праведный Иоанн Кронштадтский

Май

3 мая.

3 мая. Четверг. Зачем я рассердился на дьячка, что поздно пришел, что на место его найдется сто таких, как он? К чему я обидел, из-за чего? Отчего было не подождать его немножко, всего пяти минут? Куда спешил я? Дома пришлось сидеть даром целый час, ожидая гостей. Одним хочу угодить, других оскорбляю. Неладно. Помилуй, Господи! Впредь да не горячусь, да буду тих и кроток, да не возопию ни на кого, не пререку, да не слышится на распутиях голос мой гневливый [Мф. 12, 19]. Обругал.

Знаешь, что для брата нужно пищи и питья не больше сегодня, как [было] вчера, и что больше своего вместилища не съест и не сопьет, однако же по какому-то безумию, по какой-то слепой жадности и скупости жалеем ему сладких яств и питья, завидуя ему, презирая его, злобствуя на него. О, нелепое сердце! Вот в какое бессмыслие, в какой мрак впадает человек, отвращаясь сердцем от любви к Богу и ближнему! Вот как нелеп грех – и однако же, увы! продолжаем делать грехи. Вот как сама себя наказывает привязанность к земному и вражда к ближнему!

Константин – добрый и умеренный брат: не негодуй, что с гостями любит сидеть у тебя, – он человек, притом молодой, ему приятно с людьми и скучно одному. Простосердечно, с родственным чувством принимай его, не жалей ему ничего – больше вчерашнего не съест, не сопьет. Что добро, или что красно, но еже жити братии вкупе\ [Пс. 132, 1].

Отыми от мене вражду, Господи, и насади во мне любовь.

Ветхий наш человек изобретает ежедневно разные поводы к вражде с ближними, более всего пищу, питье, деньги, одежду, посуду, мебель или экипаж, лошадей или домашних птиц, вообще подручные нам вещи; много кто ест и пьет – вражда и зависть; скоромное кто ест у меня, а я постное – терпеть не могу и враждую против него, хотя часто потому только, что я сам не смею разрешить на оное, между тем как слюнки текут при виде скоромной пищи, и хотя иногда сам разрешаю на скоромное в гостях и дома и не считаю этого тяжелым грехом. Что же надо делать? Не надо осуждать других и смотреть на то, что соблазняет. Всякий свой разум имеет и понимает, что правда и что грех, всякий имеет свободную волю, которую и Бог не нарушает и которую можно преклонить к добру только словом благоразумия и примером. Надо подавлять свои страсти, замечать их лукавство и презирать их, призывая в помощь всесильного помощника Бога, Который сказал: без Меня не можете делать ничего [Ин. 15, 5]. Хранить всемерно любовь и со всеми поступать дружелюбно, не подавая причины к несогласию, случившееся же несогласие всевозможно прекращать; все земное и самую плоть свою и что для плоти: сладкие брашна, напитки, одежды, увеселения, театры, пиры и прочие вещи – презирать как вещи тленные, эфемерные, как плеву41, дым, пар, сон. Всевозможно хранить мир душевный, как говорит Писание: будьте в мире между собою [1Фес. 5, 13]; старайтесь иметь мир со всеми и святость, без которой никто не увидит Господа [Евр. 12, 14].

Кто, имея достаток, не жалеет ближним в нужде и потребности пищи питья, денег, одежд и подает им охотно, кто не скорбит о потере земных вещей, тот горняя мудрствует, а кто жаден, скуп, корыстолюбив, жестокосерд, предается сильной скорби при потерях, тот земная мудрствует; кто не печется о нарядной одежде, а довольствуется приличною и достаточною, защищающей от вредного влияния стихий, и не скорбит о ее повреждении и потере, не раздражается из-за нее на ближнего, кто не гоняется за вкусными яствами и напитками, а довольствуется хлебом, простою похлебкою и водою – тот горняя мудрствует; кто не ищет славы от людей, а от единого Бога, видящего все тайны сердца и воздающего каждому по делам, кто не оскорбляется неправдою, обидами, бесчестием, перенося все это с кротостию, – тот горняя мудрствует; кто с домашними и соседями старается всеми мерами сохранять любовь и мир, не подавая и устраняя причины к несогласию, – тот горняя мудрствует, тот истинный христианин.

И будет едино стадо и един Пастырь [Ин. 10, 16]. Слово.

Кто постится от скоромной пищи, тот постен непременно от злобы, зависти, сребролюбия, скупости и прочих страстей. Если же, постясь телесно, не постится духовно, тот лицемер.

Должно непрестанно противодействовать яду греха, действующему в нас, молитвою, размышлением, чтением Священного Писания и писаний святых отец, лощением, бдением, добродетелью, особенно кротостию, смирением, милосердием, покаянием и причащением Божественного Тела и Крови.

Враг силен над нами чрез угождение чреву; надо поработить чрево, а не работать чреву.

От излишеств в пище и питии делается паралич частей тела; постную пищу надо употреблять непременно во все посты, равно в среды и пятки. Доселе ты всегда ел-пил сытно и пресытно, а отселе, с помощию Божиею, ешь-пей не досыта, и алчи и жажди Христа ради и Царствия ради Небесного, ибо много духовных бед бывает от всегдашней сытости нашей, много страстей возбуждается, поддерживается, усиливается и мир душевный нарушается.

В постные дни довольно тебе одного чаю с булочкой.

Даруй мне, Господи, совершенно изобразите Тебя во мне и изобразитися мне в Тебе и Тобою.

Красота нарядных одежд, привлекая наши взоры и сердца, отвращает сердечные очи от источника всякой красоты и не дает нам видеть греховного безобразия и нищеты душ наших и смиряться и каяться в сокрушении сердца. Надо носить одежду смиренную, простую.

Когда приходят к тебе в дом гости, не будь к ним суров и угрюм и чужд, как зверь, когда к нему в берлогу приходит другой зверь. Мы – люди, сотворенные по образу и подобию Божию, притом христиане, чада единого Отца Небесного, – должны жить во взаимной любви и общении. Не будь угрюм во время трапезы твоей с посторонними, но будь приветлив и весел, чтоб твои хлеб-соль были в удовольствие ближним и во славу Божию. Не будь презорлив и к нищим, когда просят у тебя милостыни, но кроток и смирен, ласков и доброхотно податлив, чтобы с ласкою поданная милостыня была вдвойне приятна и низвела на тебя сугубое благословение Божие. Помни свою духовную нищету и искупай ее добровольною телесною нищетою.

Знамение крестное, коим знамением и знаменаемся, означает, что мы – Христовы, искуплены Кровию Его и смертию Его.

Даруй, Господи, людям Твоим познать лесть и пагубу греха.

Соделай нас, Господи, достойными святыни Твоей, обожения твоего, вознеси нас от земных пристрастий к горним благам, к горнему Царствию.

Вид его был, как молния [Мф. 28, 3]. Такова природа духа – светла и быстра, как молния, как мысль. С именем Ангела, Святого вы удостаиваетесь уже иметь его в мысли и в сердце, пользоваться его общением, кольми паче при имени Божием, если выговариваете или мыслите, чувствуете с верою, с любовию, страхом. Но и злой дух быстр, как молния: одна мысль лукавая, хульная, скверная, злая, допущенная до сердца, соединяет с ним, окаянным. Как потому надо беречься и единого помысла неправедного и помышлять, что чисто, что любезно, что достославно [Флп. 4, 8]!

Отче наш, говорим, Иже ecu на небесех, – значит, отечество наше – небо. Великая это молитва, многому в немногих словах она научает нас: что Бог – Отец наш в Иисусе Христе, а мы – Его чада и наследники и сонаследники Христу, а между собою – братья и должны жить непрестанно в единомыслии и любви; что отечество наше – небо, а здесь мы странники и пришельцы [Евр. 11, 13] и не должны прилепляться к благам земным, как чуждым нам; что всемерно должны стараться жить свято, царствуя над похотями и страстями, отвергаясь самих себя и исполняя волю Божию; что мы должны стараться не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную [Ин. 6Г 27]; что должны поучаться непрестанно в слове Божием, которое есть словесное и нелестное млеко42, и пребывать в молитве, которая насыщает и утучняет не тело, а душу; что не должны пещись о том, что есть и пить, и заботиться о запасах на долгое время, на лета многа, а довольствоваться простою и умеренною пищею и, трудясь в снискании ее, более всего искать Царствия Божия и правды Его, потерянных нами в раю и обретенных во Христе; что мы пламенно должны желать прощения грехов наших и молить о том непрестанно Господа, прощая обиды и погрешности ближним нашим, молясь за них Богу: не поставь им греха сего, – и избегая злопамятства; что мы должны быть всегда готовы встретить мужественно искушения или, сознавая свою немощь в борьбе с ними, молить благость Божию избавить от них, или от лукавого, потому что в искушениях падали и крепкие мужи, как Давид, Петр и другие.

Кронштадтскому обществу нужен двигатель, чтобы собрать общественные суммы на сооружение или обновление храма. Общество готово на пожертвования.

Чтобы читать хорошо псалмы Давидовы, надо стать, так сказать, на место Давида и иметь его дух, его веру, его любовь к Богу, его важность, его скорби, его покаяние.

Подавайте лучше милостыню из того , что у вас есть, тогда все будет у вас чисто [Лк. 11, 41]. Это я на себе испытал много раз. Милостьшя очищает грехи [Сир. 3,30].

Кто приласкает, приголубит бедных, взрослых и детей, кроме тебя? Они хотят хоть в тебе видеть отца, жалеющего их. Все их бранят, иногда и бьют. Вот отчего они ласкаются к тебе. Ты живешь в непрестанных ласках, а они – в непрестанной побранке: их все бранят. Тебе не надо заботиться ежедневно о приискании пищи, питья, одежды, платы за квартиру, а они ежедневно озабочены этим, – не труд ли, не крест ли это тяжкий?

Свойство детей – доверчивость, простосердечие: приласкал раз – они всякий день готовы подбегать к тебе в надежде встретить такую же ласку, и так как им не знакомы терзания страстей и тесноты душевные, то они не подозревают их во взрослых и не думают, что они могут иногда сильно огорчиться. Надо щадить в душах их доверчивость, простосердечие, добродушие, а не раздражать и не ожесточать их.

Богатые люди со всем богатством своим – земля и тлен; не радй о них как о богатых и о их богатстве во время богослужения, а всё радение приложи к Богу и к молитве, к сущности читаемого, к богатству духовного содержания. Пред людьми военными, учеными, богатыми, которые любят держать себя важно, задавать, как говорят, тон, надо держать себя тоже важно, несколько небрежно, смело, ибо это им самим нравится, впрочем, в душе благоговея пред Богом. Есть пословица: с волками жить – по-волчьи выть.

9-е мая.

9-е мая. Вечер. Какую кознь враг бесплотный надо мною сделал сегодня вечером. Когда я стал вслух и при виде гостей (Жуковские, Кромидо, молодой Михельсон) читать пред трапезою Отче наш, то на словах и остави нам долги наш, смутившись и усумнившись, споткнулся и, как умоисступленный, не мог дочитать ее; враг подъел меня! Какое смущение, какой стыд я чувствовал во время стола и потом! Не мог прямо в лицо смотреть гостям. Молодого человека устыдился! И чего стыдиться?

На царском доме в Вознесенье за литургией враг срезал меня: сказал наследника и наследницу, да и закончил, не сказав даже весь царствующий дом. Свяжет меня враг по ребрам моим, немощь крайнюю наведет на меня, смущение, страх, сомнение! Боже мой! Что делается со мною? О, как трудно владеть собою при народе в церкви и дома. О, плоть окаянная!

Особенно враг искушает меня пред трапезой: хоть не садись за стол. Не милы все гости мои, да и только, глядеть не хочется. Преодолеешь с Божиею помощию насилие вражие – и милы все станут, и не знаешь, чем лучше угодить. Что я за человек-христианин, что не могу утвердить в себе мира душевного?

Христианское ли это препровождение праздника – играть на инструментах светские песни, кадрили, польки, мазурки, танцевать, в карты играть? Не плоти ли, не миру ли, не бесу ли это работа? Где размышление о житии Господа нашего Иисуса Христа и о всех делах Его нашего ради спасения соделанных? Где подражание наше своему Владыке? Где исправление сердца и жизни? Где пламенная любовь к Богу? Где искреннее уважение к ближнему, сочувствие, сорадование ему, соболезнование об нем, снисхождение к нему? Где мудрствование о горнем? Где беспристрастие к дольнему? О, бури страстей, о, насилия вражии! Как вы внезапны, смертоносны, уничижительны, свирепы!

Пренебрежение сладостей и красот мирских, перенесение равнодушное горестей телесных и духовных и негнушение грубым и безобразным.

Ты был в гостях: тебя усердно, радушно приняли и угощали и тебе это было очень приятно? Принимай же и сам радушно гостей и угощай их с благодушием, чтобы и им было у тебя так же приятно, и исполнишь заповедь Господню. Притом смотри, если сам бываешь в гостях – и у тебя должны быть гости. Но вот тебе урок: бегай сластолюбия, ибо оно влечет сильные искушения (блудное разжжение, скупость, жестокосердие, злобу) и поставляет в крайнюю опасность любовь к Богу и ближнему. Итак, не прельщайся брашнами.

Ярость или скорбь и печаль сердечная при подаче милостыни или угощении гостей означает сильное пристрастие сердца к земным благам и крайнее маловерие и неупование на блага вечные, недостаток чаяния воскресения мертвых и жизни будущаго века. Если ты искренно говоришь: Чаю воскресения мертвых и жизни будущаго века, докажи чаяние свое делом: не прилепляйся к земным вещам, не беснуйся из-за них, возлюби горние, живи мыслию и сердцем на небесах. Познай свое благородие: ты чадо Отца Небесного, отечество твое – небо, наследие твое – небесное, не земное, жительство твое – с Богом и Ангелами; блага уготованы тебе нетленные, истинные, непреходящие, а на земле все тленно, и Создавший тебя по образу и подобию Своему не для них создал тебя, считая недостойным, чтобы созданный по образу вечного, нетленного Бога пользовался только тленными благами, посчитав справедливым ввести его в наслаждение вечными благами за верность своему Создателю. Помни это.

В иные дни не надо вовсе есть не только ради чистоты и спокойствия сердца и вящей любви к Богу, но и ради здоровья, ибо избыток сил, не употребленных в дело, бывает в тягость человеку, расслабляет тело и душу и причиняет болезни.

Первый человекиз земли, перстный; второй человекГосподь с неба. Каков перстный, таковы и перстные; и каков небесный, таковы и небесные. И как мы носили образ перстного, будем носить и образ небесного [1Кор. 15, 47 – 49]. Как возвышенны слова обетования! Да отбросим от сердец все перстное, земное, тленное, да облечемся во образ небесного Адама – Господа Иисуса Христа, сочтем все земное за сор, облечемся в небесные помыслы, желания, стремления, в святыню, кротость, смирение, терпение, послушание, бодрость, мужество, безмолвие, внимание себе, воздержание от всего, воспящающего43 благочестию.

