Возлюби любящую, праведно ненавидимую. Беседа 4. Вечерня Великой Среды

Нужно обязательно упомянуть песнопения, связанные с блудницей! На вечерне Великой Среды мы слышим стихиры о блуднице. Песнопения прекрасные. И написала эти стихиры женщина, одна из самых чудесных и прекрасных красавиц Византии. Очень интересная женщина. Она жила в IX веке. Заметьте, между прочим, IX век. Простите, уже всё написано: и Андрей Критский создал свои творения, и Иоанн Дамаскин всё написал, и Косма Маюмский, и Феодор Студит уже успел скончаться… И после всех этих песнотворцев, гениальных песнотворцев, инокиня Касси́я сумела так сказать и так написать, что ее произведения вошли в богослужение уже после всех этих замечательных песнотворцев. В Греческой Церкви она прославлена как святая, а в нашем календаре ее нет, но у нас в храме на клиросе она изображена, певчие на нее смотрят и радуются. Потому что эта женщина написала удивительные песнопения! Она сумела написать начало канона Великой Субботы, с совершенно невероятным песнопением и ирмосом: «Волною морскою».

Кассия. Рядом преподобный Феофан, творец канонов. Троицкое-Голенищево, левый клирос.

Касия, или Кассия с двумя «с», или Икосия – ее имя у нас по-разному произносится. Кратко о ней. Она была дочерью знаменитых родителей. Точные даты ее жития неизвестны, но это не важно, это был IX век. Почти весь корпус богослужебных текстов был уже составлен, как вдруг появляется такая дивная, удивительная, прекрасная девушка, которая внесла свой вклад в богослужение, и очень даже мощный.

Эта девушка, прекрасного происхождения, была одной из лучших, знаменитых и умных девиц Византии, которые предназначались в жены императору. Император (Фео́фил, †842) был не женат, и устроил смотр невест...

Вот когда начались конкурсы красоты. Было очень трудно найти не просто красавицу, но еще чтобы она была и верующая, и молитвенная, и смиренная. И вот было устроено такое мероприятие: было отдано повеление по всей Византии – по всем провинциям искать невесту для императора. Кассия, я полагаю, была жительницей Константинополя, она была из очень знатной семьи.

Из разных концов империи привезли в столицу множество-множество-множество красавиц-девиц. Конечно, советники императора смотрели, вглядывались, думали, боялись: «Эта девушка ведь будет императрицей, а вдруг она потом мне голову оторвёт, если я что-то плохо сделаю по отношению к ней?» Они имели такт и старались относиться к потенциальным невестам нормально.

И наконец, их построили в шеренгу, выпустили императора. Он держал в руке золотое яблоко, чтобы в знак любви отдать его своей избраннице. И вот император пошёл вдоль ряда, стал смотреть. Смотрит, вглядывается, смотрит, вглядывается...

И остановился напротив Кассии. И он был не дурак, император, и он решил быстро протестировать, насколько она умна. И он сказал Кассии: «Всё зло произошло от женщины». Вот если бы Кассия была бы еще немножко умнее (я грешу против Кассии, нехорошо), она могла бы сыграть, она должна была бы покраснеть, потупиться и сказать: «Ой, я ничего не знаю...», и всё прочее.

А она – она же умная была! Она не удержалась и ответила. «Да! Но и всё добро произошло от женщины», имея в виду Пресвятую Богородицу. Император так испугался, что решительно сделал шаг вперед, дальше. Почему? Он понял: она будет управлять империей. Он испугался: слишком умная.

И вот дальше (это лично мое предположение, не приписывайте дорогой нашей инокине Кассии, что отец Сергий ее оклеветал среди московской северной страны), мне кажется, мне думается, что её всё-таки всю жизнь точила мысль, что она могла бы быть императрицей, а не получилось, – вот кто ее за язык тянул? Ну покраснела бы, потупилась – и стала бы императрицей. А она твердо ответила: «Пресвятая Богородица. Зато и всё добро произошло от Богородицы. От женщины, от Жены».

