Азбука верыПравославная библиотекапреподобный Феодор Студит » Письмо Платону, его (духовному) отцу, о почитании икон
Распечатать
Скачать как mobi epub fb2 pdf
 →  Чем открыть форматы mobi, epub, fb2, pdf?


преподобный Феодор Студит

Письмо Платону, его (духовному) отцу, о почитании икон

   Мы утешаем самих себя, когда говорим с священною главою нашею. Ибо что утешительнее для сына, как беседовать с отцом, особенно же с таким и столь великим, что его добродетель прославляют многие города, страны и острова? Таков мой любезный отец, хотя плод не похож на дерево, вследствие негодности моего смирения. Но мы имеем в тебе предлежащий образец благочестия, — и не только мы, но и все те, которые избрали благочестивый образ жизни, окрыляются мужеством и побуждаются к успешному совершенствованию. Но так как с давнего времени требовала твоя святыня, чтобы я объяснил, каким образом должно почитать священное изображение Христа, — не потому, чтобы ты (этого) не знал, но желая этим побудить мое неразумное слово; однако, доселе мне не удалось ответить. Теперь же, вспомнивши, я решил, что должно исполнить порученное мне, насколько это возможно, при содействии твоих священных молитв, хотя кое-что о том же самом (предмете), может быть, я достаточно высказал в другом месте. Итак, всякое искусственное изображение является подобием того (предмета), которого оно служит изображением, и в самом себе путем воспроизведения показывает очертание первообраза, как говорит искусный в божественных вещах Дионисий: истина — в подобии, первообраз — в образе; каждое из двух в каждом из двух, исключая различия сущности. Итак, поклоняющийся изображению, поклоняется тому, кого верно представляет изображение. Ибо не сущности изображения он поклоняется, но начертанному на нем, — и в отношении тожества поклонения изображение нераздельно от первообраза, ибо в отношении подобия изображение с первообразом тожественно. Поэтому Василий Великий (говорит) таким образом, что царем называется и изображение царя, и (однако) не два царя. Ибо ни сила не рассекается, ни слава не разделяется. Ибо как правящие нами господство (одно) и власть — одна, так и (воссылаемое) нами славословие одно, а не многие. Поэтому честь изображения переходит к первообразу. Если же она переходит к первообразу, то не одно и другое, но одно и то же бывает почитание и поклонение, как один и тот же первообраз, которому воздается поклонение и в изображении.
   Но одно — природный образ, и другое — (образ, получаемый) чрез воспроизведение. Одно, по сравнению с причиной, имеет не природное различие, но личное, как Сын по отношению к Отцу, ибо одно Лицо Сына, и другое Отца, природа же, очевидно, одна. Другое же, напротив, имеет природное различие, но не личное, — как образ Христа по отношению к (Самому) Христу. Одна природа вещества изображения, и другая (природа) Христа; лицо же не иное, но одно и то же (Лицо) Христа, хотя бы и было начертано на иконе, так как тот же божественный Василий снова говорит: что там образ по воспроизведению, то здесь Сын по природе; и как в произведениях искусства (является) подобие в отношении наружного вида, так в божественной и несложной природе — единство, вследствие общности Божества. Заметь различие: в природном образе и причине, то есть в Отце и Сыне, как одна природа, так одно и поклонение вследствие тожества природы, а не личности. Так как мы исповедуем, что Святой Троице принадлежит одна природа, то (исповедуем, что Ей принадлежит) одно и поклонение и славословие, но Лица три: Отца, и Сына, и Святого Духа. В образе же, воспроизведенном искусством, и в первообразе, то есть во Христе и в изображении Христа (ведь здесь одно Лицо Христа), бывает одно и поклонение — соответственно, очевидно, тожественности единого Лица, хотя природы Христа и изображения различны. Если же мы скажем, что одно поклонение образу и первообразу — как соответственно тожеству Лица, так соответственно тожеству и природы, и не признаем различия образа и изображаемого, но будет как одно Лицо, так и одна природа изображения Христа и Самого Христа, — то мы впадем в эллинское многобожие, обоготворяя всякое вещество, употребляемое для начертания изображения Христа. И этим мы откроем уста иконоборцам справедливо обвинять нас в том, что мы, поклоняясь единому Богу в трех Лицах, поклоняемся многим богам и почитаем (их). Если же кто-либо снова скажет, что ни по тожеству лица, ни по тожеству природы поклонение, (воздаваемое) изображению, не относится к первообразу, то, очевидно, он рассек силу и отделил славу первообраза от изображения и, таким образом, поклоняясь изображению Христа, явно идолопоклонствует, вводя не одно, но два поклонения. Это и стараются доказать иконоборцы; но, как