Михаил Осипович Вержболович

Что такое чудо?

Чудо есть очевидное, доступное внешнему наблюдению, действие или событие сверхъестественное, производимое непосредственно силою Божию для достижения важных религиозных целей. Таково, например, воскрешение мертвого, насыщение пятью хлебами и двумя рыбами нескольких тысяч человек, мгновенное исцеление расслабленного по одному слову и многие другие действия Божественного всемогущества, о которых говорится в Библии. Они действительно суть события сверхъестественные, совершаемые только силою Божию, или иначе – чрезвычайные действия Божественного промышления о мире (Мф.24:24; 2Сол.2:3). Сами от себя ни человек, ни ангел не могут совершать истинных чудес, и только один Бог может дать им силу чудотворений. Эта дивная и всемогущая сила Божия побудила Псалмопевца воскликнуть в изумлении величию Божию: «кто Бог велий, яко Бог наш? Ты еси Бог, творяй чудеса» (Пс.76:15). В этих последних Бог являет себя Владыкою и Господом всей природы и ее сил и явно показывает, что, по своему исключительному могуществу, Он не есть один из многих (3Цар.20:23).

Сила Божественная всемогущества с особенною очевидностью проявилась в чудесах Господа Иисуса Христа, совершенных Им Самим в продолжении Его земной жизни. В них Он явил Себя: а) Владыкою внешней природы, когда претворил воду в вино (Ин.2:1–11), повелевал ветрам и морю (Лк.8:24, Мф.8:25–28), ходил по водам (Мф.14:26); б) Владыкою природы человеческой, когда одним словом, одним прикосновением своей руки или одежды исцелял всякие болезни; в) Владыкою самой преисподней, когда одним приближением своим к людям, одержимым нечистыми духами, заставлял трепетать последних и одним словом изгонял их из людей вон (Мф.8:28–34, Лк.8:26–40); г) Владыкою жизни и смерти, когда воскресил сына вдовы Наинской (Лк.7:11), дочь Иаира, начальника синагоги (Мф. 9:18–19, Лк.8:49) и, наконец, Лазаря, находившегося во гробе уже четыре дня (Ин.11).

Что эти чудеса были событиями сверхъестественными и, следовательно, действиями Божественного всемогущества, очевидным доказательством тому служит самое их свойство и образ их совершения. Bсe они, очевидно, превышают силы и законы природы. Никто здравомыслящий не станет утверждать, чтобы, например, возможно было человеку одним словом воскресить мертвого или исцелить болезнь, дать зрение слепорожденному, или повелевать стихиями природы. Очевидно, они не имели ничего подобного себе среди обыкновенных дел немощных людей – ни по характеру, ни по образу совершения. Это – дела, превосходящие естественные силы человека и обычные способы действования природы. Это были дела, поразительные для воображения и блистательные по своему характеру, свидетельствовавшие о высшем, неземном происхождении их Совершителя.

Далее, Господь Иисус Христос совершал свои чудеса так, что решительно невозможно было предполагать в них каких-либо естественных сил или тайного искусства. Он совершал их без всяких приготовлений, внезапно, как только представлялся случай; совершал одним словом, нередко одним прикосновением, или даже мыслию и желанием (Лк.6:19, Ин.4:50–54, Мф.8:8–13 и мн. др.),– совершал не в одном каком-либо месте и не в одно какое-либо время, а напротив, – всегда и везде, открыто и всенародно. Сами враги Спасителя, фарисеи и саддукеи, книжники и священники, признавали подлинность Его чудес, как поразительных и необычайных явлений и только не хотели видеть в них действий Божественного всемогущества. «Что сотворим, яко Человек Сей многа знамения творит? – говорили они между собою, – аще оставим Его тако, вcи уверуют в Него» (Ин.11:47–48). Сам Господь указывал, на свои чудеса, как на важнейшее доказательство своей Божественности. «Аще не творю для Отца, – говорил Он пред всеми, – не имите Ми веры; аще ли творю, аще и Мне не веруете, делам Моим веруйте» (Ин.10:27–28). «Дела, Яже Аз творю, свидетельствуют о Мне, яко Отец Мя посла» (Ин.5:36). Ясно, что Господь приписывал Себе способность творить чудеса только как Богу. Только полное обитание Божества в Иисусе Христе, Спасителе нашем, и может объяснить Его чудесные действия. В самом деле, мог ли быть простым смертным Тот, одно слово Которого уничтожало телесные слабости людей, изгоняло болезни, очищало прокаженных, восстановляло расслабленных, слепых делало зрячими, слабых сильными, утишало бушующее море, прекращало бурю, вызывало мертвых из гробов, изгоняло злых духов,– одно прикосновение к Которому было достаточно для исцеления от неизлечимых болезней? Это был поистине Господь всей твари и природы, Владыка жизни, смерти и преисподней, Бог спасающий и милующий людей, Творец и Создатель всего. Если Он давал людям то, чего недоставало им от рождения, то ясно, что Ему было подчинено и самое рождение, а отсюда уже несомненно и Его Божество. Величайшее из чудес Господа Иисуса Христа – Его собственное воскресение – представляет достойное заключение Его богочеловеческой жизни и деятельности; оно есть самое блестящее доказательство Его Божественного достоинства, подтверждение и завершение всех Его чудес.