Когда мы стоим в церкви во время богослужения, особенно когда предстоим престолу Господню, тогда мы должны быть небесными, ибо церковь – земное небо воистину, и отложить всякое житейское попечение, не помышлять ни о чем земном, но кто предан в жизни различным страстям, похотям и сластям, тот в храме изобличается внутренно, чувствует в сердце и во всем существе тяжесть, отриновение от Бога. Я – первый из грешников в этом отношении, да и во всем. А как, напротив, сладостно и легко на сердце у человека, который в храме погружен всею душею в Бога! Он на земле вкушает блаженство небесное. Все благочестивые знают это по опыту! В Боге жизнь наша, спокойствие и блаженство наше!

Сколько любимых вещей у человека, столько и идолов, столько и болезней сердца, столько преград, удаляющих его от Бога. Лучше, если бы не было этих вещей; если бы их не было, не было бы и скорбей, наводимых ими, ибо когда бывает опасность потерять их, тогда делается сильная скорбь в душе по действию врага. Блажен человек нестяжательный: он не знает этих скорбей, он постоянно работает одному Богу и очищает душу свою, возводя ее от совершенства к совершенству. У любостяжательного же душа как бы решето, ибо чрез любостяжание у него вытекает все доброе, все добрые помыслы, чувства, намерения, дела.

Святые Божии человеки и на земле жили небесно, не прилепляясь ни к чему земному, в непрестанном бдении, молитве, посте, в желании небесных и вечных благ, наслаждения нетленной и блаженной жизни. Воспламененные огнем Божественной любви, они презирали всякую земную роскошь, всякий блеск, всякую сладость, ибо все это для бессмертного духа ничтожно, грубо, бесценно. Угодники Божии тем более удивительны, что весь мир прилепляется непрестанно к земному, гоняется за земным, а не небесным, и они (святые) служат небольшим исключением, ибо очень мало истинно любомудрствующих в мире, все ищут своего, а не того, что угодно Иисусу Христу [Флп. 2, 21], все возлюбили любовещное и любоименное житие44, а не тот будущий век и не будущие нетленные блага, столь великие и превосходные, что земное око не виде, и земное ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша, яже уготова Бог любящим Его [1Кор. 2, 9]. Диавол знает по опыту эти блага, ибо был некогда участником их, и по зависти все меры употребляет к тому, чтобы лестию и житейскими пристрастиями лишить нас этих благ. Он твердит непрестанно в мыслях и в сердце одно: ищи земных благ, люби земные блага, будущие блага неизвестны, – и вот мы гоняемся за тенью, за дымом.

11 мая.

11 мая. Святых Равноапостольных Кирилла и Мефодия. Соборное служение. Царский дом говорил почти весь редко, не договорил Екатерины Михайловны и супруга ее и слов да помянет Господь Бог. Проповедь говорил по тетради.

Господи! Ты обручил меня Себе великими милостями, – не лиши меня милостей Твоих до конца ради имени Твоего!

Гость мой Алексей Ульянович рассказывал про бывшего министра Внутренних Дел Головнина (Александра Васильевича), что он был так кроток и незлобив, что никто и ничто не может огорчить или раздражить его. Крестьянам своим он послал однажды на крайнюю их нужду денег тысячу с лишком рублей. Они пропили эти деньги. Когда ему донесли об этом, он и слыша, как бы не слышал, и нимало не возмутился духом. Господи! Научи меня истинной кротости и долготерпению.

Сегодня согрешил ко Господу: разъярился на нищих детей, неотступно (конечно в нужде) просивших милостыни, и одного нарвал за волосы в сердцах, а другого за уши и ладонью ударил по голове (малого Лешу). Но сам уязвился в душе жестоко и отпал от благодати Божией. Покаянием сердечным получил паки45 мир. На кого же гневаюсь? На бедных ли, бескровных ли, бессильных ли? Сравни свою участь с их участию, твою пищу, одежду, палаты?..

Палимые адским огнем страстей, мы имеем крайнюю нужду в прохлаждающей и оживляющей росе благодати Божией. (Слово в Неделю о самаряныне и Преполовения. Кто жаждет, иди ко Мне и пей [Ин. 7, 37].) Как глубоко истинно изображение богача, страждущего в адском пламени и жаждущего единой капли воды (благодати) [Лк. 16, 24]. Грешники! Горе вам без благодати. Ищите благодати. Мы так часто преступаем заповеди Господа нашего Иисуса Христа и так часто припадаем к Нему с молитвою о помиловании и о даровании разных благ – что, ярится ли Он на нас? Не всегда ли кротко выслушивает нас и милует нас, если мы искренно раскаиваемся и просим? Зачем же, как смеем мы яриться на нищих, когда они просят у нас часто и неотступно милостыни? Отчего мы кротко не выслушиваем их? Что если Господь будет поступать [с] нами подобным образом, то есть как мы? Кто тогда из нас постоит? Тогда все мы должны были бы исчезнуть с лица земли, и не было бы следов наших.

Маловер! Зачем ты доселе не видишь в лице нищих Иисуса Христа? Мне сотвористе [Мф. 25, 40]. Зачем не с радостию, а с скорбию подаешь милостыню? Зачем свирепеешь на них? Зачем второе распинаешь Сына Божия? Зачем не мудрствуешь горняя, созерцая оком веры в нищих Христа, чад Божиих, члены Его и наследников горнего Царствия? Зачем земные блага мнишь быти нечто, когда они – прах?

Как надо вести себя, когда встречаемся с человеком, не расположенным к нам и к которому не лежит также и наше сердце, которого ненавидит и презирает оно, с которым не хотим поздороваться? – Надо немедленно принудить себя искренно помолиться за него Богу, как молимся за себя, чтобы Господь помиловал его; надо вспомнить слова Спасителя: И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и язычники? [Мф. 5, 47]. Чего требует от нас Господь в этих словах? Требует, чтобы мы сердечно приветствовали врагов и недоброжелателей наших ради Господа. Так, встретился я сегодня с одним молодым знакомым купцом, который, встретясь со мною, не приветствовал меня, и мое сердце возмутилось и стеснилось от чувства вражды к нему; но я сейчас пересилил себя и начал принуждать себя искренно молиться за него, как бы за себя, чтобы Господь простил всякое его согрешение, извинил его, приписал его ожесточение против меня общему нашему врагу и клеветнику братии нашея, сказал себе внутренно, что я именно в подобных случаях и должен показать свое послушание Спасителю и Евангелию Его, когда ветхий мой человек хочет действовать напротив, по своей воле! Как действовать, когда встречаем нищих, истинных нищих, просящих неотступно милостыни, и притом ежедневно, иногда по нескольку раз, и когда наше сердце ярится на них, не желая подать и упорно противясь их просьбе? – Надо немедленно подать, сколько можем, столько или полстолька, сколько они требуют или сколько можем. Как поступать, когда преследует нас ложный стыд или страх? – Опять напротив, надо торжествовать и бодриться; если это бывает на молитве, надо с торжествующим и смелым лицом смотреть на народ или на иконы и от всего сердца произносить молитвы. Как поступать, когда частые и одни и те же гости ходят к нам и наше сердце презирает и ненавидит их? Так как презрение и ненависть от врага, запинающего нас непрестанно, то надо принуждать себя всемерно к неизменной любви и уважению гостей, памятуя слова Апостола, что любовь никогда не отпадает, долготерпит, милосердствует, не ищет своих си, не мыслит зла, не превозносится, не гордится, вся покрывает, вся уповает, вся терпит [1Кор. 13, 4–5].

Применительно к этому надо вести себя и при действии прочих страстей.

Надо непременно положить меру чреву, потому что само по себе оно неразумно и может при ложном аппетите принимать пищи и питья гораздо более надлежащего и причинять вред душе и телу. Например, чаю пить надо вечером не больше двух или трех небольших стаканов, когда ничего еще жидкого не кушаем, а если кушаем, тогда меньше: один или только два небольших стакана. В противном случае, причиним себе вред излишеством.

Господи! Прости мое согрешение: я прилепился сердцем к бездушным дровам и сделал их как бы идолами для себя, сильно жалея, что срубил их брат мой, отец протоиерей Матфей, и то в его саду. Ни к чему земному не должно прилепляться, а к единому Богу. Сколько тебе давал Бог уроков: за ризы, за владимирскую ленту, за камилавку, что ты жалел своей ленты и камилавки во время службы, чтобы не задымились?!

Ложное направление ума и сердца, когда, видя бедно одетыми прежних своих сослуживцев или родственников и знакомых, стыдимся и чуждаемся их, вместо того чтобы сочувствовать им и оказывать всякую ласку, которая особенно дорого ценится людьми бедными, ибо от них всякий отвращается. Есть изречение: верный друг познается в несчастий.

Самою милостынею я обижаю, а не милую бедных, потому что: 1) не даю им столько, сколько они требуют; 2) даю неохотно, с сердцем, с обидою и злобою; 3) даю без веры в то, что они – члены Христовы и чада Божии; 4) подаю не как дар Божий и собственность их, а как неотъемлемую собственность, которою будто бы имею право пользоваться только я один; 5) считаю их, невинных и бедных, жалких, беззащитных, своими врагами, злодеями, мошенниками, грабителями за то только, что они ежедневно неотступно требуют от меня подаяния. Но скажите, как иначе вести себя, когда они, если не будут неотступно просить, могут остаться голодными, лечь спать не евши целый день, или их выгонят из квартиры за неплатеж денег, или придется босыми ногами или без рубашки ходить? Тяжело их положение, и надо всегда сочувствовать им, жалеть их, снисходить им много, извинять их наглое требование. Надо беспристрастнее сравнить свое состояние с их состоянием – свое чревоугодие с их убогою трапезою, свои богатые одежды с их рубищами, свои широкие и светлые покои с их тесным и грязным углом, свои доходы с их малою добычею, достачею, свое жалование с теми грошами, которые подают им немногие.

Надо с радостию, а не со скорбию подавать ежедневно милостыню бедным, как Самому Христу, щедро, а не

скупо, разумеется по возможности; не огорчаться на то, что одним и тем же лицам приходится подавать каждый день, ибо и Христос вчера и сегодня и во веки Тот же [Евр. 13, 8]. Что делать, когда нужды наши ежедневно одни и те же: каждый день хотим есть и пить, одеваться и быть под кровлею, дышать воздухом и иметь нужду в свете, в огне и т.д. Такова стихийная наша жизнь. Земная, тленная, несовершенная. Потерпим, ради Господа. Придет пора, когда не будет нужды ни в чем таком, когда будет Бог всяческая во всех [1Кор. 15, 28]. Возложим упование наше на Бога, а не на стихийные, тленные вещи, не могущие дать жизни, ибо сами бездушны.

Источник страстей есть излишество в пище и питии.

Господи! благодарю Тя всем сердцем моим за все силы Твои, яже удивил еси доселе на мне, немощнейшем и грешнем.

Благодарю Тя, яко и на других силы Твоя являеши, по молитве пречистой Твоей Матери, силою Честнаго и Животворящего Креста, предстательством Небесных Сил бесплотных, святого славного Пророка и Предтечи, святых славных апостолов, иерархов, мучеников, преподобных, бессребреников, праведных и всех святых, внегда призывати мне их в молитву.

Слова г. Александровского, члена таможни, шедшего вместе со мною на пароходе из Кронштадта в Петербург, касательно подверженных пьянству весьма разумны: он называет пьянство, как запой, болезнию и пьяниц считает достойными всякого сожаления. Сказать пьянице: перестань пить – значит то же, что сказать тяжко больному: перестань болеть, будь сейчас здоров. Не то же ли надо сказать и о подверженных другим страстям: сластолюбию, сребролюбию, честолюбию, вражде и злобе, зависти, скупости и пр.? Конечно, и эти все страсти – тоже болезни духа или, точнее, страсти, но страсти произволения, страсти сердца и воли, и при усиленном размышлении, основанном на слове Божием, при непрестанном внимании к себе и сдерживании самого себя, при непрестанной молитве внутренней, при помощи спасительных Таинств Покаяния и Причащения, можно сделаться свободными от них, ибо все возможно верующему [Мк. 9, 23]; верующий может и горы переставляти [Мф. 17, 20], эти духовные горы страстей, которые вознесла и утвердила в нас наша гордость и наше самолюбие.

Как мы неразумны, непоследовательны в жизни своей и в поступках своих! Сильных, знатных и богатых мира боимся, малодушествуем пред ними, раболепствуем пред ними, а своих подчиненных, нищих и бедных, незнатных и простых нередко презираем, обносим46 ругательствами, озлобляемся на них! Отчего бы, исполняя закон царский, по Писанию, возлюби ближнего твоего, как самого себя [Мф. 22, 39], нам не любить всех и каждого нелицемерною любовию, со всеми быть ласковыми, почтительными, всех уважать, самого последнего из нищих; не бояться одних и не заставлять трепетать других, не раболепствовать одним и с радостию служить другим, не унижаться пред одними и не унижать других, и как желаем, чтобы высшие нас или равные нам принимали нас ласково, радушно, обязательно, так и мы с равными и подчиненными или с родственниками, с бедными и незнатными обращались так же ласково и обязательно!

Согрешил ко Господу весьма: нищего мальчика, созданного по образу и подобию Божию, искупленного Кровию Христовою, член Христов и свой собственный, я уничижил, оскорбил, озлобившись на него и назвав его собачонкою! Ох я, безумец, дерзкий, гордец, легкомысленный! Так ли я исполняю закон Христа, Бога и Царя моего: да любите друг друга, как Я возлюбил вас [Ин. 15, 12]? Так ли я помню слова Его: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне [Мф. 25, 40] ? Так ли я исполняю дело Божественной милостыни? Так ли я отвергаюсь себя самого, страстей моих, ради Царя моего, предавшего Себя за меня [Гал. 2,20] ? Где дух любви, благодарности, кротости, смирения, незлобия, терпения, с которым я должен непрестанно обращаться со всеми людьми, которые суть чада Божии, взывающие: Отче наш, Иже ecu на небесех? Где дух отеческий, с коим я должен обращаться с людьми, нарицающими меня отцом и батюшкою, ибо я поставлен для них пастырем, учителем, отцом, да ношу в груди своей любовь ко всем нелицемерную, да не угашаю в себе никогда этого священного огня, да бодрствую над словесным стадом Христовым, искупленным Кровию Его, да поучаю его день и нощь, да терплю все его ради, как претерпел все ради меня и ради нас, человек, Христос Бог, даже самую смерть, и смерть крестную! Отпусти мне, Господи мой, Спасителю мой, согрешение мое и даждь мне благодать с радостию, с охотою, с готовностию подавать всегда милостыню нищим, людям Твоим, памятуя свою великую греховную нищету, от которой Ты спас и спасаешь меня Своею нищетою вольною и вместо которой даровал и даруешь богатство благ духовных и уготовал блага, ихже не видел... глаз, не слышало ухо, и не приходило... на сердце человеку [1Кор. 2, 9]. Отыми от сердца моего злобу, рвение, зависть, гордость, любостяжание, сластолюбие и всякую страсть, и имиже веси судьбами совершенным соделай и покажи мя и спаси мя, недостойного раба Твоего. Даждь мне непрестанно углубляться в словеса Твои и творити повеления Твои!

Все возможно верующему [Мк. 9, 23], – значит, возможно и то, чтобы непреткновенно служить. Буди, во славу Божию! Да не связуюся житейскими похотьми и страстьми.

