архиеп. Никон (Рклицкий)
Митрополит Антоний (Храповицкий)

Блаженнейший Антоний Митрополит Киевский и Галицкий, основатель и глава Русской Православной Церкви заграницей, принадлежит к числу великих людей, непонятых и неоцененных своими современниками, но оставивших после себя драгоценное наследие – богословское творчество и заветы о призвании, жизни и возрождении России.

Блаженнейший Антоний Митрополит Киевский и Галицкий, основатель и глава Русской Православной Церкви заграницей, принадлежит к числу великих людей, непонятых и неоцененных своими современниками, но оставивших после себя драгоценное наследие – богословское творчество и заветы о призвании, жизни и возрождении России.

В этих немногих строках мы постараемся показать в чем состоит его величие и какое значение он и его наследие имеют для России, для Православия и для человечества. Прежде всего, отметим как понимает владыка Антоний основное призвание России в мире и сущность ее культуры в отличие от других народов мира. «Россию мы любим потому, что она хранит в себе русскую идею, русскую духовную культуру, русский быт. Эта идея есть царство Божие, эта природа стремление к святости, этот быт выражает собой усилие семисотлетней жизни страны и девятисотлетней жизни народа водворять на земле праведность евангельскую, отвергаться всего, чтобы найти Христа, ставить Его волю, законы Его церкви законом общественной жизни» (Из слова в день четырех Московских святителей 5 октября 1904 г., «Жизнеописание», т. 15, стр. 134). Этой идее России митрополит Антоний и послужил всей своей жизнью.

Он не принадлежал к сословному духовенству и происходил из светской среды. Родился он 17 марта 1863 года в дворянской семье помещика Павла Павловича Храповицкого в с. Ватагино Крестицкого уезда Новгородской губернии. Предок его был секретарем императрицы Екатерины II. Дед его сла­вился своей образованностью, увлекался химией и был вольтерьянцем, отец окончил физико-математический факультет и служил сначала в земстве, а затем в Дворянском и Крестьянском банке в С. Петербурге, учрежденном для благоустройства крестьян после их освобождения от крепостной зависимости. Мать владыки Антония Наталия Петровна, урожденная Веригина получила французское воспитание, но при этом была женщина глубокой религиозной настроенности и благочестия и так воспитывала своих четырех сыновей, из которых владыка Антоний был третьим. Она любила вслух читать своим сыновьям Евангелие, которым глубоко заинтересовался тогда маленький мальчик владыка Антоний, он также увлекался рассказами о знаменитом Оптинском старце Амвросии и читал о нем рассказы в «Журнале для всех». Тогда у него созрело решение стать монахом, которому он никогда в жизни не изменял.

По окончании с золотой медалью 5-ой С. Петербургской гимназии Алеша Храповицкий, вопреки желанию своих родителей и родственников, поступил по конкурсному экзамену 4-м по списку в С. Петербургскую Духовную академию. 18 мая 1885 года, через четыре дня после окончания Академий, он, к ужасу своих родственников, принял пострижение в монахи и был оставлен при Академии для подготовки к профессорскому званию по кафедре философии. Он представил кандидатскую и магистерскую диссертацию на тему: «Психологические данные в пользу свободы воли и нравственной ответственности». Его сочинение было основано на анализе человеческой души как объективного явления и исходило из данных философии, психологии и логики. Он был большим знатоком этих наук и особенно ценил философию Канта, к критике которого он постоянно возвращался в своих сочинениях. Вывод из его диссертации был следующий: «Человек свободен в избрании добра или зла, но несет все последствия своего избрания. Человек существо свободное, но и нравственно ответственное. Истинная философия приводит к признанию бытия Божия, как Творца и Промыслителя вселенной.» Впоследствии в С. Петербургской Духовной академии ему была предоставлена кафедра Ветхого Завета и он не имел возможности заниматься философией. Зато в своих исследованиях он сделал замечательное согласование Ветхого и Нового Заветов и разъяснил важнейшие события из жизни, учения и суда над Господом Иисусом Христом.

