блаженный Аврелий Августин

Ручная книжка

1. О дивном существе Божием

Ты, Господи, наполняешь небо и землю, носишь все без отягощения и наполняешь все без включения Себя. Ты всегда деятелен, но всегда спокоен; собираешь, ничего не требуя; ищешь, все имея у Себя; любишь, но не ревнуешь; дела переменяешь, но не нарушаешь плана; принимаешь все, что находишь, но ничего не теряешь; всего Тебе довольно, но о прибыли радуешься; нисколько не сребролюбив, но требуешь роста; даешь, кому не должен, – или Тебе дают, чтобы Ты был постоянно должником. У кого есть что-нибудь не Твое? Ты отдаешь долги, не будучи никому должен; Ты прощаешь долги, но ничего не теряешь, Ты всюду находишься – и везде весь; Ты можешь быть чувствуем, но не можешь быть видим; Ты всюду присутствуешь, но далек от нечестивых помышлений. Ты присутствуешь везде, но найти Тебя нельзя. Ты держишь все, наполняешь все, обнимаешь все, возвышаешься над всем и носишь все. Ты сердца верных вразумляешь без голоса и слов и не имеешь ни увеличения, ни уменьшения. Ты живешь во свете неприступном, которого ни один человек не видел. В Себе Самом Ты спокоен, все и везде окружаешь, так как Ты не можешь раздробляться, потому что Ты – один; Ты все держишь, все наполняешь, все просвещаешь, всем обладаешь.

2. О неизреченном всеведении Божием

Хотя бы весь мир был наполнен книгами, Твое неизреченное всеведение невозможно выразить. В силу того, что Ты – неизречен, Тебя никоим образом нельзя описать. Ты – источник света божественного и солнце вечной славы; Ты неизмерим, Ты – истинно благ, и никто не благ, кроме Тебя; Твоя воля – уже действие, Твое желание – возможность. Все, созданное из ничего, Ты сотворил одной волею; Ты владеешь всеми созданиями без принуждения, управляешь без труда, приводишь в порядок без скуки – и ничто ни в горних, ни в дольних не может пошатнуть Твоего порядка. Ты – не виновник зла, потому что не можешь его делать; Твоею благостью мы сотворены, правосудием наказаны и милосердием спасаемся; Твое всемогущество управляет и распоряжается всеми созданиями, и Ты все их наполняешь. Не потому Ты наполняешь все, будто все Тебя содержит, но потому, что все держится Тобою. Ты – весь во всех, и все – в Тебе. Своим всемогуществом Ты все объемлешь, и никто не может избегнуть Твоего владычества, – потому что кто не имеет Тебя милостивым к себе, тот никак не может избежать Тебя прогневанного.

3. О стремлении души к Богу

Тебя, милосердный Боже, призываю я в душу свою, которую Ты, согласно с вдохновленным ей Тобою желанием, приготовляешь к воспринятию Тебя. Войди, молю Тебя, в нее и сделай ее достойною Твоего обитания в ней; управляй тою, которую Ты создал и обновил. Прошу Тебя, Милостивый, не покинь меня призывающего, потому что Ты Сам прежде моего призыва призвал и нашел меня, чтобы я, раб Твой, Тебя искал, ища нашел и найдя любил. Я искал и нашел Тебя, Господи, и желаю Тебя любить. Умножь желание мое и просимое мною дай. Даруй мне Тебя Самого, Боже мой; я люблю Тебя, и если мало, да возлюблю более! Испытывая любовь к Тебе, я горю желанием Тебя и наслаждаюсь сладким воспоминанием о Тебе. В то время, как мысль моя углубляется в Тебя и размышляет о Твоей неизреченной любви, самая тяжесть плоти не обременяет, волнение помыслов исчезает, бремя мертвенности и бедствий не тревожит, как обыкновенно, – все утихло, все спокойно. Сердце пламенеет, дух ликует, память в расцвете, разум светел, и душа горит желанием видеть Тебя. О если бы дух мой получил орлиные крылья, и воспарил, и не ослаб, и долетел до благолепия дома Твоего, до престола славы Твоей, и там на трапезе веселия небожителей насытился сокровенными Твоими [благами], на месте злачном, при полноводных источниках! Ты, наша надежда, спасение и избавление, будь Сам нашею радостью; будь нашим веселием Ты, Который будешь нашим воздаянием. Тебя непрестанно пусть ищет душа моя, и Ты сделай так, чтобы она, ища Тебя, не ослабевала.

4. О нищете души, которая не любит и не ищет Господа нашего Иисуса Христа

Горе бедной душе, которая не ищет и не любит Христа: она остается бедною и несчастною. Губит жизнь тот, кто не любит Тебя, Боже; ничто – тот, кто старается жить не для Тебя, Господи; мертв тот, кто не хочет жить для Тебя; безумен тот; кто не мудрствует с Тобою. Я вручаю себя Тебе, Которым я существую, живу и мыслю; надеюсь и возлагаю всю надежду мою на Тебя, Которым я воскресну, оживу и успокоюсь; я люблю и поклоняюсь Тебе, [вместе] с Которым я воцарюсь и стану блаженным. Душа, которая не ищет и не любит Тебя, любит мир, раболепствует пред грехом, служит пороку, никогда не бывает спокойна, а всегда в страхе и опасности.

Да почиет в Тебе, Боже, дух мой, да созерцает Тебя в восхищении ум мой; я воспою в хвалу Тебе, и это будет мне утешением в заточении моем. Да удалится мысль моя от помышлений об этом мире под тень крыл Твоих, да ликует Тобою сердце мое. О, неистощимый источник всяких благ, щедрый податель небесного наслаждения, Боже, подай пищу изнемогающему от голода, собери рассеянного, освободи пленного и исцели израненного. Молю Тебя, Источник щедрот, которыми Ты, Восток, посетил нас: вели бедному, ударяющему в дверь Твою, открыть ее, чтобы он вошел и насладился Тобою, хлебом небесным, – потому что Ты – пища и жизнь, свет вечной славы, все, чем живут праведные, любящие Тебя.

5. Душевное желание христианина

Боже, свет сердец, плененных Тобою, жизнь душ, любящих Тебя, и сила помышлений, ищущих Тебя, дай мне прильнуть к любви Твоей. Приди, молю Тебя, в сердце мое и обилием сладости Твоей наполни его, чтобы оно позабыло все временное. Мне стыдно, и я не хочу терпеть того, что делает мир. Скорбь доставляет мне то, что я вижу; досаждает мне то, что слышу о преходящих [событиях] этого мира. Помоги мне, Господи Боже мой, и обрадуй меня тем, что поселишься в сердце моем. Тесен дом души моей, но войди в него – и он распространится; он весь разорен – возобнови его; в нем много того, что оскорбляет очи Твои [признаюсь в этом и знаю это], – но кто очистит его или кому другому могу я воскликнуть: «от тайных моих очисти меня и от умышленных удержи раба Твоего» (Пс.18:13–14).

