13. Адемар Шабаннский. «Хроника» (около 1030 г.)
Адемар (ок. 988–1034), монашествовавший сначала в Лиможе, а затем в Ангулеме (в Аквитании), был автором проповедей и разного рода исторических сочинений, из которых наиболее известным является «Хроника», или «История», посвященная истории франков и доведенная до 1028 г.
Помимо данных об участии русского корпуса на византийской службе в военных действиях на юге Италии в конце правления Василия II, в «Хронике» содержится одна из первоначальных версий апокрифической традиции о проповеди Бруно Кверфуртского на Руси (ср. также № 14). В свое время исследователи считали этот рассказ позднейшей (XII в.) интерполяцией в сочинение Адемара, пока не было показано (Werner 1963. S. 297–326), что так называемая редакция С (Paris, Bibliothèque nationale, ms. lat. 5926), в которой содержится рассказ о Бруно-Бонифации, является поздним авторским изводом «Хроники».
Издания: Adem. Caban. 1897; Adem. Caban. 1999 (нам недоступно).
Переводы: На французский язык: Mém. passé 6. Р. 151–209 (выдержки).
Литература: Кроме введений к названным изданиям, см.: Manitius 2. S. 285–294; RFHMAe 2. Р. 124–126.
1.
II, 55. [Датский король Кнут захватывает Англию369 и женится на вдове английского короля Этельреда II, сестре руанского графа Рикарда370.] А когда норманнами (Normanni) правил Рикард (Richardus), граф Руана (Rotomensis)371, сын [упомянутого] Рикарда, множество их во главе с Родульфом (Rodulfus)372, вооружившись, двинулись к Риму, а оттуда, с согласия папы Бенедикта373 – в Апулию (Appulia)374, все опустошая. Против них Василий (Basilius)375 направляет войско, и в двух и [даже] трех сражениях побеждают норманны. В четвертой схватке с народом русь (Russi)376 они были побеждены, и повержены, и превращены в ничто, и без числа влекомы в Константинополь, [где] до конца жизни томились в темницах377. Откуда пошла пословица: грек повозкой зайца ловит378. Тогда на три года была перекрыта дорога на Иерусалим, так как из-за гнева на норманнов греки хватали и отводили в Константинополь всякого путешествующего, кого только ни встречали, и там бичевали их в темницах.
(Adem. Caban. 1897. Р. 178)
2.
III, 37379. [Святой Бруно 380 идет по стопам святого Адальберта381, погибшего мученической смертью в земле печенегов382.] Святой же Бруно обратил к вере область Венгрию (Ungria) [и] другую, которая зовется Русью (Russia)383. [Бруно крестит короля Венгрии Гезу и его сына384.] Но когда святой Бруно отправился к печенегам (Pincenates) и принялся проповедовать там Христа, то пострадал от них, как раньше пострадал святой Адальберт. Горя дьявольской свирепостью, печенеги (Pincenati) вытащили у него все внутренности через маленькое отверстие в боку, соделав [из него] отважнейшего мученика Божия. Его тело за большую цену было выкуплено народом Руси, где построили монастырь в его честь, который просиял многими чудесами385. Спустя некоторое время на Русь прибыл один греческий епископ и обратил ту половину страны, которая еще оставалась предана идолам386, и заставил их принять греческий обычай ращения бороды387 и прочее.
(Anon. Caban. 1897. Р. 152–153. Nota f)
* * *
Примечания
Кнут Могучий захватил Англию в ходе войн 1015–1016 гг.
Нормандского герцога Рикарда II; Руан – столица Нормандии (см. № 22, примеч. 616).
Нормандский герцог Рикард III.
Вероятно, имеется в виду Райнульф I, выходец из Северной Франции, прибывший с родней и дружиной в Южную Италию (не позднее 1017 г., т. е. не при Рикарде III, а при Рикарде II) и возглавивший здесь норманнских наемников, выступавших на стороне лонгобардских герцогств против византийской власти в Апулии и Калабрии. С 1029/30 г. – граф Аверсы, ставшей зачатком будущего норманнского государства в Южной Италии.
Бенедикта VIII, который, действительно, поддерживал антивизантийский мятеж 1017/8 г. (см. примеч. 377).
Апулия того времени представляла собой особую византийскую провинцию (катепанат) с центром в городе Бари.
Византийский император Василий II Болгаробойца.
Русские воины на византийской службе фиксируются источниками по крайней мере с начала X в.: ср. соответствующую клаузулу русско-византийского договора 911 г. при князе Олеге (см. также № 28, примеч. 781). Возможно, с 988 г., когда присланное киевским князем Владимиром Святославичем войско спасло Македонскую династию от гибельного мятежа Варда Фоки, русский корпус остается в Византии на постоянной основе (Васильевский 1. С. 196 и сл.; Пашуто 1968. С. 76–78; о корпусе в более позднее время см.: ДР. С. 132–135 [II, 4.5]). Об участии русского корпуса в военных действиях в Южной Италии в первой половине XI в. см. также: № 15/1.