Ввиду исключительных дарований и высокой образованности владыка Антоний после пяти лет педагогической службы в С. Петербурге, имея 27 лет от роду, в 1890-м году был назначен ректором Московской Духовной академии, на этой должности он пробыл пять лет. Эти годы составили эпоху не только в жизни Академии, но и всей Русской Православной Церкви, на которую оказывала влияние академическая жизнь. Могущественное влияние владыки Антония на жизнь Академии обнаружилось в трех направлениях – на бытовую жизнь студентов и их расположение к принятию священства и монашества, на учебную часть и на богословское творчество. С приездом его в Троице-Сергиевскую Лавру, где помещалась Академия, все там изменилось. Из казенного учреждения Академия превратилась в дружную семью студентов, вдохновляемую воспитательной любовью своего ректора, который только на несколько лет был старше своих студентов и, конечно, неизмеримо превосходил их своей ученостью и обладал даром воспитательной любви. Они запросто к нему приходили, пили у него чай с вареньем, которое в изобилии присылала ему его мать, и обсуждали все, что интересовало Академию, состояние богословской науки, жизнь Церкви, не обходилось и без критики своих профессоров, но главное молодой ректор раскрывал студентам горизонты духовной жизни и многие из них располагались к принятию монашества и священства. Владыка Антоний преподавал пастырское богословие, на лекции его собирались студенты всех курсов.

В богословском творчестве владыкой Антонием в эти годы были произведены гениальные открытия в области догматического богословия. 26 сентября 1892 года Троице-Сергиевская Лавра и Московская Духовная академия праздновали 500-летие со дня блаженной кончины преподобного Сергия Радонежского. На торжественном акте ректор Академии архимандрит Антоний и два других знаменитых историка, Голубинский и Ключевский, произнесли речи. Архимандрит Антоний сделал доклад на тему «Нравственная идея догмата Пресвятой Троицы», который является эпохой в области догматического богословия. До сего времени в догматическом богословии было прочно усвоено из Запада, что догматы (учение) нашей веры непостижимы для человеческого разума и должны быть принимаемы нами на веру. Владыка же Антоний учил, что для нашего разума непостижимо существо Божие, действия же промысла Божия должны быть вполне постижимы, так как они направлены на наше спасение и должны быть свободно нами принимаемы. По поводу догмата Святой Троицы в науке рассуждали так. Как можно понять, что один Бог состоит в трех лицах. Прежние богословы предлагают некоторое пояснение тайны Св. Троицы, но не из жизни живых существ, а из мертвой природы. Так, например, такой великий святитель древности, как Григорий Богослов (310–380) сравнивает Св. Троицу с солнцем, лучом и светом, с умом, словом и духом в человеке, с источником, ключом и потоком в природе. «Но всего лучше, – говорит святитель, – оставить все образы, как обманчивые и далеко не достигающие до истины, и оставаться под руководством Духа, восполнение нашего учения есть вера».

В своем докладе владыка Антоний дал новое и при этом в высшей степени убедительное изъяснение догмата Св. Троицы. «Могут ли три человека составить одного?» ставит вопрос владыка Антоний и отвечает: «нет не могут». Единое естество человеческое разделено на отдельные, замкнутые в себе личности. Люди разделены на отдельные личности своей физической природой, своей самостью, эгоизмом и грехом. Есть, однако, духовная сила, которая сближает людей между собой. Эта сила – божественная, самоотверженная и состраждущая любовь. Там, где у людей побеждается грех и где люди проникнуты взаимной любовию, их души сливаются как бы в одну душу, так бывает в хороших семьях, и еще в большей степени, у подвижников благочестия. Однако у людей не может произойти полное слитие их личностей в одну личность, этому препятствует физическая организация и личная самость. У Бога же этих препятствий нет, Бог есть дух и Бог безгрешен, и поэтому ничто не препятствует трем лицам Божества, при сохранении их личностей, быть слитыми в единого Бога в трех Лицах славимого. Таким образом тайна Святой Троицы становится до очевидности ясной и является метафизическим основанием главного закона бытия – закона любви. Все это более подробно объяснено в XI томе «Жизнеописания» митрополита Антония, в книге «Нравственные идеи важнейших христианских догматов». В той же книге изъяснены и другие догматы.