Сладчайший Иисусе Христе, дай, чтобы я, любя Тебя и воспламеняясь желанием Тебя, сложил тяжесть плотских вожделений и земных похотей. Да управляет телом моим душа, душою разум, разумом благодать Твоя, – и всего меня внутри и извне покори воле Твоей. Даруй мне, да восхвалит Тебя сердце мое, язык мой и все кости мои; расширь мысль мою и возвысь духовное зрение мое, чтобы хотя кратким помыслом касалось оно Тебя, вечной премудрости, пребывающей над всеми. Разреши меня, умоляю, от оков, которыми я связан, чтобы, оставив все земное, я Тебе служил, к Тебе одному прилепился и Тебе одному внимал.

6. О блаженстве души, освободившейся от земной темницы

Блаженна та душа, которая, освободившись от земной темницы, восходит на небо и лицом к лицу видит Тебя, сладчайшего Господа. Она не поражается страхом, но радуется нетлению вечной славы; она спокойна и безопасна и не боится ни врага, ни смерти. Она получила Тебя, благого Господа, Которого долго искала и всегда любила. Она, соединившись с хором певцов, всю вечность воспевает сладостные песни вечного торжества в похвалу славы Твоей, Царь благой, Иисусе Христе, ибо она упоена потоком сладости от обилия дома Твоего. Блажен сонм небожителей, и славно торжество всех восходящих из этого многотрудного странствования нашего к Тебе, к величию благолепия, к красоте славы. Там Тебя, Господи, постоянно видят обитатели Твоего города; и нет там ничего, что смутило бы мысль. Какие восклицания, какие сладостные песни воспеваются там бесконечно! Раздается там постоянно звук похвалы, и сладостные голоса ангелов, и чудные песни песней, которые воспеваются небожителями в похвалу и славу Твою. Горечь и острая печаль не имеют места в стране Твоей, потому что там нет ни зла, ни врага, нет никакого греховного обмана. Там нет ни в чем нужды, никакой нестройности, никакой ссоры, никакой насмешки, никакого обвинения, никакого страха, никакого беспокойства, никакого наказания, никакого сомнения, никакого насилия, никакого раздора, – но мир и тишина величайшая, любовь совершенная, вечная хвала Богу, вовеки ненарушимый покой и постоянная радость в Духе Святом. О, как счастлив я буду, если услышу сладкогласное пение небожителей, возносящее похвалу высочайшей Троице! Безмерно блажен я буду, если сам удостоюсь воспеть песнь Господу Иисусу Христу из сладостных песней Сионских.

7. О радости райской жизни

О, жизнь живнеподательная, жизнь вечная и вечно блаженная, – где радость без печали, покой без труда, почесть без опасности, богатство без утраты, здоровье без болезни, изобилие без недостатка, жизнь без смерти, вечность без тления, блаженство без бедствия, – где все блага, где созерцание лицом к лицу, где полное знание всего, где высочайшая Божия благость и немеркнущий свет, где величие Божие. Всем этим насыщается там мысль небожителей. Они постоянно видят все это и постоянно желают видеть. Там истинное Солнце правды услаждает всех чудным видом красоты Своей и так освещает всех небожителей, что они сами сияют, становятся светом, просвещенным от Божиего света, который светится сильнее теперешнего солнечного сияния и блеска всех звезд. Соединившись с бессмертным Божеством, они сами стали бессмертными и нетленными, по обетованию Спасителя: «Отче! которых Ты дал Мне, хочу, чтобы там, где Я, и они были со Мною, да видят славу Мою» (Ин. 17:24). «Да будут все едино; как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе» (Ин 17:21), и они в Нас едино да будут.

8. О царстве небесном

Царство небесное, блаженное, не имеющее ни разрушения, ни конца и не подлежащее изменениям времени, – где беспрерывный день, где победоносный воин за подвиги свои ублажается неизреченными почестями, где добродетель венчается венцом вечной славы!

О, если бы мне, последнему рабу Христову, благоволила благость Божия, оставив все грехи, сложить с себя бремя плоти, – чтобы я переселился в вечные обители Божий, исполненные веселия, вошел туда радостно, присоединился к небесным хорам святых, предстал с блаженнейшими духами пред престолом славы Творца и увидел лицо Божие, – притом не поражался бы ни малейшим страхом смерти, радовался бы нетлению вечного бессмертия и, соединившись с Всеведущим, освободился бы от мрака неведения, все земное презрел, и на эту юдоль плачевную никогда бы не захотел взглянуть, и вспомнить о ней не захотел бы. Здесь жизнь многотрудная, подверженная тлению, исполненная всякой горечи, окруженная злом, служащая аду, – жизнь, которую излишества надмевают, болезни истощают, воздух заражает, пища утучняет, пост иссушает, забавы расслабляют, печали разрывают, заботы теснят, безопасность портит, богатство возносит, скудость низвергает, молодость возвышает, старость сгибает, болезнь со-крушает, скорбь подавляет. Здесь диавол нападает, мир льстит, плоть соблазняет, душа ослепляется и человек смущается. А затем наступает беспощадная смерть, и все суетные удовольствия прекращает, так что потом кажется, будто их и не бывало.

9. Об утешении Божием в скорби

Какую хвалу или какую благодарность можем мы принести Тебе, Боже наш, за то, что Ты в скорбях и печалях наших не перестаешь утешать нас чудным посещением благодати Твоей! Вот я, несчастный, обременен многими печалями, – когда страшусь конца жизни, обсуждаю свои грехи, боюсь Твоего суда, размышляю о смертном часе, трепещу адских мучений, не знаю того, с каким испытанием и строгостью будут судимы Тобою дела мои, – не знаю и того, как их окончу.

В то время как я о многом подобном размышляю, Ты, Господи Боже, по обыкновенному благоутробию Твоему, являешься с утешением посреди этих волнений, посреди плача и глубоких сердечных воздыханий возводишь печальную и скорбную мысль мою выше горных вершин и ставишь меня на месте пажити, при источниках сладких вод, где передо мною предлагаешь различную трапезу, которая усладила бы утомленный дух мой и возвеселила плакавшее сердце. И я, забыв свои бедствия и будучи вознесен выше земной высоты, успокаиваюсь в Тебе, истинном покое.