Благодарю Тя, Многомилостиве Господи, яко злые стремления сердца моего исправляеши и милуеши меня, окаянного. Так, когда я отправился из дому в Петербург вместе с женою на извозчике до парохода, мною овладела диавольская злоба на жену, что она села вместе со мною и что мне было не совсем удобно, и я не мог весело смотреть на нее во всю дорогу, до казацкого плацу: такой ужасный прилог злобы сделался со мною! Какая теснота! Какое уничижение! Только по усердной и непрестанной внутренней молитве оставила меня злоба. Не надо нежить плоть сластями, мягкими возглавиями, одеждами и пр. Вериги на нее железные, тяжелые! Распинать ее! В этом мудрость!

Театр и Церковь. Не может человек служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть,

а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть [Мф. 6, 24]. Это идет и ко всем земным привязанностям. Развить.

Лютеранство и реформаторство есть ветвь, отсеченная от доброй маслины. Что бывает с ветвию, отрубленною от живого дерева? – Засыхает и пропадает. Есть член, отторгнутый от живого тела. Что с таким членом бывает? – Он умирает, ибо не пользуется жизненностию тела.

Я – херувим с пламенным мечом, охраняющий путь древа жизни – Пречистого Тела и Крови Христовой. Не допущу лютеранина, или католика, или реформата съесть плода сего древа, доколе он не отвергнет погрешности и неправости своего вероисповедания. Плевела47 стараются подражать пшенице, и Лютер думает преподавать Евхаристию, но нет Евхаристии у Лютера. Ибо где преемство рукоположения священника, коему одному дана благодать, дар и власть совершать это пренебесное Таинство?

Да держатся православные своей Церкви, своих учителей, да участвуют в богослужении, да приемлют с усердием и благоговением Таинства, да исполняют заповеди Христовы, да ревнут о кротости, смирении, непамятозлобии, милосердии, целомудрии, воздержании.

Чрез любовь и пристрастие к земным вещам (например, к блестящей одежде, сластям, деньгам и пр.) отпадаем сердцем от Божественной любви. Но не прах ли все вещи, хотя и блестящие, все сокровища, все сласти, все деньги и вообще все вещи? Тебе нравится блеск, сияние – возлюби его в Боге, Источнике и Первоначале всякого света; тебе нравятся сладости – советую тебе искать их в Боге, Который есть бесконечная Сладость во всю бесконечность веков; тебе нравятся земные сокровища, но они тленны – советую тебе стяжать Бога в сердце, Который есть нетленное сокровище. Красота лиц и одежд тебе нравится, но и красивые лица, и красивые одежды тленны – советую тебе воображать и возлюбить неизреченную доброту, или красоту лица Божия и искать прекрасного и нетленного одеяния во Христе. Это одеяние превосходит своею нетленною красотою, светом нетленным всякое земное одеяние, а доброта лица Христова превосходит всякую земную красоту, которая тленна и скоро помрачается. Любовь к вещам, или плотская любовь, есть прелюбодейная, идолопоклонническая любовь, которая делает нас чуждыми Богу и лишает нас жизни Божией, мира Божия, святыни, света, силы, свободы.

Если ты во время богослужения смущаешься при виде множества народа или богатых и сильных мира, то ты еще и сам плотян, и на других смотришь очами плотскими. Не все ли подобные тебе человеки, не одинаковая ли у всех душа, не одни ли духовные потребности, не все ли находятся под державою единого Царя всех Бога? А ты кто? – Ты служитель живого, бесконечного, всесильного Бога, уста Его, как бы друг Его. Вы друзья Мои, говорил Господь апостолам [Ин. 15, 14]. Взирай на это множество народа как на множество воды. Приводит ли тебя в трепет вода, когда ты стоишь на берегу или на безопасном судне? Нет. Так и здесь. Пред тобою народ, а ты стоишь или должен стоять на твердом основании – Боге всяческих.

Работать земным благам – значит опираться на иглу или брать руками терние: они ломаются и бодут, уязвляют душу и тело, – значит связывать свободный дух свой, то есть созданный свободным, омрачать свет свой – а что дороже свободы духа, света духовного? Значит лишать себя мира – а что вожделеннее мира?

Даруй, Господи, и мне, и всем людям Твоим всеми мыслями, всем сердцем, во все житие стремиться к Тебе, первоначалу всех, источнику воды живой. Даруй всем познать ложность путей их настоящих и уклонитися от путей лукавых на путь истины и живота вечного; да познают все лесть греха и гибельность его.

Господи! Внутренно присно Ты пасеши мя, являеши во мне, во глубине души моей, державу Твою, силу Твою и славу Твою, и вем, яко и в прочих людях являеши тако Царство Твое, Царь всех, Царь всех веков! Слава Тебе, Пастырю добрый, слава Тебе, Царь всемогущий!

Освобождай себя из-под власти чувств, наипаче зрения, вкуса, осязания, ибо чрез них прелестник диавол особенно искушает род человеческий, как видим, испытываем это на себе. Чего мы не делаем для взора своего и других, сколько заповедей Божиих нарушаем! А работая вкусу или чреву, осязанию, какими существенными обязанностями пренебрегаем!

Берегись ежеминутно греха: не знаешь, где он тебя поймает при малейшей твоей неосторожности; смотри, не подкрался бы он со стороны женского лица и не уязвиться бы тебе плотской любовию и не наложить на себя этих прелестных уз. Но, уязвляясь плотскою любовию, ты сделаешься врагом Божиим и отпадешь от Бога и жизни Его и лишишься сердечного мира и свободы духовной.

19 мая.

19 мая. Троицын день. Благодарю Тебя, Пресвятая Владычице, яко даровала еси мне ныне благодать во время литургии выговорить по именам царский дом, о чем я молил Тебя у образа Твоего стоя, пред самым выходом. Я взывал к Тебе: яко имущая державу непобедимую, от всяких мя бед свободи; и Господа Бога так же умолял, говоря: сердце мое немощное и колебимое полагаю в силу Твою, Господи: то, что невозможно мне, возможно Тебе, сотвори силу с рабом Твоим. Ищите благодати, братия: с благодатию истинная жизнь, свет, мир в душе, истинная свобода, при помощи ее удобно переносить скорби, лишения, можно побеждать все страсти; она – очищение грехов, она делает нас способными на всякое доброе дело, она делает нас любезными и вожделенными Богу и людям. Просите, ищите благодати, братия мои. Без благодати нет истинной жизни.

С какими мыслями и чувствами вы смотрите, братия, на образ Божией Матери, держащей на Пречистых руках Предвечного Младенца? Вот с какими мыслями взирайте: чрез вочеловечение от Пресвятой Девы Бог соединился с человеками и обожил нас, воскресение и бессмертную жизнь даровал нам. Возвысив безмерно естество наше, Он, Господь Бог наш, хочет, чтобы мы жили достойно своего христианского звания, во всяком благочестии и чистоте, и горняя мудрствовали, а не земная. О, кто может без слез умиления взирать на икону Божией Матери с Богомладенцем, воображая столь крайнее снисхождение для нас Божества!

Если замечаешь внутренним оком и ощущаешь сердцем, что в плоти твоей начинает разливаться нечистый огонь плотской страсти, или злобы, зависти, или же сребролюбия, то знай, что к тебе приразился враг и тебе необходимо сейчас же облечься в духовное всеоружие или, немедленно уединившись, стать на молитву и искренно молить Бога о спасении от бури страстей.

Взирая на крест и Распятого на нем, помышляй, каковы должны были бы быть мои страдания (вечные) и какова должна бы быть моя смерть (вечная), если бы Сын Божий воплотившийся не пострадал и не умер за меня! Если правда Божия так наказала за меня возлюбленного Сына Своего, в Немже не обретеся лесть [1Пет. 2, 22], то как бы был наказан я, безмерно прогневавший Его святыню, правду и благость бесчисленными грехами? О, с любовию, страхом и благодарением да лобызаем всегда, братия, крест Господень и Распятого на нем Господа Славы!

Святые Божии человеки, поставив себе целию жизни спасение души, очищение сердца, отложение ветхого человека и облечение в нового, непрестанно, неустанно трудились, достигая этой цели, не зря вспять – в мир, и с помощию благодати Божией получили желаемое. Мы почему остаемся всегда с теми же грехами или еще новых прибавляем? Потому, что не приняли решительного намерения оставить грехи, очистить сердце, распять плоть со страстями и похотями, отринуть ветхого, облечься в нового человека, хотим работать и миру и Богу.

Когда мы чувствуем во время богослужения в сердце смущение и боязнь, сомнение в выговоре священных слов, бессилие, противодействие, да ведаем, что это – действие духа злобы, который старается ниспровергнуть все богослужение, внушить неуважение и ко всему вообще служению Господню, и в особенности – к некоторым Таинствам, к молитвам, к выражениям, к именам. Надо с особенною силою выговаривать те молитвы, слова или имена, которые выговаривать препятствует супостат и к которым внушает он недоверие, неуважение, пренебрежение, смущение, страх, боязнь, сомнение, – побороть благодатию Божиею.

Так как враг не может прямо ниспровергнуть богослужение, то он употребляет хитрость, достойную себя: устрояет театры, клубы и другие увеселительные заведения, учреждает своих жрецов – актеров и жриц – актрис, и другие подобные лица, заманивает в эти храмы свои неопытных и отвлекает таким образом весьма многих от храма, ибо стоит только несколько раз сходить по охоте в театр, чтобы потом чувствовать к нему влечение и отвращение от храма. Ибо враг старается всеми мерами привязать к своему храму любителей своих. Кто имеет уши слышать, да слышит! [Мф. 11, 15].

В противодействие слову Божию враг старается распространять свое слово – тлетворные книги, которых в нынешний просвещенный век особенно много; вообще видим, что злодей во всем хочет подражать Богу, только в обратную сторону.

Как во время богослужения, так и во всем житии необходимо доброе размышление и самодеятельность души, а не слепое подчинение порядку или беспорядку текущих дел, обычаев, привычек: иначе мы никогда не достигнем совершенства в богослужении, в жизни, в делах житейских. Особенно размышление необходимо при таком важном деле, как молитва или чтение слова Божия. У нас все должно быть разумно.

Такие важные слова, как слова молитв, надо выговаривать с важностию, с весом, с чувством, не торопясь, не легкомысленно; конечно, для этого надо иметь и важное настроение духа и земные мысли и желания отложить.

С леностию надо нам ежедневно бороться, особенно с леностию к молитве, к чтению слова Божия, к составлению душеспасительных сочинений, вообще, ко спасению. Эта страсть ежедневно нас преследует, и с особенною назойливостию. Надо непрестанно делать.

Достойно и правдено всерадостно величати Тя, Богородицу, Еюже мы обожихомся и бесчисленных благ сподобихомся, Яже48 день и нощь молится о нас.

Всемерно старайся на всякое время сохранять в душе тихость и кротость Христову, особенно когда замечаешь беспорядки и опущения, делаемые другими, ибо тогда особенно мы возмущаемся, яримся, порываемся сердцем своим. Мир душевный ставь выше всего, как бесценный дар Божий, по писанному: Мир оставляю вам, мир Мой даю вам [Ин. 14, 27]. Наиболее мы возмущаемся, раздражаемся при беспорядках и опущениях, допущенных известными лицами в деле, в вещах, во времени (когда не пришел кто вовремя). Но яростию разве исправляется беспорядок? – Нисколько. Иногда даже увеличивается; напротив, кротостию, тихостию и спокойствием иногда исправляется или, по крайней мере, уменьшается, и во всяком случае – соблюдается порядок в душе, сохраняется мир душевный, а это уже великое дело.

Ог из-за каких пустых причин, вещей мы часто теряем мир, нарушаем заповедь Господа о кротости и смирении, ярясь на ближних! И дело не поправляем, и себя расстраиваем. Так враг наш ругается над нами, то есть диавол! Господи! просвети сердечные очи наши и научи нас всегда сохранять кротость и спокойствие!

Чего боялся, то и случилось, к чему убеждал себя, то и не исполнил: во время всенощной разъярился на сторожа за то, что отворял окно в алтаре, несмотря на мое приказание не отворять, и сильным ветром нагнало в алтарь много пыли, так что на зубах хрустело. Так злой демон возмутил меня, что я спокойно не мог служить всенощную, спотыкался несколько раз и пропускал слова. Из-за пыли ли я рассердился? Какой вред пыль может причинить? Почти никакой. Впрочем, сильная буря бесовская постигла меня: трудно было стоять и быть мирным: несколько раз припадал к престолу, прося милости и помощи. Первее возмутился при виде отца Матфея (глупо с моей стороны), потом при виде пьяного сторожа (да Бог с ним – всякого не исправишь) и при ощущении сильной пыли в алтаре. Согрешил: не сохранил кротости! Отчего так удобовозмутимо сердце мое? Вероятно, оттого, что много спал днем и пообедал плотно. Воздержание надо от сна и пищи, трезвение в молитве.

Что надо делать в России неотложно? – Ограничить продажу водки (известную меру на известные числа) и запретить ее продавать в дни воскресные и праздничные для простого народа. Запретить надо под строгим наказанием в случае нарушения запрещения. Если мы, образованные люди, часто бываем как младенцы относительно пищи и пития, едим и пьем иногда больше меры любимые кушанья и напитки, так что надобно останавливать нас, чтобы не сделать себе вреда, то что сказать о необразованных, грубых людях? Как мухи до меду и сластей, так они жадны до вина, и как мухи находят часто смерть в сластях, так простой народ в вине. Это сравнение совершенно верно. И сколько умирает народу от вина! Сколько искалечивают себя вином нравственно и физически! Сколько сделалось жертвами вечного геенского огня из-за пьянства! Государю императору надо обратить особенное внимание на это зло. Иначе он ответит за невнимание на Страшном Суде пред Царем царей и не избежит строгого осуждения за нерадивое пастырство.

Тело, как временная, органическая одежда души, тленно и не составляет прямой жизни человека: истинная жизнь есть жизнь духовная. Разорви, уничтожь одежду человека – сам он останется жив; так по убиении, по смерти, нетлении тела, душа остается жива. Да прилагаем же наибольшее попечение о душе, о ее спасении.

Благодарю Господа, Врача души моей, исцелившего меня двукратно пред самым началом литургии, когда грех уязвил меня и смутил уязвленное сердце. Припал я с сердечною мольбою к престолу Его, сначала в Петровском приделе, а потом в главном храме, и помиловал меня Многомилостивый вскоре – как ничто, во мгновение отъял лютую скорбь и тесноту мою. Слава страшному и живоносному престолу Божию! Слава седящему на престоле Спасителю и Судии нашему, испытующему сердца и утробы наша и воздающему каждому по делом. Благодарю Господа, удовлившему меня совершить непреткновенно литургию и молебны в церкви в день Владимирской иконы Пресвятой Богородицы, 21 мая, и неосужденно причаститися Животворящих Таин! Благодарю Господа, спасшего меня в квартире отца протоиерея Иосифа Белкина после искушения, наведенного мне врагом из-за диакона Петра Алексеевича Сафронова.

