Андрей Сергеевич Десницкий

Отец Геннадий Фаст

«Русь уходящая» – так советский художник Павел Корин некогда назвал свою картину. На ней были изображены в стенах Кремлевского Успенского собора монахи, священники, архиереи, отдельные миряне – такие колоритные типажи дореволюционной Церкви, которые теперь, казалось бы, навсегда должны были сойти со сцены, чтобы уступить место новой, советской России. «Последний парад осужденных историей на небытие» – такой приговор вынесло картине советское искусствоведение (выражение Г. Васильева). Им предстояло сгинуть в Соловках или, на худой конец, пойти в счетоводы.

Прошло чуть более полувека, и все опять переменилось: со сцены сошли как раз коммунисты-временщики, соборы были возвращены Церкви, и теперь на каждый праздник телевидение показывает богослужения в переполненных и богато украшенных храмах… Но не потеряли ли мы чего-то по дороге? Когда к голосу иерархов прислушиваются губернаторы и бизнесмены, когда священники – обычные гости на общественных мероприятиях, когда православным быть не только можно, но порой даже модно и удобно, мы вспоминаем свою «уходящую Русь» – тех, кто пронес огонь веры сквозь все гонения. Их всё меньше и меньше среди нас, но многие еще живы.

Генрих Фаст родился в семье глубоко верующих немцев-протестантов в 1954 году. Место рождения – село Чумаково Новосибирской области, где отбывал «вечную» ссылку после лагерного заключения его отец. После XX съезда семья была реабилитирована и переехала в Казахстан, где и прошло детство и юность Генриха. Там он учился на физическом факультете Карагандинского университета, но был изгнан с четвертого курса за двойку по научному коммунизму, а на самом деле – за веру. Впрочем, окончить курс Генриху удалось уже в Томске, в Сибири, с которой связана и вся его дальнейшая жизнь. В 1978 году он как успешный выпускник был оставлен сотрудником на кафедре теоретической физики. Но ненадолго: через полгода за проповедь Евангелия он и оттуда был уволен.

Параллельно с учебой шла в те годы у Генриха и другая жизнь. Протестантизм казался ему слишком сухим, и поиски истины привели его к знакомству со служившим тогда в Новосибирске протоиереем Александром Пивоваровым и с жившим в Алтайском крае исповедником Игнатием Лапкиным, уже отсидевшим за веру свой первый срок и готовившимся ко второму. Эти два человека, а также усиленное изучение церковной истории и творений святых отцов Церкви произвели в душе Генриха полный переворот, и на пятом курсе он принял крещение в православной Церкви с именем Геннадий. Как это нередко случается, человек, выросший в иной традиции и осознанно принявший Православие, принял его всерьез, так что отныне вся его жизнь была посвящена Церкви. Он был в 1978 году рукоположен в диаконы, в 1980-м – в священники, служил в Туве и Кемеровской области, но основным местом его служения стал Красноярский край. С 1983 года он оставался в небольшом городе Енисейске, где стал настоятелем старинного Успенского собора, а затем и благочинным Енисейского округа Красноярско-Енисейской епархии.

Благополучная церковная карьера? Да, в наши дни. А в 1985–86 годах, уже при Горбачеве (но еще до тысячелетия Крещения Руси, ставшего поворотным пунктом в политике партии), отец Геннадий семь месяцев был под следствием, ходил на допросы, примерял на себя лагерный срок по политической статье: одна бдительная прихожанка отнесла в органы книгу, которую дал ей почитать отец Геннадий. Книга была о новомучениках – изданная РПЦЗ «Трагедия Русской Церкви» Регельсона. Шили «клевету на советский строй», «антисоветскую агитацию и пропаганду». Но перестройка набрала уже свои обороты, так что до приговора дело не дошло.