10. О сладости любви к Богу

Люблю Тебя, Боже мой, люблю Тебя и желаю безмерно любить. Господи, «Ты прекраснее сынов человеческих» (Пс.44:3). Дай мне, чтобы я желал и любил Тебя, сколько желаю и сколько должен. Ты – неизмерим, и Тебя должно безмерно любить, особенно нам, которых Ты столько возлюбил, спас и для которых столько сделал.

О, любовь, постоянно горящая и никогда не гаснущая! Сладчайший Иисусе, благий Христе, Боже мой! Воспламени всего меня огнем Твоим, любовью Твоею, желанием Твоим, благостью Твоею, утешением и вожделением Твоим святым, непорочным, чистым и благим, – чтобы я, весь исполнившись сладости любви Твоей, пылая пламенем любви к Тебе, возлюбил Тебя, Господи, всем сердцем моим, всею душою моею, всеми силами моими, всем стремлением моим, с сердечным сокрушением и слезами, со страхом и трепетом, имея Тебя в сердце, и на устах, и перед очами моими всегда и везде!..

11. О приготовлении к таинству причащения

Иисусе Христе, умоляю Тебя излиянием святейшей Крови Твоей, которою мы искуплены: даруй мне сокрушение сердца и источник слез, – когда я приношу Тебе молитвы, когда совершаю тайну нашего искупления, явное воспоминание дела милосердия Твоего, когда предстою пред священным жертвенником, хотя и недостоин, желая принести Тебе страшную, небесную жертву, достойную всякого почитания и благоговения, которую Ты, Господи Боже мой, непорочный Первосвященник, установил и повелел приносить в воспоминание Твоей любви, то есть страдания и смерти за спасение наше, – в повседневное укрепление немощи нашей.

Да подкрепляется мысль моя при столь великом таинстве сладчайшим присутствием Твоим, да ощущает Тебя присутствующего и радуется пред Тобою, Который [есть] – всегда светящий огонь, всегда горящая любовь. Сладчайший Иисусе, благий Христе, свет вечный и немеркнущий, хлеб жизни, нас насыщающий и Сам по Себе не умаляющийся, ежедневно снедаемый, но всегда пребывающий в целости, – явись мне, воспламени, просвети и освяти сосуд Твой; очисти, наполни благодатию и сохрани наполненный, чтобы во спасение души я вкушал хлеб тела Твоего, потому что, вкушая Тебя, я буду жив от Тебя, приду к Тебе и возрадуюсь о Тебе.

12. О радости Божественной

О, сладость возлюбленная и любовь сладостная, да наполнится Тобою внутренность моя и да выразит мысль моя слово благо. Ты, Боже мой, Любовь моя, сделай, чтобы я вкушал Тебя. Ты – Жизнь моя, которою я живу; Надежда, к которой я прилепляюсь; Слава, получить которую желаю. Обладай моим сердцем, управляй моей мыслью, просвети мой разум, возвысь любовь, привлеки душу и воскрыли дух мой, жаждущий Тебя, к небесным источникам. Молю, да утихнет волнение плоти; да исчезнут представления о земле и воде, о воздухе и небе; да умолкнут сновидения и явления, происходящие от воображения. Да молчит и самая душа; пусть она помышляет не о себе, а о Тебе, Боже мой, так как Ты, Боже, – один, вся надежда, все упование мое: ибо в Тебе, Боге и Господе нашем Иисусе Христе, сладчайшем, человеколюбивейшем и милостивейшем, находится часть плоти и крови каждого из нас. Поэтому, где царствует моя часть, там, верю, царствую и я; где плоть моя прославляется, там я и себя нахожу прославляемым. Хотя я и грешен, но уповаю на это благодатное единение.

13. Упование наше – воплощенное Слово

Я мог бы отчаяться по причине бесчисленных моих грехов, пороков и преступлений, которые я совершил и ежедневно не перестаю совершать сердцем, устами, делом, всеми способами, которыми может грешить человеческая немощь, – если бы Слово Твое, Боже мой, не стало плотию и в нас не обитало. Но я не осмеливаюсь уже отчаиваться, так как Он был «послушным даже до смерти, и смерти крестной» (Флп.2:8), понес на Себе рукописание грехов наших и, пригвоздив его ко кресту, распял грех и смерть. И я обрел безопасность в Нем, сидящем одесную Тебя и ходатайствующем о нас. Уповая на Него, я желаю прийти к Тебе, Которым мы уже воскресли, и ожили, и взошли на небо. Тебе хвала, Тебе слава, Тебе честь, Тебе благодарение.

14. Сладостно размышление о Боге

О, Всеблагой Господи, так возлюбивший и спасший нас, оживотворивший и возвысивший! Милосердный Господи, как сладостно воспоминание о Тебе! Чем более я о Тебе размышляю, тем более я люблю Тебя. Услаждают меня блага Твои в земном странствовании моем, – и, пока я нахожусь в этом немощном и тленном теле, я стремлюсь постоянно к Твоей чудной красоте и хочу о ней размышлять, потому что я уязвлен стрелою любви к Тебе, горю желанием Тебя, стремлюсь прийти к Тебе и желаю видеть Тебя. Поэтому я стану на страже и, бодрствуя, воспою духом, мыслью и всеми силами Тебя, Создателя и Обновителя моего. Мыслью взойду я на небо и желанием буду с Тобою, – так что, хотя телом буду пребывать в настоящем бедственном положении, с Тобою буду всегда помышлением, наклонностью и желанием, – и сердце мое будет там, где Ты, мое сокровище вожделенное и несравненное.

Но вот, Боже мой Преблагой и Премилосердный, когда я хочу рассуждать о славе Твоей неизмеримой благости, ум мой для этого недостаточен; ибо превосходит всякое понятие человеческого разума Твоя сила, Твоя слава, Твое великолепие, Твое величие и любовь Твоя. Как непостижим свет Твоей славы, так неизреченно человеколюбие Твоей вечной любви, которым Ты созданных Тобою из ничего делаешь сынам и соединяешь с Собою.

15. Бедствий в земной жизни надо даже желать ради будущего блаженства со Христом

О, душа моя! Если бы ежедневно надлежало сносить мучения и даже самую муку гееннскую долгое время претерпеть для того, чтоб увидеть Христа во славе Его и соединиться со святыми Его, то не должно ли было бы снести всякую скорбь, чтобы такого благополучия и такой славы нам быть участниками? Поэтому пусть демоны строят свои козни, пусть посты удручают тело, одежда отягчает плоть, труды отягощают, бодрствования иссушают, пусть поносит меня этот, беспокоит тот и тот, пусть стужа холодит, пусть рассудок упрекает, жар сожигает, пусть голова расседается, пусть грудь пламенеет, пусть немощен буду весь, пусть побледнеет лицо, пусть придет в изнеможение моя жизнь и изнемогут лета мои в воздыханиях, пусть войдет гнилость в кости мои, – только бы опочил я в день печали и вошел в лик торжествующих!

