперь, у нас на судне, разница с Москвой 4 часа, литургия только закончилась (7:00 по Москве), идём полным ходом к Новосибирским островам, к о. Котельный (там о. Агафангел (Белых) устанавливал часовню, недалеко от полярной станции).

А вчера смотрели фильм «Чудо», после – дискуссия. Смотрели на большом экране в столовой команды (проектор купили на грант фонда прп. Серафима Саровского). Очень хорошая форма общения – совместный просмотр фильмов и потом беседы, диалоги...

Судно, на котором мы путешествуем, уникальное – практически единственное в Арктике, с вертолётом на борту. И, соответственно, есть возможность взять с собой небольшой попутный груз. В этом году мы доставили печку в п. Тикси, где находится миссионерский стан. В пос. Певек о. Евгению привезли фрукты (цена очень уж высокая в самом посёлке, и батюшка не может себе позволить купить их для детей). Надеюсь, в дальнейшем продолжить помощь арктическим приходам в доставке грузов, необходимого.

Архипелаг Северная Земля, о. Голомянный.

Главной особенностью этой полярной станции является присутствие на ней ребёнка Андрюшки (3 годика). Обычно управление не разрешает брать детей на «полярки», но, наверное, учитывая, что это не первый ребёнок этой семьи, воспитанный и обученный на «полярке», разрешили.

Службы совершались регулярно – в праздничные и воскресные дни служилась Божественная литургия (при отсутствии штормовой качки), на берегу, по возможности, служили, если позволяло время, литургию, если стоянка была недолгой, то хотя бы молебен, исповедь. Запомнилась литургия в п. Диксон – первая литургия в построенном храме. Так получилось, что Татьяна Викторовна, наш стоматолог и певчая не попала на берег, и петь было некому, пели как могли, всем храмом. Литургия в Диксоне была совершена впервые, и я решил совершать литургию с комментариями, чтоб хоть как-то разъяснить смысл совершаемого.

27 сентября.

Всех с праздником Воздвижения Креста Господня! Только что закончилась Божественная литургия, где-то между Новосибирскими островами и Тикси.

Этим летом я поступил на геолого-географический факультет БелГУ. Мне и самому интересно поучиться, и надеюсь, для нашей кафедры расширяется география исследований. В этом году я попутно выполнял задание Института проблем экологии и эволюции им. Северцова и нашей кафедры.

– В чём, на Ваш взгляд, заключаются особенности миссионерской деятельности среди учёных-полярников и населения северной части России?

– Нужно быть разносторонне развитым, это помогает в общении с научным кругом. Не бояться физической работы, стараться помочь в разгрузке продуктов на «полярки». Нужно учитывать особенности жизни на Крайнем Севере (к примеру, 1 кг апельсинов стоит 400 руб., картошки 260 руб., а оленины 100–150 руб.) пускай пост заключается в чём-то другом.

В общении с местным коренным населением руководствоваться книгой «На краю света» Лескова. Помнить слова апостола: «Для всех я стал всем...» И главное – иметь деятельную горячую веру в Господа.

Беседовал священник Александр Гинкель 

Иисус же сказал им: истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную. Ин.6:53,54

Доклад сделан на годовом епархиальном собрании Губкинской и Грайворонской епархии 20 декабря 2012 года.

В настоящее время происходит начало евхаристического возрождения в Русской Православной Церкви. Святая Евхаристия – величайшее Таинство христианской Церкви, основной залог спасения каждого православного христианина. Только во время участия в Евхаристии, которая по слову архиепископа Михаила (Мудьюгина) «..как могущественное средство спасения, как лестница Иакова (Быт.28), соединят землю с небом, обеспечивается возможность «деятельного восхождения» к Богу всех желающих к Нему приближаться, то есть переживать процесс спасения»¹⁰². Вот поэтому осознать это величайшее значение Евхаристии является важнейшей задачей для каждого члена Церкви Христовой.

Выдающийся богослов ХХ в. протопресвитер Николай Афанасьев пишет: «Евхаристия есть трапеза Господня, на которую Господь призывает всех, и которая совершается для всех, собранных вместе. Быть участником Евхаристии означает быть участником трапезы Господней, но быть участником трапезы означает «вкушать» от неё. Иного участия в Евхаристии не может быть, и иного участия не было, начиная с первой Евхаристии, совершенной апостолами после Пятидесятницы. Это было «предание», которого строго держалась древняя Церковь»¹⁰³.

И действительно, не нужно забывать, что первые священные книги христиан появились спустя приблизительно двадцать лет после Вознесения Господня, тогда как Вечеря Господня совершалась с первых же дней после сошествия Святого Духа на апостолов, и Церковь жила не Писанием, а Евхаристией.

Божественная литургия, на которой совершается Евхаристия, то есть освящаются хлеб и вино, совершается для того, чтобы причастились все, кто принимает участие в этом богослужении. В литургии могут быть только участники, и не может быть зрителей. Участие в литургии и причащение стали, к сожалению, «индивидуальным» делом каждого христианина, в то время как по сути это общее дело, происходящее из самой сущности Церкви, «которая есть Тело Христово»¹⁰⁴.

Замечательный учёный-литургист ХХ-го в. Грегори Дикс (Gregory Dix), объясняя греческое слово ἅγιος (как и латинское sanctus) говорит, что оно означает не столько то, что само по себе является «хорошим», но «то, что принадлежит Богу», и поэтому призыв на литургии «Святая – святым» наиболее адекватно можно перевести так: «Божие – народу Божию», то есть «то, что принадлежит Богу – для Его людей». Именно так рассматривала данный призыв древняя Церковь. Мы принадлежим Телу Христову, мы искуплены Иисусом Христом, и потому принимаем Его Дары – отнюдь не в силу наших личных совершенств.

Сегодня многим представляется дискуссионным вопрос о частоте Причащения мирян в течение всего года, особенно на Пасху, на Светлой седмице и в период Пятидесятницы. Если ни у кого не вызывает сомнения, что в Великий Четверг, день, в который Господь Иисус Христос на Тайной Вечери установил главное таинство христианской веры – Евхаристию, большинство причащаются, то о Причащении на Пасху и на Светлой седмице есть разные точки зрения. Сторонники и оппоненты находят подтверждение своим доводам у разных отцов и учителей Церкви, указывают свои «за» и «против». Достаточно вспомнить 66-е правило VI Вселенского Собора, в котором сказано: «От святаго дня воскресения Христа Бога нашего до недели новыя, во всю седмицу верные должны во святых церквах непрестанно упражняться во псалмах и пениях и песнях духовных, радуясь и торжествуя во Христе, и чтению Божественных писаний внимая, и святыми тайнами наслаждаясь. Ибо таким образом со Христом купно воскреснем, и вознесёмся». «Правило это имеет в виду то великое значение – по толкованию епископа Никодима (Милоша) – какое в Церкви всегда имел праздник Пасхи Господней, и возвышенность связанных с ним воспоминаний; далее имеет в виду Светлую седмицу, которая в Церкви считалась как один день Господень и праздновалась одинаковым образом, как и первый день Пасхи». Это правило тесно перекликается с Правилами свв. Апостолов и рядом Поместных Соборов (Ап. 9; Трул. 24; Антиох. 2; Карф. 61).

Проблема причастной дисциплины стала дискуссионной только в Средние века. Вследствие падения Константинополя в 1453 году, Греческая Церковь переживала глубокий упадок богословского образования. Со 2-й половины XVIII века начинается оживление духовной жизни в Греции.

«Если мы рассмотрим подготовку ко Святому Причащению и требования, предъявляемые к причащающимся в других Поместных Православных Церквях, то увидим, что эти условия не единообразны. Внутри каждой из Поместных Церквей существует многообразие практик» – отмечает протоиерей Николай Балашов, – «В Греческой Православной Церкви частота причащения мирян довольно широко варьируется, много мирян, которые причащаются раз–два или три–четыре раза в год. В таких случаях духовники рекомендуют поститься здоровым неделю, больным – три дня, тяжелобольным – один день. Вместе с тем, от тех, кто старается причащаться часто (к чему призывает мирян большинство известных греческих духовников), не требуется соблюдения иных постов, кроме общих, установленных для всех Церковью.

В Сербской Православной Церкви практика подготовки к причащению очень различная. В тех епархиях и приходах, где преобладает влияние греческой традиции, миряне, имеющие своего духовника, обычно причащаются часто, не обязательно исповедуясь накануне каждого причащения. Во время продолжительных постов обычно причащаются каждое воскресенье. Молитвенное правило в таких случаях обычно ограничивается молитвами ко Святому Причащению. Та часть духовенства, которая ориентируется скорее на русскую традицию, рекомендует мирянам исповедоваться перед каждым причащением, большими постами – два–три раза за пост. Вне поста такие священники не возбраняют, конечно, причащаться, но и не очень советуют. Также рекомендуют вычитывать всё Правило ко Святому Причащению»¹⁰⁵.

Интересно свидетельство митрополита Вострского Тимофея (Иерусалимская Православная Церковь): «Что касается причащения на Светлой седмице, мы придерживаемся того, что неделя, следующая за Пасхой, представляет собой один пасхальный день. Так говорит сама Церковь, это видно и в службах этой седмицы. Поэтому наш Патриарх Феофил благословил всем, кто соблюдал весь Великий пост до Великой субботы, на Светлой седмице причащаться без поста. Единственное, вечером перед причащением всем рекомендуется воздержаться от скоромного, от мяса. А если днём человек вкушал мясо и молоко, это нормально. Вопрос о причащении без поста в другие сплошные седмицы у нас оставляется на рассмотрение духовника».