Столь же важным является учение владыки Антония о догмате вочеловечения Господа Иисуса Христа. Статья на эту тему была написана в опровержение учения Канта об автономной морали и Льва Толстого, отрицавшего божество Иисуса Христа. Владыка Антоний утверждает, что без веры в божество Иисуса Христа невозможно следовать евангельским добродетелям и побеждать страсти. Вообще моральное учение Евангелия без веры в божество Иисуса Христа не имеет никакого значения. В статье «Размышление о спасительной силе Христовых страстей» владыка разъясняет, что нашим искупителем мог быть только Бог, потому что только Бог Своим всеведением знает всех людей и все наши грехи, а, как воплотившийся человек, передает нам свою возрождающую и состраждущую любовь. Не менее важным является учение владыки «О нравственной идее догмата Церкви.» Владыка разъясняет, что Христова Церковь есть новое особое и единственное на земле бытие, которое нельзя определить никаким мирским понятием. Это есть восстановленное Христом единство естества верующего человечества. Церковь есть подобие троичного бытия – подобие, в котором многие личности становятся единым существом при сохранении своей личности. Учение Христово дано Церкви, которая только и может правильно его истолковывать. В учении о Духе Святом владыка Антоний разъясняет, что действие Духа Снятого состоит в том, что Им дается чадам Церкви нравственное удовлетворение в их подвиге.

Венцом творчества владыки Антония в его изъяснении догматов веры является его учение о Догмате Искупления. Владыка учит, что человечество искуплено Христом Спасителем к вечной жизни его страждущей любовью, высшим выражением которой является Гефсиманская молитва, во время которой Господь Своим божественным всеведением объял всех людей и дал им Своей сострадательной любовью возможность духовного возрождения. Внешним выражением этой искупительной спасительной и состраждущей любви являются крестные страдания Христовы и крест – символом нашего спасения. Сов- ременной богословской наукой эти разъяснения владыки Антония еще не приняты, так как в науке прочно укоренилась так называемая «теория сатисфакции», введенная в богословскую науку католическими учеными Ансельмом Кентерберийским, Фомой Аквинатом и Петром Ломбардом, но такого учения нет ни в Библии, ни у святых отцов, как разъясняет владыка Антоний.

В Московской Духовной академии архимандрит Антоний читал лекции по Пастырскому Богословию. Сущность истинного пастырства он видел в том, что пастыри должны быть подражателями и соработниками Христовыми, объемлющими свою паству состраждущей любовью и ведущими людей к духовному возрождению. Небольшая часть этих лекций оказалась записанной и напечатанной в разных журналах. Мы собрали их в одну книгу и издали ее под наименованием «О пастыре, пастырстве и об исповеди». Попутно с этим владыка Антоний во внеклассных беседах со студентами разъяснял о крайней необходимости реформы управления Русской Православной Церкви, которая должна непременно начаться с восстановления патриаршества, созыва Всероссийского Церковного Собора для пересмотра всех сторон церковной жизни, возрождения миссионерства, установления общения с восточными патриаршествами и Церквами и реформы духовно-учебных заведений, т.к. большинство оканчивавших эти заведения отказывались от духовного служения и уходили в светские высшие учебные заведения, вплоть до ветеринарных институтов, и вообще в сторону от Церкви. Плодом деятельности владыки Антония было то, что многие студенты стали принимать монашество или священный сан. Архимандриту Антонию покровительствовал и его поддерживал московский митрополит Леонтий (Лебединский), иерарх светлого ума, знавший о. Антония еще с детства, когда он мальчиком прислуживал на архиерейских богослужениях в столичных соборах. Однако на его деятельность косо смотрели синодальные чиновники во главе с обер-прокурором, которые отнюдь не желали восстановления патриаршества и вообще никакой реформы церковной жизни не желали. Правительство также не желало восстановления патриаршества. В 1893 году престарелый митрополит Леонтий скончался и московским митрополитом был назначен архиепископ Сергий (Ляпидевский), иерарх старого схоластического направления, в свое время бывший противником назначения о. Антония ректором академии. В своих взглядах он коренным образом расходился с о. Антонием. Вскоре по его требованию была назначена ревизия из Синода. Ревизор, вопреки правилам, светский синодальный чиновник, искал политической неблагонадежности, но таковой найти не могли, так как о. Антоний был монархист и глубокий патриот. Ему поставили в вину, что он легко разрешал скоромную пищу больным студентам в посту в лазарете, что также не соответствовало действительности. Синод решил перевести архимандрита Антония в глубокую провинцию – ректором Казанской Духовной академии. Этот перевод его глубоко огорчил, показав ему о невозможности реформировать Русскую Церковь. К началу 1895–96 г. архимандрит Антоний прибыл в Казанскую академию. Академическая корпорация встретила его с недоверием и холодком, как опального ректора. Однако он вскоре так там сжился с корпорацией и со студентами, что не знал, какую академию он больше любит – Казанскую, Московскую или С. – Петербургскую. В Казанской академии он прослужил пять лет, деятельность его продолжалась в ней в том же направлении, как и в Московской. В Казанской академии владыка Антоний особенно высоко поднял церковную жизнь. Но Синод все-таки смотрел на него косо. В 1900 году, после 15 лет академической службы, он был назначен епархиальным архиереем в Уфу, но фактически это была для него новая ссылка, так как на эту кафедру обычно назначались архиереи без высшего духовного образования и это была отдаленная провинция. Однако за полтора года пребывания на этой кафедре владыка Антоний преобразовал епархию, почти удвоил число приходов, оживил угасшую миссионерскую деятельность среди магометан и ознакомился с восточной частью России, обладавшей большими богатствами, но находившейся в запустении как в духовном, так и в экономическом отношениях.