и естественно, отрицая на этом основании, что Христос описуем по плоти, они изобличаются в нечестии подобно тем, которые учат, что Бог обитал с людьми на земле в призраке и воображении. Но пусть будет одинаково низвергнуто нечестие тех и других в свойственную им тьму. Истинная же вера христиан, как уже ранее сказано, как во Святой Троице исповедует одно поклонение по причине общности Божества, так и по отношению к изображению Христа признает одно и то же поклонение, соответственно тожеству Лица Христа. Ибо поклонение воздается одному и тому же Лицу, хотя бы оно и было начертано, в противном же случае это был бы не образ, но некоторый предмет, существующий самостоятельно, если бы он в отношении чести был отделен и оторван от первообраза. И таким образом, наконец, и в поклонении иконе Христа одно поклонение и славословие усердно прославляемой и блаженной Троице. Может быть, кто-нибудь скажет следующее: так как поклонение есть служение то следовательно, иконе Христа приносится служение, вместе с Святою Троицею. Но таковой представляется не знающим различия в поклонении: мы покланяемся святым, но не оказываем им божеского служения; и хотя они признаются (нашими) вождями в законе Божием, но божеского служения им не воздается. Затем, пусть он еще знает, что поклонение бывает не сущности1 изображения, ибо это (нам) чуждо и есть дело служащих твари помимо Творца; но когда в изображении Христа поклонение воздается Христу, то вещество изображения остается совершенно не участвующим в поклонении, которое воздается (изображенному) на нем Христу — ради того подобия, которое принадлежит Лицу Христа и которое (мыслится) отдельно от вещества, хотя и в нем бывает видимо. И это, кажется мне, похоже на пример (подобия, отражающегося) в зеркале, так как и здесь лицо смотрящего как бы начертывается (в зеркале), но подобие остается вне вещества. И если бы кто захотел поцеловать (находящееся) там свое изображение, то он поцеловал бы не вещество, потому что он не ради него и находится (пред зеркалом), но — отображенное в нем подобие его самого; поэтому он и прильнул к веществу. Конечно, если он удалится от зеркала, то, вместе с ним, отступит и образ, — как не имеющий ничего общего с веществом зеркала. Таким же образом (следует рассуждать) и относительно вещества изображения: если уничтожено подобие, которое было на нем видимо и к которому (относилось) поклонение, то вещество остается без почитания, как не имеющее с подобием ничего общего. Затем, пусть будет перстень, на котором начертано изображение царя, и пусть он будет оттиснут на воске, на смоле, на глине. Печать, конечно, будет одна и та же и неизменна на всех веществах, вещества же друг от друга различны; (печать) и не могла не остаться неизменною на различных (веществах), как не имеющая ничего общего с материалами; но, отделенная от них мыслью, она остается на перстне. Таким же образом и подобие Христа, на каком бы веществе ни начертывалось, не имеет (ничего) общего с веществом, на котором оно представляется, оставаясь в Лице Христа, Которому оно принадлежит. И — кратко сказать — божеское почитание оказывается не иконе Христа, но Христу, Которому в ней воздается поклонение; и поклоняться ей должно ради тожества Лица Христа, несмотря на различие сущности иконы.
   Таким образом, как мне кажется, почитание иконы Христа основывается на учении святых отцов. Если (почитание) уничтожается, уничтожается вместе и домостроительство Христа; и если поклонение не воздается иконе, уничтожается точно также поклонение Христу.
   И поэтому, святой отец, должно со страхом и благоговением приступать и поклоняться ей (т. е. иконе), так как поклонение переходит ко Христу; и должно веровать, что в ней обитает божественная благодать, и что приступающим к ней с верою она сообщает освящение. Ибо как в образе Животворящего Креста, так и в иконе Всесвятой Богородицы и всех святых, — всякое освящающее почитание икон чрез посредство (изображенных) на них первообразов восходит к Богу. И поэтому одно и только одно божеское поклонение (воздается) Святой и Единосущной Троице, ради Которой (оказывается) различное поклонение и другим и к Которой относятся все другие поклонения. Если же что-либо по неведению я сказал ошибочно — или меньше того, что следовало, или же больше, то ты, как добрый отец, удостой — одно исправить, другое восполнить, а иное и уничтожить, молясь и усиленно молясь о моем смирении, чтобы я и мыслил правильно, и говорил без преткновения, и поступал, не заслуживая порицания.

1   Т. е. не веществу.


Источник: Творения преподобнаго отца нашего и исповедника Феодора Студита в русском переводе. Том первый. - СПб.: Издание С.-Петербургской Духовной Академии, 1907. - С. 230-234.