Исповедовать или нет?

Беларусь
Православный христианин
Отец Сергий, является ли временное оставление утреннего и вечернего правила, сокращение их до минимума (причина - лень, уныние, маловерие...), тем грехом, который необходимо исповедовать? Я думаю, что это не грех, а причины являются грехом. Так нужно ли исповедовать, что не вычитывал правила, не молился, или только причины называть (каяться). Понимаю, вопрос немного наивный, избитая тема, много об исповеди сказано и написано, но если будет время напишите пожалуйста свои соображения.
P.S. Иногда думаешь, ведь Иисус Христос заповедовал нам, как надо молиться (Мф.6:5-13), конкретными простыми словами, а у нас что, сколько молитв? Какие-то простые слова из Евангелия толкуются-перетолковываются, а другие принимаются как есть...???
 
Отец Сергий, является ли временное оставление утреннего и вечернего правила, сокращение их до минимума (причина - лень, уныние, маловерие...), тем грехом, который необходимо исповедовать? Я думаю, что это не грех, а причины являются грехом. Так нужно ли исповедовать, что не вычитывал правила, не молился, или только причины называть (каяться). Понимаю, вопрос немного наивный, избитая тема, много об исповеди сказано и написано, но если будет время напишите пожалуйста свои соображения.
P.S. Иногда думаешь, ведь Иисус Христос заповедовал нам, как надо молиться (Мф.6:5-13), конкретными простыми словами, а у нас что, сколько молитв? Какие-то простые слова из Евангелия толкуются-перетолковываются, а другие принимаются как есть...???
Святые Отцы подчеркивают, что молитва всегда остаётся как бы непривычной. В этом часто убеждаешься, когда поднимаешь себя с огромным трудом на утренние молитвы, то есть на такую, казалось бы, привычную процедуру. Вот почему, так опасна всякая прерывность в молитве и, наоборот, благодетельно принуждение «правила», ибо «Царство Божие нудится», то есть силой берётся, волевым самопринуждением. Однако исполнение правила хорошо и необходимо, но только тогда, когда знаешь, что это только средство, а не цель, то есть оно понимается как только кнут для ленивого раба. Никак нельзя ждать для молитвы какого-то особенного молитвенного «настроения». Надо брать кнут своего правила и грубо гнать себя им на молитву. Но зачем же хвалиться кнутом? Кнут надо скрывать, как нечто весьма несовершенное, а каяться в своем уклонении от «самобичевания».

Молитвенная связь с Богом иллюзорна, если человек считает, что он праведно молится перед многочисленными образами, но на самом деле стремится лишь формально "отметиться" у Бога - так некогда делал самодовольный фарисей (Лк. 18: 9-14). А в действительности стремиться надо к укоренению в сердце мытаревого покаянного вопля: «Боже, милостив буди мне, грешному!» - вне зависимости от времени, географического места и бытовой обстановки.

Но не только лень души опасна. Если в духовной жизни человек становится фанатично и безоговорочно привязан к внешним правилам, то тем самым он не оставляет никакой щёлочки для Бога, чтобы Он проник в сердце, и позвал к Себе. Так порождается неискренность... Чтобы преодолеть этот невидимый барьер между Богом и человеком, необходимо отойти от своей горделивой самости, пресекать самолюбование, состредоточившись на своих самых отвратительных чертах, и - просто замолчать, посмотреть на Бога, прислушаться, захотеть и суметь услышать то, что Он говорит…
 
Сверху