Еще интересный факт. Мне один батюшка подсказал, кажется, отец Максим Козлов. Вот мы знаем историю Филарета Милостивого, который настолько был милостив, что даже свою жену довел до тяжелого состояния, и она, бедная, не знала куда вообще деваться и что делать с ним, – так вот обнищали окончательно.

И вот на этих смотринах, сделав шаг вперед, император остановился против дочки Филарета Милостивого и взял ее в жены. Увидел девушку, понял, что вот эта – не такая уж очень умная, и не заткнет его за пояс. Он взял ее в жены, и благодаря этому она стала императрицей всей Византии, а Филарет Милостивый был вознагражден за свою неумеренную и ужасающую щедрость.

Вернемся к инокине Кассии. Она, конечно, пошла в монахини. Ну, если такой ум, куда его девать? Только в монахини. И что было после этого? Она не оставляла литературных своих трудов, она писала некоторые поэтические произведения. И, как пишет один ученый, специалист, иногда в текстах она давала волю своему презрению к мужчинам... У нее осталось это: «Ну что с мужчин взять?! Если они не понимают, где настоящая красота женщины, что умные женщины могут быть императрицами». И, как пишут в хрестоматии по византийской литературе, она могла свое отношение выразить в стихотворении, состоящем из целой серии междометий: «Увы и ах!», «И ох, ах, ах!», «И что с ними делать?», «Ох уж эти мужчины!» В такие слова и междометия она вкладывала свое восприятие: «Ох уж эти мужчины, которые не ценят женского ума, боятся его».

Ужасно выносить глупца суждения,

До крайности ужасно, коль в почете он;

Но если он – юнец из дома царского, –

Вот это уж доподлинно «увы и ах».

(Хрестоматия Византийской литературы. М., 1968. С. 319.)

Так вот, инокине Кассии принадлежит несколько песнопений и канон Великой Субботы, первые четыре песни. И это знаменитое песнопение:

А́вгусту единонача́льствующу на земли́

Многонача́лие челове́ков преста;

И Тебе́, вочелове́чшуся от Чи́стыя,

Многобо́жие и́долов упраздни́ся.

Под еди́нем ца́рством мирски́м гра́ди бы́ша,

И во еди́но влады́чество Божества́ язы́цы ве́роваша...

(стихира праздника Рождества Христова).

То есть, когда Христос воплотился, кончилось многобожие и разнообразие народных верований. Единым Августом, Царем стал Господь Иисус Христос, Он пришел на землю и открыл истинное знание Бога, в Которого поверили бывшие язычники.

Но в Среду Страстную – как она написала о блуднице!

Она, будучи монахиней, и, я думаю, монахиней не формальной, настоящей монахиней, – как она почувствовала вот эту покаянную силу блудницы!

Эту стихиру, конечно, надо слушать в церкви во время службы, – только так можно почувствовать внутреннее отношение инокини Кассии к событию Великой Среды:

Тебе́ Де́выя Сы́на,/ блудни́ца позна́вши Бо́га,/ глаго́лаше, в пла́чи моля́щися,/ я́ко слез досто́йная соде́лавшая:/ разреши́ долг, я́коже и аз власы́:/ возлюби́ лю́бящую, пра́ведно ненави́димую,/ и близ мытаре́й Тебе́ пропове́м,/ Благоде́телю Человеколю́бче.

Блудница припадает к ногам Христа.

...Разреши долг, якоже и аз власы... то есть разреши мой долг перед Тобой, как я разрешила, то есть распустила волосы. «Распустить волосы» – это, во-первых, признак блудницы, а во-вторых, это знак покаяния. Почему с открытыми волосами в церковь не ходят? Это древний знак блудницы, нельзя быть с распущенными волосами. Красота волос может сильно соблазнять. А в сильном душевном волнении платок падает с головы, ей уже не до платка; про женщину говорят тогда. что она «опростоволосилась». Блудница, не стесняясь своей принадлежности к такой профессии, в сильном душевном волнении от покаяния распустила свои волосы. И она эти волосы употребила на то, чтобы вытереть ноги Господа Иисуса Христа, а потом их святым миром мазать и своими слезами... «Отпусти мне грехи, разреши долг...»