Теперь перейдём к практической стороне вопроса.

Как причащаются в Светлую седмицу? Как это регламентировано уставом Церкви?

Можно ответить, что никакого устава Церкви, касающегося особенностей Причащения в Светлую седмицу, нет. Причащаются точно так же, как причащаются обычно.

В синодальный период дореволюционной Церкви люди причащались достаточно редко, главным образом в период постов, а то и раз в год. Не было принято причащаться на Пасху.

Современная практика во множестве храмов такова: желающим не отказывают в Причастии на Светлой седмице. В отношении исповеди можно сказать следующее: так как Пасхальная радость несовместима с покаянным чувством, то для тех, кто желает причаститься в эти дни, достаточно исповеди, которая была на Страстной седмице (при условии, что не был совершён тяжкий грех). Этот вопрос также можно оставить на усмотрение духовника.

Светлая седмица сплошная, как же быть с постом?

В 64-м Правиле Святых Апостолов говорится: «Аще кто из клира усмотрен будет постящимся в день Господень, или в субботу, кроме единыя только (Великия субботы): да будет извержен. Аще же мирянин, да будет отлучен»¹⁰⁶. (См. также Ап. 51, 53; IV Всел. 16; Трул. 13, 55; Анкир. 14; Гангр. 18, 21; Лаод. 29, 49, 51).

День Господень, то есть воскресный день, есть малая Пасха, а как выше было сказано в 66-м правиле VI Вселенского Собора, Светлое Христово Воскресение – Пасха и Светлая седмица считались одним днём Господним, в эти дни пост упразднялся.

На деле существуют разные практики: одни рекомендуют пост в не-переедании, другие – из вечерней трапезы исключить мясо, третьи – в пище никак не ограничивают и руководствуются определением Священного Синода Русской Православной Церкви 1969 г., которое определяет продолжительность литургического поста не менее 6 часов.

Какое молитвенное правило при подготовке к Причащению в Светлую седмицу?

Здесь также существуют разные варианты. Например, Покаянный канон заменяют Пасхальным, при этом читают каноны Божией Матери, Ангелу Хранителю и Правило ко Святому Причащению. Другой вариант: читается правило ко Святому Причащению (канон и молитвы), Пасхальные Часы и, желательно, Пасхальный канон, тем, у кого его нет, можно услышать канон во время службы. Но для унификации практики подготовки ко Причащению предпочтительнее руководствоваться «Правилом ко святому причащению» (изд. Московской Синодальной типографии, 1893 г.), в котором говорится: «Ведомо буди, яко во Светлую седмицу Пасхи вместо вечерних и утренних молитв поются часы Пасхи, вместо же канона Господу Иисусу и параклисиса Богоматери чтется канон Пасхи с Богородичнами его, прочий же по днем седмицы опускаются. Канон же и молитвы по причащении читаются полностью, предваряемые только троекратным чтением «Христос воскресе» и с опущением псалмов и Трисвятого с тропарями после него»¹⁰⁷.

Что же касается практики причащения мирян в остальные сплошные седмицы и Святки, то за основу можно взять принцип причащения мирян на Светлой седмице.

В заключение хочется напомнить слова преподавателя церковного права, заслуженного профессора, протоиерея Певцова Василия Герасимовича: «Недопущение Члена Церкви к Таинству Причастия есть одно из суровых церковных наказаний (эпитимья), налагаемых за тяжкие грехи»¹⁰⁸.

§ Священник Олег Билевич

Проблема взаимодействия между миссионерскими экспедициями и приходами райцентров (вообще местными приходами) давно осознана в тех местах, где регулярно проводятся миссионерские экспедиции – как «московские», так и из епархиального центра (т. е. от миссионерского отдела епархии). Касается такое взаимодействие и содержательной стороны миссионерской проповеди (и эта составляющая также могла бы найти своё отражение при обучении будущих миссионеров).

Данный доклад обобщает опыт работы и сотрудничества авторов в разное время на территории трёх епархий (ныне – и митрополий) Западной Сибири (Новосибирской митрополии, Кузбасской митрополии, Барнаульской и Алтайской епархии), причём «двойной опыт» – как опыт работы в составе миссионерских экспедиций¹⁰⁹, так и регулярный обмен опытом с епархиальными миссионерами и приходскими священниками указанных митрополий и епархий как «принимающей стороной» (принимающей «московские» и епархиальные миссионерские экспедиции на своей канонической территории).

1. Практически во всех документах, любого уровня, по миссионерской деятельности РПЦ мы можем встретить важнейшее положение из «Концепции миссионерской деятельности Русской Православной Церкви»: «Целью миссии является не только научение просвещаемых народов вероучительным истинам и воспитание христианского образа жизни, но и передача опыта богообщения посредством личного участия человека в таинственной жизни евхаристической общины». Таким образом, важнейшей «темой» в православном благовестии должно стать знакомство человека с евхаристической общиной – тем конкретным приходом, ближайшим к месту проживания человека, с которым потом новообращённому христианину предстоит иметь дело.

2. На практике часто оказывается, что взаимодействие миссионерских экспедиций, организуемых из общецерковного или епархиального центра, с приходами на территории, где ведётся проповедь, нередко носит только организационный характер, и не касается самого содержания проповеди, т. е. миссионерская проповедь в экспедициях не выливается для местных жителей в знакомство с приходом, ближайшим для них. А без этого невозможно говорить о «передаче опыта богообщения посредством личного участия человека в таинственной жизни евхаристической общины» как о цели миссии. Такая миссия становится теоретическим рассказом о «вероучительных истинах», но не превращается в дорогу к храму. И даже совершение таинства Крещения не становится шагом к храму. Почему?

3. Известно, что своё нежелание идти в Церковь человек очень часто оправдывает различными «внешними обстоятельствами», среди которых первое место занимает разнообразная негативная информация о Церкви, которую можно обобщить такой хорошо известной формулой: «я-то в Бога верю, я-то в Церковь ходил бы, да церковь теперь уже не та/попы не те и т. п.». Такой стереотип в первую очередь работает против местного приходского священника. Хорошо известны случаи, когда люди обращались к миссионерам из состава экспедиции, при этом негативно высказываясь о местных священниках и приходах, по уже озвученной формуле, «дескать, у нас поп плохой, а то я бы ходила в церковь». Отклик таких людей на проповедь экспедиционных миссионеров нередко обманчив – ведь люди и сами себе «доказали», что они «не против Бога, к Богу хорошо относятся», и делать ничего не надо больше – ни на службы ходить, ни храм помогать содержать своей копеечкой¹¹⁰. Очевидно, что для большинства таких людей вся их духовная жизнь закончится с отъездом экспедиции, потому что их крещение в экспедиции создало у них иллюзию «духовной жизни», «приобщения к церкви», причём альтернативного, помимо прихода. И это касается не только людей, негативно настроенных к местному приходу, но и всей массы в целом индифферентных местных жителей.

4. К сожалению, и у самих экспедиционных миссионеров случалось встречать ошибочную оценку такого явления. Так, нередко высказывались мнения, что экспедиции компенсируют недочёты местных священников, например, давая возможность прийти к Богу тем, кто не хочет идти к местным священникам. (Такое мнение встречалось и в печати, и в докладах, и в практике личного общения). Такая оценка – это наша большая миссионерская ошибка, потому что на самом деле путь к Богу не может миновать евхаристическую общину¹¹¹. Действительно помочь местным священникам, компенсировать их недочёты экспедиционный миссионер может, если будет строить свою проповедь как «дорогу к храму» – к вполне конкретному, местному храму, т. е. местной евхаристической общине, без которой для местного жителя путь к Богу невозможен. Это значит, что экспедиционный миссионер должен при возможности привлекать к участию в таинстве крещения местного священника, в свои беседы вносить элементы «презентации» местного прихода, храма, постоянно конкретизировать общие места своей проповеди обращением к примеру, местного храма¹¹².

Отдельной темой является вопрос о расстояниях до ближайшего храма – здесь, конечно, всё индивидуально. Однако для большинства мест не стоит преувеличивать проблему расстояний (как нередко кажется из «центра» – как из федерального, так и из областного). Люди, имеющие опыт служения на «миссионерских территориях», знают, что в современном мире во многих населённых пунктах сложилась практика регулярного посещения райцентра, т. е. для людей нормой является раз в неделю/месяц/или ещё как-либо выезжать в райцентр по хозяйственным делам. В этих условиях вполне естественно ориентировать их на приход, существующий в райцентре¹¹³.

