Андрей Николаевич Муравьёв

LX. Пир Валтасара; видения Даниила, спасение его от львов

После Навуходоносора, который умер на сорок третьем году своего царствования, сын и преемник его Евильмеродах, расположенный вероятно, бедствиями отца своего, к уважению Иудеев, вывел Царя их Иехонию из темницы, дал ему приличное содержание и поставил престол его выше престолов других Царей, ему подвластных. У Евильмеродаха отнял престол, вместе с жизнью, муж его сестры, и оставил оный сыну, которого Даниил называет Валтасаром, юноше роскошному, не пользовавшемуся наставлениями, какие мог извлечь из приключений деда своего, Навуходоносора. Даниил был на время удален от двора царского, в Сусы, и там имел он два видения.

Как некогда Царю Навуходоносору, так уже самому Даниилу представилась, в сонном видении, грядущая участь тех же четырех обширных царств, ознаменованных таинственными образами четырех странных крылатых зверей, имевших подобие львицы, медведицы, рыси; образ же четвертого выходил из пределов творения: более крепкий и ужасный, нежели первые три, он все истреблял железными зубами и попирал ногами; страшное чело, вооружено было десятью рогами, посреди коих восходил малый рог, с глазами и голосом человеческим, и рога сии знаменовали гонителей церкви. После сего видел Даниил, как поставили престолы и Ветхий днями воссел на пламенном престоле, в одежде белой, как снег, с убеленными, как волна, власами; река огненная текла пред Его судилищем, на котором разгнулись книги; тьмы темь служили и предстояли Ему. Тогда погиб странный зверь, ужасавший весь мир, и власть его истребилась с властью прочих зверей; на облаках явился Сын человеческий, идущий к Ветхому днями, и Ему даны были, на все веки и роды, власть и честь и царство, над всеми народами. Вострепетал Даниил и услышал таинственное истолкование сна, что сии четыре царства, наименованные зверями, из коих четвертое будет самое ужасное, уступят царству Святых, которое пребудет навеки. Последний зверь восстанет на Вышняго и помыслит изменить времена и законы, но и он погибнет пред судилищем Того, кто даст царствовать Святым своим. И еще, подобное сему видение, созерцал опять Даниил, о брани между царями Персидским и Эллинским, под образами овна и козла, из коих первый поражен страшным рогом последнего, и рог сей разросся в четыре рога, т. е. царства; напоследок же опять восстанет некто, бесстыдный и крепкий Царь, на пагубу многих и свою собственную.

Сам развращенный юноша Валтасар, испытал, подобно деду Навуходоносору, силу пророчеств Данииловых, когда накануне дня своего падения, присоединив к невоздержанию богохульство, учредил вечернее пиршество, с вельможами и женами своими, и пил вино из священных сосудов, принесенных некогда Навуходоносором из храма Иерусалимского. Внезапно явились, на противоположной Царю стене, персты руки человеческой, и при свете лампады, писали таинственные слова. Изменилось от ужаса лицо Царя, в смятении духа потряслись все его члены, громко воскликнул он и велел позвать волхвов Халдейских, обещая тому, кто прочтет письмена сии, багряницу и гривну златую, и лучшее место в царстве его. Тщетно искали разгадать писание все мудрецы Халдейские, возрастало смущение Царя и вельмож; тогда взошла Царица в чертог пиршества, и напомнила ему о муже, исполненном Духа Божия, который некогда истолковал видения Навуходоносору.

Призванный Даниил отвечал Царю на все его пышные предложения: «даяния твои с тобой да будут, или отдай их иному, я же прочту и возвещу тебе написанное. Бог вышний дал царство и величество отцу твоему Навуходоносору, и пред ним трепетали все народы; когда же превознесся он сердцем, отняты были у него слава и честь, и не только лишился он царства, но и общества человеков, и со зверями питался травой, под открытым небом, доколе не уразумел, что Бог вышний владеет царством человеков и дает оное, кому хочет. А ты, сын его Валтасар, зная все сие, не смирил сердце свое пред Господом, но превознесся, и пил из священных сосудов его храма, с вельможами и женами твоими, похваляя идолов ваших и не воздавая хвалы Богу, в руках коего твое дыхание и все судьбы твои. Посему от лица Его посланы были персты и письмена сии: «мани, фекел, фарес.» Вот толкование их: мани, измерил Бог царство твое и окончил; фекел, положил его на весах и оно оказалось легким; фарес, разделилось царство твое и отдано Мидянам и Персам.» Исполнил царское слово свое Валтасар, и велел облечь в багряницу Пророка, дал на выю его гривну златую и провозгласил его третьим в царстве своем, но уже оно исторглось из рук Валтасара: в ту же ночь убили Царя Халдейского, и Дарий Мидянин принял престол его.