Когда ставишь свечку пред иконою Божией Матери, говори: Мати Света, просвети мою душу, тьму греховную прожени, пламень страстей погаси во мне, от пламени геенского спаси меня.

Что такое: пети Тя во исповедании сердечнем?49 Значит то, что когда молишься, молись искренно, сердечно, когда читаешь псалмы или другие священные молитвы и песнопения или поешь – читай и пой сердечно.

К тем, кои к тебе холодны, неласковы, ты будь ласков и приветлив, ибо в этом состоит закон Христов, чтобы побеждать благим злое и не воздавать злом за зло [Рим. 12, 17, 21]. Кто сердится на тебя по-пустому и не хочет говорить с тобою, с тем ты сам старайся заговорить.

22 мая.

22 мая. Среда. Троицкая неделя. После вечерни венчал две свадьбы спокойно, без пропусков, укрепляемый Божественной благодатию. Молил об этом Господа и, совершив благополучно брак, благодарил Всемилостивого Спаса моего за дар непреткновенного венчания.

Благодарю Господа, даровавшего мне благодать угостить малых друзей Его Серафиму, Александру, Веру и Евгению: я поил их сладким чаем и кормил выборгским кренделем. Просил дара у Господа – и дал дар. Не могу ничего без Господа, ни даже угостить как должно детей, не говоря о прочих.

Тебя, Господи, Твои Животворящие Тайны не променяю ни на какую весну, ни на какое лето: Ты – моя живительнейшая весна, Господи, и Твои Животворящие

Тайны; Ты – мое радостнейшее, светлейшее, теплейшее и многоплодное лето, Господи Иисусе, и Твои Животворящие Тайны. Все едут на дачи – в тени садов, но для меня Ты – Животворящий и цветущий и благоуханнейший сад и Твои Животворящие Тайны. Ей, аминь. Храм Твой для меня – лучший сад. Это мой Едем50, – отчего и не всех?

На всякое время и на всяком месте, когда и где мы встречаемся с нашими ближними, сослуживцами, бедными родственниками, живущими на нашем содержании и в одном с нами доме, или с бедными, просящими у нас ежедневно милостыни, диавол усиливается возбуждать в нашем сердце злобу на них, – мы же должны крепиться всею мыслию, всем сердцем в любви к ним, как Господь наш заповедал нам [Мф. 22, 37 – 39], и не терять Царствия Божия внутри нас из-за сластей и денег.

Лютеране! Отчего вы на портреты прямо смотрите и чтите их, а на иконы Господа Бога, Пречистой Его Матери и Святых Его и смотреть прямо не можете, а потупляете глаза в землю во время молитвы?

А при встрече с богатыми, знатными, учеными, начальствующими – льстим, раболепствуем, угождаем им, боимся их малодушно. О, как все у нас извращено в общежитии! Мая 25 дня, 1868 г. Обретение Главы Предтечи. Суббота пред Неделею Всех Святых.

Литургию совершал сегодня спокойно, твердо, причастился в мир душевных сил и в оживотворение всего существа. Теперь совершенно здоров. Поутру встал безжизненный. Славословие сердечное прогнало болезнь.

Согреших ко Господу: разъярился и вскричал гневно на нищего мальчика, по получении от меня [пятака] еще начавшего просить у меня на что-то. Так-то я опять нарушил заповедь Спаса моего о кротости и смирении и незлобии и вдруг сделал несколько грехов: гордость, злобу, сребролюбие! Презрел единого от малых, Ангелы которых на небесах всегда видят лице Отца Небесного [Мф. 18, 10]. О Иисусе Христе, Агнце Божием, сказано: не воспрекословит, не возопиет, и никто не услышит на улицах [слав.: на распутиях] (гневного) голоса Его [Мф. 12, 19]. А я и пререкание нищему сделал, и возопил на него во гневе и ярости, и слышен был на распутиях сильный и гневный голос мой. Согрешил ко Господу! Милости прошу у Тебя, Содетелю мой, Судие Праведный, всех благих богатый Подателю! Прости мне мое неверие или маловерие, мои злобу, гордыню, любостяжание, зависть, плотоугодие. Се. видел еси, Господи, и согрешение мое и покаяние мое! Яко Многомилостивый, помилуй: се нищему сему воздал четверицею, ибо он истинно бедный.

Даждь мне, Господи, любити Тя в членах Твоих, в теле Твоем, то есть Церкви, и ни на кого не огорчаться, не раздражаться, не озлобляться, но быть тиху, ко всем незлобиву, хотя бы кто и обижал или лукавновал, обманывал, делал вопреки моему желанию или был неисправен, погрешителен. Ко мне Ты долготерпишь, снисходишь безмерно – даруй и мне долготерпеть и снисходить, оставлять и миловать.

Благо есть, дар Божий есть удостаиваться рано призывать Господа и славить Его во храме Его или и дома. Где непрестанно молитва, славословие и наипаче священнодействие Тела и Крови Христовых, Крещения, Миропомазания – там и воздух-то свят и живителен.

Кому я стану завидовать? Мне так бесконечно много дано от Господа. Он Сам Себя даровал мне, а с Собою – все, все небо, жизнь бесконечную, блаженство вечное. Кому и в чем я позавидую? Я пребогат Господом моим. Я не только имею живот, но и лишше51 имам оный в Господе [Ин. 10, 10]. Да не щажу же я вещественных даров Его для нищих людей Его, да преподаю охотно требующим, ибо, по милости и неизглаголанным щедротам Божиим, рука дающего не оскудеет. Если Господь даровал мне живот, и с избытком, то долг требует, чтобы и я подавал бедным милостыню или нужное для жизни с избытком, по мере средств моих. С милостынею телесною надо обильно преподавать и милостыню духовную: учить невежд, грешников вразумлять и обращать на путь спасения, утешать печальных, подавать добрые советы, молиться за других Богу, прощать обиды, не воздавать за зло.

Сколько раз Господь вразумлял меня не яриться, не кричать на нищих (клич), но охотно подавать требуемое истинно нуждающемуся, а я доселе еще не изучил этого урока – ярюсь на нищих (несколько лет ежедневно почти ко мне подходящих) и не даю требуемого! Чего я сам должен ожидать от Господа? Ибо Он прещедр ко мне, а я скуп; Он благ, а я зол; Он кроток, а я зверонравен. Я хорошо знаю, что истинно бедные просят у меня, просят на нужное, и однако же не подаю столько, сколько просят, хотя и очень немногого просят. Безумец и подлец я, окаянный, и вот из-за своей подлости и безумия должен сидеть и писать себе уроки, и каяться в одних и тех же безумных поступках, вертеться, подобно белке в колесе, и ни одного шагу вперед не делать. Когда покажу самоисправление? Когда буду умнее? Доколе пристрастен буду к праху – к этим глыбам земли, называемым деньгами? К этим сластям, к этим одеждам и прочему, что... истлевает от употребления [Кол. 2, 22]? Доколе образ Божий, то есть человек, будет в поношении, пренебрежении? Доколе Господь не будет любим и почитаем в членах Своих, в образах Своих?

Не замечаем, помраченные своими страстями, что Господь тою мерою, которою мы меряем другим, возмеривает нам [Мф. 7, 2; Мк. 4, 24; Лк. 6, 38]: если мы не хотим слышать бедных, просящих милостыни, и Он не услышит нас; если мы скудно и неохотно подаем, и Он уменьшит дары Свои или введет в изъян, в ущерб; если же, напротив, мы будем выслушивать благодушно просьбы бедных и удовлетворять им, и Он благосклонно и скоро будет выслушивать и исполнять наши молитвы; если мы будем охотно и щедро подавать, и Он с радостию и скоро ущедрит нас. О, поистине, тысячекратно возмеривает Господь и правды и неправды наши! Это говорят повсюдные опыты, кроме слова Божия! Да боимся лукавновать в Царстве Божием, в людях Его, да право ходим во всех заповедях Его. Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки [Мф. 7, 12]!

От какой глубокой язвы, от какой смертельной болезни, от какого убийственного дыхания греха пришел спасти нас Небесный Врач, Господь Иисус Христос! Кто постигнет это вполне? – Никто. Только отчасти, по своему опыту, некоторые из нас видят глубину бездны, в которую ниспали мы чрез грех, все бессилие для добра, всю силу и бездну зла, или греха, гнездящегося в нашем сердце. Но и это дает нам видеть просвещающая наши омраченные сердца благодать Божия. Естественным разумом человек это не видит и потому не может видеть и чувствовать всей нужды исправления и иметь силы для этого исправления и обновления.

Грехи потому особенно должны быть для нас мерзки и достойны всякого отвращения, что чрез них растлевается, безобразится, помрачается в нас бесценный образ Божий и мы уподобляемся диаволу, в нас делается образ диавольский, из чад Божиих мы становимся чадами диавола, по Писанию: рождения ехиднова, чада диаволя [Мф. 3, 7; Ин. 8, 44; 1Ин. 3, 10], – таковы грехи: гордость, ненависть, зависть, скупость, любостяжание, ложь, непокорность, блуд и пр.; чрез них мы уподобляемся первому гордецу и злобнику, и скупцу и противнику, и лжецу и нечистому – диаволу. Да сохраняем же чрез добродетель целым образ Божий в себе, да боимся же растлевать его и из образа Божия делаться образом диавола, из наследника Царствия Божия наследниками тьмы кромешной.

Благодарю Господа, сильного в милости и благого в крепости Своей, за помилование скорое и великое, за исцеление глубоких язв сердечных, причиненных грехом. Что не могла сделать домашняя продолжительная молитва, то сделало одно прикосновение к живоносному, славному и страшному престолу Божию во храме святых первоверховных апостолов Петра и Павла: язва сердца, смущение, скорбь и теснота вдруг исчезли, как бы великая гора отпала от сердца, и я сделался мирен, на сердце стала легота и простор и дерзновение. Дивна дела Твоя, Господи! Дивен Ты, Седящий на престоле Славы Своея в храмах христианских, Господи, Судие праведнейший и Спасителю Многомилостивый и Вседержителю! Слава непобедимой благости Твоей, слава неисчетной силе Твоей, Царю веков!

Что делает этих бедняков бедняками? – Наше самолюбие: мы не заботимся об них – милее любостяжание; мы не хотим прикрыть их наготы, жалеем нескольких копеек, чтобы дать им на хлеб. При настоящем движении славянского вопроса надо обратить внимание Правительству России, наипаче Министерству Просвещения и духовенству, на изучение в русских учебных заведениях славянского языка, а то, срам сказать, – многие, многие не понимают славянского языка церковного, многие не умеют читать. Что это за славяне? Что за сыны Церкви Православной?

Читать Евангелие, псалмы, вообще слово Божие, равно молитвы или петь стихиры, каноны, тропари надо с глубокою истиною сердечною, с пониманием сердечным, поставляя себя на место лица, изрекшего произносимые слова. Как мы читаем и поем очень часто? Лживым сердцем и языком, без сердечного понимания и чувства, как барабан. О, если бы мы читали всегда как должно, с чувством и толком, пели сердечно и стройно – сколь многие почувствовали бы сладость, животворность нашего богослужения, сколько вздохов и слез умиления извлекли бы мы у предстоящих, сколько душ обратилось бы к Богу! Но ныне пречасто действие богослужения на душу пропадает из-за нашей небрежности, из-за бессердечности, вялости при отправлении богослужения!

Как безобразна, злополучна жизнь пьяницы и его семейства! Как безобразна вообще жизнь человека порочного! Но это безобразие и злополучие есть праведное ему наказание Божие в этой жизни и вразумление прочим людям, что следовать своим скотским похотям и не жить по-человечески, мудрствуя и действуя к благоутождению Богу, Источнику жизни нашей, есть величайшее зло, извращение природы, низведение себя в ряд бессловесных животных. Но Бог поругаем не бывает [Гал. 6, 7]. Аще кто Божий храм растлит, растлит сего Бог [1Кор. 3, 17]. Пьяницы и блудники Царства Божия не наследуют [1Кор. 6, 9–10].

Наше христианское дело – смиряться, сознавать без ложного стыда все свои гнусные дела и каяться искренно во всех своих беззакониях, а не обманывать себя, не скрывать своих душевных язв и нечистот по какому-то нелепому самолюбию и гордости; как первое преклоняет к нам милосердие Божие и низводит в наше сердце живительную росу благодати Божией, так последнее возбуждает гнев Божий, делает нас чуждыми спасительной благодати и покрывает нашу душу горшею тьмою, предтечею тьмы кромешной.

К Спасителю моему непрестанное обращение мое: в Нем я очищаюсь от греховных скверн, в Нем освящаюсь, в Нем получаю духовную свободу, мир, утеху, дерзновение, силу, свет духовный, исцеление моих немощей. Он есть пучина милосердия, в которой я весь погружаюсь, как в воздухе или в воде.

Младенцы греховные разбивай о камень – Христа – немедленно [Пс. 136, 9]. Призывай усердно Христа Спасителя, когда грех в зародыше, и умоляй о спасении. Благодарю Тебя, Господи, яко спасл еси мя, призвавшего Тя при нашествии злобы в сердце на сестру Анну.

Жизнь народа, и простого, и ученого, и военного, достигает крайнего безобразия. Простой народ пьянствует, сквернословит, невежествен в вере; ученый, военный, купцы не веруют, не ходят в церковь, пренебрегает Таинствами веры, играют в карты, преданы корысти.

Братия! Между существами, сотворенными от Бога, есть временные и преходящие, каковы суть все неразумные, одушевленные и неодушевленные, твари органические и неорганические, да и самый мир, который имеет прейти: проходит образ мира сего [1Кор. 7, 31], – и есть вечные, непреходящие, каковы: Ангелы и души человеческие, сами демоны с их сатаною. Для человека земная жизнь в теле служит только приготовлением к вечной жизни, имеющей начаться после смерти тела. Поэтому надо неотложно пользоваться здешнею жизнию для приготовления к будущей и, работая в будни больше для земной жизни, в воскресные и праздничные дни работать всецело Господу Богу, посвящая их богослужению, чтению слова Божия, богомыслию, душеспасительным разговорам, добрым делам, особенно милосердию. Тяжко согрешает тот, кто пренебрегает делом духовного своего воспитания для вечной жизни в горнем мире. Как можно забывать свое последнее назначение ? Как можно быть столь неблагодарными пред Творцом, создавшим нас по Своему образу и подобию в неистление и для соединения с Собою и искупившим нас Крестом Своим и отверзшим для нас врата Царствия Небесного! Как могут многие из нас прилагаться скотом несмысленным и уподобляться им [Пс. 48, 13]? Горе имеим сердца!

Слава Богу, что дары Божией благости идут у меня не на меня, грешного, а на других, ибо я недостоин по грехам моим и струи воздуха чистого. А самолюбие наше все бы положило на себя, на пищу, питье, дорогие одежды, убранство комнат, на приобретение разных дорогих вещей, на посуду, на экипажи и пр.

Объяснить принадлежности храма и все богослужение, особенно литургию и что ею изображается.