Итак, проповедь экспедиционного миссионера в условиях, если в райцентре есть евхаристическая община (приход), должна быть содержательно сориентирована на представление местным жителям этого прихода как их прихода; образ Церкви Христовой должен конкретизироваться через рассказ о доступной им приходской жизни. К такому взаимодействию экспедиций и приходов должны быть подготовлены не только экспедиционные миссионеры, но и настоятели приходов в райцентрах; в рамках такого миссионерского сотрудничества они должны быть гибкими в вопросах реагирования на нужды своих «прихожан из глубинки», поездок к ним, а также в вопросе треб и оплаты за требы (возможно, оказались бы полезны особые документы и директивы на общецерковном/епархиальном уровнях, призывающие/обязывающие приходы райцентров к такому сотрудничеству). Вероятно, стоит обратить особое внимание на взаимодействие между миссионерскими экспедициями и приходами райцентров (вообще местными приходами) – не только на уровне организации экспедиции, но и, главное, на уровне содержания благовестия – при подготовке будущих экспедиционных миссионеров, руководителей миссионерских отделов, занимающихся организацией экспедиций.

§ Протоиерей Георгий Пивоваров, руководитель

миссионерского практикума Новосибирской

Православной Духовной семинарии (НПДС),

А. Б. Пивоваров, преподаватель миссиологии НПДС

...Феликс бродил по дворам многоэтажек, мысленно благодаря Бога за все неисчислимые милости, которые Он даровал. За мирное время, за то, что верующих нынче не гонят, за здоровье, а главное – за жену, в которой он нашёл не только миловидную женщину, но соратника, как, наверное, сказали бы революционеры. Революционер, миссионер... во многом эти, с позволения сказать, профессии были похожи и требовали горячего сердца и большого самопожертвования. Только семена они сеяли в людях разные: революционеры – смерть и разрушение, а миссионеры – жизнь вечную.

С этими мыслями Феликс зашёл в очередной двор. Здесь он увидел пожилого мужчину, сидящего на лавочке, и гревшегося в лучах утреннего майского солнца. Феликс часто его видел, когда, проводив с утра жену, шёл на автобусную остановку, откуда ехал на свою работу. И всегда какое-то внутреннее чувство побуждало его подойти и рассказать о Христе. Но в очередной раз Феликс подавил это желание. Его давно убедили, что такая форма миссионерства среди православных не принята. Ускорив шаг и опустив голову, молодой мужчина пошёл прочь. От насилия над совестью он позабыл про молитву, и сейчас пытался только сориентироваться, в какой стороне расположен необходимый ему банк.

– Добро пожаловать! – встретила банковский работник клиента при входе в зал.

– Добро пожаловать! – ответил Феликс и рассмеялся автоматизму, с которым повторил стандартное приветствие.

Но девушка, вымуштрованная на вежливость, не заметила в его словах несуразности и заученно продолжила

– Чем могу помочь?

– Да Вы, девушка не переживайте. Я не богатый магнат и не важная птица, со мной можно запросто. Где у вас зарплатные карты выдают?

Банковский работник подвела Феликса к нужному окну и вернулась на свой пост у входной двери.

Феликс любил детей и всё, что с ними связано. Поэтому, получив анкету, мужчина расположился за журнальным столиком на маленьком стульчике, предназначенном для детей, на время оформления их родителями банковских документов. Сев туда, Феликс удивился, но не тому, что его колени расположились чуть ли не на уровне ушей.

– Да это же настоящий «Faber Castell»! Ничего себе живут в банке, если такие дорогущие карандаши лежат здесь для детских забав!

Среди прочих он выбрал голубой, взял лежащий тут же чистый лист и под разными углами провёл по нему несколько линий. Яркость и сочность цвета восхитила его. Он наслаждался, едва нажимая грифелем, почти без усилий заштриховывая насыщенным голубым небольшое пространство. Только художник мог по-настоящему оценить все преимущества таких карандашей. Имея в руках подобные приспособления, страстно захотелось что-нибудь изобразить. Феликс на мгновение задумался, затем стал что-то чиркать по листу, сменяя один цвет другим. Окинув рисунок удовлетворённым взглядом, он принялся за составление анкеты. Когда всё было закончено и, получив кредитную карточку, он покинул офис, девушка, встречавшая всех у дверей, подошла к детскому столику и посмотрела на оставленный листок. В её обязанности входило выкидывать всю использованную бумагу. Но в этот раз она лист оставила, только положила более ровно. На нём рукой профессионала был изображён одуванчик с белой пушистой головкой на синем фоне. Рядом надпись гласила: «Ты особенный у Бога! И очень нужен Ему!»

К остановке Феликс шёл через те же дворы. Пожилой мужчина по-прежнему сидел на лавочке. Опять знакомое, лёгкое побуждение чуть сжало сердце миссионера. Как и обычно он заглушил его, но, когда проходил мимо, мужчина оживился и рукой подозвал его.

– Эй, парень! Да, да – ты, – уточнил он, заметив, как Феликс озирается по сторонам. – Расскажи мне, пожалуйста, о Христе.

Просьба была столь неожиданна, что на какое-то время Феликс, пребывая в шоковом состоянии, потерял дар речи. Едва собрав разлетевшиеся мысли в кучу, он переспросил.

– Я правильно Вас понял? Вы хотите услышать об Иисусе Христе? Простите за нескромный вопрос, а с чего Вы решили, что именно я могу рассказать о Нём?

– Много лет назад ты мне уже говорил об этом, только тогда я тебе противоречил. Но сейчас я хочу вновь про Него послушать.

– Наверное, не менее семи лет прошло с нашего разговора? Я Вас совершенно не помню. Но это и не важно. Как, говорите, к Вам обращаться?

– Зови – дядя Дима.

– Значит, рассказать о Христе? Что ж... Христос – это самый близкий нам Человек, Которому до нас всегда есть дело. Ему важно где у нас болит, что нас беспокоит, о чём мы переживаем. Мы Ему настолько дороги, что Он добровольно пошёл на смерть, лишь бы мы избежали этой участи и имели жизнь вечную. А ещё Христос – Бог, а потому, всё то добро, которое Он для нас приготовил, остаётся не просто благими пожеланиями, но имеет силу усвоиться каждым из нас. Он всегда готов помочь нам в наших проблемах, но хочет, чтобы и мы духовно выросли и сами прилагали все усилия для их решения.

– А пить Он поможет бросить? Понимаешь, здоровье уже не то. В прошлом году инфаркт перенёс. Врачи категорически запрещают это дело, – мужчина щёлкнул пальцем между щекой и подбородком, – а я не могу. Привык уже за столько лет. Да и, понимаешь ли, друзья. Скучно сидеть с ними без выпивки.

– Вы видите свою проблему только в алкоголе. Дядя Дим, это – не главное. Это только одна веточка большого многоветвистого дерева. Корень надо подсечь. Корень – это Ваши разорванные отношения с Богом. Если вы их восстановите, то всё будет нормально. А так, станете обрубать веточку одну, другую, третью... Человек грешен не потому, что грешит, а грешит, потому что грешен...

Дядя Дима сидел молча. Опершись на палку, он внимательно слушал и думал.

– Да-а-а... Здоровья уже нет. Весна на дворе, а не радует. Бросить бы пить... Может закодироваться? Или впрямь в Церковь сходить? Авось не засмеют, что на старости лет в храм притащился грехи замаливать? Что-то нужно в жизни менять... Иначе в таком режиме до осени не дотяну.

Дав дяде Диме номер своего сотового, и объяснив, в каком храме по воскресеньям его можно найти, Феликс бодро пошёл на автобус. Воодушевление и радость распирали его.

– Наверное, всё-таки нужно проповедовать на улицах!

С этими мыслями он буквально влетел на подножку рейсового автобуса, шедшего до его работы. В будний день народу в транспорте было немного. Феликс удобно устроился в двойном кресле, и блаженно закрыл глаза, только иногда их открывая, чтобы не пропустить нужную остановку. Впрочем, ехать ему предстояло почти через весь город, так что беспокойство было излишним. Воспользовавшись долготой поездки, Феликс вспомнил, как он первый раз вышел на проповедь. Тогда никто не хотел его слушать. Народ бежал по своим бесконечным неотложным делам, в страхе неприязненно отмахиваясь от парня, праздно шатавшегося по городским улицам с Библией в руках, и предлагавшего рассказать об Иисусе Христе. Помнится, тогда, после очередной неудавшейся попытки, он в отчаянии сел на газонный бордюр и наугад раскрыл свою книгу. Взгляд упал на слова из книги Иезекииля: «Эти сыны с огрубелым лицом и с жестоким сердцем; к ним Я посылаю тебя... говори им слова Мои, будут ли они слушать или не будут...» Тогда он тоже испытал чувство, сродни сегодняшнему после неожиданной и успешной проповеди. Феликс блаженно улыбнулся, а память повлекла его дальше ещё на много лет назад, когда он студентом тусовался в шумных компаниях с неизменными сигаретами и нецензурными шутками. Они с друзьями как раз обсуждали планы на вечер: футбольный матч смотреть с пивом или сделать «ёрш», прикупив бутылку «беленькой», когда к ним подошёл парень с Библией в руках и предложил открыть Богу сердце. Тогда они все дружно посмеялись над ним, приглашали в свою компанию, ради хохмы предлагали обменять Библию на пару бутылок пива, типа – большего она не стоит. Но парень не согласился, и стал что-то говорить о любви Божией и о том, как драгоценен для Него каждый человек. Помнится, для понтов они ещё немного покочевряжились, а потом стали задавать вопросы. Расстались они в дружеском расположении. С того момента Феликс чаще стал задумываться о смысле жизни, даже иногда пробовал молиться, пытаясь рассказать Богу о своих тревогах и узнать ответы на интересующие его вопросы. Наконец, когда вопросов накопилось слишком много, за их разрешением он пошёл в православный храм.