Ветхозаветные чудеса также были необыкновенными проявлениями всемогущества, благости и правосудия Божия. Бог являл Себя Израилю в облаке и столпе огненном, в громах и молниях, а также в своих повсюдных благодеяниях: Он одождил манну с неба для питания своего народа, разделил море, образовал сушу, источил воду из камня, победил Амалика и т. п. Эти чудеса доказывали богоизбранному народу постоянное присутствие невидимого Бога, наглядно проявлявшего Себя в действиях всемогущества, благости и правосудия. В других случаях, когда совершителями чудес являлись особые богоизбранные посредники между Высшею Небесною Силою и чудесными действиями, ясно обнаруживалась зависимость их от даров Божественного всемогущества. Божественная помощь нередко испрашивалась продолжительною молитвою (3Цар.18:42–44, 17:20–22; 4Цар.4:31–35). Чудеса ветхозаветных праведников и последователей Христовых совершались во имя и во славу Божию (Исх.14:13; Деян.3:6), причем становилось ясным, что могущество их, проявлявшееся в чудесах, заимствовано от Бога, как дар. Чудеса эти, совершаемые божественными посланниками, свидетельствовали о близости к Богу тех лиц, через которых действовала сила Божия. Они были доказательствами как божественного посольства совершителей их, так и законности их действий (Мф.24:24; Ин.2:11). Так, посылая Моисея к Фараону, Бог, в виду возможности со стороны Фараона требования доказательства, относительно божественности посольства Моисея, вооружает последнего знамениями (Исх.7:9). Равным образом, посылая на проповедь учеников, Господь Иисус Христос дает им силу чудотворений с тою же целью (Мф.10:7–8). Уверовавших, как светочей истинного просвещения в области религии, будут сопровождать, по слову Спасителя, чудесные знамения (Мк.16:17–18), как доказательства присутствия в них Высшей силы, возрастающей вместе с верою.

Будучи непосредственными действиями Божественного всемогущества, все библейские чудеса совершались именно для достижения важных религиозных целей. Так, чудеса ветхозаветные имели целью воспитать еврейский народ в особый народ Божий, сохранить в нем, а чрез него распространить и во всем роду человеческом, истинное богопознание и богопочтение, все религиозные предания, чаяния и надежды. Это были воспитательные средства, направлявшие ум и сознание древнего Израиля на имеющую возсиять от Иакова Звезду, Солнце правды.

Чудеса новозаветные имели целью убедить людей, что Иисус Христос есть истинный Сын Божий, посланный Богом Отцом в мир, и тем расположить их к принятию проповеданной Им новой религии. Как дела милосердия и любви Бога к людям, они исключительно были направлены к укреплению и распространению истинной веры и благочестия между людьми, к поддержанию и сохранению того внутреннего союза Бога с человеком, без которого невозможно спасение последнего. Они должны были открыть сердца людей к принятию Божественного учения, возбудить и укрепить в них спасающую и оправдывающую веру, подтвердить частные истины Божественного учения и наглядно представить их в сознании людей. Они были воплощением Слова спасения в деле спасения.