Ибо какова будет слава праведных! Сколь велика радость святых, когда каждое лицо воссияет, как солнце; когда, разделивши лики, Господь в царствии Отца Своего начнет призывать людей Своих и по делам и заслугам каждому, как Он обещал, воздаст за земное небесным, за временное вечным, за малое великим! Поистине будет стечение благополучия, когда Господь приведет святых Своих в видение славы отеческой и посадит в небесных обителях, и Он будет всем во всех.

16. Каким образом можно получить царство небесное?

О, блаженная сладость и сладкое блаженство видеть святых, быть со святыми и быть святым, видеть Бога, иметь Бога вовеки! Об этом-то мы тщательно и непрестанно помышлять должны, этого-то всем вожделением желать, чтобы нам этого достигнуть. Если спросишь, каким образом это может быть или какими заслугами и каким способом, услышь: это находится в воле делателя; ибо царство небесное достигается с усилием.

Царство небесное, о, человек! не требует иной цены, как только тебя; оно столько стоит, сколько ты. Отдай себя, и получишь его. Что беспокоишься о цене? Христос Себя предал, чтобы тебя приобрести в царство Богу и Отцу: так и ты себя отдай, да будешь Его царством, и да не царствует грех в твоем мертвенном теле, но дух в приобретение жизни.

17. Что такое рай?

О, душа моя! Возвратимся в град небесный, в котором мы написаны и определены жителями. Как сожители святых и присные Богу и как наследники Божий, а сонаследники Христовы, помыслим о славном блаженстве нашего града, сколько о нем помыслить можем. Поэтому, скажем с пророком, «славное возвещается о тебе, град Божий» (Пс.86:3): поющих и играющих – «все источники в тебе» (Пс.86:7). Нет в тебе ни старости, ни дряхлости; нет ни безрукого, ни хромого, ни горбатого, ни безобразного; так как все приходят «в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова» (Еф.4:13).

Что блаженнее этой жизни, где нет ни страха от нищеты, ни болезненной слабости? Никто не оскорбляется, никто не гневается, никто не завидует, никакой не восстает похоти, никакой пищи не появляется желание, никакой чести или власти не трогает кичливость, никакого нет там от диавола ужаса, никаких нападок и козней демонских. Боязнь геенны удалена; нет смерти ни телесной, ни душевной, но бессмертие, но жизнь; никаких не будет несчастий, нигде не будет раздора, но всякое спокойствие; так как между всеми святыми будет согласие; повсюду мир и радость владычествует, все спокойно и тихо. Всегдашнее сияние – не такое, какое ныне видим, но настолько светлее, насколько блаженнее; ибо град тот не имеет нужды ни в солнце, ни в луне, но Господь Вседержитель будет освещать его и светильник его Агнец; там святые воссияют, как звезды в бесконечной вечности и как радуга на небе.

Поэтому там не будет никакой ночи, никакой темноты, никакого стечения облаков, никакой стужи, ни жара, но такой благорастворенный воздух, какого ничье око не видало, ничье ухо не слыхало и на сердце никакому человеку не входило, кроме тех, которые им наслаждаться удостаиваются, которых имена написаны в книге жизни. Но важнее этого соединиться с хорами ангелов и архангелов и всех небесных сил, зреть патриархов, видеть апостолов и всех святых, видеть и родителей наших. Преславно это, но преславнее всего зреть присутствующее лицо Божие и видеть неописанный свет.

18. Человек ничем, кроме любви, не может воздать Богу за благодеяния Его

Душа, почтенная Божиим образом, украшенная Божиим подобием, имеет в себе самой от Бога то, чем бывает убеждаема всегда или присутствовать с Ним, или к Нему возвращаться, если, будучи отвлечена страстями, удалится от Него. И не только она имеет то, что делает ее благонадежною в получении прощения и милосердия, но и то, что производит в ней дерзновение войти с Богом в дружественный союз, с Царем ангелов соединиться сладкою любовью.

Все это делает любовь, если будет подобна Богу, Которому подобна по существу своею волею, любит так, как и сама любима; ибо одна только любовь из всех душевных свойств, чувствований и наклонностей есть то, чем может тварь, хотя и не соразмерно, соответствовать своему Создателю. Где вселяется любовь, там она привлекает к себе и пленяет все прочие наклонности. Любовь сама по себе достаточна, сама собою мила и ради себя, сама заслуга, сама награда, сама причина, сама плод и упражнение; так как мы любовью соединяемся с Богом.

Любовь делает в двух один дух. Любовь сперва исправляет склонности, потом помышляет о всем, что ни имеет, так, как бы того вовсе не было; в-третьих, взирает чистым зрением сердца на превыспреннее и внутреннее. Любовью сперва в свете все честное совершается, потом все блага века этого презираются и, наконец, самое существо Божие созерцается.

19. О подражании Богу

Бог Отец – любовь, Бог Сын – любовь, Дух Святой – Отца и Сына любовь. Эта любовь требует от нас нечто подобное, то есть любовь, которою, как некоторым кровным сродством, мы соединяемся с Богом. Любовь не имеет боязни. Любящий с дерзновением приступает к Богу и дружески с Ним беседует, ничего не страшась, нимало не сомневаясь. Теряет, что имеет, кто не любит; а любящий всегда устремляет очи свои к Богу, Которого любит, Которого желает, о Котором размышляет, в Котором наслаждается, Которым насыщается.

Этот человек боголюбивый, поет ли, читает ли, во всех делах своих так прозорлив и осторожен, как бы Бог всегда пред глазами его присутствовал, как и есть на самом деле. Молится ли, как будто вознесен и представлен пред лицо величия Бога, сидящего на превознесенном престоле, где тысячи тысяч служат Ему и тьмы тем предстоят Ему. Душу, которую посещает Бог любовью, возбуждает спящую; наставляет и умягчает ее, уязвляет сердце ее; мрачное просвещает, заключенное отверзает, холодное разгорячает, мысль жестокую, склонную к гневу и нетерпеливую смиряет, пороки удаляет, плотские страсти укрощает, обычаи исправляет, преобразует и обновляет душу, непостоянного возраста движения и деяния сокращает. Это все делает любовь, а когда она уходит, душа так начинает остывать, как кипящий котел, когда из-под него отнимется огонь.