Мы говорим ежедневно в утренней молитве Божией Матери: отжени от мене забвение, неразумие, нерадение и пр., и должны отлагать неразумие духовных предметов чрез старание выразуметь, по возможности, насколько доступно нашему уму и сердцу то, что читаем и поем дома и в церкви, вообще всё, что совершается в храме, ибо как от неразумия ходим во тьме и заблуждаемся и работаем страстям различным, так от разумения просвещаемся, проникаемся святыми чувствами, каемся, очищаемся, исправляемся. Поэтому надо разуметь богослужение, чтение и пение и обряды и предметы каждой службы, разуметь Евангелие, Апостол, Псалтирь и прочие книги церковные.

Зачем противиться Богу, завидуя собрату своему, которому Бог посылает богатство? Да и как ты столь неразумен доселе, считая за что-то великое множество денег, которые бывают причиною погибели души человеческой, окаменяют и развращают сердце, отторгая его от Бога? Да и мало ли ты имеешь сам для временной жизни? Не в изобилии ли имеешь пищу, питье, одежду, не хорошее ли жилище; не имеешь ли даже избытков помогать бедным своим родственникам и другим бедным, и не должен ли благодарить за это Господа всем сердцем и тщательно исполнять Его заповеди и не сочетоваться с врагом Его – диаволом, поучающим нас исполнять диавольские свои прихоти, как-то: завидовать ближним, питать к ним ненависть, прилепляться к земным вещам, а о небесном своем назначении и о вечной жизни и не думать, полагать свою надежду на богатство – на множество денег, а не на Бога, все подающего. Но положим, что ты беден, – тем паче не завидуй. Иисус Христос не имел, где главу подклонить [Мф. 8, 20], апостолы почти все были из бедных людей, многие из святых нарочито оставляли для Христа и ради Царствия Небесного, продавали имение и раздавали нищим, чтоб стяжать имение пребывающее, вечное на небесах, чтоб не связываться узами забот и пристрастием, неизбежных с земным богатством. Возлагай упование на Бога, питающего всякую тварь, и работай всем сердцем Ему, твоему Создателю. Ты – христианин, то есть гражданин горнего Царствия, ты странник и пришлец на земле. Тебе уготованы блага небесные, нетленные, превосходящие всякий ум, всякое описание, слово. Как же ты столь бессмыслен, что ценишь эти тленные, ничтожные земные блага и прилагаешь к ним сердце свое, долженствующее прилепляться к единому Богу? Зачем меняешь эти призрачные, эфемерные блага на истинные и непреходящие? Смотри, как ты безумен. Возверзи на Господа печаль твою, и Той тя препитает [Пс. 54, 23]. Ищи Царствия Божия и правды Его, и сия вся, то есть земные блага, приложатся тебе [Мф. 6, 33]. Как искать Царствия Божия? Очищай себя от всякого греха, от всякой страсти, от гордости, зависти, вражды, любостяжания, блудной нечистоты, невоздержания и лакомства, от лицемерия, лукавства, лицеприятия, жестокосердия и немилосердия, своеволия и упрямства. Будь непрестанно кроток, смиренномудр о себе, почтителен и дружелюбен, доброжелателен, услужлив, правдив и беспристрастен, миролюбив, мудрствуй горняя, а не дольняя; будь доволен малым, не имей сытости в Божественном, люби врагов и молись за них, отвергайся себя, терпи обиды, но сам не обижай; будь воздержен во всем: в мыслях, в пожеланиях, в словах, в пище, питье, одежде, будь милостив и сострадателен, – и Бог вселится в тебя и будет царствовать в тебе к твоему благу и блаженству. Не замечаешь разве, как чрез пристрастие к благам временным, чрез зависть, вражду, чревоугодие, лакомство, блудную нечистоту и прочие страсти враг человеческий утверждает в нас свое смертоносное, лживое, мерзкое владычество? Итак, не завидуй никому из земных счастливцев. Посмотри на святых, как они смотрели на земное счастие? Не так ли, как на камень преткновения? Не так ли, как на узы и путы? Не раздавали ли богатство бедным? Не оставляли ли мирские почести, пышные одежды, великолепные дворцы и нищету ради Бога не считали ли безопасным делом? – Так, потому что на все земные блага распростерты сети вражии. Прочитай историю искушения Спасителя в пустыне [Мф. 4, 1 – 11; Лк. 4, 1 – 13]. Блажен, кто желает небесного, ибо он будет вечно с Богом, Который любит души, мудрствующие горняя. Помни, христианин, что на земле непрестанно свирепеет враг Бога и человеков – диавол и ведет войну с наследием Божиим, что мы воины и должны непрестанно быть в подвиге с страстями (которые суть его горькое и смертоносное семя, или плевелы), а именно – с пристрастием к земным благам, с завистию, скупостию, любостяжанием, гордостию и пр. страстями.

Умеючи надобно обращаться с теми людьми, которые живут вместе с нами, к которым мы привыкли и с которыми мы имеем неприятные столкновения и враждебные отношения, ибо чувство охлаждения и вражды возобновляется в нас всякий раз, когда они покажут нам хотя малеишии вид нерасположения или хоть отчасти будут нам противиться. Надо искоренять из сердца всякое чувство вражды, все простить ради Христа, прощающего нам все прегрешения, и любовно обращаться со всеми, даже недоброжелателями и врагами, по слову Господню: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас [Мф. 5, 44]. Надо умеючи, говорю, обращаться с этими людьми, потому что в этом случае надо быть врачом и себя и их, ибо все мы болим душевно гордынею, злобою, завистию и другими болезнями духа. Особенно надо врачевать себя от гордости, которая препятствует заговорить с обидевшими нас или прекословившими нам, или вообще причинившими чем-либо неудовольствие нам. Глубоко надо насадить в сердце смирение, незлобие, беспристрастие к земным вещам. Враждебно относящийся к нам человек весьма часто готов бывает примириться с нами, лишь бы мы мирно заговорили с ним, – но мы часто сами, по гордости и злобе сердца своего, снова вызываем его на вражду, сказавши к доброму слову и недоброе или уязвивши снова словом укоризны. Надо владеть собою, своим сердцем и принуждать себя действовать и говорить во всяком случае по одному доброму началу, отвергнув совершенно двойственность, то есть действие то по доброму, то по злому началу. Всякое зло в себе совершенно возненавидеть и отвергнуть, а других уважать и, уважая, жалеть их, если замечаем в них зло, и, ненавидя всякое зло, не питать ненависти к одержимым злобою, как ослепленным и пораженным от злой силы, как пленникам сатаны.

Благодарю Тебя, Господи, спасающего меня от духовного плена и изводящего на духовную свободу.

Злоба проявляется различно, под разными благовидными предлогами. Например, если мы в пост употребляем постную пищу и настоим на том, чтобы и домашние употребляли такую же, тогда как они употребляют скоромную, то злоба вместе с завистию и скупостию в сильной мере пробуждаются и огнепально действуют в нас под предлогом ревности в соблюдении поста, о угождении Богу и спасении души. Но именно злобою, завистию и скупостию и нарушается пост, ибо поститься надо прежде всего от душевных страстей, а потом уже от телесных пожеланий и прихотей, или по крайней мере надо поститься вместе и телесно и духовно. Если я ем постную пищу и не удерживаюсь от злобы, не упражняюсь в кротости, то я хуже всякого, ядущего скоромную пищу, но не имеющего злобы. Или – лучше есть в пост скоромное, чем питать злобу, ласкать честолюбие, таить в сердце зависть или скупость и пр.

Где сластолюбие и любостяжание и рассеянность, там диавол запустил лапу свою и растянул хвост свой; где блуд с помыслами скверными, там впился диавол в сердце и плоть окаянного блудника; где гордость да злоба, зависть, непокорность, там диавол воцарился и в сердце грешника трон свой поставил и рабом смиренным имеет его. Да бережемся, братия, всякого греха, как самого диавола, начальника его, да держимся всеусердно добродетели.

Чрез грехи блудной нечистоты падает искреннее уважение к человеку, искореняется до основания истинная любовь к нему, если мы не обратимся искренно и не покаемся и не получим от Бога снова благодати истинного любления. Особенно ниспровергается любовь к человекам чрез грехи содомские. Много адских мучений придется вытерпеть рукоблудникам и разжигавшимся похотию друг на друга; дух блудный и дух злобы будет нередко теснить их до крайности, до смерти; но блаженны, если они перенесут эти мучения, ибо чрез эти огненные, адские скорби очищается и смиряется дух и блудные нечистоты иссякают. Вообще, надо считать за великое духовное благо скорби, как прижигания и отсечения.

Что дает Бог, за то благодари Его, а чего не дает, хотя бы, казалось, было даяние в руках твоих, но восхищено другими, не домогайся и не истязуй52 у взявшего и будь покоен, говоря: буди воля Господня (по поводу дачи молитвы отцом Матфеем родильнице – духовной моей дочери Туркиной, когда я был дома). Тут-то и покажем веру [нашу] на Господа и покорность Его заповедям. Откуда в нас эта палящая и бодущая жажда земных благ, идущая в разрыв с нашим небесным назначением? Отчего не жаждем небесных благ? Отчего неумеренность в употреблении их, земных даров, например, в пище, питии, одежде, когда умеренно не вредно и полезно, а неумеренно – вредно и для души и тела? Например, ешь-пей умеренно – это полезно, а объядение и пьянство вредно [...] Роскошь в одежде – вредно для души и для ближних, потому что чрез роскошь отнимаем насущные потребности у ближних.

От сердца помышления злая исходят, прелюбодеяния, любодеяния, лихоимства, хулы и пр. [Мф. 15, 19; Мк. 7, 21], – вот всегдашние болезни нашего духа. Отчего мы не искореняем их? Как бы мы были блаженны, если бы жили по заповедям Евангельским, по воле нашего Господа и Спасителя? Будем обращать тщательное внимание на внутреннюю нашу жизнь ежедневно.

В день первоверховных апостолов Петра и Павла сказать слово о том, чему нас научают апостолы: не жаждать земных благ – они преходят, стремиться к Небесному Царствию (земные блага – дым, сон, пар).

Если Бог воплотился и восприял все наше естество, душу и тело, то ради этого величайшего таинства приобщения Господа нашей плоти и крови мы должны очистить себя от всякой скверны плоти и духа, творя святыню в страхе Божием [2Кор. 7, 1].

Не отчаивайся кающийся грешник, ибо в том и состоит благодать пришествия Христова, Его воплощения, учения, страданий, смерти, погребения и воскресения, чтобы помиловать нас, кающихся, очистить нас, оскверненных всякими грехами, спасти от уныния и отчаяния, поселить в нас дух упования, дерзновения, любви, освятить нас, обновить, непрестанно помогать (может и искушаемым помощи [Евр. 2, 18]), заступать, миловать и спасать. Итак, не унывай и не отчаивайся кающийся грешник. Во Христе тебе открыты все сокровища милосердия Божия, все щедроты отеческие Его благости, премудрости, силы. Если Бог за нас, кто против нас? [Рим. 8, 31]. Старайся чаще быть при литургии и размышлять о совершающемся в ней. В ней высказалось все богатство Божественной любви к грешникам, к миру. Так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную [Ин. 3, 16].

Не исправляемся мы оттого, что все засматриваемся на чужие грехи и хотим поставить всех по-своему, то есть заставить жить так, как бы нам хотелось, забывая, что все – свободны и Сам Бог никого не лишает этого драгоценного дара, никого не принуждает жить по Его заповедям, а только ублажает исполняющих оныя, изображая благие последствия исполнения – обладание Царствием, утешение, наследие земли, насыщение правды, помилование, зрение Бога, сыноположение, великую мзду на небесах [Мф. 5, 3 – 12] – и горькие последствия неисполнения, – горе, скорбь и тесноту, геенну огненную, муку вечную. Итак, бросим пустой труд смотреть на чужие грехи или выдумывать несуществующие, а примемся за исправление самих себя, за лечение своих душевных недугов: самолюбия, самомнения, самоутодия, своенравия и упрямства, кичения, неуважения достоинств и прав подобных нам людей, суетности и тщеславия, честолюбия, зависти, злобы, чревоугодия, жадности и пресыщения, блудной похоти, нерадения и лености, забвения, уныния и мирской печали, дерзости, грубости в обращении, ропота и хулы на Бога, отчаяния, рассеянности и сопряженных с нею грехов – пьянства, театра, азартных игр, пересудов, смехотворства, лености внимать самому себе, углубляться в познание себя, жажды дарового богатства, обмана, лжи, лицемерия фарисейского, или внешнего, кажущегося благочестия, лицеприятия, или пристрастия к лицу, ложного стыда, суетной боязни или суетной угодливости, малодушного умолчания истины, нетерпеливости, недовольства, запальчивости и вражды, празднословия, кощунства, божбы, легкомыслия и непостоянства, неуступчивости, прекословия и пр. грехов.

Ужели толикое53 попечение Божие о нас оставим туне? Какое? – Бог послал на землю Сына Своего Единородного, дал Евангелие, Таинства, руководство Ангелов, пастырей Церкви и Святую Церковь и пр.?

К разряду пищи или пития отнести курение табаку? – Если ни к тому, ни к другому, то зачем же человек придумал себе такое неразумное действие, к чему измыслил эту новую похоть, эту искусственную жажду, вредную во многих отношениях: в отношении телесном,

нравственном и экономическом? В телесном – ибо посмраждает дыхание, естественно раздражает нервы, несколько одуряет, а многих от излишнего употребления ввергает в болезнь и подвергает преждевременной смерти; в нравственном – потому что умножает собой прихоти, усиливает самолюбие, лишает нищих милостыни, насущного хлеба и одежды; в экономическом – потому что требует значительной траты на покупку табаку и принадлежностей к нему.

Благодать Божия не тоньше ли дыму, и если мы будем с жадностию вдыхать в себя дым табачный, не удалится ли она от этого грубого, плотского удовольствия, от этой прихоти, а с другой стороны, не войдет ли в наше сердце тайным образом, как тать, тот вор, который учит нас всем похотям и прихотям и изгоняет из сердца истинные желания наши? И, во-первых, не прогоняет ли курение дух молитвы сердечной, не ведет ли к привычке многих вовсе не молиться? Ибо многие вместо того, чтобы помолиться, от сна встав, принимаются за табак, за папиросу, сигару, трубку, и уже после этого до молитвы ли? [Здесь-то] курение оказывается как бы выкуриванием духа благодати, живущего в нас. Вечером так же: натянутся табачного дыму – и до молитвы ли после такого удовольствия, а если и будут молиться, будет ли молитва пламенна, когда внутренности наполнены этим зловонием? Благодать Божия тонка и чувствительна, и она удаляется от всех прихотей и похотей плотских. Я знаю многих курящих, которые почти вовсе добровольно не молятся дома, а только в церкви, где собор молящихся невольно, так сказать, заставляет молиться. Как пьяница привыкает не молиться, так и курящий табак, потому что и курение по своему действию подобно пьянству, поколику одуряет, опьяняет курящего; как пьяница не знает сытости в вине, так не знает сытости в табаке и курильщик.

