профессор Александр Павлович Лопухин

Кинго

Кинго , Томас Гансен, – знаменитый датский гимнолог (1634–1703 г.). По происхождению шотландец, родился он в Slangeurup’е; первоначально обучался в Fredriksborg’cкой латинской школе, а по том в Копенгагенском Университете, где окончил курс в 1658 г. со степенью кандидата богословия; после нескольких лет домашнего учительства, в 1661 г. занял должность каплана в Kirke-Helsingc, в 166S г. – пастора на своей родине, в Shmgenrup'е. Здесь Кинго выступил в роли поэта и в самое короткое время обратил на себя всеобщее внимание. Поэтические произведения Кинго делятся на две группы: на патриотические и религиозные. Первые из них, несмотря на свою популярность, страдают всеми недостатками «александрийской школы» и в очень малой степени отражали истинные чувства и оригинальность автора. Патриотизм Кинго концентрируется на личности короля, Христиана V его министров и генералов. Иной характер и значение имела религиозная поэзия Кинго. В 1674 г. вышел в свет первый сборник духовных произведений Кинго, под заглавием: «Aandelige Sjungekor», заключавший в себе 14 утренних и вечерних гимнов, с 7 покаянными псалмами Давида в переработанном виде. В этом небольшом сборнике Кинго заявил себя сразу «истинным поэтом» с выходом его на небосклоне датского религиозного творчества зажглась «новая утренняя заря». Сборник встретил восторженный прием со стороны всех слоев общества («аf Høje og Lave» ). Король, в ознаменование своей милости, предоставил автору (в 1677 г.) епископскую кафедру в Odense, а чрез два года, – «вопреки намерениям и желании.» Кинго – даровал ему дворянское достоинство. В 16S2 г. появилась 2-я часть сборника, куда вошли некоторые псалмы, застольный молитвы и дорожные песнопения «с соответствующими краткими сердечными воздыханиями». «По глубине и искренности тона 2-я часть стояла не ниже, если не выше, первой». В награду за новый труд Кинго, волей короля, удостоен был степени доктора богословия (bullatus). Теперь за Кинго окончательно упрочилась репутация «знаменитейшего датского скальда». Поэтому, когда правительство задумало пересмотреть и исправить устаревший Псаломник Ганса Томсена (изд. в 1569 г.), дело исправления поручено было Кинго, причем ему было предоставлено исключительное право на издание книги в первые 15 лет. Кинго охотно принял поручение, будучи уверен в успехе предприятия. Для ускорения хода работы он завел в своей резиденции собственную типографию и бумажную фабрику. Первая часть Псаломника, под заглавием: «Vinterparten af Danmarks og Norges Kirkers forordnede Psalmebog» вышла в свет в 1689 г.