Но если чудо есть действие Божественного всемогущества и, как таковое, представляет собою явление сверхъестественное, превосходящее обычный порядок явлений и действий природы, то не служит ли оно к нарушению ее естественных законов и не противоречит ли их постоянству и неизменности? Нет, оно не расстраивает естественного порядка природы, не нарушает ее законов и не мешает правильному течению ее жизни. В мире – все от Бога, все содержится Его силою и волею, а так как воля Божия всегда согласна сама с собою, то порядок и гармония всегда существуют и будут существовать в мире, действует ли в нем Бог по обыкновенным, естественными, или по особыми, сверхъестественным, законам. Естественное и сверхъестественное одинаково относится к вечной воле Божией, и только ограниченный нами разум различает их; для Бога же все одинаково естественно. С другой стороны, всматриваясь внимательно в чудеса, мы замечаем, что в них не изменяются и не нарушаются законы природы, а только препобеждаются.

Три отрока, например, по распоряжению Навуходоносора, брошенные в раскаленную печь, не были опаляемы; лица же, бросавшие их в печь, были страшно обожжены. Очевидно, в этом случае огонь не потерял своего обычного действия, но это действие, по особому влиянию Божественному, не касалось святых трех отроков. Препобеждение же в чудесах силою Божию обыкновенных законов природы происходит в силу того, что в мире вообще высшие силы и законы могут ограничивать, стеснять, задерживать собою действие сил и законов низших, а там, где встречаются две силы, слабейшая уступает место сильнейшей, низшая – высшей. Например, земля притягивает предметы к себе, а растение своею жизненною силою превозмогает силу притяжения и стремится вверх. Равным образом, когда человек поднимает свою руку, закон тяжести относительно руки отнюдь не уничтожается и не приостанавливается, а только действие его превышается действием человеческой воли. Подобным образом, по закону притяжения тела известного веса падают на землю, если будут оставлены без поддержки и опоры; однако, камень или ядро могут быть брошены рукою человека с такою силою, которая на известное время может противодействовать их падению. В данном случае закон притяжения отнюдь не перестал действовать и не приостанавливается относительно брошенного тела, а только подчиняется высшему закону человеческой воли, вследствие чего обыкновенное следствие закона притяжения на известное время отстраняется. Точно так же химический закон разложения, действующий на части организма после смерти последнего, не уничтожается, когда помощью других веществ, например, соли, задерживается разложение. В области духовной жизни закон греха в возрожденном человеке постоянно ограничивается и подавляется законом Духа. На основании приведенных примеров ясно, что и чудеса не противоречат законам природы и не нарушают обычного ее порядка, а свидетельствуют только об управлении ими волею Божию, о подчинении их высшим законам и целям мира духовного; эти последние дают себя чувствовать в чудесах и проявляют свое господство над физическими законами, по праву им принадлежащее. С другой стороны, если даже человек, совершенствуясь в знании, находит средства возвышать одни силы природы и стеснять другие, и таким образом, видоизменять действия природы сообразно со своими целями, то тем более Творец природы может производить в ней вышеестественное, не противореча ее законам и не нарушая ее порядка. В них Бог являет Себя Владыкою и Господом всей природы и ее сил. Наконец, чудо не только не противоречит естественному порядку, а, напротив, представляет именно восстановление этого порядка, нарушенного человеком. Последний, злоупотребляя своею свободою, совершает много грехов и беззаконий, дел противоестественных. Господь Бог, по милосердию Своему, восстановляет и исправляет то, что расстроено и расстраивается людьми ко вреду своему. Большая часть чудес и состоит в этом. Так, неестественные для человека болезни, страдания, скорби, – все эти произведения греха,– и вот большая часть чудес состоит в исцелении болезней, в утешении скорбных сердец. Грех ослабил власть человека над природой, святость восстановляет эту власть, – и вот святые Божии дивно владычествуют над дикими зверями и ядовитыми змеями. Бывают и такие чудеса, которые состоят в наказании и вразумлении грешников с целью предупреждения дальнейшего искажения естественного порядка.

