Отзывы на книгу священника Иоанна Васильева «Богословские основания для межрелигиозного диалога в исламской традиции»

Автор подошел к своей задаче весьма основательно. В объемистом перечне использованной литературы на арабском, английском и русском языках насчитывается почти три с половиной сотни названий, из них на арабском – 230.

Подробно разбираются особенности восприятия Библии в исламской традиции, влияние «людей Книги» (иудеев и христиан) на Священное предание мусульман, статус покровительствуемых иноверцев-зиммиев в исламском обществе.

Злободневная тема джихада, ставшая в наши дни удобным поводом для множества публицистических спекуляций, трактуется автором с позиций историзма и – что будет неожиданным для ряда читателей – приводит Иоанна Васильева к обоснованному выводу о том, что по вопросам джихада и отношения к иноверцам в исламской традиции «имеются определенные предпосылки для диалога, поскольку здесь мы видим радикально-воинственные понимания и понимания миролюбиво-толерантные, дающие пространство для диалога».

В контексте предпосылок к межрелигиозному диалогу рассматривается также острый вопрос о каноническом своде и структуре Корана, приглашающий к полемике и мусульманских ученых, и специалистов из академической среды.

Думается, что такая полемика, выдержанная в благожелательном и конструктивном духе, послужит лишь на пользу межрелигиозному диалогу, ибо автор не забывает коранических слов (сура 29-я «Паук», аят 46): «Ведите споры с людьми Книги только самым благообразным способом, кроме тех из них, которые несправедливы, и говорите: «Мы уверовали в то, что ниспослано нам и ниспослано вам. И наш Бог, и ваш Бог един, и мы Ему предаемся». Это хорошее руководство для всех участников диалога.

Надеюсь, что книгу Иоанна Васильева неравнодушные читатели прочтут с пользой для себя.

М.А. Родионов,

доктор исторических наук, профессор Восточного факультета СПбГУ, завотделом Южной и Юго-Западной Азии музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН.

Монография Иоанна Васильева развертывает перед читателем широкую и мозаично выстроенную панораму развития понятий и представлений об иноверии и иноверцах в исламе. У автора на этом многотрудном поприще насчитывается множество предшественников: от средневековых комментаторов Корана и Сунны до современных российских и зарубежных ученых – исламоведов, историков, культурологов и социологов. Это обстоятельство заметно усложняет стоящую перед Иоанном Васильевым задачу: не повторить или частично дополнить результаты многолетних экзегетических усилий и научных исследований, но обобщить и осмыслить богатую (и малоизвестную широкому читателю) историю формирования концептуальных подходов к христианству и иудаизму в исламе.

Автор наметил в своей монографии ряд принципиальных задач, решение которых может стать основой для устранения главных препятствий на пути межрелигиозного диалога. Это раскрытие специфики восприятия Библии в исламской культуре, суть предписаний священных текстов ислама об отношении к «покровительствуемым» (зимми), дискуссия о сущности и исторической обоснованности существования пророчеств о Мухаммаде в священных текстах иудеев и христиан. Не обошел своим вниманием Иоанн Васильев также вопрос о структуре и специфике коранического текста, раскрытый им в свете избранной темы. Наконец, проблемы межрелигиозного диалога не могли бы быть полноценно раскрыты без обращения к теме задач и толкований джихада. Тем более, что вокруг представлений о джихаде в мировой и российской прессе, других средствах массовой информации нарастает поистине девятый вал безосновательных, некомпетентных, а порой просто идеологизированных или безграмотных комментариев и предположений.

Серьезность намерений автора заметна уже с первых строк его работы. Иоанн Васильев отчетливо воспринимает и демонстрирует читателю методологическую несводимость богословского и строго научного методов изучения священных текстов ислама. Вполне можно согласиться с автором в его утверждении о том, что аргументы, в течение веков приводимые мусульманскими богословами и комментаторами-муфассирами в отношении других религий, почти всегда сводились к подчеркиванию этического превосходства ислама. При вольном обращении с историческими фактами подобные воззрения много раз становились камнем преткновения на пути межрелигиозного диалога, а не располагали верующих к нему и не подготовляли его морально-психологические основы. Здесь ценен и справедлив историко-эволюционный подход автора, позволяющий показать не только саму проблему, но и ее интерпретацию в динамике. Таковы, например оценка учения о несотворенности Корана, восстановление хронологии формирования законодательных основ джихада или сюжет об «унижении» при выплате джизьи.

