Аннотация АВ
Свт. Марк Эфесский в день своей кончины произнес предсмертное завещание перед собранием архиереев, иеромонахов и монахов. Содержание текста можно разделить на 3 части: слова святителя Марка, сказанные друзьям, обращение к Георгию Схоларию (будущему Патриарху Константинопольскому Геннадию II) и ответ последнего.
В публикации представлен перевод 1-й части завещания, выполненный А.Норовым. Святитель отвергает любое общение с Константинопольским Патриархом (вероятно, Митрофаном II, сторонником унии), а также с теми, кто поддерживает унию и латинские догматы. Он подчеркивает, что его позиция остается неизменной с юности: разделение с униатами – это путь к единению с Богом и святыми отцами. Святитель заповедует, чтобы никто из «них» не участвовал в его погребении или богослужениях, подчеркивая необходимость строгого разделения до тех пор, пока Церковь не вернется к истинному Православию.
См. также:
• Слова по преставлении к Богу (пер. архим. Амвросия [Погодина])
• Предсмертное завещание Георгию Схоларию ((пер. А.Норова)
Я хочу вполне изложить мои мнения, – и это более, чем когда либо, необходимо теперь, когда я чувствую приближение моей смерти. Я хочу быть согласным с самим собою от начала до конца, дабы никто не мог думать, что я одно высказывал, а другое скрывал в своих мыслях. Это объяснение необходимо в этот час моего исхода. Заповедываю, чтобы Патриарх, под предлогом почтить меня, не посылал на погребение сего убогаго тела моего, или на панихиды, кого либо из своих архиереев или других духовных лиц и не приглашал бы никого из тех, которые находятся с ним в единомыслии, принимать участие, вместе с моим единоверным духовенством, в этих обрядах, – и это для того, чтобы никто не мог помыслить, что я каким бы то ни было образом, и может быть втайне, приобщился его мнениям. – Но дабы мое смертное молчание не подало повода тем, которые не могут ясно читать во глубине души моей, предполагать между нами двумя какое либо сближение, я заявляю и подтверждаю в присутствии всех благочестивых мужей, здесь собранных, что я не принимаю и не признаю никакого между нами сближения ни при моей жизни, ни по моей смерти, говоря о том единении, которое не совершилось, – о тех Латинских догматах, которые приняли он и приверженцы его, и которые он защищал в ущерб православных догматов Церкви. Я глубоко убежден, что чем более я удаляюсь от него и приверженцев его, тем более я сближаюсь с Богом и с праведными и святыми отцами. Удаление от них есть соединение с Истиною и с святыми отцами и богословами Церкви. Вместе с сим я твердо убежден, что все те, которые принимают мнения этих людей, отступают от Истины и от блаженных учителей Церкви. Поэтому я говорю, что, подобно как я был отделен от них во время всей моей жизни, я хочу быть отделен от них как во время моего исхода из сего мира, так и по моей смерти. Торжественно заклинаю их не приближаться ко мне при моем погребении, ни участвовать с моими при панихидах по мне, – иначе, это было бы соединять то, что не может быть соединено. Они должны быть совершенно отделены от нас до того времени, пока Бог благоизволит даровать Церкви правильное направление и мир!