Этот новый труд Кинго не только не встретил все общего сочувствия и одобрения, как того ожидал сам автор, но напротив, вызвал против Кинго сильные нарекания с различных сторон. Прежде всего, издание оказалось слишком обширным по объему: – в него вошло до 267 псалмов. Главное же то, что Кинго позволил себе зайти слишком далеко в «поправках». Пренебрегши данной ему инструкцией: оставить в неприкосновенности общеизвестные и общераспространенные воскресные псалмы, особенно – принадлежащие Лютеру, – он исключил из книги значительное число старых и знакомых псалмов, поместив чуть не половину новых, составленных им самим и его друзьями; некоторые из новых псалмов по своей «grandiloquentia» были мало доступны пониманию простого народа. К оппозиции примкнула и немецкая придворная партия, которой не могли придти по вкусу довольно прозрачные и не особенно лестные намеки Кинго по ее адресу в «дедикации» ко 2-й части Sjungekor'a. Восхваляя королеву (Амалию) за любовь к «родному языку», Кинго попутно бросает упрек лицам, которые, «быть может, 30 лет ели хлеб родины и не пожелали выучить 30 датских слов, воображая, что этот мужицкий язык неприличен для их шелковистых языков». Наконец, было поставлено в вину и то обстоятельство, что Кинго издал Псаломник, не представав его на предварительное рассмотрение богословского факультета. В результате получилось, что данная Кинго привилегия на издание книги через месяц по утверждении ее была взята у него обратно, а составление Псаломника передано (в 1693 г.) другому лицу, пробсту Серену Иовасену. Но выработанный последним Псаломник, из которого, между прочим, изъяты были все псалмы Кинго, также не имел успеха. В 1696 г. дело исправления Псаломника передано было на обсуждение особой комиссии, составленной из копенгагенских богословов и пасторов. Кинго, залечивший нанесенные его самолюбию раны при помощи положенного на них «пластыря» в виде чина «Justitsraad’а, вступил в живые сношения с членами комиссии, представив на их одобрение несколько вновь составленных псалмов. Плодом работ комиссии явился изданный в 1699 г. новый Псаломник: «Den forordnede nye Kirkepsalmebog», в котором было помещено до 89 псалмов Кинго. Так как издание его предоставлено было тому же Кинго, то эта редакция стала известна под именем «Кинговского Псаломника». В течение долгого времени последний сохранял за собою значение официального издания. Датский народ доселе чтит Кинго, как своего лучшего гимнолога. В новейшем датском Псаломнике (for Kirke og Hjem) находится до 100 псалмов Кинго а в норвежском (Landstad’a) даже до 117. По глубине и силе чувства, искренности тона, живости красок и поэтичности изображения псалмы Кинго ставятся в один ряд с псалмами Лютера и немецкого современника Кинго – Пауля Гергардта. В псалмах Кинго, – по выражению Грунтвига, – совмещаются «возвышенность с простотою, блеск с сердечностью». Особенное ценное свойство таланта Кинго заключалось, с одной стороны, в умении «попадать в настоящий тон псалмов и брать его так глубоко и сильно, как это только возможно», – с другой – в замечательной способности вскрывать поэтический и религиозный элементы в самых будничных явлениях и обычных сменах времени. Главная заслуга Кинго состоит в том, что он, отринув «чуждые иностранные (немецкие) крылья», вывел датское религиозное творчество на самостоятельный путь и вознес его на такую высоту, что в его творениях «лютеранский ортодоксализм находит для себя едва ли не самое совершенное поэтическое выражение».

Благодаря врожденной музыкальности, Кинго зарекомендовал себя видным реформатором и в области, церковной музыки. Оставив прежнюю условность, он стремился приспособить церковные мелодии к «наличному вкусу» народа. С этою целью он пользуется народными мотивами (даже шотландскими) и с большим успехом превращает «веселые и мирские звуки» песней в «торжественный хорал, а «благозвучные и приятные светские мелодии, елико возможно, – в небесные». Свой взгляд на этот предмет Кинго выразил в следующих характерных словах: «Ради приятности мелодии ты готов выслушать пение о Содоме; – тем приятнее выслушать ту же мелодию в песне о Сионе».

После Кинго осталось немалое число поэтических произведений случайного характера, но они не имеют особого значения и свидетельствуют лишь о том, что и этот поэт-епископ отдал дань своему времени.

Как человек и администратор, Кинго рисуется сильной, властной личностью. Отмечаются в его характере и несимпатичные черты: сильно развитое чувство собственного достоинства, проявлявшееся иногда в невыгодном освещении в отношениях к сослуживцам и подчиненным, угодничество, доходившее «почти до раболепства пред высшими, и неравнодушие к земным благам и почестям». Тем не менее, по деловитости и во многих других отношениях он, – по отзывам биографов, – был «человеком на своем месте» по мере возможности он старался сдерживать и свои порывы, хотя «не всегда с успехом».

Н. Р-в.


Источник: Православная богословская энциклопедия или Богословский энциклопедический словарь. : под ред. проф. А. П. Лопухина : В 12 томах. — Петроград : Т-во А. П. Лопухина, 1900-1911. / Т. 9: Кармелиты — Κοινή : с 15 рисунками. — 1908. — V, [3] с., 754 стб., 757-770 с.

Комментарии для сайта Cackle