Красота городского собора ослепила юношу не позолотой алтаря и паникадил, а каким-то внутренним светом и недосягаемой духовной высотой. Казалось, что в своём недостоинстве он никогда не сподобится соответствовать этому святому месту.

– Шапку-то сними, – где-то в районе пупка двухметрового Феликса проскрипел старушечий голос.

После того, как порывистым движением юноша стащил с головы бейсболку, никто на него больше не обращал внимания. Но что-то внутри звало попытаться пробраться сквозь стену всеобщего молчания, и он, достав тетрадку с выписанными вопросами на духовные темы, подошёл к кассе.

– Этого я ничего не знаю. Обращайся к батюшке, – обозрев его «допросный» список, остановила молодого «Почемучку» грузная кассирша. – Или вон, книжку купи. Хорошая книжка – «Что посоветуете, батюшка?» называется. Есть ещё «Молитвослов», «Псалтирь», «Житие Серафима Саровского» ...

– А как с батюшкой поговорить?

– Служба закончится – тогда и поговоришь.

Феликс едва дождался окончания литургии. Несмотря на молодость, с непривычки шею и спину у него ломило, голова пухла от тягучих напевов и непонятных слов, но он решил идти до конца.

Когда закрылись створки алтаря, и через какое-то время из боковой его двери вышел священник уже без облачения, с каким-то громоздким чемоданом, Феликс преградил ему дорогу.

– Извините, не могли бы Вы разрешить некоторые мои недоумения?

– Сейчас мне некогда. Давайте в следующий раз.

– Где и когда? – не удовлетворился парень общими фразами.

– Нужно подумать... Утром среди недели можете?

– По утрам у меня учёба.

– А вечером в среду? В 19:00 после службы?

– В среду постараюсь.

– Хорошо, – и батюшка опрометью бросился к дверям храма, у которых его ждала женщина в траурной одежде.

В среду Феликс находил тысячу причин, чтобы не пойти в церковь. Как это нередко бывает с хорошими намерениями, они испаряются с переменой настроения. К тому же, на последнюю пару перенесли рисование с натуры, а вечером – чемпионат мира по футболу. Играли не «наши», но тем не менее... Однако, ещё с утра он сунул заветную тетрадку в пакет и в 19:00 был в храме. Его благолепие очередной раз тронуло сердце начинающего художника. Небольшое количество людей располагало к сосредоточенным размышлениям. Очень скоро знакомый священник вышел на амвон, лицом к народу прочёл какую-то короткую молитву и вновь вошёл в алтарь. Прихожане стали расходиться. Феликс ждал.

– А ты, мил человек, что тут стоишь? Пора идти домой, – спросила его уборщица, гася в храме свечи.

– Я священника жду.

– Так он давно ушёл.

– Не может быть. Я специально его здесь сторожу.

– Марфа! – окликнула уборщица кассиршу. – Отец Стефан уже ушёл?

– Да. Я видела его в окне.

– Это невозможно. Мы же заранее договаривались о встрече, время назначили.

– Ну, запамятовал батюшка о тебе. Всяко случается. Тоже ведь человек. А мимо не проходил, потому, как из алтаря вышел через дверь, ведущую во двор.

Несколько мгновений Феликс отказывался верить, что с ним так бесчестно поступили. Ведь он же, чтобы успеть вовремя, буквально выбежал из института, сел на дорогую маршрутку. А футбол?.. Это же невосполнимая потеря! И всё это ради того, чтобы теперь стоять остолопом посреди храма, смеша своим видом церковных бабулек? Да кому нужна вся эта духовность? Жил же он до этого нормально и ещё проживёт не хуже.

В сердцах, швырнув тетрадку с вопросами на подоконник, парень вышел из церкви. Он прекратил молиться, свалил все купленные в церкви книжки в коробку и запнул её под стол, стал чаще «гудеть» в компаниях друзей, как будто пытаясь этим кого-то наказать. Но тяга к духовным познаниям его не оставляла. Он решил попытаться навести мосты к Богу ещё раз, пойдя в другой храм.

– Батюшка, разрешите мои недоумения, – обратился он к священнику, стоящему к нему спиной у церковной лавки. – Отец Стефан?!!!

Когда священник повернулся, он оказался именно тем, на кого парень смертельно обиделся. Каким образом он оказался здесь узнавать Феликс не стал, а запальчиво упрекнул

– Мы как-то с вами договаривались о встрече. Я пришёл ровно к назначенному времени, а Вы ускользнули через другую дверь.

– Похоже, я Вас ненароком сильно обидел. Простите! Грешен. Закрутился. Забыл. Так что вы собирались узнать?

Вредненькое, пакостное чувство обиды недолго боролось в душе Феликса с тягой нового, и он стал задавать священнику заготовленные вопросы. Окончилась их беседа спустя час тем, что священник пригласил Феликса в воскресную школу для взрослых.

Спустя два года, с солидным как ему казалось, багажом знаний, Феликс решился пойти проповедовать на улице. Он помнил, как сам обратился к Христу через того парня, простые слова которого, перевернули всю его жизнь, и хотел подражать ему. Конечно, теперь Феликс уже догадывался, что проповедник тот был не православным, и где-то понимал, что в его церкви подобную инициативу вовсе не поддержат. А потому не спешил об этом распространяться.

– Вот, наберусь опыта, появятся положительные результаты миссионерства, наш храм наполнится новообращёнными – с такими результатами можно обращаться к духовнику за благословением, а может, если потребуется, и к самому правящему архиерею.

Его уличные проповеди прекратились через несколько месяцев неожиданно и прозаично. Однажды, со словом о Христе он подошёл к какому-то парню. Тот внимательно слушал и для более точного разбора Библии пригласил проповедника к себе домой. Но когда они вошли в подъезд, избил Феликса, отобрал сотовый телефон и убежал. Жаль, что Библию не прихватил. Может, хоть она со временем вразумила хулигана.

Когда на исповеди отец Стефан стал допытываться, отчего у Феликса разбитое лицо, тот сперва хотел отделаться общими фразами и шутливыми цитатами из кинофильмов. Но опытный духовник достаточно быстро понял обстоятельства происшествия, и настоятельно рекомендовал оставить практику уличного миссионерства. И хотя он высказался не категорично, а подал совет, Феликс ухватился за него, внутренне вздохнув с облегчением. Но сегодняшнее благовестие дяде Диме вновь поставило перед мужчиной вопрос насущности тогдашней его деятельности.

Размышляя обо всём этом, Феликс заметил, как на одной из остановок в автобус вошли два парня, сразу приковавшие к себе его внимание. Отутюженные брюки, начищенные ботинки, чёрные галстуки. К карманам безупречно – белоснежных шёлковых рубашек были прикреплены бейджики с именами «Старейшина Пол», «Старейшина Майкл».

– Мормоны! – похолодело внутри Феликса.

Нет, он не испугался. Мужчина прекрасно был осведомлён, что адепты этой секты не станут буянить в транспорте. Но он также понимал, что с их активной миссионерской позицией, они не станут просто добираться до пункта назначения, а обязательно попытаются кого-то к себе завербовать. И ещё он знал, что никак не помешает им: будет мучиться, страдать, заниматься самобичеванием, но не попытается их остановить. А почему? Да просто кишка тонка! Потому-то он и свернул свою уличную проповедническую деятельность, сославшись на отца Стефана. По правде говоря, ему было слишком тяжело и страшно обращаться к незнакомым людям с вестью о Христе, всякий раз при этом ожидая от них негативной реакции. Любой элементарно мог его послать, нагрубить, высмеять, а Феликс с детства очень болезненно переносил такое.

Между тем, мормоны сели в разные двойные кресла у окон на расстоянии нескольких метров друг от друга. Через какое-то время к каждому из них подсели пассажиры, и началось... Феликс сидел неподалёку от старейшины Пола и весь превратился в слух.

– Жарковато этой весной, – обратился Пол на приличном русском, но с небольшим английским акцентом к пожилой женщине, сидевшей рядом с ним. В ответ он получил пространный отчёт об огородно-садоводческой деятельности попутчицы. Пол её слушал, согласно кивал головой, и время от времени «включал» свою американскую улыбку.

– А Вы откуда? – наконец спросила женщина, довольная, что хоть кто-то на этой земле впервые её выслушал.

– США. Штат Юта. Церковь Иисуса Христа святых последних дней. Только ко Христу не имеющая никакого отношения, а лишь прикрывающаяся Им. – Опережая мормона, про себя недовольно проворчал Феликс. – Вон, и брошюрку свою ей уже подаёт. Конечно! В России проповедуют все, кому не лень, кроме настоящих христиан. Интересно, а в брошюрке о том, что у мормонов допускается многожёнство, тоже указывается? И что выше Библии они ставят книгу Мормона – пересказ полуфантастической истории о том, как колена Израилевы добрались до Американского континента? А о том, что основатель секты Джозеф Смит ещё с детства занимался оккультизмом? Может при выходе сказать этому хлыщу, чтобы оставил в покое наших женщин, и подобру-поздорову убирался в свои Штаты? Или её предупредить, что ей грозит опасность попасть в секту?