Убедительность утверждений и подходов Иоанна Васильева основана на глубокой проработке средневековых и современных исламских богословских и правовых источников. На протяжении всей работы автор в разных контекстах детально исследует «аяты толерантности» Корана. При этом для разъяснения их неоднозначного содержания он привлекает обширные и разносторонние экзегетические материалы – главным образом, тексты тафсиров (ат-Табари, аз-Замахшари, ар-Рази, ал-Байдави, ал-Маварди, ас-Самарканди, ал-Вахди, Ибн Аббаса, Ибн Касира, ал-Багдади, Мукатила ибн Сулеймана, ас-Са‘лаби, ал-Багави, ал-Куртуби, аз-Зухайли и многих других) и сборников хадисов. Не все из перечисленных муфассиров равно авторитетны. Но, невзирая на важность тех или иных источников, Иоанн Васильев повсеместно в своей монографии проводит их тонкую и трудоемкую критическую обработку. В особенности ему удаются поиск и исследование намерений или действий комментаторов, которые нередко, трактуя священный текст, дополняют и насыщают аяты Корана смыслами, которые в самих аятах явно не присутствуют. Существеннен и постоянный анализ авторских позиций муфассиров с выявлением их внутренних противоречий и логических нестыковок.

Для авторского исследования проблем толерантности в исламе оказалось полезным и использование мусульманских полемических работ, направленных на опровержение христианских догматов (хотя сам автор предполагает, что эти тексты могут обладать только незначительным эвристическим потенциалом в пределах избранной им темы). Иоанн Васильев довольно умело и последовательно выявляет многочисленные случаи, когда муфассиры за богатым набором сходных по смыслу слов прячут неопределенность и отсутствие четкого представления о сути коранических понятий (например, эта черта авторского стиля работы видна в дискуссии о характере предполагаемых злоупотреблений, совершенных христианами и иудеями в отношении священного писания мусульман). В целом оправдан лексикографический подход автора к историческому изучению текстов на арабском языке. Без этого подхода едва ли возможно осознать все многозвучие арабских синонимов (а арабский язык в этом отношении является одним из богатейших языков мира).

Трезвый и лишенный иллюзий взгляд автора на межрелигиозные отношения проявляет себя и в том, что он аргументированно ставит множество вопросов относительно исламской традиции. Естественно, далеко не всегда на них удается найти ответы. Нередко Иоанну Васильеву приходится констатировать, что достоверные и непротиворечивые ответы вообще не могут быть найдены при современном состоянии источников. Здесь перед читателем открывается еще одно достоинство этой книги – выраженное стремление автора к научно-объективному характеру своих изысканий. Хотя Иоанн Васильев принадлежит к священству Русской православной церкви, он всемерно стремится удержаться на тонкой (и доступной далеко не всем, кто в России пишет об исламе) грани научного профессионализма. Как представляется, ему в этой деликатной сфере повсеместно удается избежать явной защиты той или иной позиции – будь она идеологической или политической, промусульманской или антимусульманской, умеренной или крайней.

Книга Иоанна Васильева – важный вклад в изучение ключевых проблем межрелигиозного диалога. Она бесспорно привлечет внимание специалистов- исламоведов, которые оценят поднятый в этой работе круг проблем и характер их рассмотрения. Для более широкой читательской аудитории, возможно, будут существенны актуальность и эвристическая острота высказанных положений, ясность и последовательность авторской мысли, открытая манера подачи материала, в которой читатель как бы участвует вместе с автором в процессе исследования. Наконец, эта фундированная монография будет полезна для преподавателей и студентов востоковедных вузов, а также православных и исламских учебных заведений.

