П.Ф. Фёдоров

Баня и прачешная

Для ухода за кожей и стирки белья монашествующие имеют две благоустроенных каменных бани и сложного устройства тоже каменную прачешную, которая называется у них «бучеей». Одна баня, «братская», внутри монастырских стен для всех живущих внутри этих стен; другая, «рабочая», – вдали от монастыря для даровых и наемных рабочих, живущих вне обители в училищном, овощном, конном корпусах, дрововозке и кузнице. Обе бани устроены совершенно одинаково, только рабочая гораздо грязнее братской. Последняя состоит из предбанника для раздевания, собственно бани, где моются, и отделения, где парятся. Предбанник – большая, теплая, полутемная с одним окном комната; на полу, вместо ковров, посланы рогожи (циновки); вокруг всех стен идет широкая чистая лавка. Стены сплошь покрыты тесом, чтобы, садясь на лавку, можно к ним прислоняться, не опасаясь простуды. И стены, и потолок, и пол имеют темный цвет давности и носят только следы слабой борьбы с нечистотой. В бане на полу тоже посланы рогожи, издающие затхлый, неприятный запах, не смотря на то, что они просушиваются после каждой бани. Почернелые от времени широкие скамьи стоят близ стен и по самой средине бани. Шайки, которыми берут воду, деревянные, очень большие, не менее ведра, имеют тоже черноватый вид. Холодная и горячая вода из соответственных котлов проведена по трубам, заканчивающимся в бане 2-мя большими медными кранами. Под каждым краном стоит деревянный квадратный чан в один аршин высоты и ширины, наполненный водой. К ребрам чана подвешены большие железные ковши, которыми и наливается вода в шайки, для чего последние ставятся на наружное ребро чана и железный толстый прут, протянутый параллельно ребру, на четверть разстояния от него внутрь чана. Вследствии таких простых приспособлений, шайки при наливании не нужно держать, самое наливание большими ковшами производится очень быстро, легко, так как чаны постоянно полны водой, вытекающей почти непрерывно из кранов. В комнате для паренья устроен громадный полок с несколькими широкими ступенями, так что одновременно могут свободно париться человек 15 и притом относительно степени жары так, как кому нравится – кто взгромождается на самый верх, кто пониже. Очень хорошая мягкая вода, как я уже выше говорил, прямо проведена из Святого озера. Вообще баня устроена очень удобно, просто, практично, только содержится немного грязновато, впрочем, нисколько ни грязнее городских бань в г. Архангельске, а относительно чистоты воды гораздо лучше. Когда наше судно стояло в Соловках, я никогда не упускал случая помыться в бане и находил, что она по своим удобствам не уступает петербургским общим в 20 коп. Только в монастырской бане нет ванны, душа, да вместо диванов, покрытых простыней, просто чистая лавка.

Между прочим, мне бросился здесь в глаза такой факт: лица монашествующих бледны, худы, изборождены постническими морщинами, а тела хорошо упитаны, гладки, округлы, жирны; у некоторых этот резкий контраст между лицом и телом просто поразителен.

Братская баня топится каждую неделю – в четверг, рабочая – в субботу. Монашествующие и богомольцы, состоящие на черных послушаниях, напр., в кузнице, слесарной, а также монахи недомогающие, ходят в обе бани, т. е. два раза в неделю. Хождение в баню – для монашествующих большое удовольствие, развлечение; это один из приятных способов разнообразить монастырскую жизнь. Во время мытья монах побеседует со своим собратом о том, о сем, похлещется на полке веником, а по приходе в келию с наслаждением упивается чайком, по крайней мере, до седьмого пота.

Стирать белье в братской бане не позволяется, а в рабочей для этой цели в предбаннике поставлены корыта.

Монашествующие, возвращаясь из бани, оставляют свое грязное белье или пред дверьми своей кельи, или кладут его в особый бельевой шкаф, имеющийся в каждом коридоре и служащий только для склада чистого и грязного белья (конечно, в разные полки). Чтобы белье не затерялось и не попало к другому владельцу, его всегда снабжают меткой – «биркой» – лоскутком кожи или маленькой палочкой со своеобразными нарезками. Даровые трудники, состоящие при прачешной, на другой день после каждой бани обходят все коридоры, отбирают из всех бельевых шкафов и от дверей келий грязное белье, а чрез несколько дней, к следующей бане, вымытое, чистое, разносят по тем же коридорам, складывая снова в бельевые шкафы, или занося прямо в келии, если знают по бирке владельца.

Даровые трудники, живущие в монастыре первый год, и все наемные рабочие должны сами заботиться о своем белье, как знают, без права отдавать его в прачечную. Для них поставлены в рабочей бане корыта, но мыла не выдается. Наймитам помогают в этом отношении жены и родственницы, часто навещающие их летом и забирающие с собой грязное белье. Приходится, конечно, и самим нередко мыть. Для даровых труженников стирка белья – дело непривычное и неприятное, а для многих малосильных мальчиков и прямо невозможное; последние обыкновенно положат белье в шайку, помнут его ногами, а затем прополощат (без мыла) в корыте – вот и вся стирка. Само собой разумеется, при таких условиях нельзя ожидать чистоты. Зимой даровые богомольцы, живущие внутри монастырских стен, с разрешения начальства делают так: получивши две пары чистого белья, сначала занашивают одну и бросают ее под свою койку, а затем загрязнив другую, идут в рухлядную, где, вместо одной грязной, получают одну чистую и далее поступают так каждую неделю.