Уже в преклонных летах воцарился Дарий; он поставил, в обширном царстве своем сто двадцать князей, а над ними трех старейшин, для облегчения себе бремени правления; но Даниил, один из трех, по обилию бывшей в нем благодати Божьей, стоял выше всех, и возбудил тем зависть прочих князей. Они искали обвинить его пред Царем и не находя в нем никакой вины, решились напасть на него, со стороны отеческих его преданий. Под льстивым предлогом, утвердить власть царскую в государстве, предложили они Царю, издать повеление, чтобы никто, в течении тридцати дней не дерзал обращаться с прошением, к какому бы то ни было богу или человеку, под страхом быть вверженным в ров львиный. Издал Царь хульный закон сей, но Даниил взошел, по обычаю, в свою храмину, окна коей обращены были к Иерусалиму, и не оставил преклонить молитвенно колена пред Богом своим; так застали его искавшие на нем вины и донесли о том Царю. Опечалился Дарий и до вечера состязался с вельможами своими, чтобы спасти Даниила, но они превозмогли; призвав Пророка, Царь сказал ему: «Бог, которому ты всегда служил, избавит тебя.» Тогда позволил бросить праведника в ров львиный, и даже запечатал, перстнем свои и перстнями вельмож, камень, который положен был в отверстии сего рва; печален возвратился он в дом свой и не вкушал пищи, сон бежал очей его; но Господь заключил уста львов и они не коснулись Пророка.

До света встал Дарий, поспешил ко рву львиному и громко воскликнул над устьем: «Даниил, раб Бога живого, которому ты всегда служишь, возмог ли Бог твой избавить тебя из уст львиных?» и отвечал ему из глубины рва Даниил: «Царь, во веки живи; Бог мой послал Ангела своего и затворил уста львам, ибо правда моя пред ним явилась, и не согрешил я пред тобой.» Обрадованный Царь велел извлечь, из рва львиного, Даниила, невредимого ради своей веры, и ввергнуть туда клеветников его, с женами их и детьми: еще не успели они достигнуть до дна , как уже львы растерзали падающие их тела. – Тогда Дарий обнародовал новую заповедь по всему царству, чтобы трепетали Бога Даниилова, ибо Он пребывает во веки и творит чудеса на земле.

В первый год правления сего Дария Мидийского, Даниил, видя из пророчества Иеремии, что семьдесят лет определены сроком пленению Вавилонскому, в посте, вретище и пепле, обратился к Богу отцов своих и исповедал пред Ним, как бы от лица всего народа, беззакония его и праведную казнь, за нарушение завета, данного Моисею; но уповая не на свои дела, а на щедроты Божьи, молил он Господа, призреть на опустение святыни своей и помиловать людей своих. Еще молился Пророк, когда предстал ему, в час вечерней жертвы, Ангел Гавриил, и возвестил ему грядущее спасение, чрез обетованного Мессию, ясно означив само время Его явления: «Семьдесят седмин определены для народа твоего, и для града святыни твоей, до совершится противление, и запечатлеются грехи, и очистится беззаконие, и приведется Правда вечная, и запечатлеется видение и Пророк, и помажется Святый Святых; и ведай, и разумей: от исхода слова, о восстановлении и о создании Иерусалим, до Христа Старейшины, седмин седмь и седмин шестьдесят две. Восстановится и созиждется стогна и ограда, и притом в тесноте времен, и после шестидесяти двух седмин убиен будет Христос, и не за Себя; потом град и святилище разрушит народ старейшины грядущего, и конец его в потоплении, и до конца брани предопределены опустошения. И укрепит завет для многих седмина единая, и посреди седмины прекратится жертва и приношение; и в святилище мерзость запустения будет, и до решительного совершения воскаплет гнев над опустошением.» (IX.)

Такие видения продолжались Даниилу и во дни Кира Царя Персидского, который восприял царство Халдейское после Дария. На берегах великой реки Тигра предстал Пророку, истощившему плоть свою трехнедельным постом, муж молниеносный, наведший на него ужас, который однако укрепил и восстановил падшего пред ним; вслед за сим явлением было другое: подобие сына человеческого прикоснулось изнемогшему Пророку, и снова он укрепился, чтобы слышать и возвестить о грядущей судьбе царства Персидского и четырех царств, происходящих от Эллинского, и наконец, под земными образами, о страшном царстве Антихриста и последних временах мира. Тогда будет скорбь, какой не было от начала создания, и тогда спасутся все люди, которых имена записаны в книге; многие из спящих восстанут в жизнь вечную, другие же в стыд вечный; верующие просветятся и праведники как звезды воссияют. – Даниилу же велено запечатать книгу сию до времени события, доколе не умножится ведение.