20. О надежде боголюбивой души

Великое дело – любовь, по которой душа сама собою дерзновенно приступает к Богу, твердо прилепляется к Нему, дружески вопрошает и советуется во всяком деле с Богом. Душа, любящая Бога, ни о чем, кроме Него, не мыслит, ни о чем, кроме Него, не говорит, все прочее презирает, всем гнушается. О чем ни размышляет, что ни говорит, все любовью растворено, все обнаруживает любовь; так любовь Божия ею овладела! Кто хочет познать Бога, тот пусть любит. Понапрасну тот принимается за чтение, за размышление, за проповедь, за молитву, который не любит. Любовь Божия рождает любовь души и заставляет ее вникать в себя. Любит Бог, да будет любим Сам. Когда любит, ничего иного не желает, как только быть любимым, зная, что любящие Его любовью бывают блаженны.

Душа любящая отрекается от житейских пристрастий и вся отдается одной любви, чтобы могла взаимно соответствовать любви. И хотя вся она в любовь превратится, но что она в сравнении с вечным источником любви? Далеко разнствуют любовь и любящий, душа и Бог, Творец и тварь. Да не боится душа, которая любит, да страшится, которая не любит.

Душа любящая стремится усердием, возносится желаниями, скрывает заслуги, не смотрит на свое достоинство, взирает на увеселение небесное, уповая на спасение. Любовью душа отвлекается от себя самой и разлучается с телесными чувствами, чтобы ей, ощущая Бога, себя не чувствовать. Это бывает тогда, когда мысль, упоенная неизреченною божественною сладостью, некоторым образом себя у самой себя похищает и из себя самой выходит, чтоб наслаждаться Богом. Любовь приобретает у Бога дружбу, дружба – дерзновение. Душа, которую трогает любовь Божия, ни о чем ином не может мыслить, ничего иного желать и часто воздыхает, говоря: как олень стремится на источники водные, так я стремлюсь к Тебе, Боже мой!

21. Что сделал Бог для человека?

Бог по любви пришел к людям, стал Сам человеком. Любовью Бог невидимый сделался рабам Своим подобен, по любви уязвлен за беззакония наши. Безопасное и твердое упокоение немощным и грешникам в язвах Спасителя. В них я спокойно обитаю, сквозь язвы вижу я бездну щедрот. Все то, чего я от себя для меня не имею, заимствую от язв Господа моего; так как щедроты изобильно текут и имеются язвы, чрез которые бы им проистекать: чрез язвы телесные открыты мне тайны сердечные, отверсто великое таинство любви, отворена бездна щедрот, в которых посетил нас Восток с высоты.

Язвы Иисуса Христа наполнены милосердием, наполнены благоутробием, наполнены сладостью и любовью. «Пронзили руки» Его "и ноги" (Пс.21:17), "копьем" пронзили "Ему ребра" (Ин. 19:34). Чрез эти язвы могу я вкусить, сколь сладостен Господь Бог мой, как благ, долготерпелив и многомилостив ко всем призывающим Его. Достаточное искупление дано нам в язвах Иисуса Христа, Спасителя нашего, великое множество сладости, исполнение благодати и совершенство добродетелей.

22. Воспоминание язв Господа нашего Иисуса Христа

Когда меня смущает какое-либо непристойное помышление, я обращаюсь к язвам Христовым; когда меня подавляет моя плоть, воспоминанием язв Господа моего восстаю; когда диавол мне готовит сети, прибегаю к бездне щедрот Господа моего, и – отходит от меня; если жар похоти движет члены мои, воспоминанием язв Господа нашего, Сына Божия, погашается. Во всех невзгодах я не нашел столь действительного врачевания, как язвы Христовы; чрез них я сплю без опасения и почиваю без боязни.

Христос умер плотию за нас. Ничего нет столь горестного даже до смерти, что бы смертью Христовою не истреблялось. Вся надежда моя на смерть Господа моего. Смерть Его – моя заслуга и прибежище мое, спасение, жизнь и воскресение мое: заслуга моя – щедрота Господня. Я участник заслуги, пока Он Господом щедрот будет; и ежели щедроты Господни многи, то и я мног в заслугах. Насколько Он силен в спасении моем, настолько я безопасен.

23. Воспоминание язв Христовых есть действительное врачевство против всех бедствий

Согрешил я тяжко и многие знаю за собою грехи, но не отчаиваюсь; так как, где умножились согрешения, там преизбыточествует и благодать; кто отчаивается в отношении прощения своих грехов, тот не признает Бога милосердным. Великую обиду делает Богу, кто на Его милосердие не надеется, как-то: он не признает в Боге любви, истины и силы, в которых все упование мое состоит, то есть в любви усыновления, в истине обещания и в силе искупления. Пусть говорит, сколько хочет, помысл мой: кто ты такой? какая та слава? и по каким заслугам ее получить надеешься? Я с дерзновением отвечать буду: знаю, Кому поверил, с какой любовью Он принял меня в сына; ибо Он праведен в обещании, силен в исполнении, может Он сделать все, что хочет.

Не могу я ужасаться множества грехов моих, если смерть Господня на ум мой приходит; так как согрешения мои победить Его не могут. Гвозди и копие вопиют мне, что я истинно примирился со Христом, если любить Его буду. Лонгин отворил мне ребро Христово копьем, и я в него вошел и там покоюсь безопасно. Кто боится, тот не любит; так как любовь вон «изгоняет страх» (1Ин. 4:18). Нет никакого столь сильного и столь действительного против воспаления похоти врачевания, как смерть Искупителя моего. Он распростер мышцы и руки Свои на кресте, будучи готов к объятию грешников. В мышцах Спасителя моего и жить хочу, и умереть желаю. Там с веселием воспою: «превознесу Тебя, Господи, что Ты поднял меня и не дал моим врагам восторжествовать надо мною» (Пс.29:2). Спаситель наш главу преклонил в смерти, чтобы подать лобзание Своим возлюбленным. Мы столько раз Бога лобызаем, сколько раз в любви Его сокрушаемся.

24. Беседа со своею душою о любви ко Христу

О, душа моя, почтенная Божиим образом, искупленная Христовою кровью, обрученная верою, одаренная Духом, украшенная дарованиями, сопричтенная ангелам! Возлюби Того, Которым ты столько возлюблена; внимай Тому, Который внемлет тебе; ищи Ищущего тебя; люби Любящего тебя, Которым ты любима, Которого любовью предварена, Который причина твоей любви. Он Сам заслуга, Сам награда, Сам плод, Сам наслаждение. Будь ты со старающимся старательна, с пекущимся попечительна, с чистым чиста, с святым праведна. Какою ты покажешься Богу, таким покажется тебе Бог: благой, кроткий и многомилостивый, Он требует благих, кротких, богоприятных, смиренных. Люби Того, Который извел тебя из болота нищеты и из нечистоты беззаконий.