В 1902 году он был переведен на другую западную окраину России, в Волынскую епархию, так как в это время с запада наступало на Россию католичество и сектантство и нужно было для защиты Русской Церкви и России поднять здесь духовную и церковную жизнь.

Владыка Антоний прибыл в Житомир в апреле месяце 1903 года. Вот как описывает его прибытие один из его учеников, архиепископ Григорий (Боришкевич). «Внешний облик владыки Антония был весьма привлекателен и обаятелен. Он казался ниже среднего роста, коренастый блондин со спадавшими на спину густыми волосами и длинной ясно рыжеватой бородой. Он имел большую голову с высоким довольно выпуклым широким лбом и удлиненное лицо с сияющими радостью серо-голубыми выразительными умными глазами, излучающими всю внутреннюю неподдельную красоту его благородной души, ее чистоту, открытость, прямоту, своеобразную аристократическую простоту, дающую право судить о нем, как о человеке высшей породы и культуры. Глубокообразованный и ученый богослов, он отличался твердостью своих убеждений и принципиальностью суждений, с которых никогда не сходил. Он милостиво прощал окружающим разные их проступки, снисходил и прощал разные слабости людям, но никогда не потворствовал им в этих слабостях и никогда не льстил. Он не боялся все называть своими именами и в этом отношении был неизменен даже, если дело касалось какого-либо важного лица и шло в явный ущерб ему самому, или вызывало на него нарекания. Его крылатые выражения, иногда очень резкие, а также меткие характеристики, выраженные в одном или в двух словах, но произнесенные с улыбкой и доброжелательством, запоминались на всю жизнь. Многие почитатели ученики владыки Антония, которые часто трапезовали за его столом и вообще приходили к нему, как в свой дом, к своему отцу и непринужденно с ним беседовали, сохраняли в своей памяти наилучшие воспоминания о нем на всю свою жизнь. Его интересные часто злободневные беседы всегда как-то ободряли его слушателей и действовали возвышающе на душу. В близком кругу своих друзей владыка Антоний не стеснялся рассказывать все, что с ним бы не случилось, иногда даже самые комические происшествия, случавшиеся или в сельских домах при посещениях приходов, или в заседаниях св. Синода, или во дворце при высочайших приемах.»