Из автобуса Феликс вышел злой на весь мир и, в первую очередь, на самого себя. Конечно же, он никому ничего не сказал. Оставалось только надеяться, что женщина не «клюнет» на мормонскую агитацию. От воодушевления, которое он испытывал после проповеди дяде Диме, не осталось и следа. Раздражённый он вошёл к себе на работу и обомлел. Моментально ему вспомнился сегодняшний сон с одуванчиками. Почти всё пространство за бюро приёмки заказов было заполнено жёлтыми шариками, которые при помощи специального приспособления надували Олеся и Рустик, а Марина с Эдуардом вплетали их в «косу» шириной в один обхват.

– Здорово, ребята! Это что у нас здесь творится? Осколок солнца упал в офис и разбился на сотню одуванчиков?

– Почти угадали, Феликс Матвеевич, – поспешила объяснить ситуацию приёмщица Марина. – Завтра открывается магазин «Подсолнух», и нам заказали украшение на его презентацию.

– Почему же вы работаете не в их помещении? – поинтересовался Феликс, беря в руки распечатанный план украшения входной двери магазина.

– Да ведь он в соседнем доме. К чему перетаскивать оборудование? К тому же, у них сейчас запарка с завозом товаров. Друг о друга что ли спотыкаться?

– Рустик, кажется, у нас ещё оставались чёрные шарики? Если это «Подсолнух», давай, изобразим семечки, – сразу включился Феликс в рабочий процесс. – Разместить их нужно будет полукругом вот здесь, – и директор «Оформительского агентства» указал на эскизе какие коррективы необходимо внести в работу. Затем он с трудом пробрался сквозь шарики в свой кабинет. – Ребята, если работаете на нашей территории, то идите в подсобку. А то с таким подсолнечным настроением контора выглядит базарной площадью, а не солидной фирмой. И не оставляйте бюро приёма без присмотра, – крикнул директор команде, «поплывшей» в подсобку по жёлтому шариковому морю.

Директором агентства Феликс стал буквально перед отпуском и ещё не понял, каково это – руководить людьми. Сейчас ему предстояло прочитать и подписать несколько неотложных документов, оставленных в сейфе собственником агентства Александром Ивановичем.

В городе было два особо популярных оформительских агентства, оба они принадлежали родным братьям Свистуновым. А потому, не вступая в конкуренцию, они поделили сферы влияния и разъехались по разным районам: Василий «осел» в Кировском, а Александр – в Калининском. Феликсу было бы удобнее работать у Василия (от дома – рукой подать), но тот специализировался на простых, более дешёвых заказах и ему не требовалось для этого содержать дизайнера такого уровня. Зато, те, кто не скупился на что-то более оригинальное, обращался за оформлением к Александру Свистунову. И именно у него Феликс мог хоть в какой-то степени применить свои художественные дарования, а теперь и подняться по карьерной лестнице.

Закончив бумажные дела, и, позвонив Свистунову, Феликс вышел в бюро приёмки. Перед стойкой на высоком пластиковом барном стуле в виде рюмочки, сидела молодая женщина и пролистывала образцы прежних дизайнерских решений по украшению праздников. По её внешнему виду трудно было судить, окажется ли для неё пустяковым делом оплата услуг агентства, или потребует мобилизации всех финансовых ресурсов. Длинные чёрные волосы, собранные резинкой в хвостик, заканчивались ниже лопаток. Стройная подтянутая фигура облекалась в белую футболку и в белую же джинсовую мини-юбку. Кроме золотой цепочки с крестиком на шее и обручального кольца, других украшений у неё не наблюдалось. На стойке стояла её красная лакированная сумочка средних размеров. Рядом с ней на обычном стуле, болтая ногами, сидела девочка лет пяти, одетая в зелёное платьице. Она что-то мурлыкала себе под нос, рассматривая в открытом дверном проёме подсобки дядь и тёть, занятых интересной работой. Но вот её взгляд остановился на цветах, стоящих на подоконнике. Скрученные из длинных колбасо-образных разноцветных шариков, они размещались своими толстыми резиновыми стеблями в большой вазе, на вид скорее напоминающей стеклянное ведро.

–Мама, цветочки! – девочка протянула руку к вазе.

–Да, цветочки, – подтвердила мать, едва взглянув на предмет, приведший в восторг её дочь, – не трогай, Алина. А то дяденька будет ругаться.

– Цветочки, мам! Купи цветочек беленький... и жёлтый.

– Зачем тебе эти цветы, тем более два?

– Нет, мамочка, не два, а один... и ещё один. Я с ними буду в пчёлку играть.

– В самом деле: один и ещё один – это вовсе не два, – смеясь резюмировал Феликс, подходя к стойке, ища взглядом приёмщицу Марину.

– А Вы не поджучивайте, – обрезала его молодая мать. – Небось, своих-то детей нет?

– Да, Вы правы. Простите за неуместную шутку.

Феликс увидел в руках женщины каталог и спросил

– Хотите праздник устроить? А по какому случаю?

– Свадьба у сестрёнки. Я хотела украсить зал ресторана в золотых тонах, но сестра заявила, что это полная безвкусица. Может, Вы мне что-то посоветуете?

Феликс взял из её рук каталог.

– Ну, я бы вот такой вариант предложил. Голубые и белые шарики. Как будто под потолком облака плывут по синему небу.

– Не знаю... Облака? По крайней мере, белый – цвет чистоты невесты. А причём здесь небо? Это же не пикник, свадьба.

– Знаете ли, свадьба подразумевает любовь. А настоящая любовь, та, что на века, она с Неба приходит. На земле любить не умеют. Именно Небо – это гарант и символ вечности.

– Как Вы интересно размышляете... Я так никогда бы не подумала. А как Вы понимаете «любовь приходит с неба»?

– По большому счету, именно Бог сочетавает браки. Слышали такое выражение: «Браки совершаются на небесах»? Это же не просто метафора, а самая настоящая реальность. Те браки, которые навсегда, без любви и Божьего участия никак не могут состояться. А самый ярчайший пример любви – это пример Бога. Он расстался со Своим Сыном, послав Его к нам на землю, и Тот ради нас покинул райские обители, чтобы принести любовь в этот мир зла и боли...

– А Бог, наверное, скучал по Своему Сыну?.. Я тоже скучаю, когда мамы с папой долго нет, – неожиданно пролепетала девочка.

– Когда? Зачем? Почему? – В первое мгновение Феликс даже не понял, кто прервал его доводы таким странным вопросом. Он забыл, что женщина пришла с дочерью. Жадно глотнув воздух, и, по возможности, быстро переориентировавшись на детский уровень восприятия, мужчина продолжил. – Э-э-э... м-м-м... Бог, конечно, скучал по Нему... Но ещё больше Он скучает по нам с вами, по людям. Ведь мы тут без Него ходим, живём и совершенно о Нём не помышляем, в смысле – не думаем. А Бог очень хочет, чтобы мы с Ним были в мире, чтобы однажды пришли к Нему в Небесную страну. И, хотя, Бог скучал по Иисусу Христу (так зовут Его Сына), но ради нас Они согласились временно разлучиться, чтобы Сын Божий проложил людям дорогу в Небеса. Там однажды все встретимся и будем вместе: и Христос, и Бог, и мы. И никто уже друг по дружке скучать не будет.

– Что ж... Пожалуй, подобная концепция для нашей свадьбы подойдёт. С кем мне обсудить финансовые вопросы? Кредитные карты принимаете? – поинтересовалась женщина, закрывая каталог и озираясь по сторонам.

– Марина, обслужи, пожалуйста, эту милую даму, – громко позвал Феликс подчинённую, увлёкшуюся шарико-надувательством. А когда та подошла ближе, шепнул ей на ухо. – Я же просил не оставлять место приёма заказа, если хоть один клиент находится в офисе. Марина, пожалуйста! Если мы не будем выполнять таких элементарных вещей, то растеряем всех заказчиков и закроемся. Ладно, ребята, до завтра! – во весь голос произнёс директор агентства, в прощальном жесте подняв руку и примирительно подмигнув багровой от стыда Марине.

Феликс шагнул из офиса в приятную свежесть майского дня. Умиротворённо-радостное расположение духа окончательно вернулось к нему. Молодой мужчина шёл по городской аллее, наблюдая, как горзеленхозовские работники формируют альпийские горки, высаживая на них петуньи, бархатцы и прочие цветы, и декоративные растения. Феликс размышлял о способах благовестия. Конечно, вряд ли возможно, как раньше на улице рассказывать о Христе. Дело даже не в стыде, страхе (хотя и в этом тоже), и даже не в том, что директору агентства не солидно заниматься подобной деятельностью. А в том, что на это просто не остаётся времени. С утра до вечера – в офисе: бумажные дела, договора, ответственность. К тому же, дизайнерская работа пока по-прежнему оставалась на нём. Когда тут проповедовать? Разве только по дороге, как мормоны? Или прямо в своём офисе, как сейчас? А что? Неплохая идея. Жизнь создаёт тысячи ситуаций, которые только успевай использовать для благовестия: в такси, на остановках, в магазинах, в очереди к врачу и в процедурный кабинет, в бане, наконец...