В.В. Орлов,

доктор исторических наук,

профессор Института стран Азии и Африки МГУ имени М. В. Ломоносова

Книга священника Иоанна Васильева представляет исключительный интерес для всех любознательных адептов авраамистических религий: ислама, христианства и иудаизма, а также для всех тех, кто так или иначе вовлечен в процессы межконфессиональных отношений

– в качестве исследователя или практика. Книга была бы чрезвычайно полезной и для обычного читателя, который зачастую склонен рассматривать происходящие в мире сложные социально-политические процессы через призму противостояния цивилизаций, определяемых, как обычно считается, господствующими в них религиозными культурами.

Актуальность избранной Иоанном Васильевым темы обусловлена, прежде всего, той социокультурной ситуацией, которая в последние десятилетия сложилась в мире вообще, и в России в частности. Начиная с 1970-х годов стал резко возрастать приток иммигрантов из традиционно мусульманских регионов мира (афро-азиатских) в традиционно христиано- иудейские (Европу и Америку). Совместное компактное проживание христиан и мусульман – ранее по своим масштабам невиданное – при гражданском равенстве представителей обеих религий породило ряд проблем культурно-социального характера, к которым затем добавились и проблемы политические – в результате вмешательства стран Запада во внутренние дела мусульманских стран. Все эти проблемы в своей совокупности стали приобретать характер межконфессионального конфликта, получая «религиозное» обоснование – усилиями радикально настроенных политиков и клерикалов. Похожая картина начала складываться в 1990-е годы и на постсоветском пространстве, где борьба за власть и ресурсы – одновременно с возрождением религиозного сознания – привела к многочисленным конфликтам, принявшим форму межконфессиональных.

Как известно, идеологические конфликты, к которым относятся и конфликты межконфессиональные, являются одними из самых трудноразрешимых. По этой причине задача поддержания мира и спокойствия во всем мире требует, прежде всего, четкого объяснения того факта, что корни конфликтов кроются не в разнице самих религий, представляющих собой идеальные системы ценностей, к тому же, практически одинаковые, а в пристрастной трактовке отдельных положений этих религий конкретными людьми, преследующими абсолютно материальные цели. Именно в решение этой задачи и вносит свой ценный вклад Иоанн Васильев, объясняя, насколько близким (а не далеким!) к христианству и иудаизму является исламское вероучение – как по своему происхождению, так и по своим базовым ценностям.

Достоинства книги предопределены и тем фактом, что ее автор является одновременно и профессиональным арабистом, прекрасно знакомым с оригинальными арабоязычными мусульманскими богословскими текстами, и православным священнослужителем, знающим все тонкости христианской религиозной традиции. Столь редкое сочетание этих двух компетенций – особенно в России – придает исследованию Иоанна Васильева самую высокую степень достоверности. Важной чертой книги является обилие цитирования арабских источников, к переводу которых автор относится крайне бережно и внимательно, позволяя тем самым исламской традиции «говорить самой за себя», как и было сказано во введении при постановке задач исследования.

При написании работы автором было привлечено внушительное количество исламских источников: около тридцати самых авторитетных комментариев Корана, более двадцати наиболее известных сборников хадисов, классические работы по арабской филологии, истории, жизнеописанию Пророка Мухаммеда, мусульманскому праву (фикху), а также ключевые апологетические и полемические работы крупнейших исламских богословов. Эта литература охватывает практически весь период существования ислама: от появления самых ранних мусульманских сочинений до сегодняшнего дня.

Стоит сказать и о том, что практически все темы, которым посвящены отдельные главы книги являются недостаточно изученными в российском исламоведении, и в этом отношении исследование Иоанна Васильева является заметным вкладом в отечественную науку.

Есть, однако, одно замечание к техническому оформлению текста, которое следует учесть при повторном издании книги – а такое издание, несомненно, должно последовать. Замечание это касается транслитерации арабских имен собственных и некоторых арабских терминов: ее следует привести в соответствие с принятой в отечественной научной арабистике упрощенной системой транслитерации. Сделать это необходимо, прежде всего, потому, что подобная книга должна быть рассчитана не только на обычного читателя, но и на российских студентов, получающих подготовку в области истории и культуры ислама как в светских учебных заведениях, так и в религиозных.