Еще одно сказание, о чудных деяниях Даниила, сохранило священное Писание, хотя и не в подлиннике Еврейском, а только в Греческом тексте. Во дни Кира, Царя Персов, Пророк был славен при дворе его и пользовался его дружбой; следуя обрядам Вавилонским, Царь поклонялся кумиру Вила, которому ежедневно приносили, как бы для пищи, двенадцать мер муки, шесть мер вина и сорок овец. Кир спрашивал Даниила: почему не поклоняется он Вилу? И услышав в ответ, что подобает поклоняться живому Богу, сотворившему небо и землю, а не идолам, созданным руками человеческими, привел во свидетельство тому, что и Вил жив, многую пищу им употребляемую. Посмеялся Даниил легковерию Царя, и разгневанный Царь, призвав жрецов, сказал им, что если не откроют они: кто употребляет брашны, приносимые Вилу? то погибнут сами, если же покажут, то умрет Даниил.

Семьдесят было жрецов Виловых, кроме жен и детей; они отвечали Царю: «вот мы выйдем, ты же поставь яства и вино и, затворив двери, запечатай перстнем твоим, и если на другой день не найдешь, что употреблена вся пища, пусть мы погибнем; в противном же случае пусть умрет Даниил, нас оклеветавший.» Жрецы говорили так отважно потому, что они надеялись на потаенный ход, бывший под алтарем кумира, которым обыкновенно уносили пищу. Когда же удалились они и Царь поставил яства, Даниил велел отрокам своим посыпать пеплом весь помост храма, в присутствии одного Царя, и потом запечатал двери перстнем царским. Рано утром возвратился Даниил с Царем к капищу; они нашли целой печать на дверях, открыли двери, и Царь, увидев издали алтарь без яств, воскликнул: «велик ты, о Вил, и нет в тебе никакой лжи!» но Даниил, рассмеявшись, удержал Царя на пороге и показал ему, на помосте, следы мужские, женские и детские; обличенные в коварстве жрецы, сами принуждены были обнаружить свой потаенный вход в капище; разгневанный Царь предал их всех смерти, и разрушив капище, разбил и отдал Даниилу кумир.

На том месте находился великий змей, которого почитали Вавилоняне, и Царь говорил Жаниилу: «не можешь назвать медью и этого бога, или сказать, что он не жив; и так поклонись ему;» но Даниил отвечал: «Господу Богу моему поклонюсь, ибо он един Бог живой,» и испросил у Царя власть на змея, обещая умертвить его без меча и жезла. Тогда взяв смолу, тук и волну, сварил их вместе и бросил в уста змея, который, проглотив пищу сию, разселся: «таковы боги ваши!» воскликнул Даниил, и снова возроптали Вавилоняне против Царя, говоря: «Царь наш сделался Иудеянином, разбил Вила, умертвил змея и жрецов.» Они угрожали смертью самому Царю и всему дому его, если не выдаст им Даниила, и принужден был Царь уступить мятежникам; Пророка бросили опять в львиную яму, где находилось семь львов, ежедневно питаемых двумя трупами и двумя овцами; в тот же день не дали им обычной пищи, чтобы они растерзали Даниила.

Был Пророк в Иудеи, именем Аввакум, который сварив пищу, нес её вместе с хлебом в поле для жнецов; но явившийся ему Ангел, велел отнести сию пищу в Вавилон, к Даниилу в львиную яму, и когда отрекался Пророк незнанием места, Ангел внезапно перенес его в Вавилон, к устью ямы. Даниил вкусил пищу и благословил Бога, не оставляющего любящих Его, а Пророк Аввакум опять перенесен был Ангелом на свое поле. В седьмой день Царь, жалевший Даниила, пришел посмотреть в отверстие ямы, и с изумлением увидел невредимого Даниила, воскликнул: «велик Ты Господи, Бог Даниилов, и нет иного, кроме Тебя!» Он велел извлечь праведника из ямы и ввергнул в нее виновных, которых немедленно растерзали львы.


Источник: С.П.Б. В типогр. А. Бородина и К. 1842г.

Комментарии для сайта Cackle