архиепископ Иоанн (Шаховской)

О трудности высоких самоименований

«Он, обратившись к ним, запретил им и сказал: не знаете, какого вы духа» (Лк. 9, 55)

Слово «христианин» не удержало своей первохристистанской белоснежности. Однако, если сказать (с уважением и многозначительностью) о каком либо человеке: «он – христианин», это прозвучит хорошей характеристикой человека и может прозвучать высоко, даже для слуха неверующих. С именованием «православный» дело обстоит не так хорошо. Призванное обозначать подлинное христианство, среди появившихся подделок и извращений апостольской веры, понятие «православия» и «православности», истинного прославления Бога, посерело в истории... Всякое именование может, вообще, быть сведено к отвлеченности и номинальности, но «высокое» особенно не выдерживает двусмысленности. Имя «христианин» поблекло, потому что в мире было и остается немало номинальных христиан (и православных, и католиков, и протестантов) ничем, в сущности, не отличающихся, по своей психологии и по делам, от людей всецело погруженных в чувственность и суетные дела «мира сего». Но понятие «православный» особенно пострадало в истории.

Имя «христианин» несет в себе свое содержание и цель: Господа Иисуса Христа. Христово Имя светит даже среди несоответственного ему «христианства». Слово же «православный» заключает в себе, кроме исповедания истинной веры, еще и понятие какой-то человеческой исключительности, выделенности человека в самом христианстве, как бы возвышения его правды и его веры над правдой и верой других людей.

Беда в том, что исключительность и чистоту самого православия многие в истории переносили и переносят на себя, возвышая тем себя и обольщая. Высокая самоквалификация опасна, особенно в религии – об этом ясно предупреждает Слово Божие. «Когда зван будешь на брак, пришедши, садись на последнее место, чтобы звавший тебя, подошед, сказал: друг! пересядь выше; тогда будет тебе честь пред сидящими с тобою» (Лук. 14, 10). Мы видим, Спаситель внушает человеку скромность вообще, а в религиозной области особенно, так как религиозная гордость наиболее близка к фарисейству. И желание молиться Богу только с первого места – есть, конечно, очень вредное и предосудительное, для души, желание.

Православие, т. е. горячность и чистота веры Христовой, началось среди мученичества. И оно было знаменем страдальчески-огненного пути к Богу, и высоко несло в веках эту царственную печать и было в истории самим удостоверением о мученичестве... Но, что мы видим теперь? Вследствие долгого союза, почти слияния психологии церковной и государственной, в «православных» странах, «православие» стало обращаться в законничество, в некую легалистическую привилегированность некоторых на земле и пред Небом. Люди присваивали себе эту привилегированность близости к Богу чрез свое рождение и крещение. И «православными» в истории стали себя именовать люди не только мало верующие, но и совсем неверующие, или не знающие во что они верят, не знающие духа веры, разума Церкви... На Балканах и в России можно было встретить, например, «православного» не верящего в загробную жизнь, или верящего «в перевоплощение», и т. д... Произошла подмена содержания в самом термине «православный» и потускнело целостное, жизненное его содержание.

И лишь смиренное осознание православными людьми своей слабости, грешности и великой ответственности пред Богом может вернуть истине Православия ей подобающее сияние. Необходим православию дух смиренности и покаянности! Только он является печатью Православия, духовным о нем удостоверением. Дух Православия стыдится тщеславного подчеркивания своей православности. Праведные не выносят разглашения своей праведности и православные – рекламы своей православности. Свое именование «православный» православные несут радуясь об истине Господней и стыдясь за себя. И этот дух не мешает, а помогает быть смелым в исповедании веры.

Отдалившиеся же от духа православия воспринимают свою «православность» именно так, как понимал свое сыновство Старший Брат в евангельской Притче о Блудном Сыне. Чувствуя свое «старшинство», они зазирают сперва нехристиан, потом «не таких как они» христиан, и, наконец, кончают осуждением всех православных, которые не принадлежат к их малой группировке... Разве мы не видим именно этого и в наши дни? По мере зазирания других людей, мнимо-православные считают себя всё более чистыми, более избранными и «исповедническими» в православии. Так рождается отвратительное новозаветное фарисейство, – утешение людей не Божьей, а своей святыней.

Это состояние бывает, конечно, не только у «православных», но и у «римо-католиков» и у так называемых «евангельских христиан», которые так наивно подчеркивают свою будто бы особую «евангельскую» чистоту пред другими христианами и проповедуют чувство своей будто бы особой, по сравнению с другими, «спасенности», судя слишком легко (и, главное, преждевременно!) о том, кто из живущих в мире «спасен», а кто «не спасен».

Верующему в Истину Христову естественно переживать драгоценность этой Истины. Кто искренно верует во Христа, тот не может не видеть всей благодатности и великости данного ему – и всем людям – спасения во Христе, в Его вечности. И нет, вообще, религиозной веры без чувства ее святости и драгоценности. Не может быть обращения к истине без осознания величия этой истины. Но нельзя забывать, что именно Христова истина является прежде всего в пути и блаженстве духовного нищания. Это ее первый признак в человечестве.

Веяние духа явлено в словах и делах апостолов, пророков, пастырей, мучеников и праведников Церкви. И все верующие призваны жить в веянии этой Благодати истины, храня правоверие, не только радуясь ему, но и нищая в нем. Нельзя рационализировать правоверия, как и нельзя его «национализировать». И совсем уже нельзя делать его своей привилегией.

Вера в Бога во многом выражается в мире, но духовное умаление человеком себя, чтобы возвеличивался Господь, это – первый признак живой веры в Живого Бога.

Кто поймет свою верность правой вере не как свою истинность, а как Божью милость и правду, тот сядет у самого дальнего конца Христовой истины и будет более скор на замечание немощей в себе и в своей церковной ограде, чем в оградах других. Только в таком приятии ответственности пред лицом Божьего дара открывается красота Православия.

Комментарии для сайта Cackle