Волынская епархия, пограничная с Австро-Венгрией, была одной из старейших и древнейших русских епархий. В ней было 1600 приходов и много приписных церквей. Главной святыней епархии была Почаевская Лавра, находившаяся в 7 верстах от границы. Епархия и лавра находились в запущенном состоянии. Владыка Антоний очень быстро внес духовное и административное оживление в жизнь всего этого края. Он близко познакомился с духовенством, которое было несколько отдалено от народа. Идеей его мероприятий в отношении духовенства было «произвести переворот в нем от буржуазности к народности, от светскости к православию», давая во всем личный пример. Под влиянием мероприятий владыки Антония Почаевская Лавра ожила, в ней стали собираться десятки тысяч богомольцев не только с западного края, но и из отдаленных губерний России. Деятельность владыки приняла очень быстро всероссийский характер, он стал известным во всей России под именем «Антоний Волынский». Он был почти постоянным членом Святейшего Правительствующего Синода, куда его вызывали при рассмотрении сложных и трудных вопросов. Владыка Антоний также стал пламенным обличителем революции 1904 и последующих годов. 20 февраля 1905 года, в разгар революционной пропаганды в России, владыка Антоний произнес в Исаакиевском соборе в С.-Петербурге пламенную обличительную и пророческую проповедь, в которой сказал следующее: «Горе, горе вам, лукавые и хвастливые лжецы! Не столь ужасны ваши беззакония, ваш разврат, ваша черствость, ваше забвение Бога и вечности, сколько пагубный дух самооправдания, закрывающий перед вами все пути к исправлению себя, все двери к покаянному воплю… А что сказать о преобразовательных толках в вашей печати, в различных общественных собраниях? Может быть здесь видно попечение о благоденствии России, о русском народе, которого они не знают, которого изучать не хотят, которого в душе своей глубоко ненавидят… Будем умножать свои молитвенные воздыхания о том, чтобы Господь не попустил простому русскому народу заразиться общественным помрачением – чтобы народ продолжал ясно сознавать, кто его враги и кто его друзья, чтобы он всегда хранил свою преданность Самодержавию, как единственной дружественной ему высшей власти, чтобы народ помнил, что в случае ее колебания, он будет несчастнейшим из народов, порабощенный уже не прежним суровым помещиком, но врагом священных и дорогих ему устоев его тысячелетней жизни, – врагом упорным и жестоким…» Эта проповедь встретила резкое осуждение со стороны русской либеральной интеллигенции, таких писателей, как Мережковский, и даже консервативного «Нового Времени».

На Волынской кафедре владыка Антоний пробыл 12 лет. В течение этого времени он был одним из главных деятелей, подготовившим учреждение в январе месяце 1906 года Предсоборного Присутствия для подготовки созыва Всероссийского Церковного Собора. Очень плодотворны были труды Предсоборного Присутствия, собравшего большой и ценный материал для Всероссийского Церковного Собора. Однако выяснилось, что если будет собран Всероссийский Собор, то он восстановит патриаршество, против восстановления которого было правительство и монаршая власть. Собор был собран после революции. При избрании патриарха архиепископ Антоний был первым из трех кандидатов, из которых по жребию был избран московский митрополит Тихон. Однако патриаршество не имело опоры в революционной государственной власти, и в конце концов стало послушным органом коммунистической власти. Владыка же Антоний, избранный после революции митрополитом Киевским и Галицким, при случайно сложившихся обстоятельствах, а лучше сказать по промыслу Божию, был вывезен заграницу и здесь основал Русскую Православную Церковь заграницей, как свободную часть порабощенной коммунистами Русской Церкви и русского народа. Деятельность его заграницей была многоскорбной в виду церковных расколов, инспирируемых коммунистической властью из Москвы, которая хорошо понимала, что единая Русская Православная Церковь, возглавленная таким лицом, как митрополит Антоний, представляла для нее смертельную опасность. Владыка Антоний скончался 28 июля/10 августа 1936 года, на 74 году своей жизни, которая описана мною в 10-ти томах (свыше 6 тысяч страниц), изданных мною в 1956–1963 г. г. Затем, в 1963–1969 г. г., в г. Нью-Йорке, мною же были изданы творения митрополита Антония в 7 томах.

В заключение надо заметить, что еще до революции предполагалось назначение владыки Антония митрополитом С.-Петербургским, от чего он сам отказался, затем Московским и Киевским, но это не состоялось из-за тех настроений, оппозиционных к владыке Антонию, которые господствовали в русском обществе и правительстве, и этому великому человеку не была дана возможность спасти Русскую Православную Церковь и Россию от ужасной постигшей их катастрофы. Неужели же понадобятся еще столетия для того, чтобы Россия возвратилась на свой ясный как день исторический путь?

Помощь в распознавании текстов