Все мы водимы земными, плотскими желаниями и прихотями, все долу зрим и редко, редко водимся горними желаниями, хотя и имеем горнее предназначение, а оттого – гордимся (земными преимуществами: мирским образованием, мирскими отличиями, красотою, родом, богатством, успехами и пр.), враждуем – опять из-за земных вещей, но и более – завидуем, когда другие имеют больше, а мы – меньше; скупимся, предаемся жадности, невоздержанию, сребролюбию, нечистоте блудной, да и все почти грехи происходят от пристрастия к земному. Если же бы мы водились горними помыслами и желаниями, эти и прочие страсти, делающие несчастною жизнь нашу, не имели бы места: мы были бы смиренны, кротки, благостны, доброжелательны, щедры, исполнены любви друг ко другу, терпеливы, воздержны, чисты и пр., потому что будущие блага бесконечны, неиссякаемы, неизреченны, независтны, мирны, удовлетворяют всех без убытка.

Скверная буря бесовская нашла на меня сегодня в пансионе Семгиной; нечистый огонь похоти внедрялся в членах моих: я смутился, срамота покрыла лице мое, сердце, ум и уста обессилели для слова истины; нечистый подстрекал меня к нечистоте, делал мне насилие – я был сам не свой. Боже мой! Какие козни! То сластями палит меня, то злобою, то завистию и скупостию, то любостяжанием, то жалением, то желанием страстнобеспокойным и палящим блестящих и красивых одежд, то гордостию и противлением, то расслаблением, леностию, апатичностию, унынием, тоскою, то поражает страхом и боязнию и ложным стыдом. А все беды происходят от моего сластолюбия: от яиц, употребленных в пост, от коренной рыбы, от табаку (немножко покурил вчера вечером), от чаю сладкого, от мягкой, вкусной булки. Укрепи меня, Боже, не пить чаю по утрам, и да не возьму вовек сигары или папиросы. Да распинаю плоть свою многострастную, душетленную воздержанием, бдением, молитвою, трудами, послушанием, терпением озлобления и проч.

Как всякое слово, искренно произносимое или в сердце глаголемое во время молитвы, вносит с собою Царствие Божие и поддерживает его в нас и в других, искренно с нами молящихся, так лицемерно произнесенное хоть одно слово лишает нас Царствия Божия и вводит в сердце виновника льсти – диавола, или, вернее, сам диавол вторгается чрез слово, льстиво сказанное, например с ложным стыдом, с ложным страхом или боязнию, с помыслом скверным, лукавым или хульным и пр. Потому, во время молитвы надо всему быть оком или очами, наподобие многоочитого Херувима, чтобы отвсюду видеть козни врага и предотвращать их.

Всякий раз, как пить чай – эту прихоть, это новоизмышленное питие, взятое у китайцев, враг смущает меня и поставляет во враждебное отношение к домашним. Зачем же я доселе поддаюсь ему? Зачем пью чай утром? Жажды вовсе нет.

Как мы, так и ближние наши бываем боримы страстями, люте подстрекаемые ими, – в это время надо беречь нас, не раздражать, ласкать, успокаивать, утешать. Как желаем, чтобы с нами обращались другие, особенно во время свирепства страстей, так должны поступать и мы с ближними. Все мы – больны грехом, этим воспалением души. Врачевство – любовь, кротость и смирение. Сердце – средоточие, седалище всех болезней душевных. Иногда одно слово ласковое совершенно исцеляет душу, прогоняя из ней злобу диавольскую. Надо только иметь смирение и не помнить зла, но все прощать ради Господа, все нам прощающего. Доколе огонь страстей, этот душетленный пламень адский, будет тлить нас, доколе будем давать в себе место диаволу? Да воцарится в нас навеки Господь, да приидет Царствие Его, да будет воля Его, яко на небеси, и на земли. Или привыкли ко греху, закоренели в нем? – Благодать Божия сильнее привычки, только пожелаем всем сердцем оставить страсти, только помолимся усердно Господу, да пошлет Он нам росу благодати Своей, заступающей, спасающей, милующей и сохраняющей.

Крест – любовь, символ любви; держись креста и любви: долготерпи, милосердствуй, не завидуй, не превозносись, не гордись, не бесчинствуй, не ищи своего, не раздражайся, не мысли зла, не радуйся о неправде, а радуйся о истине, все покрывай, всему веруй в Писании и предании, всегда уповай, все терпи, никогда не переставай любить [1Кор. 13, 4 – 7].

Человек достоин жалости в своих страстях, а не озлобления и мщения.

Епископский и иерейский сан – обожение, чрез епископов и иереев и прочие обожаются. Какое почтение прилично священству! Какую силу имеет его благословение!

Время от времени диавол усиливается раздувать в нас пламень злобы, зависти, скупости, любостяжания, чревоугодия, лености и пр. страстей. Надо непрестанно воевать с ними и насаждать противоположные им добродетели.

Аще же око твое... рука или нога твоя соблажняет тя... [Мф. 5, 29 – 30]. Этим образом речи внушается, что страсти сделались в нас как бы естественными, как члены наши – око, рука, нога, но что все-таки надо вырвать или отсечь их, несмотря на болезненность, ибо

иначе не избежать геенны, ибо ничто скверно или нечисто не внидет... [Откр. 21, 27].

Черствость, грубость нрава, отчуждение, смущение, боязнь – от диавола. Сколько духовных недугов, немощей, безобразий наводит диавол на людей!

Господь может разрушить все дикие наросты сердечные.

Учись борьбе, терпению, горнему мудрствованию, презрению дольних сластей и блеска: все земное скоротечно, как сон, и не имеет существенности, пребываемости, как дым и пар; хоть тысяча лет, но и она протечет и покажется по своем окончании как один день. Субботство, вечный покой для трудившихся здесь в угождении Богу. Надо трудиться, стремиться к жизни вечной.

Как будто вы одни поселены на земле [Ис. 5, 8]. Выживал чрез меня враг тестя, а теперь выживает свояченицу. О, сатанинская злоба! Не пришлец ли я? Не принят ли я, не обласкан ли? Выживает протоиерея, отца Матфея, тогда как они здешние, а я – пришлец.

Смотри, целуй, приветствуй не друзей только, но и врагов и презирай палящие стрелы злобы врага, коими он подстрекает тебя враждовать на ближнего. Скажи ему: все мы братия во Христе и должны жить в любви; погрешности же взаимные предоставляем Христу Богу, Судии и Спасителю.

Сдержанность характера и воли, самообладание.

Согрешающих вразумляй и обличай в мирном настроении духа, кротко, незлобиво, жалея их, а не презирая, – словом, в духе отеческой кротости, любви, терпения обращайся со всеми, недугующими душевно. Сколько лет мы прожили на свете, сколько раз уязвляла нас наша строптивость, и все еще не научились кротко обращаться.

О чем должно стараться на молитве? Чтобы каждое слово доходило до сердца и проходило чрез него, было сознано и почувствовано.

Человек – существо самое переменчивое: ныне добр, чрез минуту зол; ныне весел, а чрез минуту голову повесил, упал духом из-за какои-либо пустой мысли, пустого дела; ныне разумен, чрез минуту как безумец. Бывает так! Как осторожно надо обращаться с людьми! Как надо всякому исправлять себя, делать себя твердым и постоянным по благодати Божией!

Под осенением благодати Божией я стоял всю литургию в Исаакиевском соборе при служении Преосвященного архиепископа Филофея. В начале служения сердце было обложено какою-то оболочкою житейских пристрастий, земно, дебело, грубо; я начал усердно молить Господа о даровании истинной молитвы, и вскоре низошла на меня благодать Святого Духа, отъяла от сердца земность и грубость и какую-то тягость и тесноту, и глубокий мир и свободу духовную почувствовал я в сердце моем. Всю обедню был во благодати. После обедни был у Константина Афанасьевича Скворцова, директора 2-й гимназии; долго и бойко беседовал о духовных предметах с матерью и сестрою его. О, как земное тяготит нас! Какое средостение ставит между душею нашею и Богом, между вещественным и духовным!

Когда я пришел ко всенощной в Феодоровскую церковь (в Невской Лавре) 4-го мая и хотел предаться всецело молитве, горним помыслам и чувствам, я был парализован по наветам врага опасением и боязнью, как бы кто у меня не вынул денег из кармана: терния сребролюбия и любоименности прободали, беспокоили и мучили меня, я стал чужд душею мира и жизни Божией! Я был опутан сетями врага. Но я не отчаялся в Божием милосердии и начал молиться внутренно Господу, чтобы Он по Своему милосердию расторгнул во мне невидимые сети вражии, простил мне грех пристрастия к земному и даровал мне свободу духовную с духовным и небесным мудрствованием. Когда я так или подобным образом молился, мне мало-помалу становилось спокойно, легко, легче, легче, и боязнь потерять деньги оставила меня (а народу вовсе было немного). Блаженными назвал я в это время всех нелюбостяжательных, потому что они спокойны, не снедаясь жаждою большего и не возмущаясь боязнию потерять то, что имеют и к чему они не прилагают сердца – к временному, эфемерному. И сказал я в себе: этот же враг бесплотный возмущает и теснит меня и в доме моем, внушая и понуждая меня огнем своим жалеть домашним всего сладкого и ценного, а в пост – скоромного и вообще раздувая и усиливая палящую, беспокойную жажду земных, вещественных, грубых сластей и убийственную, горькую вражду на потребителей, и каждый день нарушается тем покой мой, пресекается горнее мудрствование. Привык вор ход ить красть – и крадет; привык духовный убийца к духовному убийству – и убивает. Отврати, Господи, сердце мое от любви к имению и сластям и насади любовь к Тебе и ближнему. Поспешить надо исправлением: терние сластей и сребролюбия возросло и окрепло во мне.

Чтоб жить со всеми ближними в любви и согласии, кротости и незлобии, надо отвергнуться себя, попрать самолюбие, надо умереть духовно для самого себя. (Хочешь любить сестру Анну, отца Павла, отца Матфея... отвергнись себя, не верь себе, говори своим помыслам непрестанно: лжете, лжете! не верю.)

Славлю величие чудес благости и всемогущества, удивленных на мне Господом во время всенощного бдения на воскресный день (на 9-е июня). Не служивши целую неделю, я сделался чрезвычайно немощен духом и подвержен всяческим козням сопротивника – блудным, злобным и пр. Начавши служить всенощную, я возгласил славу Святой Троице в немощи духа, а слов Приидите, поклонимся и припадем Христу, Цареви нашему Богу и пр. по какой-то боязни, малодушию и немощи, наведенной от диавола, не мог возгласить. Больно, уничижительно было мне не провозгласить этих слов и поддаться врагу, не терпящему славословия Божия, и я начал припадать к престолу Божию и с верою, упованием и любовию целовать его и просить у Господа, Седящего на нем, силы для искренней молитвы, чтобы чем сильнее враг препятствовал мне славословить Господа, тем сильнее, живее, искреннее и мне, и всем предстоящим славословить Его, и вскоре же – о, благодать, о, скоропослушество Владыки! – я получил, непотребный, дар молитвы сердечной и с теплыми слезами, во истине сердца, из глубины души молился – и по молитвам Служебника, и молитвами, какие внушила мне во время всенощной благодать Духа Святого, и всю всенощную совершил бодренно, горящим духом (Огонь пришел Я низвести на землю [Лк. 12, 49]); от меня перешла благодать и на народ: и они все стояли сосредоточенно, спокойно, в Духе. Я это видел, когда кадил храм во время полиелея. И Христег Свете Истинный сказал до конца, громко, со дерзновением, и прощение братиям. Слава непобедимой благости Твоей, Господи, слава щедротам Твоим, слава силе Твоей! Не оставь раба Твоего, егоже облек еси благодатию священства, помощию Твоею и на будущее время, до последнего моего служения Тебе на земле, до последнего издыхания, да прославляется вера Твоя, Боже великий и дивный, творяй чудеса един! Да не оскудеют на земле ведущие Тебя и боящиеся Тебя! Но, о Владыко, от злобы бесовской избавь меня, ибо она крепко настоит54 мне, крепко нападает на меня, мучит, теснит меня. Помилуй всех, на кого подстрекает меня озлобляться диавол, помилуй и меня, ибо Ты ведаешь, как я немощен и грешен!

И дома вечером удивил на мне Господь милости Свои и силу Свою, когда я читал молитвы вечерние и акафисты – Господу и Пречистой Богородице и канон святому Ангелу-хранителю, даровав мне слезы умиления и спасши меня от злобы бесовской на сестру Анну. Спаси ее, Господи! Соделай ее благочестивою и богобоязненной!

Если из-за пищи скоромной в пост происходит неудовольствие и злоба, то лучше есть скоромную пищу, например молоко, нежели жить в постоянном неудовольствии и вражде. Не губи твоею пищею того, за кого Христос умер [Рим. 14, 15]. Удивительно, в каком рабстве мы находимся у чувств, в каком ослеплении и самообольщении! Так например, раб чрева опытно знает, что излишество в пище и питии весьма вредно для души и тела, теснит, давит дух и тело, подвергает болезням, между тем продолжает есть и пить много и с жадностию; чувствует избыток питательности, тягостный для себя, – все, однако ж, продолжает прибавлять к избытку новый избыток, все равно как бы хозяин судна, чрезмерно нагруженного разным грузом, видя, что оно уже заливается от излишней тяжести, все еще продолжает накладывать в него груз, доколе оно не потонет. То же сказать надо и о человеке любостяжательном. Много у него денег – тяготят они его чрезмерными заботами, опасениями, излишнею рассеянностию мирскою, однако же он все продолжает собирать богатство на черный день, как он думает, или в пользу детей, между тем как о душе позаботиться некогда, войти в ее состояние или в самоиспытание, в сознание и чувство своих грехов и худых наклонностей, столь опасных для души и грозящих вечным гневом Божиим и вечною погибелию души и тела. Богатство собирается, а с ним и жадность к нему усиливается, заботы и скорби душевные, неразлучные с богатством, умножаются, трудность исправления и обращения к Богу усиливается, алчная скупость, жестокосердие к ближним, гордость и самообольщение возрастают, рассеянность также, – и человек, отдавшись весь суете, живет ни для Бога, ни для себя, а для какого-то мечтательного блага, правильнее же сказать, для диавола, коего волю он ежедневно исполняет. Братия мои! богатство аще течет, не прилагайте сердца [Пс. 61, 11]: какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? или какой выкуп даст человек за душу свою? [Мф. 16, 26].

Если я скажу, что Дух Святой исходит и от Сына, я буду подобен вам (папистам и лютеранам) – ложь. О, как гибельно извращать учение Самого Ипостасного Слова и вносить ложь в учение о Духе истины! Невольно припоминаются слова святителя Афанасия Александрийского о вере Православно-Кафолической: еяже кто целы и непорочны не соблюдет, кроме всякого недоумения, во веки погибнет 55 . Говорите после этого, что все веры равны: православная, католическая и протестантская! Кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема [Гал. 1, 9]. Держитесь, православные, крепко своей веры и живите по предписаниям ее.