…возлюби́ лю́бящую, пра́ведно ненави́димую,/ и близ мытаре́й Тебе́ пропове́м,/ Благоде́телю Человеколю́бче.

Помните? Это четкое и яркое выражение – мытари и блудницы предваряют вас в Царствии Небесном (Мф.21:31). Предваряют блудницы и мытари, кающиеся, ждут нас в Царствии Небесном.

На «Слава, и ныне» в этот день другая стихира:

Го́споди, я́же во мно́гия грехи́ впа́дшая жена́,/ Твое́ ощути́вшая Божество́,/ мироно́сицы взе́мши чин,/ рыда́ющи ми́ро Тебе́ пре́жде погребе́ния прино́сит:/ увы́ мне, глаго́лющи,/ я́ко нощь мне естъ разжже́ние блуда́ невоздержа́нна,/ мра́чное же и безлу́нное раче́ние греха́./ Приими́ моя́ исто́чники слез,/ И́же облака́ми производя́й мо́ря во́ду./ Приклони́ся к мои́м воздыха́нием серде́чным,/ Приклони́вый небеса́ неизрече́нным Твои́м истоща́нием,/ да облобыжу́ пречи́стеи Твои́ но́зе,/ и отру́ сия́ па́ки главы́ моея́ власы́,/ их́же в раи́ Е́ва, по полу́дни, шу́мом у́ши огласи́вши, стра́хом скры́ся./ Грехо́в мои́х мно́жества/ и суде́б Твои́х бе́здны кто изсле́дит?/ Душеспа́сче Спа́се мой,/ да мя Твою́ рабу́ не пре́зриши,/ И́же безме́рную име́яй ми́лость.

Господи, во многие грехи впавшая жена,/ Твое ощутившая Божество,/ мироносицы служение взяв на себя,/ с рыданием миро Тебе прежде погребения приносит,/ «Увы мне, – возглашая, – / ибо ночью для меня является страсть невоздержания,/ мрачной и безлунной – стремление к греху!/ Прими мои источники слез,/ из облаков изводящий воду моря./ Приклонись к моим стенаниям сердечным,/ Приклонивший небеса неизреченным Твоим самоумалением./ Буду лобызать пречистые Твои ноги,/ и еще отру их головы моей кудрями,/ – те (ноги), шум от которых Ева в раю после полудня,/ услышав ушами своими, в страхе скрылась./ Грехов моих множество и судов Твоих бездну кто исследует?/ Спасающий души, Спаситель мой,/ меня, рабу Твою, не презри,/ Имеющий безмерную милость!»

Именно эту стихиру пишет преподобная Кассия на свитке.

Я рекомендую заранее прочитывать, просматривать тексты богослужений. Конечно, когда стоишь в церкви, совсем всё по-другому воспринимается, но ум наш требует немножечко побольше внимания к этим песнопениям.

И вот в Великую Среду кончается Литургия Преждеосвященных Даров, читается молитва: Владыка многомилостивый, Господи Иисусе Христе, Боже наш... Молитва обычная, литийная: Помилуй нас и мир Твой, и спаси души наша, яко Благ и Человеколюбец. А потом батюшка кланяется в сторону народа и говорит замечательные слова: «Простите мя, отцы и братие! Помолитесь о мне грешном. Простите мне всё, что я согрешил за эту Четыредесятницу». А в конце литургии последний раз читается торжественно вслух молитва Ефрема Сирина: Господи и Владыко живота моего...

И здесь уже все великопостные молитвы заканчиваются. Всё. Наступает время и действо Великого Четверга.

К сожалению, без иллюстративного материала, без показывания на экране некоторых текстов, без интерактивности трудно передать всё, что хотелось бы. Надо бы и посмотреть, и греческий текст кое-где показать, и славянский, и прослушать, как поется – как хор отца Матфея поет и как поется в простом сельском храме, – тогда было бы гораздо больше впечатлений, чем от моих простых рассказов. Но как сможем, так и сможем… Дошли уже до Среды вечера – до Великого Четверга.