Так как прачешная у монахов замечательного устройства, то об ней скажу несколько слов.Состоит она из 3 обширных отделений: летней сушильни, помещающейся на чердаке под самой крышей, зимней, находящейся под летней, и, наконец, самой прачешной, «бучей», занимающей во 2-ом этаже большую квадратную комнату (21/2 саж, высоты и сажень 5 ширины). Вся правая сторона бучеи у самой стены уставлена разной величины и на разных высотах от пола чанами в таком порядке: в дальнем углу (от входа) высоко от пола, близ самого потолка укреплен большой овальной формы деревянный чан для холодной воды, накаливаемой маленькой паровой машиной, поставленной на полу под чаном. Далее, близ машинки в один ряд стоят на полу три одинаковой величины деревянных круглых чана (2 арш. длины и 11/2 арш. в поперечнике). В эти чаны складывается грязное белье для «бучки». За ними следует без перерыва: 1) большой круглый деревянный чан (2 арш. в поперечнике), поставленный на помост на три четверти от пола и служащий для приготовления щелока из золы; 2) на разстоянии 2 арш. от пола высится железный чан в виде кубического со всех 6 сторон закрытого ящика, имеющего на верху только два отверстия – в одно входит бичевка с поплавком, дающим возможность судить об уровне воды в нем, не заглядывая в него; другое отверстие пропускает трубу, проводящую холодную воду из овального чана; чрез дно входит в кубический чан трубка от парового котла; таким образом горячая вода в кубическом чане получается нагреванием чрез пар; 3, наконец, в углу, тотчас у входа, близ кубического котла находится большая печь; в которую вмазан паровой котел. Остальное пространство бучеи занято 4 длинными досчатыми корытами, укрепленными на высоте 5 четвертей от пола, так что время мытья белья весьма мало приходится нагибаться. Каждое корыто двумя друг к другу перпендикулярными герметическими досчатыми перегородками разделено на 4 меньшие равные корыта, в которых одновременно могут мыть белье, не мешая друг другу, 4 человека и притом водой различной температуры, смотря по надобности каждого. Из центра перекреста перегородок каждого большого корыта выходит в виде длинного клюва медный кран сложного устройства. Давая тот или другой поворот этому крану, можно в каждое из 4 меньших корыт наливать и холодную и горячую воду. Кроме 4 больших корыт, для мытья в буче есть еще очень длинное корыто, имеющее над срединой во всю длину перекладину, служащую для складывания начисто вымытого белья, причем вода с белья стекает в корыто.

Из самого высокого овального чана холодная вода по металлическим трубкам идет в паровой котел, в кубяческий чан, в чан для щелока и в корыта для стирки – к клювовидным кранам. Из парового котла пар по особым трубкам, оканчивающимся открыто у самого дна чанов, проходит в кубический чан, в чан для щелока и в три чана для бучки белья, где, конечно, доводит жидкость до кипения. Три чана для бучки, кроме того, имеют еще особые трубки из щелочного чана, позволяющие наполнять их щелоком. Наконец, из кубического чана трубки разносят горячую воду по корытам для стирки – к клювовидным кранам, а из корыт грязная вода чрез трубки с кранами отводится в сточный канал.

Все трубки в нужных местах имеют, конечно, краны, позволяющие пускать ту или другую жидкость по желанию и надобности.

Все дело стирки производится так. Грязное белье на другой день после каждой бани кладется в три чана для бучки, которые наполняются до известной высоты щелоком из щелочного чана, и в которые затем пускается пар, нагревающий щелок до точки кипения – так белье «бучится» от 6 до 12 часов. После такой бучки белье вынимается и моется теплой водой с мылом в корытах, причем старосте прачешной отпускается мыла в месяц 2 пуда, что очень недостаточно при громадном количестве белья. В заключении белье слегка прополаскивается в холодной воде.

В настоящем виде прачешная устроена архимандритом Мелетием лет 5 тому назад. Несмотря на её чрезвычайные удобства, монашествующие сильно недовольны ею: по их общему отзыву, белье вымывается нечисто, имеет всегда более или менее желтоватый вид и скверный запах, в теперешнем белье скорее заводятся вши, чем в белье при прежней прачешной, и все это потому, что в настоящей прачешной, по их словам, белье не прополаскивается надлежащим образом – прополаскивать очень неудобно, вода медленно вливается и выливается из кранов, что требует много времени, и даровые трудники в одной воде кое-как прополаскивают несколько пар белья. Кроме того, настоящая прачешная пожирает много дров – до 60 саженей в год – и устроена во втором этаже, отчего промокают стены и своды. Свою прежнюю прачешную монахи считают гораздо более удобной, простой, дешевой, и белье из неё выходило более чистым. А старая прачешная была устроена над самой проточной канавой так: вода нагревалась просто в большом котле, вмазанном в печь и из него пускалась чрез трубку с краном в чан для щелока – вот и все приспособления, больше никаких трубок и кранов не было. Щелок наливался в чаны для бучки ведрами; после бучки белье мылось в корытах в теплой воде с мылом, а затем прополаскивалось прямо в проточной быстрой воде канавы. Горячая вода наливалась в корыта ведрами, а холодная ручной помпой, выливалась же из корыт простым опрокидыванием. Одним словом, настоящую дорогую сложную прачешную монашествующие ставят гораздо ниже своей прежней простой.

Настоящей прачешной заведует всего один монах с даровыми трудниками, готовящими белье для всей обители. За братской баней смотрит только один человек – он топит печи, после каждой бани моет полы, скамьи, шайки, летом paстворяет окна, накачивает в котлы воду помпой – вообще следит за порядком и чистотой.


Источник: Федоров, П.Ф. Соловки. – Крондштадт: [Тип. «Крондштадского вестника"], 1889. – [3], 344 с., [18] л. ил.: табл., карты, ил.

Комментарии для сайта Cackle