Избери Другом, больше всех друзей твоих, Того, Кто в то время, когда ты всего лишишься, один верность Свою к тебе сохранит. В день погребения твоего, когда все приятели и друзья твои от тебя отступят, Он один тебя не покинет, но защитит от демонов рыкающих и готовых поглотить тебя, и поведет тебя по незнакомой стране, и введет в селения горнего Сиона, и там посадит тебя с ангелами пред лицом величия Своего, где услышишь ангельскую песнь: «свят, свят, свят!» Там песни радости, «глас радости и спасения» (Пс.117:15), и благодарения, и глас хвалы и аллилуйя вовеки. Там собрание благополучия, превосходная слава, изобильная радость и все блага.

О, душа моя! Воздыхай с жаром, желай со всей возможностью, чтоб ты могла войти в этот небесный город, о котором «славное возвещается» (Пс.86:3) и в котором «все источники мои» (Пс.86:7). Любовью ты можешь войти. Любящему ничего нет трудного, ничего невозможного. Любящая душа восходит и летит по селениям небесного Иерусалима, посещая патриархов и пророков, приветствуя апостолов, удивляясь воинству мучеников и исповедников и хоры дев созерцая. Небо и земля и все, что на них ни находится, не перестают мне говорить, чтобы я любил Господа Бога моего.

25. Ничто не может удовлетворить душу, кроме Высочайшего Блага

Человеческое сердце, нетвердое в желании вечности, никогда не может быть постоянным, но скоротечнее всего скоротечного, от одного переходит к другому, ища себе там покоя, где его нет. А в этих увядающих и преходящих вещах, в которых его страсти бывают пленными, не может найти истинного покоя; так как оно такого достоинства, что его не может удовлетворить никакое добро, кроме высочайшего. Оно настолько свободно, что ни к какому пороку не может быть принуждено. Поэтому для всякого собственная воля бывает причиной своего осуждения или спасения; и поэтому ничего дороже доброй воли Богу не приносится. Благая воля Бога к нам сходит и нас к Нему направляет; благою волею Бога любим, Бога предпочитаем, к Богу стремимся, к Богу приходим и Им обладаем.

О, благая воля, по которой мы преобразуемся в подобие Божие и делаемся подобными Ему! Так приятна Богу благая воля, что Он не благоволит обитать в том сердце, в котором ее нет. Благая воля приклоняет к себе Троицу этого высочайшего величия; ибо премудрость просвещает ее к познанию истины и любовь воспламеняет к желанию благости.

26. В чем состоит познание истины?

Что есть познание истины? Во-первых, познание себя самого; и чем ты быть должен, тем быть старайся; а что требует исправления, то поправь. Потом надлежит познать и любить Создателя твоего; ибо в Нем состоит все благополучие человеческое. И так смотри, сколь неизреченна любовь Божия к нам: из ничего нас сотворил и все, что ни имеем, нам даровал. Но так как мы более полюбили данное, нежели Подателя, – тварь, нежели Творца, то впали в сеть диавола и сделались его рабами. Бог, побужденный милосердием, послал Сына Своего для искупления Им Своих рабов: послал Духа Святого, Которым бы рабов сделать Себе сынами. Сына дал в цену искупления, Духа Святого для торжества любви, Себя, наконец, всего блюдет в наследие усыновления.

Так Бог, как Преблагой и Премилосердный, от горячей любви к человеку не только Свои блага, но и Себя Самого истощает, чтобы возвратить человека не столько для Себя, сколько для самого человека. Чтобы человек родился от Бога, сперва от него родился Бог. Кто так ожесточен, кого не умягчила бы любовь Божия, предупреждающая человека, – столь, говорю, сильная любовь, что Он человеком для человека благоволил быть? Кто может ненавидеть человека, которого естество и подобие видит в человечестве Богочеловека? Подлинно, ненавидящий его ненавидит Бога; и таким образом губит все, что ни делает; ибо Бог ради человека сделался человеком, чтоб быть Искупителем. Бог, чтобы более любим был человеком, в подобии человеческом явился, – и чтобы оба чувства человеческие в Нем совершились: и обновилось бы око сердечное в Его Божестве и око телесное в Его человечестве, чтобы и входя, и исходя в Нем Самом нашло пажить естество человеческое, сотворенное Им.

27. О действии в нас Духа Святого

Спаситель наш родился для нас, распят и умер за нас, чтобы Своею смертию разрушить нашу смерть. И, так как лоза плоти была вложена в тиски крестные и по выдавлении начало течь из нее вино Божества, то послан Дух Святой для приготовления сосудов сердечных и для помещения нового вина в новые мехи; сперва – чтобы сердца были очищены, дабы влитое не осквернилось; и потом, чтобы они были укреплены, дабы влитое вино не погибло: очищены были от беззаконной радости и укреплены против суетной радости; ибо доброе не могло бы прийти, если бы прежде не удалилось злое. Радость беззакония оскверняет и веселие суетное выливает; радость беззакония делает сосуд нечистым, а суетное веселие – дырявым.

Радость беззакония бывает, когда мы любим грех; а суетное веселие, когда любим преходящие вещи. Извергни злое, чтобы мог принять доброе; излей горечь, чтобы мог быть наполненным сладостью. Дух Святой – радость и любовь. Изгони дух диавольский и дух мира сего, чтобы принять Духа Божия. Дух диавольский производит беззаконную радость, и дух мира – суетное веселие. Вот эти увеселения злые; так как одно – преступление, другое – случай ко греху. А Дух Божий придет, когда будут изгнаны злые духи, и войдет в дом сердечный, и сотворит радость благую, которою изгоняется любовь мира и любовь греха. Любовь мира привлекает и смущает, любовь греховная оскверняет и ведет к смерти. Любовь Божия просвещает мысль, очищает совесть, наполняет душу радостью и показывает Бога.

28. О нравах и поступках человека боголюбивого

В ком любовь Божия, тот всегда мыслит о том, когда к Богу придет, когда оставит мир, когда избегнет телесного тления, чтобы найти истинный покой; всегда имеет сердце свое и желание устремленным в пренебесное. Когда сидит, когда ходит, когда покоится или когда что делает, сердце его от Бога не отступает. Всех к любви Божией увещевает, всем любовь Божию восхваляет; и сколь сладка любовь Божия, и сколь зла и горька любовь века сего, сердцем, устами и делами всем доказывает. Смеется над славой века сего, обличает заботы и показывает, как безумно полагать надежду на преходящие вещи. Дивится человеческой слепоте, которая это любит; удивляется тому, как все не оставят этих скоропреходящих, разрушающихся вещей. Часто Бога своего созерцает и наслаждается Его созерцанием.

