Не я один такой,Сергий.
Вопрос о перстосложении в печатных книгах XVI и XVII вв.
Как ни строго заповедано мнение о сложении двух перстов для крестного знамения в книге Стоглав (гл. 31), однако ж в печатные наши книги оно было внесено очень не скоро. Напротив, первые появившиеся у нас печатные наставления о крестном знамении были наставления православные. Так, в 1596 г. при азбуке славянской, изданной в Вильне православным литовским протоиереем Лаврентием Зизанием, помещено в конце для руководства детям краткое «изложение о православной вере» родного брата его Стефана Зизания, и здесь проповедуется творить на себе крест тремя перстами; а известно, что Стефан Зизаний, учитель виленского училища и клирошанин, был не только одним из ревностнейших защитников Православия от латинян, но и страдальцем за него
. В 1627 году издан в Москве большой катехизис самого Лаврентия Зизания, и здесь на обороте листа 5-го читаем: «Вопрос: како на себе достоит нам честный крест полагати и знаменатися им? Ответ: сице знаменаемся им: сложивше убо три персты десныя руки, и возлагаем на чело; таже на живот, и на десное и на левое рамо, глаголюще молитву Иисусову: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго». То есть
здесь ясно внушается не только слагать три перста, но и возлагать их на чело, на живот, на десное и на левое рамо, следовательно, креститься тремя перстами. Правда, почти вслед за приведенною статьею, в том же катехизисе Зизания напечатана в первый раз статья и о двуперстии; но, без сомнения, она Зизанию не принадлежит, как противоречащая первой его статье, а, по всей вероятности, внесена в катехизис лицами, которым поручено было в Москве исправить и издать его, или даже первоначально и не была внесена в катехизис, а помещена в нем раскольниками уже при последующих гродненских изданиях его в 1783–1788 г.: так как экземпляры первого издания этой книги ныне неизвестны, и первоначально, судя по одному достоверному свидетельству, она заключала в себе менее глав, следовательно, при позднейших изданиях более или менее повреждена. По гродненским изданиям, катехизис этот имеет уже не 67, а 80 глав. Ужели он не поврежден? Допустим, впрочем, что статья о двоеперстии внесена в большой катехизис и первыми его издателями во дни патриарха Филарета; примечательно, что они внесли ее как-то боязливо и нерешительно, не осмелившись исключить статьи и о троеперстии, которая ей предшествует, и вовсе не сослались на Стоглав, где двуперстие заповедуется с такою грозною решительностью. Верно, двоеперстие было еще очень ново и слабо сравнительно с троеперстием. Замечательно также, что в соборном изложении патриарха Филарета, которое напечатано при требнике патриарха Иоасафа в 1639 г., хотя помещен известный нам «Чин, аще кто в ереси быв крещен и обратится к Богу, или хвалисин, или жидовин...», но статья о перстосложении в нем читается так: «иже не крестит (т.е. не благословляет) двема перстома, яко Христос, да будет проклят» (л. 508 об.), не сказано: иже не крестится. Наконец, прямо и решительно начали печатать учение о двуперстии для крестного знамения занимавшиеся изданием книг в Москве при патриархе Иосифе, в книге так называемой Кирилловой (1644), в предисловиях следованных Псалтирей (1642, 1647, 1648, 1649) и Псалтири учебной (1645, 1646 и др.), в книге о вере (1648), в кратком катехизисе (1649).
Но, во-первых, и они ни разу не сослались на книгу Стоглав для подтверждения своих мыслей, а ссылались только на подложные сказания о двуперстии: Феодоритово, Мелетиево и Максима Грека; значит, не высоко ценилось тогда свидетельство Стоглава! [ Сохранившийся список его деяний на самом деле, очевидно, подложный, т. е. испорченный раскольниками. Было опубликовано много исследований, свидетельствующих о том, что раскольники переправляли в свою пользу все попавшие им в руки древние книги.— Н.К.]
Во-вторых, подложность слова Феодоритова о двуперстии мы уже видели; поврежденность сказания о Мелетии также видели; здесь заметим, что и слово Максима Грека, на которое теперь только начали ссылаться ревнители двуперстия, также, по всей вероятности, подложно или испорчено. Ибо:
а) ни составитель Стоглава, писавший вскоре по смерти преподобного Максима и крайне, как видно, нуждавшийся в свидетельстве для подтверждения важности двуперстия, которое не устыдился основать даже на выдумках, ни кто-либо другой из подобных ревнителей до времен самого патриарха Иосифа ни разу не сослался на это сочинение Максима;
б) оно не находится в списке сочинений Максимовых, писанных в XVI веке, когда и жил преподобный, а встречается уже в списках XVII и XVIII столетий: знак, что оно прибавлено впоследствии чуждою рукою;
в) и в этих позднейших списках написано не одинаково: в одних, по-видимому, проповедуется троеперстие, в других так сбивчиво и темно, что почти нельзя понять смысла;
г) в том виде, в каком сочинение это обыкновенно печатается раскольниками, оно по содержанию своему совершенно недостойно преподобного Максима, весьма просвещенного богослова.
В книгах, печатавшихся тогда, и даже прежде патриарха Иосифа, в нашей южной митрополии защитниками Православия от униатов, ясно проповедуется троеперстие для крестного знамения. Так, известный ревнитель Православия, киевский митрополит Петр Могила в своем большом катехизисе или православном исповедании, которое в 1643 году было уже рассмотрено и одобрено соборами киевским и ясским, а вскоре и всеми восточными патриархами, говорит о перстосложении:
«Должно изображать крест правою рукою. Полагая на чело три большие перста, говори: во имя Отца; потом, низпустив руку в том же виде на перси, говори: и Сына; отселе перенося руку на правое плечо и провождая до левого, говори: и Святаго Духа. Сделав на себе сие святое знамение креста, заключи словом: аминь. Или, когда изображаешь крест, можешь говорить: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешнаго. Аминь» (ч. I, отв. на вопр. 51). То же видим и в малом катехизисе того же первосвятителя Киевского, напечатанном в Киеве (1645 г.) и во Львове (1646 г.). Почему же мнимые ревнители старообрядства не уважают свидетельства этих старопечатных книг, изданных истинными ревнителями Православия?
Московские издатели богослужебных и учительных книг при патриархе Иосифе не заслуживают доверия и потому, что они намеренно позволяли себе повреждать в этих книгах места, несогласные с их мнениями. При перепечатании, например, малого катехизиса Петра Могилы в 1649 году в переводе с малороссийского языка на славянский они изменили приведенное нами место о перстосложении. (Тут епископ Макарий приводит первоначальный (1645–1646 гг.) текст о перстосложении и измененный (1649 г.) в пользу двоеперстия. — Н.К.) Равным образом при переводе с малороссийского языка на славянский Книги о вере.., изданной в Киеве Захарием Копыстенским в 1619 году, и при переделке ее во многих местах, московские издатели этой книги в 1648 году повредили в ней статью о кресте, привнесши сюда свое мнение о сложении перстов для крестного знамения. И такими-то средствами, то подлогом, то порчею сочинений и книг, старались распространить и утвердить в народе любимое свое двоеперстие!...
Более подробно: 