Что касается условий совершения чудес, то главнейшим из них Сам Господь Иисус Христос поставляет глубокую веру, требование которой предваряет почти каждое чудо, а это последнее служит как бы наградою за веру. Так, при исцелении кровоточивой, Спаситель свидетельствует, что вера ее спасла ее (Мф.9:18–26) и тут же укрепляет веру Иаира, пораженного вестью о смерти дочери, словами: «Не бойся, только веруй» (Мк.5:22–43, Лк.8:41–56). На вопль слепцов о помиловании Иисус Христос спрашивает их: «Веруете ли, что я могу это сотворить?» И, удостоверившись в их вере, отвечает: «По вере вашей, да будет вам» (Мф.9:28–29). Вера апостола Петра в Божественного Учителя нашла себе вознаграждение в обильном лове рыбы (Лк.5:6); исцеление прокаженного было наградою за его поразительную веру в возможность чуда (Лк.5:12). Что вера обуславливала возможность и количество чудес, в этом удостоверяет нас вся евангельская история: в ней нельзя не заметить того факта, что богатство и сила чудес всегда соизмерялись с верою тех, над кем и при ком они совершались. Где вера была мала, там и чудеса совершались не часто и не в большом количестве. Неверие совершенно отталкивало, а маловерие значительно препятствовало получению от Спасителя чудодейственных благодеяний. На требования со стороны неверия знамений от Господа Ииcyca Христа относительно Его власти учить и обличать, Он всегда отвечал отказом, равно как и во всех тех случаях, где чудеса не могли бы привести к цели (Мк.8:11–12; 6:5–6 и др.). Правда, можно указать несколько случаев чудесных деяний Спасителя без предварительно обнаруженной сильной веры в Него, как Сына Божия, но здесь имелась в виду цель – подкрепить чудом веру известного лица и сделать верующими неверующих, но способных к вере (Ин.5:1–16).

Нельзя, однако, не признать, что чудеса совершались иногда и в периоды распространения неверия и безбожья. Достаточно указать на время сорокалетнего странствования евреев по пустыне, на времена судей, на время жизни пророков Илии и Елисея. Обилие чудес в эти времена объясняется особыми планами Божественного промышления. Требовались особенные и чрезвычайные, сверхъестественные средства в виде многочисленных чудес, чтобы сломить глубоко пустившее в народе корни идолопоклонства и утвердить истинную религиозную веру. Притом, для целей религиозной веры и благочестия требуется иногда не только, так сказать, содействие веры и добродетели, но и наказание порока, а чтобы это последнее производило более неотразимое впечатление, в тех же целях утверждения истинной веры и любви между людьми, промыслом Божиим допускаются грозные и разрушительные чудесные явления, как осязательные обнаружения Божественного всемогущества и правосудия. Таковы, например, истребление Содома и Гоморры, низведение огня с неба, покрытие Гиезия проказой, внезапная смерть Анани и Сапфиры и др.

Чудеса, бесспорно, были поразительными и необычайными явлениями, бесконечно превышавшими естественные силы природы и человека; притом они служили очевидными доказательствами Божественного посольства их совершителей. В виду этого, сам собою представляется вопрос: каким образом было возможно сомнение в их подлинном значении? Почему они нередко оставались незамеченными? Причина этого лежит в известном духовно-нравственном настроении человека, в его закоренелом неверии, в грубости сердца и в пристрастии к сложившимся убеждениям. Чтобы видеть чудо и понимать его значение, нужно иметь известную религиозную восприимчивость, известное нравственное расположение, – нужно иметь веру, или искреннее стремление к ней. Наоборот, отсутствие расположения к вере, а тем более закоренелое неверие, гордость, самолюбивые стремления, установившиеся предрассудки и страсти служат препятствием к пониманию чуда. Само по себе чудо не производит веры и не имеет безусловного доказательного значения. Оно производит только удивление, но не дает прочного убеждения в его истине; поражая воображение и чувство зрителей, оно побуждает их искать объяснения его в действии каких-либо тайных сил физического или духовного мира. Доказательство этого можно видеть в отношениях современников Господа Иисуса Христа к чудесам. Они были очевидцами поразительнейших из Его чудес. Они видели воскресшего Лазаря, были поражены этим, но не вникли в смысл чуда и остались неверующими. Они знали, что Христос воскрес в третий день, и продолжали не веровать. Сам Спаситель однажды прямо высказал, что чудо пред неверующими не потому не совершается, что неверующие недостойны чуда, а потому, что чудо не принесет им никакой пользы: «Если бы кто и из мертвых воскрес, не поверят» (Лк.16:31). Иначе, если бы чудеса могли возбуждать полную веру, Господь Иисус Христос не отказывался бы совершать их, и тогда не было бы неверующих в Него. На самом деле, чудеса приводили к вере во Христа не потому только, что поражали своею необычайностью, а потому, что были отражением Его Божественной личности, открывали совершенства Его природы. Поэтому, кто не видел в лице Христа – Искупителя Мира – личность Божественную, тот не убеждался и чудесами. «Род лукавый и прелюбодейный» (Мф. 12:39), – не способный возвыситься до понимания Божественного учения Христа и не имевший расположения творить волю Божию, искал все новых знамений, пренебрегая внутренним обновлением своей природы и всеми данными ему средствами убеждения в истине.