Оставаясь в Сибири, отец Геннадий заочно окончил московскую семинарию и духовную Академию, в 1995 году защитил диссертацию на степень кандидата богословия по кафедре Священного Писания Ветхого Завета. И это не пустая формальность, он – автор нескольких фундаментальных научных трудов по библеистике: «Толкование на книгу Песнь Песней Соломона», «Толкование на Апокалипсис», «Этюды по Ветхому Завету. Руководство к изучению Священного Писания. т. 1 и т. 2″, «Толкование на книгу Экклезиаст«. В своих трудах он сочетает немецкую педантичность и аккуратность с глубоким вниманием к святоотеческой традиции, и без преувеличения можно сказать, что его книги по Библии – уникальное в современной России явление.

Впрочем, пишет он и книги для широкой аудитории: «Ты воскресни, птица Феникс!», «Небесная лествица», «Енисейск православный», «Свет и тени Голгофы», «Семь дней на Святой Земле». Только что в московском издательстве «Никея» вышла новая книга – «Кто Она для нас? Православное учение о Богородице». И не только пишет: за время своего служения он открыл десятки новых приходов и воспитал десятки священников, в том числе и одного из авторов этой статьи. При отце Геннадии создавались православные гимназии, воскресные школы для взрослых, пастырские курсы, одним из первых в стране он стал проповедовать в школах, университетах, тюрьмах и лагерях края. Сегодня это кажется нам вполне обычным для священника делом, но отец Геннадий был первым в Советском Союзе священником, вошедшим в «зону» не в качестве узника совести, а с проповедью истины. Это был 1987 год. Перестройка только начиналась, места заключения еще были полны тех, кто сидел за веру. Колонией, раскрывшей к ужасу администрации свои врата перед священником, была ИТК-16 под Уяром, знаменитый «Громадск». Он пришел навестить заключенного, который его когда-то ограбил, а после бесед с ним отец Геннадий ходатайствовал о его помиловании. С 1989 года он стал регулярно посещать окрестные колонии, в начале 90-х годов для него отворились двери и Енисейского следственного изолятора.

В те годы Церковь постепенно стала выходить из резервации, которую создало для нее коммунистическое государство, но далеко не все священники умели (да и хотели) говорить с нецерковными людьми на понятном им языке. Но отец Геннадий – служитель слова, проповедник и лектор, умеющий убеждать. В 1991-м ректорат лесосибирского Технологического института разрешил ему проведение открытых лекций по космологии. Студенты валом валили, и один из авторов этой статьи, к тому времени уже верующий, пригласил своего знакомого атеиста Сергея Гарденина пойти на одну из них. Сергей заготовил тогда вопросы, которые, как он думал, поставят в тупик лектора и покажут абсурдность веры в Бога. Через много лет Сергей признался: именно та лекция стала поворотной точкой его обращения к вере. После лекции они еще долго беседовали с отцом Геннадием, а через месяц Сергей уже поехал в Енисейск на свою первую исповедь.

Отец Геннадий с матушкой Лидией (бессменным регентом на клиросе) вырастили и воспитали пятерых детей. Все они живут и трудятся или учатся в родной для них Сибири: Кристина – кинодокументалист; Давид служил офицером в Дальневосточном военном округе, сейчас инженер-автомобилист в Красноярске; Марта экономист на одном из красноярских промышленных предприятий; Тавифа заканчивает обучение по специальности «искусствоведение». Самый младший, Стефан, только что завершил учебу в авиационном институте и будет работать диспетчером в Иркутске.

В 2004 году протоиерей Геннадий Фаст был награжден орденом преподобного Сергия Радонежского, но дело, конечно, не в наградах. Важно, чтобы продолжалось дело его служения, и потому многие надежды связывались с его назначением председателем епархиального Отдела религиозного образования и катехизации в апреле 2010 года, когда он был переведен из Енисейска в Красноярск и поставлен настоятелем одного из главных храмов краевого центра. Храму по его прошению был придан статус катехизаторского. Но без какого бы то ни было объяснения причин он уже в мае – всего через сорок дней! – был снят с этой должности и возвращен в Енисейск. Но этим дело не кончилось. В начале июля 2010 года в енисейском Успенском храме был зачитан указ управляющего Красноярской епархией архиепископа Антония о снятии отца Геннадия с должности благочинного Енисейского церковного округа и с должности настоятеля Успенского храма, после двадцати семи лет настоятельства.


Источник: kiev-orthodox.org

Комментарии для сайта Cackle