Практиковаться ему пришлось раньше, чем он намечал. На автобусной остановке сидела пожилая женщина, пропуская весь транспорт. Её короткие седые волосы выглядывали из-под синей в белый горох панамки. На старомодное, но чистое, в мелкий цветочек сатиновое платье была надета видавшая виды, но аккуратно заштопанная шерстяная кофта. Несоразмерно большие и, скорее всего, мужские кроссовки, скрывали старческие костяные наросты на ногах, которые выпячивались даже через эту обувь. Женщина, которую почему-то язык не поворачивался назвать «бабушкой», сидела, опершись на клюку, на изгибе которой висела матерчатая авоська неопределённого цвета. Глаза женщины выражали терпение, вымуштрованное нелёгкой жизнью, и покорностью своей участи.

Феликс, сперва, не собирался подходить к ней. Но потом к нему закралось одно сомнение, и он спросил

– Извините, Вы, случайно, не потерялись? Может, стоит позвонить родственникам? Я смотрю, Вы никуда не торопитесь.

– Нет, я внука жду, – спокойно ответила женщина, чётко выговаривая каждое слово. – Он должен скоро подъехать и отвезти меня к дочери.

– Хорошо, когда есть родственники. Наверное, Вы учительница? У Вас такая правильная речь.

– Да, тридцать пять лет преподавательской деятельности в техникуме. Теперь, конечно, уже давно на пенсии. Но до сих пор некоторые из бывших студентов звонят, здороваются на улице.

– На пенсии, небось, много свободного времени? В церковь-то ходите?

– Да как Вам сказать? Я считаю, что церковь нужна только тем, кто без неё не в состоянии обуздывать свои пороки. А у меня всё нормально. Никому я плохого не делаю. Какие грехи мне в церкви замаливать? Всю жизнь воспитывала молодёжь, уча их разумному, доброму, вечному. Против Бога я никогда никого не агитировала. Зачем? Если в этом люди находят утешение, то пусть.

Видя, что собеседница отпирается, не видя нужды в прощении своих грехов, Феликс вспомнил евангельскую притчу, слегка переделав её на современный лад.

– Хорошо. Допустим, у какого-то олигарха было два должника. Один из них должен был пятьдесят миллионов (скажем, ещё от родителей этот долг тянулся), а другой – пятьдесят тысяч. Но, так как оба были гастарбайтеры, жили без гражданства и прописки из милости в общаге, своей недвижимости не имели, богатых родственников – тоже, кредит им никто не оформлял, а потому – вернуть долг не было ни единого шанса. Оба нуждались в милости, в прощении. Тот не мог заплатить относительно маленькую сумму, этот – огроменные по нашим с вами понятиям деньги. И обоих олигарх простил. Что с нищего возьмёшь? Поэтому и Вам нужно прощение. Вы, может, не много согрешили, но по сути-то: мы все Христа распяли.

– Да что Вы такое говорите?! Лично я никогда и мухи не обидела.

– Понимаете, часто случается, что мух действительно не задевают, а собственные дети годами не в состоянии простить родителей за те или иные оскорбления. И они живут с этими проблемами. Притом, что мать ни сном, ни духом. Вы ради профилактики попробуйте спросить свою дочь, когда внук к ней привезёт: чем Вы её за жизнь обижали. Уверяю, перечисление займёт несколько часов. Я такое многим знакомым советовал, и пока ни один не сказал, что их дети просто удивились вопросу и заверили в его нелепости. Если даже при хороших взаимоотношениях мы оказываемся перед детьми, родителями, мужами, жёнами неправыми, то что говорить о Боге, Чьи заповеди мы постоянно нарушаем?

– Ну уж, скажете! Я никого не убивала, не обворовывала. Ведь заповеди это «не убей, не укради».

– А ещё: «помни день субботний, чтобы святить его», или, если сказать нашим языком – «ходи в церковь», а Вы её не посещаете. И это только одна заповедь, которую Вы начисто игнорируете. Если же хорошенько покопаться, то и «не убий, не укради» выполняются не совсем как должно.

– Что Вы мне всё церковью тычете?! Вы в курсе, как там деньги дерут и на каких дорогущих машинах попы разъезжают? По сравнению с ними, я вообще сама нравственность. И зачем мне нужна такая церковь, если в ней одни негодяи работают? – женщина явно была выведена из себя.

– Церковь нужна каждому лично, независимо от того, кто там работает или не работает.

Феликс тоже начал «закипать». Это с ним и ранее случалось, когда он ещё ходил благовествовать по улицам. Чисто логически он любого мог «на лопатки положить» своими доводами, доказав, что собеседник – грешник, и ему просто необходимо покаяться. Но он по опыту знал – эти аргументы не проймут ожесточённое сердце человека, потому что уязвлено его самолюбие. А ещё потому, что слова о любви были сказаны без этой самой любви.

Мужчина глубоко взглотнул воздух, как обычно делал в непредвиденных обстоятельствах, и про себя помолился. Требовалось срочно успокоиться. За один раз человеку ведь не докажешь, да это, наверное, и не нужно... А вот, что действительно требуется...

– Знаете, суть даже не в том, чтобы не грешить. Бог даже не этого от нас добивается. Он хочет, чтобы мы Его детьми стали, чтобы с Ним в хороших отношениях были. Религия не в том только, чтобы иногда ходить в храм, ставить свечки и стараться, скрепя зубы, исполнять заповеди. Когда приезжаете к дочери, Вы же не довольствуетесь тем, что она не дерётся, не ругается матом. Почтительное отношение кажется само собой разумеющимся. Вы приезжаете, чтобы общаться, в чём-то ей помочь, подсказать, с внуками посидеть, а может уже и с правнуками. Хочется всех их приголубить, и, чтобы они тоже откликались лаской и уважением, ценили, считаясь с мнением бабушки. Неужели Вы полагаете, что Богу не хотелось бы подобных отношений с людьми? Он любит каждого, и очень ждёт взаимности.

Женщина сидела с отрешённым видом. То ли она глубоко задумалась над всем сказанным, то ли внутренне отгородилась, в надежде, что миссионер когда-нибудь устанет говорить и отвяжется.

Немного не доезжая до остановки, притормозила «Лада-калина» чёрного цвета.

– Вова! – встрепенулась женщина навстречу вышедшему из неё парню. – А я тебя здесь жду, жду...

– Приятно было пообщаться, – попрощался Феликс вслед отдаляющейся женщине.

– Мне тоже, – раздражённо и слегка презрительно кинула она миссионеру, и в сопровождении внука пошла к автомобилю, что-то по дороге торопливо ему объясняя.

Феликс почти не расстроился, что его слова не возымели желаемого результата. В конце концов, дядя Дима тоже когда-то его всерьёз не воспринимал. Но в нужное время посеянные семена дали свои ростки.

Автобус пришёл почти сразу после того, как бывшая преподавательница скрылась в недрах чёрной машины. По сути, это был не первый транспорт, шедший в сторону дома Феликса. Два предыдущих он пропустил в пылу своей проповеди. Пройдя по заполненному салону, мужчина сел в конце автобуса рядом с парнем, слушающим оглушительно-громкую музыку, прорывающуюся даже через его наушники. Среди прочих резких звуков этой, с позволения сказать «музыки», можно было расслышать ненормативную лексику. После эмоциональных нагрузок этого дня Феликс чувствовал себя уставшим. Достав мобильник, чтобы узнать, нет ли сообщений от жены или пропущенных звонков, он увидел, как чуть впереди освободилось одиночное кресло, и уже собрался было пересесть подальше от шумного соседа.

– Время не подскажешь? – неожиданно спросил его сосед.

– Час тридцать две пополудни. А вот сколько до вечности, этого я точно не скажу.

Произнеся последнюю фразу, Феликс понял, что сам захлопнул за собой мышеловку. Он почти проклинал свой язык. Теперь уже точно до дома не придётся отдыхать. Вместо этого он попытается обратить заблудшую душу. Конечно, можно было отшутиться или сделать вид, что ничего не произошло, промолчав на любой ответ парня. А куда потом деваться от мук совести? Кажется, есть уголовная статья о неоказании медицинской помощи. Правда, она касается в основном медработников. За неоказание духовной помощи статьи не было предусмотрено, но, как говорил Лермонтов: «Есть и Божий суд». Между тем, попутчик удивлённо уставился на него и даже выключил свою «громыхалку».

– Ты что? Обкурился, дядя? Что ты мне про вечность гонишь?

– Говорю, когда в последний раз в церкви был?

– Я не врубаюсь. Я там что-то потерял?

– Если бы ходил, то точно ничего не потерял бы, а только нашёл Того, Кому ты небезразличен.

– Мне эти религиозные бредни не в кайф.

– Если представлять Бога как нечто абстрактное, то да. Но если как заинтересованную в тебе Личность? Тебе ведь приятно внимание девушек? А родителей? Друзей? Бог – это лучший друг, родитель...

– ...и девушка? Гы... гы..., – засмеялся парень.

– Ты ведь понимаешь, о чём я говорю? Правда?

– Бог есть. Я не против. Но это никогда не вырулит меня в веру.

– Почему же?

– Потому, что в церкви куча всяких больших и мелких запретов: этого нельзя, к тому не прикасайся, свинину есть – грех...

– А ты ничего не путаешь? У христиан таких правил нет. На свинину запрет только в иудаизме и исламе.

