Все версии об истечении крови и воды - это предположения, имеющие большую или меньшую степень достоверности. Большинство святых отцов видят в истечении чудесное явление и духовные образы. Чудесность в их толкованиях основывается, в первую очередь, на том, чего обычно не бывает с мертвыми - из мертвого тела течет кровь и вода. Евфимий Зигабен (12в.) пишет: "Чудесное дело и ясно показывающее, что прободенный больше человека. Из мертвого человека, хотя бы кто-либо тысячу раз его пронзил, не пойдет кровь".
Конечно, в истории были попытки понять физиологию истечения и кто-то даже отрицал таковое истечение как невозможное из мертвого тела. Но об истечении свидетельствует Иоанн Богослов и истинно есть свидетельство его (Ин.19:34). Архиепископ Аверкий (Таушев) подвергает критике такую позицию отрицания: "Отрицательная критика очень много занималась вопросом, могла ли из мертвого тела Иисусова истечь кровь и вода, и доказывала, что это невозможно, так как из мертвого застывшего тела не может истекать кровь, ибо она находится в жидком состоянии в мертвом теле весьма недолго, не более часа, а что отделение водянистой жидкости начинается лишь с наступлением разложения да еще при некоторых болезнях, как напр., при тифозной горячке, лихорадке и т. п. Все эти рассуждения неосновательны. Ведь мы не знаем всех мельчайших подробностей распятия и смерти Господа, а потому и не можем судить о всех этих деталях. Но общеизвестен факт, что у распятых наступает именно лихорадочное состояние. Да и само прободение ребра произошло несомненно очень скоро после смерти и уже во всяком случае не более, чем через час, ибо наступал вечер, и иудеи спешили окончить свое злое дело. Нет при том надобности рассматривать это истечение крови и воды, как явление естественное. Сам св. Иоанн, подчеркивающий его в своем Евангелии, видимо отмечает его, как явление чудесное («и видевый свидетельствова, и истинно есть свидетельство его»). Чистейшее Тело Богочеловека и не могло подвергнуться обыкновенному закону разложения человеческого тела, а, вероятно, с самой минуты смерти начало входить в то состояние, которое окончилось воскресением Его в новом, прославленном, одухотворенном виде. Символически это истечение крови и воды свв. Отцы объясняют, как знамение таинственного способа единения верующих со Христом в таинствах крещения и евхаристии: «водою мы рождаемся, а кровию и телом питаемся» (бл. Феофилакт и св. Златоуст). Св. Иоанн, стоявший при кресте и видевший все это, свидетельствует и то, что он говорит истину и то, что он сам не обманывается, утверждая это — «весть, яко истину глаголет». Излияние воды и крови из прободенного ребра Христова есть знамение того, что Христос сделался нашим Искупителем, очистив нас водою в таинстве крещения и Своею Кровью, которой напояет нас в таинстве причащения. Вот почему тот же ап. Иоанн в своем 1-м соборном послании говорит: «Сей есть пришедый водою и кровию и духом, Иисус Христос, не водою точию, но водою и кровию... трие суть свидетельствующий на земли, дух, и вода, и кровь» (1Ин.5:6-8)".
На мой взгляд, не стоит пытаться как-то классифицировать истечение крови и воды - чудо или нет. Само Рождение Сына Божьего, Его жизнь, проповедь, смерть и воскресение - разве не чудо? Разве не чудно то, что Бог умер за человека? Если даже мы, в какой-то степени, понимаем физиологию истечения крови и воды из прободенного ребра, разве это меняет что-то? Богочеловек ел, пил, страдал, Его тело было подчинено установленным при творении законам естества.