Установивши, согласно христианскому Мировоззрению, истинное понятие о чуде, покажем особенности чудес ложных. В языческой древности совершались многие необычайные явления, по-видимому, превышавшие действия естественных сил и законов природы. Так, например, египетские волхвы, подобно Моисею и Аарону, обратили жезл в змия, претворили воду в кровь, извели жаб из воды. Но эти действия не были чудесами: они произведены не всемогущею силою Божиею и не помимо естественных сил и законов природы. Они были следствиями тех особенных знаний и того искусства, которыми владели когда-то языческие жрецы и которые исчезли вместе с ними, а равно были действиями тех темных сил, которым служил и служит языческий Мир. В самом деле, нечто превышающее действие естественных сил и законов природы, по допущению Божию, может быть совершено и демонскою силою. Демоны, как существа, находящиеся в иных, по сравнению с человеком, условиях и иных отношениях к природе, могут, по допущению Божию, производить некоторое подобие чудес, как собственною непосредственною деятельностью, так и при участии людей, находящихся в их власти. В подтверждение этого припомним историю Иова, Товита, факты искушения Господа. В Священном Писании допускается возможность таких необычайных действий и дается ясное предостережение относительно их значения. «Если возстанет пред тобою пророк, – говорится в книге Второзакония, – и совершит предо тобою знамение и чудо, но скажешь: пойдем, послужим иным богам, то не слушай пророка того и не ходи вслед его» (Втор.13:1–3). Бл. Феодорит в своем толковании на это место уясняет, что если бы ложный пророк, приглашающий последовать иным богам, действительно воскресил мертвого или исцелил слепого (т.е. показал вид того и другого), то такие действия, как обманчивые и призрачные, не имеют значения чудес и совершаются демонскою силою, по допущению Божию, для испытания веры людей. Притом, все такие призрачные чудеса, в отличие от истинных, совершались не ради преуспеяния царства Божия на земле и не для внутреннего обновления человека, а для совращения его с пути истины и вовлечения в погибель. Доказательством зависимости ложных чудес от естественных условий служит и самая ограниченность таких чудес. Волхвы египетские, повторивши пред Фараоном первые три чуда, совершенные Моисеем и Аароном, оказались потом не в состоянии воспроизвести последующих чудес. Чудеса же, приписываемые языческим богам, а также и Магомету, не только не запечатлены серьезною целью и нравственным характером, а напротив, бесцельны, смешны и нелепы. Тот же характер носят на себе новейшие магические фокусы и спиритические опыты. Как бы ни были поразительны явления из области спиритизма, каковы разного рода столоверчения, таинственные постукивания, поднятие тяжелых тел на воздух без видимой причины и т. п., все они никак не могут быть признаны за истинные чудеса. Все они имеют своим основанием или намеренный обман, или самообман устроителей этих опытов, или пользование малоизвестными силами природы, или, наконец, в некоторых случаях, участие демонской силы, ослепляющей умы людей, увлеченных преступными мечтами о самопроизвольном общении с загробным миром. Никакого нравственно-религиозного значения они не имеют. Между тем в истинном чуде человеку всегда подается высшая помощь в деле возвышения его к своему первоначальному истинному назначению из того жалкого состояния, в которое он стал вследствие своего падения.