Неудачная попытка сторонников независимости апулийских городов от Византии поднять в 1009–1010 гг. мятеж под предводительством Мела (Мелеса или, на греческий манер, Мели), представителя местной знати, была подавлена. В 1017/8 г. Мел возобновил борьбу при поддержке лонгобардских герцогов и норманнских наемников, и именно о ней говорится у Адемара. Эти действия следует рассматривать в русле антивизантийской политики в Италии, которая проводилась папой Бенедиктом VIII и германским императором Генрихом II. Решающая битва, в которой мятежники были разбиты византийским катепаном Италии Василием Виоанном (Βοιοάννης, в русскоязычной историографии фигурирует под латинизированными именами Боиоанн, Бугиан; см. № 15, примеч. 401), состоялась в октябре 1018 г. при Каннах, после чего Мел бежал в Германию к Генриху II (Gay 1904. Р. 399–413).
Смысл пословицы темен, и ее связь с рассказом о поражении норманнов неясна.
Экскурс о Бруно Кверфуртском присутствует только в самой поздней редакции «Хроники» (редакция С), где он носит характер торопливой и достаточно сбивчивой приписки, служа пояснением к первоначальному краткому известию о миссионерских успехах германского императора Оттона III, который «по воле Божией сподобился обратить к вере Христовой народы Венгрии вместе с их королем» (имеется в виду учреждение архиепископии в Эстергоме в 1001 г., но не только: см. примеч. 383).
Адемар имеет в виду, несомненно, Бруно Кверфуртского (см. № 10), считая его, однако, епископом аугсбургским, хотя и не путая с реальным аугсбургским епископом Бруно, младшим братом германского короля Генриха II (см. № 10, примеч. 199). Более пространное изложение фрагмента об Адальберте и Бруно см.: Назаренко 2001а. С. 343–344, 347.
Св. Адальберта-Войтеха, епископа пражского.
Адальберт Пражский погиб во время миссионерской поездки не к печенегам, а к пруссам, как и Бруно. Поскольку печенежская миссия была делом Бруно, то ясно, что мы сталкиваемся с начавшейся вскоре после смерти Бруно контаминацией его образа с памятью об Адальберте.
Бруно Кверфуртский в самом деле бывал как в Венгрии, так и на Руси, но миссионерский характер носило только его пребывание в Венгрии (см. № 10). Заблуждение Адемара усугубляется еще и тем, что деятельность Бруно на Руси он относит ко времени до ее крещения (как то видно из окончания рассказа). В таком случае возникает подозрение, что в отношении Руси (как и в случае с Венгрией: см. следующее примеч.) хронист смешал сведения о Бруно с припоминаниями о каких-то немецких миссионерах, достигавших Руси в 970-е гг. (см. № 14; Назаренко 2001а. С. 339–390). Историографическая традиция, хронологически соединявшая крещение Руси и Венгрии как дело рук Бруно Кверфуртского, в разных видах продолжала существовать и развиваться и позднее. Именно она обусловила странное, на первый взгляд, убеждение Гонория Августодунского (Отёнского), популярного полигистора середины XII в., будто в правление германского короля Генриха II, т. е. после 1002 г., «стали христианами русь, поляки и венгры» («Ruzi, Polani et Ungarii facti sunt christiani»: Honor. Aug. P. 130, 133).
Венгерский князь Геза был крещен в 970-е гг., тогда как крещение его сына, короля Иштвана I Святого житийная традиция приписывает св. Адальберту Пражскому, и тогда его приходится датировать зимой 996–997 гг. Мнение Адемара об одновременном крещении Гезы и Иштвана выглядит предпочтительным, но тогда снова (см. предыдущее примеч.) надо признать, что Адемар приписал Бруно заслуги безымянных немецких миссионеров времен Оттона II (Назаренко 2001а. С. 349–351).
Несомненно, большего доверия заслуживают сведения Титмара, что тело Бруно было выкуплено польским князем Болеславом I (№ 11/4 и примеч. 279). Известие Бруно имеет, однако, параллель у Петра Дамиани (№ 14, примеч. 392).
Глухое припоминание о крещении Руси при Владимире Святом. Так как автор уверен, что Бруно уже крестил какую-то русь, ему остается только поделить эту заслугу между немецким и греческим епископами.
Западные средневековые источники неоднократно говорят об обычае отпускать бороду как греческом или иудейском: так, перешедший в иудейство в IX в. диакон Бодон, по свидетельству «Вертинских анналов» (см. № 1), первым делом перестал брить бороду. Между тем, иконографические материалы домонгольского времени (в том числе и приведенные в настоящем томе) наглядно свидетельствуют, что и в латинской Европе – например, в X или XII вв. – как светские, так и духовные лица носили или, по крайней мере, могли носить бороду. Таким образом, анекдотичное рассуждение Адемара исходит из особенностей «моды» своего, XI, столетия.