Почитайте себя мертвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем [Рим. 6, 11]. Помышляй же, брат, что ты как бы мертв для злобы, зависти, гордости, для денег, для сластей, для дорогих одежд, для роскошной посуды, мебели и вообще для комнатного убранства, для ругательств или поношений, для клеветы и осуждения, для красивых лиц и пр. Действует ли на мертвого злоба людская? – Не действует: хотя рассеки на части мертвеца, он не чувствует; ругайся над ним, он не почувствует. Действует ли в нем диавол? – Нет: с той минуты, как глаза его закрылись навеки, все земные блага стали для него как бы ничто, немощнее тени, обманчивее сна; он умер совершенно для зависти; он горько сожалеет о своей прежней слепоте и прежнем заблуждении, что гонялся за призраками и не заботился о снискании истинных, пребывающих, вечных благ. Действует ли в мертвом гордость? – Нет, опять. Ибо душе его по смерти открылось все безумие гордости: почто я гордился, говорит он, я – земля и пепел? Чем я был лучше других, что я имел своего, чего бы не получил от Бога? Как я был слеп для того, чтобы видеть свои немощи, грехи, страсти, и как зорок для чужих слабостей, чтобы осуждать и презирать подобных мне, а себя фарисейски возвышать! Милы ли мертвому деньги? – Конечно нет: с той минуты, как потух взор его, он уже не видит этого обаятельного металла, за которым гоняется мир и, гоняясь, забывает и Бога, и свою бессмертную душу, ее назначение, ее обязанности по отношению к

Богу, к ближним. Со смертию обаятельность земных благ кончается: вещи бывают видимы в настоящем их значении, как ничтожный прах, как прелесть, как сон, как ничто. Таковыми представятся по смерти и сласти, все роскошные столы, вся роскошная посуда, богатое, пышное убранство комнат, пышность одежд, красота лиц – все представится в истинном виде и значении, как прах. Итак, прежде смерти телесной будем помышлять себя мертвыми для греха [Рим. 6, 11], чтобы это вменилось нам в заслугу и оправдание; будем же живы для Бога и всякой добродетели, не сами по себе – ибо это невозможно, а о Христе Иисусе, Господе нашем, то есть при помощи Его, которую будем всегда усердно испрашивать искреннею молитвою.

Да приидет Царствие Твое [Мф. 6, 10], то есть

Небесное, дабы люди горе имели сердца свои, туда, где

их отечество, духовную жизнь проводили, вся ко благоугождению Его и мудрствующе и деюще 56 , и плотские похоти все попрали, чтобы жили в любви, истине.

Господи! Во граде сем и во всех градех и весех множество младенцев, отроков и отроковиц, бедных и беззащитных, – воспитай их, заступи, спаси и сохрани их Твоею благодатию.

Блаженно работать Господу – служить во храме, при всех искушениях сопротивника, при всех преткновениях, ибо чрез это служение и эти искушения изобличается гнездящийся внутри нас враг, входящий в нас многоразлично чрез разные неправильности наши, – и изгоняется, и, если он гнездился под видом болезни или общего расслабления душевного и телесного, – болезнь исцеляется, слабость превращается в бодрость и силу. Слава Господу за все – и за искушения сопротивника, и за изобличение его коварства!

Когда я вижу это множество бедных, без хлеба, без одежды, без приюта, мне приходят невольно на мысль ваши различные прихоти, которые вы придумали себе за удовлетворением всех действительных желаний, – ваши роскошные жилища с богатыми обоями, вашу домашнюю утварь, из которой и одна вещь незначительная, и даже вовсе ненужная стоит десятки рублей; ваши предлинные платья, иногда из дорогой материи, излишками которых можно было бы прокормить несколько нищих в несколько дней; приходят на мысль ваши папиросы и сигары, да и серебряные сигарочницы – эти истинные пустяки, эта глупая блажь, которую вы взяли в голову, в слепоте ума своего; наконец, эти картежные столы, за которыми вы нипочем проигрываете десятки и сотни рублей, между тем как бедным жалеете дать несколько копеек, на насущный хлеб. Поистине, по Апостолу, предал вас Бог превратному уму – делать непотребства [Рим. 1, 28]. Но какой ответ дадите вы Богу, Который все создал и расположил мерою, числом и весом [Прем. 11, 21] и по планам Коего с избытком довольно благ земных для всех тварей Его, наипаче разумных? Зачем вы извращаете Божественный порядок?

Что вся земная жизнь наша со всею суетою, с любостяжанием, чревоугодием, гулянками, играми, хотя бы она продолжалась 70 или 80 или даже 100 лет? – Как ничто, или как призрак, как сновидение. Потому-то истинные мудрецы христианского мира – святые, как-то: апостолы, иерархи, мученики, преподобные, праведные, видя непостоянство и обманчивость земных благ и то, что они удаляют от Бога и от исполнения Его заповедей, все внимание обращали на блага будущие, постоянные, вечные, духовные, и на Страшный Суд всему миру и воздаяние каждому по делам, и всем сердцем во все житие стремились к обладанию небесными благами, которые Бог уготовал от века любящим Его, а земные считали за сор. Ныне же кто из нас не гоняется за земными благами? Кто не имеет к ним пристрастия? Кто думает о будущих благах? Кто с горячей любовию стремится к обладанию ими? Увы! Они считаются иными за мечту воображения! Во всем положусь на Господа, во всех моих немощах и неудовольствиях, во всех обидах от врагов моих – ибо Он исцеление всех немощей, решение всех неудовольствий и совершенное удовлетворение потребностей духа и истинных потребностей тела; Он – примирение врагов моих, ожесточенно нападающих на меня; Он примиряет и меня с ними, когда я негодую на них. Он Сам обиды людские обращает для меня во благо и из горечи извлекает сладость. Положусь же я во всем на Господа и буду доволен своим настоящим положением и окружающими меня людьми, ибо нет человека без греха, без слабости, без страсти: все – люди грешные, наследовавшие от Адама греховную порчу, и я тоже. В том и задача нашей жизни состоит, чтобы подавлять, умерщвлять в себе всякий грех, всякую страсть, быть терпеливым, кротким, подавлять злобу, зависть, любостяжательность, нечистоту блудную, жадность к пище и питью, уныние и пр. и непрестанно молить Господа о помощи, да Сам Он исправит нас, ибо без Него не можем делать ничего [Ин. 15, 5] – так как Он Спаситель и врач душ и телес наших и свет нам во тьме нашей.

Да буду я искренно доброжелателен ко всякому и да желаю другим от души того же, чего и себе желаю: например если люблю сам жить на даче, на чистом воздухе, да желаю того и другому и да не завидую, что он уезжает на чистый воздух; если люблю сам проехаться куда-либо, да не завидую, если и ближние мои проезжаются; да будут для меня удовольствия и выгоды других как мои собственные, равно как скорби, напасти и болезни других – как мои собственные, и да поставляю я свое благополучие и блаженство в Господе, а не в благах земных, не в дачах, не в прогулках, не в деньгах и богатстве – да прилежу о душе бессмертной, своей и других. Да памятую, что земля – страна пришельствия, а не отечество.

Веруешь ли ты в Церковь Единую, Святую, Соборную и Апостольскую, что ты принадлежишь к обществу спасаемых, что ты член Христов, чадо Божие и наследник Христов? Так ли ты живешь, как требует твое высокое звание, как должен поступать в доме Божием, который есть Церковь Бога живаго, столп и утверждение истины [1Тим. 3, 15]?

Какие крайности, равно предосудительные, бывают с нами и в храме во время молитвы и пения, и дома, именно: из-за чьей-либо немощи, слабости смеемся, хотя бы то и уважаемого человека, и смущаемся, трепещем пред сильными мира сего, как будто нам смерть настала как будто бы они нас поглотить хотят, – вот как враг смеется над нами, ибо верю, что это – его дело, а наше – малодушие и маловерие. Господи! покажи нас совершенными имени Твоего ради, непоколебимыми, твердыми в добродетели, благоговейными пред лицем Твоим, на которое и многоочитые взирати не могут. (Случай в соборе за вечерней с одним петербургским господином, певшим стихиры.)

Если у вас нет поста, то купите его! Так пост необходим для провождения жизни Евангельской; но если мы не хотим жить по Евангелию, а по Алкорану57 или по расположению и пристрастию плотскому, тогда зачем пост? Не нужен – потому что пост несколько умерщвляет плоть, охлаждает, облегчает ее. Но замечательно, что самый Алкоран, копируя несколько Евангелие, вводит пост в жизнь мусульман! Так он считается необходимым даже не у христиан! А Лютер превзошел и Магомета – совсем отбросил посты.

Бывши в самом начале июня на стеклянном заводе, я видел, как надувают и растягивают стекло. Удивительное дело, подумал я: огонь превращает песок и прочие составы в огненное тесто, или в огненную тягучую смолу, из которой образуется стекло. Какой великий деятель – огонь! Что не делается посредством огня! Почти все, что есть в нашем доме и в наших руках, делается при посредстве его. Наконец и самый мир превратится58 при его же посредстве. Стихии жег разгоревшись, разрушатся, земля и все дела на ней сгорят. Если так все это разрушится, то какими должно быть в святой жизни и благочестии вам? 2 Петра, 3, 10 и И. Теперь огонь служит нам во всем, хотя иногда и сожигает наши домы и даже людей; но настанет вечность, когда он вечно будет пожирать грешников в геенне! А как мы мало об этом думаем и потому как мало или нет исправления, – сколько пристрастия к мирским вещам!

Следствие употребления мясной пищи – блудное возбешение плоти, нечистые грезы, семяистечение ночию, а днем – тяжесть, уныние, леность, неспособность к занятиям духовным. Вот как худо употреблять мясную пищу проводящим духовную жизнь! Потому монахам возбранена мясная пища, потому и у мирян она отъемлется в постные дни – среду и пяток и во все посты. Только Лютер, не понимавший духовной жизни, в исступлении гордости своей мог отринуть посты. Слава Духу истины и святыни, действующему в нашей Православной Церкви!

Какую я дерзость и безумие сделал сегодня пред лицем Господа Бога: озлобился на церковного сторожа алтарного за то, что он, как мне показалось, удержал половинку царской двери и дал заметить, что я должен читать молитву о даровании дождя при открытых царских вратах. Надо бы благодарным быть мне к нему за то, что сказал, а я озлобился на него за то, что он именно мне это напомнил. Как от сторожа принять замечание! Не гордость ли это и злоба? И не от всякого ли надо принимать истину и правду, как от Самого Бога? Не во всяком ли стороже, нищем надо уважать образ Божий и честно59 иметь его, любить и уважать его, как себя? Подобная гордость бывает и дома, в отношениях моих к свояченице Анне и даже жене Елисавете, в отношениях к частым гостям, к нищим.

Я нравственное ничтожество: без Господа нет у меня истинно верной мысли и доброго чувства и прямо доброго дела; без Него я не могу отгнать от себя помысла греховного, чувства страстного, например злобы, зависти, блуда, гордости и пр. Господь – совершение всего доброго, что я мыслю, чувствую, делаю. О, как беспредельно широка, действующа благодать Господня во мне! Все для меня Господь, и так ясно, постоянно! Моя только греховность, мои только немощи! О, как мы должны любить Господа, изволившего нас воззвать из небытия к бытию, почтить образом и подобием Своим, поселить в раю сладости, покорить всю землю, и когда мы не соблюли Его заповеди и увлеклись обольщением диавола и безмерно оскорбили Творца своего своею неблагодарностию и восприяли в себя качества искусителя: гордость, злобу, зависть, неблагодарность и все его злохудожества, которым он стал нас поучать, как своих пленников, – Он не отринул нас навеки, но благоволил искупить нас от греха, проклятия и смерти, коим мы подпали чрез грех, и Сам в конец веков явился на земле, восприяв наше естество, Сам стал моим учителем, исцелителем, чудотворцем, Спасителем; Сам приял за меня казнь, умер за меня, чтоб я не погиб вечно; воскрес, чтобы и меня воскресить по смерти; вознесся на небо, чтобы и меня возвести туда, ниспадшего чрез грех, и сделался для меня всем – пищею, питием, одеянием, воздухом, светом, очищением, святынею, здравием, силою заступающею, спасающею, сохраняющею и милующею.

Я – ничто, но по благодати священства низвожу дожди на землю; возложением рук и молитвою, наипаче чрез преподание Божественного Тела и Крови, делаюсь вторичным или третичным виновником исцеления болезней; чрез меня благодать Духа возрождает к пакибытию младенцев и возрастных, совершает Тело и Кровь Иисуса Христа, соединяет верных с Божеством; чрез меня решит и вяжет грехи человеческие, затворят и отворяет небо, подает душеспасительные советы, правила и пр. О, как досточтим сан священства! Братия! Видите ли, сколько благодеяний изливает на вас Творец и Спаситель чрез священников. Любостяжание и сластолюбие наше выражается в том, что, когда мы видим нищих, подходящих к нам просить милостыни, у нас как бы поворачивается внутренность от досады на них за то, что они смеют посягать на нашу собственность, и мы не хотим видеть их и часто гоним их от себя, хотя этим нищим часто нечего есть, нечем ног обуть, тело прикрыть, за угол заплатить или нет и копейки на лекарство, чтобы его купить, да попользовать себя. Вот этому-то нелюдимому, злому чувству и надо всегда идти напротив и побеждать его в себе и против воли своей подавать милостыню. Преодолеешь себя – и будет легко и спокойно на сердце и радостно и пространно. Если в другое время опять злоба будет отталкивать от нищих, и опять преодолей ее – опять подай, и опять будет легко. И таким образом навыкнешь распинать страсть любостяжания.

Весьма часто мгла духа злобы окружает наше сердце и не дает нам мирно говорить с нашими ближними, которые раз или несколько нас обидели или выказали свое к нам недоброжелательство. Надо молить усердно Господа, чтобы Он Сам разогнал эту мглу злобы и исполнил сердце наше благости и любви даже и к ним, врагам нашим, – ибо они в ослеплении страстей: гордости, зависти, любостяжания, злобы – не ведят сами, что творят, как не ведали враги Господа Иисуса Христа, всю жизнь гнавшие Его и наконец умертвившие поносною смертию. Надо помнить, что в том и христианская вера состоит, чтобы любить врагов, ибо если любим только любящих нас, что лишше творим? И язычники не то же ли делают? [Мф. 5, 46 – 47].

Всемерно принуждай себя любить тех, которых ты отвращаешься 1) по злому, гордому, завистливому, жадному навыку сердца своего и 2) по тому же характеру не любимых тобою лиц (лицемерному, блудному, своенравному, тщеславному) и тех, которые берут твое даром, туне едят хлеб твой, а не тех только, кои единомысленны с тобою и дают тебе. Этого требует христианская вера. За трапезою Спасителя был и Иуда, и Он не изгонял его. Поборай себя. Будь кроток, незлобив, терпелив, нестяжателен, не жаден, не скуп.

Иногда мы враждуем на домашних или посторонних людей за то, что они удерживают нас от произведения в дело наших страстей – гнева, злобы, жадности, скупости, кражи, нечистоты, роскоши и пр. Как суетна бывает вражда! Какие благодетели бывают часто наши злодеи!