– Пусть не свинину. Мне фиолетово. Что там у вас нельзя есть? Конину? Зайчатину? Ослятину? Да и не в жратве дело. Главное: я никогда не соглашусь отказаться от группового секса. Вот это я понимаю – «райское наслаждение». Кстати, такой секс действительно считается грехом? Или меня развели?

Слова парня как будто обожгли Феликса изнутри. Он уже стал забывать, какие неожиданности и неприятности таило в себе уличное миссионерство. Когда-то всем, кому Феликс проповедовал, он раздавал бумажки со своим именем и номером телефона. Однажды, ему после этого позвонили какие-то девчонки, и наговорили таких пошлостей, что даже теперь, будучи женатым мужчиной, Феликс краснел всякий раз при одном воспоминании об этом. Покраснел он и сейчас. А попутчик с удовольствием наблюдал, какой фурор произвели его слова. Была ли это бравада или он, в самом деле, практиковал подобное, но его выпад требовал ответа.

– Просто ты неправильно понимаешь. На самом деле, все запреты и заповеди заключаются в одном выражении: «Возлюби Бога всем сердцем и ближнего как самого себя». Допустим, ты полюбил не секс, а конкретного человека – девушку. Тебя же не нужно будет заставлять делать ей комплименты? И в мыслях ты всё время с ней, представляешь, что будете делать вечером, как встретитесь, как подаришь цветы. Тебе это приятно! Хотя всё внимание – ей, все силы, энергию, деньги тратишь на неё, для тебя это не тягостно. Наоборот, получаешь от этого колоссальное наслаждение. Вот также и Бог – Его просто надо полюбить. Надо Его познать, поближе познакомиться...

– А она потом возьмёт и звезданёт от тебя в «групповуху», – мрачно произнёс парень, отвернувшись к окну.

– Кто звезданёт? – не понял Феликс.

– Девушка. Которую ты любил, которой дарил цветы и бросал любовные записки в почтовый ящик.

– Так вот в чём дело!.. И чтоб совсем её не потерять ты вступил на эту дорожку?

Парень молчал.

– Скажи, ты по-прежнему её любишь и хочешь, чтобы она оставалась только с тобой?

Попутчик неопределённо пожал плечами.

– Даже и не знаю. Сперва, ломало, что не один у неё. Сейчас как-то всё притупилось.

– А что случилось с девушкой? Она всё ещё участвует в вашей... группе?

– Давно уже нет. Нашла себе богатого хахаля, и свалила с ним ближе к морю.

– А ты остался в этой грязи, чтобы доказать, что и без неё тебя всё устраивает? Или и вправду понравилось?

– Ничего себе, прикольно. По крайней мере, ни в чём другом я так не отрывался.

– Да ты, наверное, и не искал где оторваться? Упёрся в групповуху и остановился, сам для себя решив, что на ней весь свет клином сошёлся. А теперь представь, что появляется в твоей жизни другая девушка, к которой начинаешь испытывать такие же нежные чувства, что и к прежней, а может, даже более сильные. Она, в отличие от той, отвечает тебе взаимностью. Неужели ты и её потащишь в этот притон? Станешь делить с кем попало?

– Нет, пожалуй.

– Ну а хотелось бы такой любви? Хотелось бы светлого в жизни?

– Я... в общем... да.

– «Я...», «в общем...», – передразнил его Феликс. – Так что же ты ищешь света во тьме? Разве во грехах найдёшь истинное счастье? Оно – в Боге! В Том Самом Боге, о котором ты говоришь, что у Него одни запреты да рамки и никаких удовольствий. Но как можно судить о чём либо, не испытав на себе? О девушке многое в постели не узнаешь, тут нужно душевное общение. Так и с Богом. Мы легко меняем Его на грехи, лишь потому, что никогда не были с Ним в близком общении, и не познали, как Он на самом деле прекрасен, как чуден, как велик! Те, кто прочувствовал Божью любовь, никогда и ни на что её не променяют. Поэтому-то и мученики предпочитали смерть, отречению от Христа, шли на страдания с радостью, ощущая близость Господа и предвкушая скорую встречу с Тем, Кто на земле стал их самым лучшим и верным Другом. Кто познал Бога, тот и заповеди Его никогда не расценивает как ограничение своей свободы, а, напротив, как путь к свободе. Для них это – добрые советы от любящего, желающего им счастья Отца, которые они с радостью спешат исполнить. Вся фишка в том, что у тебя нет подобного опыта общения с Богом. Так ведь его можно приобрести. Начни ходить в церковь, читать слово Божье – Библию, и стараться сердцем приблизиться к Господу. И конечно, молитва. Молитва – это не пустой, непонятный обряд, а живая беседа с Творцом. Молясь, ты можешь задать Ему абсолютно любые вопросы, попросить помощи, вразумления. Знаешь, сколько Бог учил меня через молитву? Он отвечал через обстоятельства, Святое Писание, случайных людей. И тебе ответит.

– Похоже, уже ответил, – не поднимая взгляд на Феликса, произнёс парень дрогнувшим голосом. – Я ж с такой паскудной житухи уже не знал, как свести с ней счёты. А тут – ты...

– Ну, что ж, рад, что моя навязчивость хоть кому-то послужила во благо. Если будут какие-то вопросы – приходи в храм. Видишь, тот голубой с золотыми куполами, который мы только что проехали? Я там обычно по воскресеньям с утра бываю. Сейчас мне уже нужно выходить, но ты запомни вот что: Господь Своим детям (то бишь, нам с тобой) приготовил только лучшее; даже если ради Бога от чего-нибудь придётся в жизни отказаться, взамен мы получим дары, превосходящие все наши ожидания; мы Ему не безразличны; Он нас любит и ждёт. Его объятья открыты, лишь бы не опоздать – у каждого своё время до вечности.

Феликс едва успел выскочить через закрывающиеся двери маршрутки. Не хотелось возвращаться назад две остановки. Он и так уже проехал одну лишнюю. Но это того стоило. Феликс был счастлив, потому что впервые реально ощутил плоды своей миссионерской деятельности. Он так радовался, что не заметил, как дошёл до своего дома. Во дворе он увидел моложавую пенсионерку, гуляющую со своим внуком. Её лицо показалось знакомым. Окрылённый сегодняшним успехом, несмотря на усталость, он решил не упускать ещё одну возможность проповеди.

– Извините, у Вас есть немного времени? Я хочу рассказать Вам об Иисусе Христе, – начал Феликс.

– Я знаю кто Вы. Миша, подожди! – отозвалась женщина на просьбу внука покачать его на качелях.

– В самом деле? Мне тоже кажется, что мы уже встречались. Не подскажете, где?

– Вы – свидетель Иеговы.

– Вот те раз! Судя по осведомлённости в таких вопросах, мы встречались в храме. Вы в какой ходите?

– В Никольский, у вокзала.

– А я – в Рождества. А может, и не в храме виделись, а просто соседи. Как говорит моя жена: «Все мы православные, на одно лицо – издалека своих узнаёшь».

– Вы что ли православный?

– Не одним же иеговистам проповедовать на улицах. Когда-то этим наконец должны заняться христиане.

– Что-то не то Вы, молодой человек задумали. Не православное это дело ходить по улицам и как сектант ко всем приставать. Да и зачем? У нас столько прекрасных храмов. Все о них знают. Пусть приходят, поговорят с батюшкой, исповедаются, причастятся...

– Приходили уже! – прервал Феликс доводы собеседницы, текущие тихой рекой, вспомнив свои первые шаги в церкви. – Да только их никто не встретил. Вы же сами церковный человек и, наверное, в курсе, что каждый вновь пришедший в наши храмы скорее встретится с хамством прихожан, чем с мудростью и тысячелетним опытом святых.

– А как Вы хотели? Искушение. Нужно же чтобы вера на чём-то проверялась.

– «Как веровать в Того, о Ком не слыхали? как слышать без проповедующего?» – от волнения речь его стала торопливой и слегка сбивчивой. – Наверное, помните такое изречение апостола Павла в «Послании к Римлянам»? Ещё написано: «ИДИТЕ, НАУЧИТЕ все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа», – там не сказано: «СИДЯ в храме, ЖДИТЕ, пока к вам придут и крестятся все народы». Однажды, когда я читал в Святом Писании «Деяния Святых Апостолов», Бог мне показал через один отрывок, что самая важная работа и самая большая помощь, которую христиане могут людям оказать – это рассказать им о Христе, то есть благовествовать. Там был такой случай, когда Святой Дух не пускал апостола Павла то туда, то сюда. Ночью, после всех этих событий, ему приснился сон. Вы помните эту историю? Некто муж македонянин предстал пред ним, прося прийти и помочь им. Когда апостол рассказал сон своим друзьям, они сделали вывод для себя очень чёткий: значит, Бог их призывает туда, в Македонию, благовествовать. Они же могли понять, что в Македонии, скажем, какие-то финансовые проблемы или гонения, римляне надоели уже со своим диктатом, или просто рабочей силы не хватает и нужно им помочь физически. Мало ли что подразумевается под «приди и помоги нам». Но они поняли, что нужно идти и проповедовать им о Христе.

Или в тех же «Деяниях» описывается случай, когда апостолов заключили в тюрьму, и их чудесным образом Ангел оттуда освободил. Что же он им сказал? «Идите и, став в храме, говорите народу все сии слова жизни». Значит, для Бога приоритетным является служение слова. Он не ради исцеления выпустил апостолов из тюрьмы, хотя, до их заключения среди народа было громадное количество именно исцелений, чудес, изгнания бесов руками апостолов.