29. Об истинном покое сердца

Поистине это – прямое спокойствие сердца, когда оно все сосредоточивается желанием в любви Божией, и ничего иного не желает, и тем, что содержит, увеселяется с какой-то блаженной приятностью, и, увеселяясь, услаждается. А если каким-либо суетным помыслом или занятием делами будет от того отвлечено, то спешит к этому возвратиться со всевозможной скоростью, считая за наказание всякое промедление. Ибо как нет ни одной минуты, в которую человек не наслаждался бы или не пользовался бы благостью Божией, так ни одной не должно быть минуты, в которую бы не имел Бога в памяти.

Поэтому не легко тот грешит, кто в молитве беседует с Богом и только нечаянно отвлекается от Его зрения, как бы от глаз невидящего и неслышащего. А это происходит тогда, когда он следует за помыслами своими злыми и безвременными и какое-либо творение, к которому мысленное зрение отвлекается, предпочитает Богу, чаще вспоминая в помысле о первом, нежели о Том, Которого должен непрестанно вспоминать, как Создателя, поклоняться, как Искупителю, ожидать, как Спасителя, бояться, как Судии.

30. Следует избегать всего, что удаляет от Бога

Беги, человек, от суетных удовольствий твоих и скройся от злых помыслов твоих; отвергни тягостные попечения твои, оставь беспокойные споры, займись Богом и в Нем успокойся. Исключи все из твоей мысли, кроме того, что способствует снисканию Бога. Да скажет все сердце твое Богу: лица Твоего ищу.

Ныне, Господи Боже мой, Ты научи сердце мое, где и как Тебя искать, где и как Тебя найти. Господи! Если здесь Тебя нет, то где я Тебя сыщу отсутствующего? А если Ты везде, то почему я Тебя не вижу? Поистине Ты живешь во свете неприступном! Каким образом приступлю к свету неприступному? Или кто меня доведет и введет в него, чтобы я узрел Тебя в нем? Притом по каким приметам и какого лицом Тебя стану искать? Я никогда не видел Тебя, Господи Боже мой, никогда не познал лица Твоего. Что сотворит, Всевышний Господи, удаленный изгнанник Твой? Что сотворит раб Твой, уязвленный любовью Твоею и далеко отверженный от лица Твоего? Вот он желает видеть Тебя, но весьма удалено от него лицо Твое; приступить к Тебе желает, но неприступно селение Твое; найти Тебя желает, но не знает, как обрести место Твое; Тебя усиленно желает, но не знает лица Твоего.

31. Об утрате лицезрения Божия и о нищете духовной

Господи! Бог мой Ты и Господь, но я никогда не видел Тебя, Ты меня сотворил и обновил и все благое мне явил, но я еще не зрел Тебя и не познал. Я для зрения Тебя создан и еще не возымел того, для чего я создан. О, несчастная участь человека, который погубил то, для чего сотворен! О жестокое и лютое падение! увы! что он потерял и что нашел? Что погубил и что осталось? Потерял блаженство, для которого сотворен, и обрел нищету, для которой не был создан. Погубил то, без чего не может быть никакое благополучие, и остались при нем только несчастие и бедность. Вкушал тогда человек хлеб ангельский, которого ныне жаждет; вкушает теперь хлеб болезней, которого тогда не знал.

О, Ты, Господи! Доколе забудешь нас до конца? Доколе отвращаешь лицо Твое от нас? Когда обратишься и услышишь нас? Когда просветишь очи наши и явишь лицо Твое нам? Когда возвратишься к нам? Призри, Господи, и услышь, и просвети нас, и явись нам; обратись к нам, да благо нам будет, без которого нам так тяжело. Призови нас, помоги нам, молю Тебя, Господи! Преогорчилось сердце мое опустением, услади его Твоим утешением, молю Тебя, Господи! Алчущий начинаю искать Тебя, да не буду оставлен Тобою тощ; жаждущий приступил, да не отойду неутоленным; нищий пришел к Тебе богатому, несчастный к милостивому, да не отступлю неудовлетворенным и презренным.

Господи! Преклонен я и могу зреть только долу; восставь меня, да возмогу зреть горе. Беззакония мои превзошли главу мою, спутали меня крепко и, как тяжкое бремя, подавляют меня; освободи меня и тяжесть сними с меня, «да не затворит надо мною пропасть зева своего» (Пс.68:16). Научи меня искать Тебя и явись ищущему Тебя; так как и искать Тебя не могу, если Ты не наставишь; и обрести Тебя, если не явишься Сам. Да взыщу Тебя, желая, да желаю, ища, да обрету, любя, да люблю, обретая!

32. О благости Божией

Признаюсь, Господи, и благодарю, что Ты меня сотворил по образу Своему, чтобы я Тебя любил; но этот образ так заглажен растлением пороков, так потемнел от чада грехов, что не может делать того, для чего создан, если Ты не обновишь и не преобразуешь. Молю Тебя, Господи, дающего познание веры, даруй мне, чтобы я познал Тебя настолько, сколько мне знать Тебя должно; так как Ты таков, как мы веруем, и самое то, что веруем; и верим, что Ты нечто такое, чего более и лучше помыслить ничего нельзя. Что же Ты, Господи Боже, такое, чего более и лучше помыслить ничего нельзя, как не самое то высочайшее из всех Благо, Которое, одно Собою пребывая, все прочие вещи сотворило из ничего? Какого же блага нет в высочайшем Благе, чрез Которое произошло всякое благо? И посему Ты праведен, истинен, блажен.

Но как Ты щадишь злых, если Ты весь праведен? Потому ли, что благость Твоя непостижима? Сокрыто это во свете неприступном, в котором Ты живешь; истинно в глубочайшей и сокровеннейшей бездне Твоей благости сокрыт источник, из которого проистекает река милосердия Твоего. Ты, весь будучи праведен, потому к злым снисходителен, что весь благ; Ты не столько бы благ был, если бы ни к одному грешнику не был милостив; ибо тот более благ, который и к добрым и злым бывает добр, нежели тот, который добр только к одним добрым; и лучше тот, который к злым и милостью и наказанием благ, нежели одним наказанием. Итак, Ты потому милосерд, что весь благ.