Ищите, во-первых, Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам [Мф. 6, 33]. Как искать, во-первых, Царствия Божия? – следующим образом: положим, ты хочешь идти или ехать, плыть куда-либо по какой-либо житейской, временной нужде, – помолись прежде Господу, чтобы Он исправил пути сердца твоего, а потом и предстоящий телесный путь или чтобы направил путь жизни твоей по заповедям Своим, и желай того всем сердцем и чаще возобновляй свою молитву об этом; Господь, видя искреннее твое желание и старание ходить в заповедях Его, – исправит мало-помалу все пути твои; далее, например если хочешь сделать в комнате чистый воздух или идешь прогуляться на свежем воздухе, вспомни о чистом и нечистом сердце; многие из нас, охотники до освежения комнатного воздуха или до прогулок на свежем воздухе, и не подумают о необходимости чистоты духа или сердца (духовного, так сказать, воздуха, дыхания жизни) и, живя в свежем воздухе, позволяют себе нечистые помыслы, нечистые движения сердца или даже сквернословие и самое сквернодейство плотское. Если ищешь света вещественного, вспомни о свете духовном, который необходим для души и без которого она остается во мраке страстей, во мраке духовной смерти. Я свет пришел в мир, говорит Господь, чтобы всякий верующий в Меня не оставался во тьме [Ин. 12, 46]. Если видишь свирепство и завывание бури и слышишь о кораблекрушениях, вспомни о буре страстей человеческих, поднимающих ежедневный вой и смятение в сердцах человеческих и подвергающих крушению духовный корабль души или корабль общества человеческого, – и моли усердно Господа, да укротит Он бурю грехов, как некогда укротил словом бурю на море [Лк. 8, 24], и да искоренит из сердец наших страсти наши и восстановит тишину всегдашнюю. Если ощущаешь чувство голода или жажды и хочешь есть или пить – вспомни о гладе и жажде души (она жаждет правды, оправдания в Иисусе Христе, освящения), которых если не удовлетворишь, душа твоя может умереть с голода, подавленная страстями, обессиленная, измученная, – и, удовлетворяя телесный голод, не забывай, не забывай утолять тем паче и прежде духовный глад – беседою с Богом, чистосердечным покаянием во грехах, чтением Евангельской истории и Евангельских нравоучений, особенно же причащением Божественных Таин Тела и Крови Христовой; если любишь щеголять платьем или когда одеваешь одежду – вспоминай о нетленной одежде правды, в которую должна быть облечена наша душа, или о Христе Иисусе, Который есть духовное одеяние наше, как сказано: все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись [Гал. 3, 27]; страсть к щегольству весьма часто совершенно вытесняет из сердца самую мысль о нетленном одеянии души и всю жизнь обращает в суетную заботу об изяществе в одежде. Если ты ученик, студент какого-либо учебного заведения, или чиновник какого-либо ведомства, офицер какой-либо из военных частей или технолог, живописец, скульптор, фабрикант, мастеровой какого-либо цеха – помни, что первая наука каждого из вас – быть истинным христианином, искренно веровать в Бога Триипостасного, беседовать с Богом каждый день в молитве, участвовать в богослужении, соблюдать уставы и постановления Церкви, – и до дела, и за делом, и после дела носить в сердце имя Иисусово, ибо оно есть свет, сила, святыня наша, помощь наша.

Грешный, многогрешный я человек: я всем соседям засорил глаза своими грехами, всех оттолкнул от себя – и отца Павла, и отца Матфея. Благо во всех отношениях подавать нищим: кроме помилования на Страшном Суде, и здесь, на земле, милостынодавцы получают часто великие милости от ближних и что другим достается за большие деньги, то им дают даром. В самом деле, человеколюбивейший и праведнейший и премудрый Отец Небесный, чад Коего милуют милостивые, не наградит ли их и здесь в поощрение их к большим делам или хотя к продолжению тех же дел милосердия и к исправлению немилостивых, посмевающихся милостивым? Достойно и праведно.

С любовию делись с бедными: ты знаешь, какую горькую жизнь влачат они, как жестокосерды к ним люди; ни тени горькой злобы не имей к ним в сердце, когда они один за другим подходят к тебе, ибо тяжкий грех злоба, и он со временем возрастает и укореняется, – кроме того, относительно нищих она в высшей степени несправедлива и нелепа.

Благодарю Господа, Царя мира, примирившего меня с братом моим, протоиереем Матфеем и супругою его, Екатериною Николаевною, и даровавшего мне слово к ним. Они несут оба скорби великие от злых языков, а она – от болезни и от языков вместе. Слово дано нам для общения взаимного, для дружества, для утешения друг друга, для научения, для беседы. Когда я начал говорить с ними, обдержавшая меня60 вражда к ним растаяла в сердце и исчезла.

Напрасного гнева или сердчания на ближнего, вражды берегись, как самого сатаны. Знай, что вражда – не прибыль, а величайший убыток для тебя, душе – скорбь и теснота и томление, да и у ближнего отнимает мир и спокойствие, да и нелепа она, ибо разрушает сама себя своею смертоносностию.

Если видишь хотя наружное желание тебе добра от твоего ближнего, коего ты подозреваешь во всегдашней против тебя вражде, – и этому будь рад и благослови его, а не думай, что он притворяется: это мнение – пища для новой злобы. Чтобы не работать непрестанно страстям, надо работать непрестанно Господу, например, заняться какимлибо большим сочинением и трудиться над ним постоянно, отнюдь не давая себе быть праздным, кроме необходимых прогулок и бесед с домашними и приходящими.

Удивительные вещи! Сколько мы ни хлопочем о своем здоровье, как ни бережем себя, каких самых здоровых, приятных кушаньев ни ядим, каких здоровых напитков ни пьем, сколько ни отгуливаемся на свежем воздухе – а все в конце концов выходит то, что подвергаемся болезням и тлению. Святые же, презиравшие плоть, умерщвлявшие ее непрестанным воздержанием и постом, лежанием на голой земле, бдением, трудами, молитвою непрестанною, – обессмертили и душу и плоть свою; наши тела, многопитомые и сластопитомые, издают смрад по смерти, а иногда и при жизни, а их тела – благоухают и цветут как при жизни, так и по смерти. Удивительное дело: мы, созидая, – разрушаем свое тело, а они – разрушая, созидали; мы, обливая его благоуханиями, не избегаем смрада его, а они, не заботясь о благоухании тела, а о том, чтобы душа была благоуханием для Бога, облагоухали свои тела. Братия мои! Поймите задачу, цель своей жизни! Мы должны умерщвлять многострастное тело чрез воздержание, труд, молитву, а не оживлять его и страсти его чрез лакомство, пресыщение, леность.

Как велика наша злоба! Когда придет к нам вопреки нашему желанию сторонний, не домашний человек, особенно на сутки или больше, то мы выказываем свойство зверей: злимся и на пришедшего, и, если привел к нам его не единомысленный с нами из домашних, то и на него. Зачем мы смотрим на ближнего пришедшего как на постороннего, а не как на своего, не как на свой член, паче же – как на Христов, и почему не бываем ему рады, как бы следовало и как желали того себе от других? Это – дикость, зверство, уродливость духовная. Надо с корнем вырывать эту напрасную злобу на приходящих к нам и любить их, как себя, или как желаем, чтобы они нас любили. О, как мы самолюбивы! Как чужды малейшего самоотвержения для ближних! Если ближний занял на время наш угол или выпил несколько чашек сладкого чаю, то этого считаем уже достаточною причиною, чтобы ненавидеть, презирать его. А что мы имеем своего? Ничего: все туне от Бога досталось и легко. Как же жалеть Божьего ближнему, который член наш и Христов? Где любовь христианская? Где милосердие и щедроты? Мы – звери, а наши жилища – берлоги. Не давай себе воли сердиться ни на кого и ни из-за чего. Это диавольская привычка – сердиться на человека тотчас из-за безделицы. Несколько раз сегодня рассердился я на Анну Константиновну, что привела Юлию А.Паш., и раскаивался от всей души в том Господу, принуждаемый теснотою и скорбию сердца, и получил прощение, и легкость, и мир. На злобу других смотри равнодушно или с сожалением, молясь за них Господу как пленниках диавола; на гордых и завистливых, сребролюбивых, скупых, блудников, воров, лицемеров, лжецов – так же. Себя береги всемерно от этих грехов. Свои грехи оплакивай.

Если ближний твой причиняет вред твоему имуществу, или только даром ест-пьет у тебя, или высится пред тобою, говорит высокомерно или злостно, не имей на него за это гнева и вражды, но, напротив, пожалей его от души, ибо он себе вред великий делает, а если будешь к нему питать вражду, то себе сделаешь больший вред – ибо и убытки имения не пополнишь, и к долгу смирения его не возвратишь, а себе причинишь большое беспокойство, да и допустишь победить себя злу, а не ты победишь зло.

Сколько пустых и непрестанных предлогов представляет ненавистник рода человеческого к ближним нашим, так что хоть непрестанно сердись на людей, хоть непрестанно злобствуй – живи по его адской, всеразрушительной воле. – Не гоняйся за призраками его, оставь всякую вражду и люби всякого, ибо любовь от Бога. Делателище я диавольское, ибо диавол строит во мне свою злобу, гордыню, самолюбие, зависть, скупость, гнев, раздражительность, лакомство и пресыщение, блудную нечистоту, уныние, непокорность и прочие страсти.

Воистину разумеваю, что для исполнения Евангелия я должен отречься себя и всего своего имения; тогда только я буду ученик Господа, когда отрекусь себя, ибо собственно я – вместилище всякого зла, а имение мое – сеть врага бесплотного, в которую он меня непрестанно уловляет, из-за которого делает во мне гордость, непрестанную злобу, скупость, жестокосердие и пр. страсти.

Если будешь любить плоть – возненавидишь Бога и ближнего; если будешь презирать свою плоть – возлюбишь Бога и ближнего искреннею любовию.

Господи! Ты непрестанно побеждаешь во мне ад по молитве моей, и если я доселе еще не во аде, это Твоя милость, ада Победителю, Господи! Слава Тебе, Благодетелю, Спасе наш! Что было бы нам без Тебя? Мы были бы истые звери и истребляли бы друг друга. Что с отдельными личностями было бы, то и с народами. Если бы отдельные лица и народы жили по Евангелию Твоему, не было бы тогда вражды, междоусобий, войн. Когда мы вполне сознаем необходимость для нашего блага, временного и вечного, жить по Евангелию! А теперь как мало и читающих Евангелие!

Чтобы успевать в смирении, кротости, благости, щедрости и прочих добродетелях, надо обуздывать чрево неотменно: мы в подвиге против врагов спасения, борющих нас непрестанно, – все подвижники воздерживаются от всего, по Апостолу [1Кор. 9, 25]. Кто не ратует против врагов спасения и против страстей своих, тот не видит никакой нужды быть воздержным во всем и позволяет себе все, а подвизающийся должен наблюдать во всем крайнюю осторожность.

За корысть многую почитай обласкать, утешить ближнего, приходящего к тебе, поговорить с ним от души; в свете обыкновенно считают за корысть деньги, одежды, сосуды и пр.; в христианском порядке – не то, а взаимная любовь или дела взаимной любви, раздаяние потребного неимущим.

Увы мне! По мере состарения моего состаревают во мне и злоба моя, и все страсти мои! Како от греха избуду, грехолюбив сый61. Молюсь, читаю слово Божие, писания святых отец, приобщаюсь Божественного Тела и Крови, отраждаю других водою и Духом, а сам все остаюсь тем же грешником, все живу и хожу в ветхой прелести греха, сам не отродился, не обновился. Господи! Тебе предаю себя (или научи меня предаться Тебе) – устрояй спасение мое, я погибаю в моих грехах.

Сестра твоя Анна, если согрешит против тебя, вскоре старается загладить свою вину искренним с тобою обращением, услужливостию и чрез то кается в своей ошибке; а ты, согрешив против нее, не стараешься потом загладить ласкою и услугою своего поступка. Это гордость.

Если хочешь стояния одесную Судии, старайся иметь овчия свойства: кротость, незлобие, терпение – и отгоняй козлиное зловоние страстей.

* * *

41

Плева (церк.-слав.) – мякина, солома.

42

То есть не мечтательная, не обманчивая, а истинная, духовная пища.

43

Воспящать (церк.-слав.) – препятствовать, перечить, мешать.

44

Любовещное и любоименное житие невоздержанием, Спасе, предпочет, ныне тяжким бременем обложен есмь. Канон преподобного Андрея Критского во вторник Первой недели Великого поста. Песнь 2-я.  

45

Паки (церк.-слав.) – опять, вновь.

46

Обносить (речами) – клеветать, чернить, поносить.

47

Плевелы (церк.-слав.) – негодная сорная трава.

48

Яже (церк.-слав.) – Которая.

49

Молитва ко Пресвятой Троице «От сна востав...».

50

Едем – рай, блаженное жилище Адама и Евы.

51

Лишше (церк.-слав.) – с избытком.

52

Истязати (церк.-слав.) – требовать назад.

53

Толикое (церк.-слав.) – столь многое, столь великое.

54

Настоит (церк.-слав.) – наступает.

55

«Иже хощет спастися, прежде всех подобает ему держати кафолическую (т.е. соборную, вселенскую – Peg .) веру, еяже аще кто целы и непорочны не соблюдет, кроме всякого недоумения, во веки погибнет».

56

Молитва священника на литургии перед чтением Евангелия; она же 9-я светильничная молитва на утрени.

57

То же, что Коран.

58

Превратится (церк.-слав.) – разрушится, испро- вергнется.

59

Честно – почтительно, с честью.

60

Обдержавшая меня – державшая в своей власти, обладавшая мною.

61

Зубы их да не ята будет душа моя, яко птенец, Слове: увы мне, како имам от врага избыта, грехолюбив сый! На утрени антифон 2-й, глас 2-й.  



Источник: Дневник / cв. праведный Иоанн Кронштадтский. - Москва : Булат, 2005-. - (Духовное наследие Русской православной церкви). Т. 13 : 1867-1868. - 2008. - 275 с. ISBN 978-5-902112-61-7

Вам может быть интересно:

1. Дневник. Том XIV. 1868-1869 – Сентябрь 1868 г. праведный Иоанн Кронштадтский

2. Мои дневники. Выпуск 5 архиепископ Никон (Рождественский)

3. Письма к разным лицам святитель Иоанн Златоуст

4. Слово из вечности – Слово. О пути спасения, о Закхее и о перенесении мощей святителя Иоанна Златоуста архимандрит Иоанн (Крестьянкин)

5. Очерк православного миросозерцания о. Иоанна Кронштадтского протопресвитер Михаил Помазанский

6. Собрание сочинений. Том 5 – Речь произнесенная 23 апреля 1885 г. в Харьковском Дворянском Собрании. архиепископ Амвросий (Ключарев)

7. Симфония по творениям святителя Димитрия Ростовского – Любовь святитель Димитрий Ростовский

8. Симфония по творениям преподобных Варсануфия Великого и Иоанна – Смирение преподобные Варсонофий Великий и Иоанн Пророк

9. Симфония по письмам святителя Игнатия (Брянчанинова) – ПЕРЕВОД СВЯТЫХ ОТЦОВ святитель Игнатий (Брянчанинов)

10. Дневники. Том III, 1893-1899 гг. – Краткий миссионерский дневник равноапостольный Николай Японский (Касаткин)

Комментарии для сайта Cackle

Ищем ведущего программиста. Требуется отличное знание php, mysql, фреймворка Symfony, Git и сопутствующих технологий. Работа удаленная. Адрес для резюме: admin@azbyka.ru

Открыта запись на православный интернет-курс