То, что здесь твоя жизнь будет длинной или короткой, проживёшь ты больным, здоровым или вообще рано умрёшь – не играет решающей роли. Главное, чтобы душа спаслась. Поэтому-то апостол Павел в «Послании к Римлянам» (Рим.15:16) называет благовествование священнодействием. В ветхозаветные времена священнодействием считалось лишь то, что совершается в храме: жертвоприношения, различные обряды и прочее. И никто кроме священников не мог приступать к этому делу. А теперь, в Новом Завете, даже когда я сижу с вами за столом: вы неверующая, я – верующий, я вам за чашкой чая в простых словах рассказываю о Христе – это священнодействие. В тот момент совершается таинство. Дух Святой запечатлевает что-то на сердце моего собеседника, высекает не на каменных скрижалях, а на скрижалях сердца. В этот момент я – сотрудник Святого Духа. Он как бы оживляет мои слова, вкладывает их в ум, прямо в сердце человека. Это настолько важное событие! Это то священнодействие, которое мы должны совершать, но не совершаем только потому, что мы православные. Хотя, в наших же документах, принятых на поместных соборах, говорится, что задача православного свидетельства возложена на каждого члена Церкви.

–Ну, я этого ничего не знаю. В семинариях я не училась. Мне бы внука поднять, да дочерям помочь. Какие ещё «свидетельства» нужны?

– Дети, внуки – это замечательно. Я тоже надеюсь, что когда-нибудь у нас с женой родятся дети. Только, сестра, Вы не мешайте другим проповедовать Христа, если сами этого не делаете.

– Да мне то что? Проповедуйте, пожалуйста, раз так сильно хочется. Ну что, Миш, пойдём домой. Бабушка уже устала.

– Простите, если я Вас утомил или чем-то обидел.

– Да, ничего. Чем меня можно обидеть? Бог Вам в помощь.

– Спаси Господь. И Вам всего хорошего.

Начало третьего. Наталья давно должна была быть дома. Феликс немного переживал и чувствовал себя виноватым, что за весь день ни разу не выбрал времени поговорить с женой по телефону. Суета и события этого дня захватили его. Можно было, конечно, позвонить с работы. Собственно, он и собирался это сделать перед выходом. Но разговор с клиенткой начисто вышиб из головы это побуждение, а когда хотел звонить в автобусе, то подвернулся парень. Всё же, как славно прошёл день! Воистину, Господь умеет благословлять и делать замечательные подарки. Но почему и Наташа не звонила? Обычно, она не выдерживала и двух часов без общения с ним и находила возможность дать о себе знать эсэмэской или звонком, а иногда, даже на работу к нему забегала, когда по служебным делам оказывалась в их районе.

Оформителем Наташа работала только полдня, устроившись на предприятие ради трудового стажа и отчисления в Пенсионный фонд. Остальное же время она проводила в иконописной мастерской или выполняла заказы прямо на дому.

–Натунь! Наташенька! Ты где, золотко? – срывающимся от переживания голосом позвал Феликс, едва справившись с дверным замком.

– Здравствуй, любимый! – жена вышла из кухни в своём чудном шёлковом халате и домашних тапочках в виде зайчиков.

Она обвила руками шею мужа и расцеловала всё его лицо.

– Здравствуй, радость моя. Что-то я так за тебя переживал: где моя любимка? Почему мужу не звонит?

– Прости, мне никак не удавалось с тобой связаться.

– И ты меня прости, что не позвонил. Кормить мужа будешь?

Наталья загадочно посмотрела на Феликса и только ответила

– Разумеется.

– Знаешь, Натунь, а я ведь сегодня миссионерствовал, – переодеваясь, начал делиться Феликсом событиями дня в то время, пока жена разогревала обед.

– Да ты что? – послышалось из кухни в сопровождении побрякивающей посуды. – А как же отец Стефан? Он же запретил тебе это делать.

– Ну, во-первых, не запретил, а только посоветовал. Решение этого вопроса всегда оставалось на моей совести. Во-вторых, сегодняшнее миссионерство совсем не то, что было раньше. Я не ходил с Библией по городу, а благовествовал только в ходе уже завязавшегося разговора... ну-у-у... в основном. А в-третьих, – сказал Феликс, заходя на кухню, и остолбенел, – Натунька! Это же одуванчики! Самые что ни на есть настоящие. Жёлтенькие! Где ты их взяла?

Посреди кухонного стола, в обычном гранёном стакане плотной жёлтой шапкой стояли одуванчики.

– Во дворе нашего предприятия их полно. Похоже, они в ближайшие дни там даже не думают созревать. Ты сегодня с утра так красочно об одуванчиках рассказывал, что мне захотелось сделать тебе приятное.

– Да. Я люблю одуванчики. Это мой символ, то есть символ миссионерства. Спасибо, родная. Если у нас с тобой когда-нибудь будет герб, я изображу на нём одуванчик... и пчёлку. Вон как для мужа старается пчёлка моя работящая. Всё приготовила, в тарелку положила, одуванчики принесла… а себе? Ты со мной будешь кушать?

– Да, что за вопрос? А ты мне расскажешь о своём миссионерстве?

– В общем, – подытожил Феликс описание сегодняшних приключений, рассказанное в красках, лицах и комментариях, – со времён разговора Христа с самарянкой ничего не изменилось. Помнишь, после того, как самарянка уже убежала благовествовать в своём городе, Господь, обращаясь к апостолам, изрёк: «Возведите очи ваши и посмотрите на нивы, как они побелели и поспели к жатве». Он пытался донести до них и до нас, насколько люди готовы к принятию Евангелия. Нам иногда кажется: «Вон тот – наркоман, а она – проститутка, этот – с головой увяз в своём бизнесе, тот – атеист, а та – не сможет оторваться от компьютерных игр. Все они никогда в жизни не покаются». И мы их даже не пытаемся привлечь ко Христу, рассказать, насколько дороги они для Него, что Он жизнь Свою отдал за них, лишь бы они познали истинное счастье и полноту бытия в Боге. Иисус Христос не так поступал. Он встречался с чиновником Закхеем, нажившимся на взятках, и видел в нём сына Авраама. Он говорил с самарянкой, жившей развратно, и презираемой за это всеми, так, что даже за водой она вынуждена была ходить в дневную жару (тогда, когда на Востоке никто за водой не ходит), чтобы ни с кем не встретиться. Но Господь смог разглядеть в ней истомившуюся без Бога душу. И после того их разговора всё селение обратилось в истинную веру. Так и сейчас. Мы боимся достигать людей Евангелием, потому что натыкаемся на маски и штампы, которыми мир наградил их, и которыми они защищаются от ранящего их мира. Господь же видит не трансвестита, а парня, когда-то изнасилованного в мужском туалете; не проститутку, а деревенскую девчонку, которой негде взять денег на проживание и обучение в городе; не наркомана, а пацана, на которого в семье никто не обращал внимания; не грешника, а пути к его покаянию.

Знаешь, мне запомнились слова Патриарха Кирилла, сказанные им после его интронизации: «Мы не можем спокойно ждать, когда молодёжь обратится ко Христу: мы должны идти навстречу молодым людям – как бы это ни было трудно для нас, людей среднего и старшего поколения, – помогая им обрести веру в Бога и смысл жизни, а вместе с этим и осознание того, что есть подлинное человеческое счастье». Разумеется, это не только по отношению к молодёжи верно, – ведь во Христе нуждаются все.

Когда обед был съеден, Феликс заметил, как будто между ним и женой есть какая-то недосказанность. Да и во время рассказа внимание Натальи слегка рассеивалось, словно она прислушивалась к себе.

– Наташа, ты ничего от меня не скрываешь? Какая-то ты сегодня не такая. На работе что случилось или опять краску на пол разлила?

– Вот за что я тебя люблю! Другой бы месяцами ничего не замечал, а ты сразу просёк.

– Ты, пожалуйста, не пугай меня предисловиями.

– Нет, милый, всё хорошо. Просто... Я беременна, – тихо произнесла она, смущённо опустив глаза, а затем взметнув взгляд на мужа, словно вспорхнула прекрасная синяя бабочка, проговорила громче, – в смысле – мы ждём ребёнка.

Лицо Феликса, сменяя друг друга, озарили удивление, радость, восторг. Это был шквал эмоций, от которых захотелось просто взмыть ввысь и взорваться весёлыми брызгами праздничного салюта.

– А-а-а!!! – кричал обалдевший от восторга муж, подхватив и вертя в безумной карусели счастливую жену.

Затем, как-то моментально опомнившись, он очень аккуратно поставил её на пол. Потом, придерживая, усадил её на табуретку и надел на ноги разлетевшиеся от кружения тапочки-зайчики. Встав на колени, он прильнул к коленям жены.

– Я так тебя люблю! Спасибо, спасибо, Боже, за жену, за счастье, за ребёнка! Пусть у моей жены всё будет хорошо... – затем он поднял голову, погладил Наташин живот и нежно произнёс, – ах ты, пузатка моя распрекрасная! А это – домик... самый замечательный и уютный домик на свете. Я буду малышке рассказывать сказки.

Публикуется в сокращении.

§ Ирина и Сергей Стахеевы