Бывают ли теперь чудеса? Так как чудо, с одной стороны, есть обнаружение всемогущества и благости Божией, а с другой – имеет целью, как распространение и утверждение веры Христовой, так и благо человека и его спасение, то, пока существует всемогущество и благость Божии (а могут ли они когда-либо иссякнуть?), а равно пока не прекращаются бедствия людей, до тех пор должны существовать и действительно существуют чудеса на земле. Но отчего же теперь, говорят многие, чудеса не так видны между нами, как прежде? На это ответим: солнце светит для всех одинаково, но слепые не видят света его потому только, что слепы; так точно и чудеса – очевидны для всех верующих, а неверующие их не замечают. А между тем сколько чудес совершается и в наши дни! Посмотрите на наши явленные и чудотворные иконы. Зачем стекаются к ним целые тысячи, зачем целые сотни больных и увечных теснятся вокруг тех мест, которые ознаменованы чудотворными иконами? Не затем ли, что оттуда струятся токи исцелений для веры и молитвы. Сколько, например, последовало в разные – и отдаленные и ближайшие к нам – времена чудесных исцелений от святых икон, о чем своевременно было опубликовано как в духовной, так и в светской печати! Сколько чудесных исцелений последовало от икон Иверской Божей Матери, Казанской, Почаевской, Знаменской, Скорбященской и многих других! Посмотрите затем на святые нетленные мощи наших угодников Божиих. Сколько чудес совершается от них! Как обильна, например, чудесами Свято-Троицкая Сергиева лавра! Как много в наши дни совершалось и совершается чудесных исцелений у рак наших новоявленных угодников Божиих: святителя Феодосия Углицкого и преподобного Серафима Саровского! Всемогущи! Господь, прославляя своих угодников, преизобильно излил токи Своей живоносной и спасительной благодати на множество страждущих, с верою притекающих со всех сторон к ракам их мощей и просящих у них помощи и молитвенного заступления пред престолом Всевышнего. Притом, не только сами святые мощи угодников Божиих служили источниками исцеления, но и разные вещи, соприкосновенные им и взятые от них (например, елей от лампад, части покровов и риз и др.) производили благодатные целебные действия на верующих. Вообще же, если бы собрать достоверные описания чудес, которые совершены только в недавнее время, то составились бы целые книги. А сколько чудес не описано!

Не довольствуясь такими, так сказать, постоянными чудесами, многие хотели бы видеть все те чудеса, о которых повествует нам слово Божие: хотели бы, например, чтобы больные исцелялись и мертвые воскресали от одного слова какого-нибудь чудотворца; хотели бы, чтобы пред их глазами двигались горы, как об этом сказал Спаситель, и как, по слову преподобного Марка, гора действительно сдвинулась с места своего и двигалась дотоле, пока он не остановил ее; хотели бы, чтобы по одному слову поднимались и утихали стихийные силы природы. Но искать чудес без нужды – значит искушать Господа, искушать так, как, например, искушал Его дьявол, предлагавший ему превратить камни в хлебы. Бесспорно, если бы мы имели веру, как горчичное зерно, то Господь творил бы для нас чудеса, когда в них была бы нужда, – творил бы для нашего блага, а не для удовлетворения любопытства, подобно тому, как не переставал Он творить их для истинно верующих. Если бы кто и в наши дни стал просить Бога об утверждении слабой веры его чудом, то Бог, если бы то было для него необходимо или полезно, явил бы ему знамение Своей силы. Но только такой человек подвергнется еще большей ответственности, если и после явного откровения Божия будет продолжать греховную жизнь.

Итак, чудеса возможны и, действительно, существуют даже в наше греховное время. Они направлены к утверждению религиозной веры и сами умножаются в зависимости от веры. Каждый день миллионы людей возносят молитвы к Богу, прося Его помощи и заступления. Ими двигает в этом случае вера в чудо, надежда на него. По вере же людей Бог изливает на них дары Своей милости.


Источник: Что такое чудо? [Текст] / [М. Вержболович]. - Москва: издание Комиссии по устройству общеобразовательных чтений для фабрично-заводских рабочих г. Москвы, 1905. - 24 с.

Комментарии для сайта Cackle