Более того, хотелось бы рекомендовать использование книги Иоанна Васильева в учебном процессе не только при подготовке специалистов по исламу, но и при подготовке православных священнослужителей, которым в российских условиях, несомненно, предстоит тесно взаимодействовать со священнослужителями мусульманскими.

М.Н. Суворов, доктор филологических наук, профессор кафедры арабской филологии СПбГУ

Нельзя не приветствовать очень полезную работу отца Иоанна Васильева по анализу Корана и трудов многих известных муфассиров (толкователей Корана и сунны) по вопросу отношения к людям Писания, прежде всего иудеям и христианам. Автор демонстрирует глубокое знание не только арабского языка, но и арабо-мусульманской богословской литературы. Васильев очень подробно излагает проблему потенциальной (по мнению мусульманских богословов) фальсификации или искажения Торы и Евангелий для того, чтобы утаить содержащиеся там предсказания о появлении нового пророка, то есть Мухаммеда. При этом в большей мере муфассиры критикуют Тору, а не Евангелия. По мнению исследователя, «как бы ни были вопросы об «искажении» или же «толковании» важны сами по себе для научного знания и для самой исламской традиции, они вряд ли могут иметь какое-либо принципиальное значение в межцивилизационном и межрелигиозном диалоге» (с.128).

Особое внимание уделяет о. Иоанн Васильев вопросу о своде и структуре Корана, т.к. он имеет непосредственное отношение к тому, как можно было вести межрелигиозный диалог. Автор внимательно проанализировал сложный процесс формирования канонического текста. В результате серьезной аналитической работы исследователь приходит к выводу, что «исламский ригористический подход к Евангелию, Новому Завету и Библии в целом, деструктивным образом влияющий на способность ислама к межрелигиозному диалогу, ничем не обоснован в рамках самой исламской традиции» (с.222). Соответственно получается, что «при скудости сохранившихся в исламе свидетельств ясным образом видна гораздо более сложная и спорная, нежели в христианстве, история формирования канонического текста священного писания ислама, которая к тому же управлялась с использованием государственного аппарата принуждения» (там же).

Подробно разбирает автор вопрос иудео-христианского влияния, проявляющегося в Коране, хадисах и тафсирах. Однако, как справедливо выясняет о. Иоанн Васильев, «все раввинистические и евангельско- апокрифические места Корана рассматривались муфассирами не в качестве свидетельств христианского или иудейского влияния, а исключительно как доказательства истинности пророческой миссии Мухаммада, который, согласно исламской догме, воспроизводил библейские и апокрифические сюжеты не через человеческое научение, но посредством откровения» (с.248– 249). Такой подход неизбежно создает сложности и препятствия при проведении какого-либо богословского диалога между разными религиями.

Далее исследователь переходит к анализу концепции джихада в исламской традиции. Он разбирает вооруженные и не вооруженные формы джихада. О. Иоанн Васильев отмечает, что «согласное мнение большинства мусульманских ученых состоит в том, что джихад является фард аль-кифаяа и не является обязательным предписанием для каждого мусульманина. То есть если определенная часть мусульман (регулярная армия, например) смогла устранить угрозу нападения или отразить врага, то в таком случае мусульмане свободны от предписания сражаться. Если же они не смогли сделать этого, то тогда предписание становится обязательным для всех мусульман фард аль-айни наравне с постом и молитвой» (С.313–314).

Проблема конечно в том, что мусульманские ученые по-разному трактуют этот переход в обязательное предписание, особенно в наши дни, когда наблюдается заметный рост радикального джихадизма.

Как мне представляется, отцом Иоанном Васильевым была проделана большая научная работа, которая должна помочь будущим исследованиям в этой области, как его самого, так и других ученых. Во введении автор дает обстоятельный обзор научной литературы по рассматриваемой проблеме.

Отечественные исследователи в дореволюционный период еще не успели полноценно включиться в ее изучение, а в советское время вся эта область знаний (имею в виду и религиоведение в целом) была чрезмерно идеологизирована. Новые возможности открылись только в постсоветский период, чем со знанием дела и пользой для науки воспользовался автор книги.

Рощин Михаил Юрьевич, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института востоковедения РАН