33. О духовном веселии при размышлении о Боге

О, неизмеримая благость, которая так превосходит всякое понятие! Да придет на меня это милосердие, которое от такого богатства происходит; да течет на меня благодать, которая проистекает от Тебя. Пощади по милости и не мсти по правосудию! Пробудись теперь, душа моя, и возвысь понятие твое и помысли, сколько можешь, о величии того Блага, Которое есть Бог. Ибо если каждое благо усладительно, то подумай со вниманием, сколь сладостно то Благо, Которое содержит сладость всех благ, и не такую, какую мы в сотворенных вещах ощущаем, но настолько различную, насколько различествует Творец от создания. Ибо если хороша созданная жизнь, то сколь хороша жизнь созидающая! Если приятно спасение, то сколь приятно то спасение, которое творит всякое другое спасение! Если любезна премудрость в созданиях, то сколь любезна премудрость, которая все сотворила и произвела из ничего! Наконец, если многие и великие услаждения бывают в вещах приятных, то какое услаждение в Том, Который создал эти приятные вещи? Кто будет наслаждаться этим вечным Благом, тот будет пользоваться духовными благами: «не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку» (1Кор. 2:9).

34. О том, что следует стремиться душою к Высочайшему Благу

Для чего же ты, человек, за многими вещами скитаешься, ища благ своей душе и своему телу? Люби одно Благо, в Котором содержится все благое, и этого будет достаточно; желай простого добра, которое есть всякое добро, и довольно с тебя. Ибо что любишь ты, плоть моя? Чего желаешь, душа моя? Там все то, что ты любишь; там все то, чего ты желаешь. Если тебя прельщает красота – воссияют праведные, как солнце; если быстрота, крепость или свобода тела, которой ничто противиться не может, – то праведные будут как ангелы Божий; так как «сеется тело душевное, восстает тело духовное» (1Кор. 15:44), и сие силою, а не естеством. Если продолжение здравой жизни – там будет благоденственная вечность и вечное здравие; так как праведники будут жить вовеки и спасение праведных от Господа. Если насыщение – насытятся, когда явится слава Господня; если упоение – упиются «от тука дома Твоего» (Пс.35:9); если приятное пение – там ангелы воспевать будут без конца. Если всякая чистейшая утеха – Господь потоком сладости Своей напоит. Если премудрость – сама Божия премудрость явит нам себя. Если дружба – возлюбим Бога более себя самих и Бог нас возлюбит более нас самих. Если согласие – то у всех нас будет одна воля; так как у нас никакой не будет воли, кроме Божией. Если сила – то мы всемощны будем в своей воле, как Бог в Своей; ибо как Бог может все, что ни захочет, чрез Себя, так праведные возмогут, что ни захотят, чрез Него; так как они не иное что пожелают, как только то, что Бог захочет и Он всего того захочет, чего они ни пожелают; и чего они захотят, тому невозможно не быть. Если честь и богатство – Бог добрых и верных Своих рабов над многим имением поставит, и еще сынами Божиими названы будут и наследниками Божиими, а сонаследниками будут Христовыми. А если безопасность – то они уверены будут, что никогда и ни под каким видом то благо от них не будет отнято и любящий их Бог его от Своих любителей не возьмет, и ничего сильнее Бога нет, что могло бы их разлучить с Ним.

35. О взаимной любви святых

Сердце человеческое, сердце бедное, сердце, испытавшее скорби и бедность и изнуренное несчастиями! Сколько бы ты возрадовалось, когда бы всем этим изобиловало? Вопроси все свои чувства, могли ли бы они вместить радость свою о таком блаженстве своем. Но поистине, когда бы кто другой, которого бы ты искренне, как себя самого, любил, то же блаженство имел, то удвоилась бы радость твоя, так как ты не менее радовался бы о себе, чем о нем. А когда бы два, или три, или гораздо более то самое имели, то столько бы ты о каждом радовался, сколько о себе самом, если бы ты каждого, как себя самого, любил. Почему это будет в той совершенной любви ангелов и людей там, где никто не будет любить другого менее себя самого? Потому что возрадуется каждый о другом не иначе, как о себе самом.

Итак, если сердце человеческое не вместит своей собственной радости о таком благополучии своем, то как сможет вместить столь много радостей? Не вместит, так как, сколько кто любит кого, столько о благополучии его радуется. Как в этом блаженном состоянии всякий без сравнения больше возлюбит Бога, нежели себя и всех других, так более возрадуется без сравнения о блаженстве Божием, нежели о своем и всех прочих с собою. И если так возлюбит всем сердцем, всею мыслию, всею душою, что при всем том все сердце, вся мысль, вся душа не соразмерна достоинству любви, то, конечно, так будет радоваться всем сердцем, всею мыслию, всею душою, что при том все сердце, вся мысль, вся душа не сможет вместить полноты радости.

36. О неисчерпаемой радости вечной жизни

Боже мой и Господи мой, Надежда моя и Радование сердца моего! Скажи душе моей, – та ли это радость, о которой Ты нам чрез Сына Своего говоришь: просите – и примете, да будет радость ваша исполнена; ибо я обрел некоторую радость полную, и весьма полную. Так как, хотя все сердце, вся мысль, вся душа и весь человек наполнен будет этою радости, но она тем не менее пребудет без меры. Поэтому не вся эта радость вселится в радующихся, то есть все радующиеся внидут в радость Господа своего.

Поведай, Господи, скажи внутрь сердца моего рабу Твоему, эта ли радость, в которую внидут рабы Твои, которые внидут в радость Господа своего? Но поистине ту радость, которою возрадуются избранные Твои, ни око не видало, ни ухо не слыхало, ни на сердце человеку она не всходила. Еще скажу: Господи! Сколько возрадуются избранные Твои? Столько возрадуются, сколько возлюбят; столько возлюбят, сколько Тебя познают, Господи. А столько подлинно «не видел глаз, не слышало ухо и не приходило на сердце человеку» (1Кор. 2:9) в сей жизни, сколько Тебя познают и возлюбят в той жизни.

Молю Тебя, Боже мой, да познаю Тебя, да люблю Тебя, да радуюсь о Тебе. И так как не могу в сей жизни иметь этого совершенно, то хотя день ото дня в том да успеваю, пока не наступит это совершенство. Да множится во мне здесь познание Твое, чтобы там оно было полным; да возрастает во мне любовь Твоя, чтобы там быть ей полною; да будет здесь радость моя в себе велика, а там в Тебе полною. Боже истинный! Прошу, да получу, что Ты обещаешь, да радость моя будет полною. А между тем да размышляет о том мысль моя, да говорит о том язык мой, да любит то сердце мое, да говорят о том уста мои, да алчет того душа моя, да жаждет плоть моя, да желает того весь состав мой, пока не приду в радость Господа моего и в ней пребуду вечно.

Комментарии для сайта Cackle