протоиерей Валентин Свенцицкий

Письма к В. Я. Брюсову

Многоуважаемый Валерий Яковлевич!

Посылаю Вам рассказ «Мать», если подойдёт, не напечатаете ли в «Русской Мысли»? Это первый рассказ из шести задуманных мной, под общим заглавием: «Убийцы». Если рассказ не понравится, и вообще, по тем или иным соображениям напечатать в «Рус. М.» его нельзя, – пожалуйста, рукопись верните по адресу: г. Царицын-на-Волге В. П. Платонову до востребования. По этому же адресу очень прошу Вас и ответить мне на моё письмо.

Всего Вам хорошего.

В. Свенцицкий

Штемпели на конверте: Царицын – 24.10.1911; Москва – 26.10.1911.

Многоуважаемый Валерий Яковлевич!

В середине сентября я послал Вам в г. Каширы рассказ «Мать» заказной бандеролью и заказное сопроводительное письмо. Если не ошибаюсь, адрес написан такой: Мещанская, 3.

Не получая долго от Вас ответа, запросил И. П. Брихничёва о точном Вашем адресе, в ответ получил: Мещанская, 32.

Так вот, если я действительно перепутал Ваш адрес и Вы моей рукописи и письма не получали, будьте так добры немедленно уведомить меня, я телеграфирую на Московский почтамт Ваш верный адрес.

Пишите пожалуйста заказным по адресу: Царицын на Волге, Вячеславу Платоновичу Платонову до востребования.

Всего хорошего.

В. Свенцицкий

Потомки сестёр Красновых, одной из которых была жена Свенцицкого Евгения Сергеевна (1892–1986), сберегли в семейном архиве машинопись 1930-х годов с предисловием автора.

Напечатание рассказа «Мать» сопровождалось следующими обстоятельствами.

Этот рассказ был послан мною в «Русскую мысль», В. Я. Брюсову, который редактировал тогда беллетристический раздел журнала. Через некоторое время я получил от него письмо, где он, одобрительно отзываясь о рассказе, сообщает, что с рассказом почему-то пожелал ознакомиться П. Б. Струве. После напечатания «Антихриста» и исключения меня из Московского религиозно-философского общества за безнравственную жизнь круги близкие к Совету общества встали ко мне в столь враждебное отношение, что смысл желания П. Б. Струве «ознакомиться» с моим рассказом был для меня ясен1. И действительно, через несколько дней я получил рассказ обратно. В это время я перешёл на нелегальное положение и жил по паспорту В. П. Платонова. Я взял свой рассказ «Мать» и послал его в «Русское богатство» от имени «В. П. Платонова». Рассказ был принят2.

* * *

1

Есть основания полагать иные причины неприязни. Ср.: «В судебной палате с участием сословных представителей слушалось дело по обвинению редактора журнала «Полярная Звезда» П. Б. Струве и студента В. П. Свенцицкого по 5-му п. 129 ст. Угол. Улож. за статью последнего «Открытое обращение верующего к православной церкви», напечатанной в N 8 журнала «Полярная Звезда». В статье этой прокурор усмотрел преступный призыв к войскам. Свенцицкий заявил, что обращение его было направлено к церкви. Вызванный в качестве свидетеля о. [Константин] Аггеев подтвердил, что мысли, высказанные в инкриминируемой статье, вполне соответствуют делу и учению православной церкви. Товарищ прокурора поддержал обвинение, находя, что если бы автор хотел своё обращение направить к церкви, а не к войскам, он направил бы его в виде письма на имя обер-прокурора святейшего синода. Защищал обвиняемых прис. пов. А. С. Зарудный. Суд признал Свенцицкого невиновным, а П. Б. Струве – виновным в неосмотрительности по 7-й ст. 8-го отдела временных правил о печати и приговорил его к 100 руб. штрафа или аресту на 1 месяц» (Книжный вестник. 1906. N 41. С. 989). Кроме того, журнал был закрыт. В письме к А. С. Глинке 1907 г. (Вопросы философии. 1992. N 12) Струве чётко обозначил позиции, объявив себя протестантом и почувствовав в Свенцицком последователя «настоящей философии православия» – религии «материализации Бога». А в статье «На разные темы» (Русская мысль. 1908. Кн. 2. С. 174–179) обвинил идейного противника в «догматическом изуверстве», поскольку его максимализм «жесток и топчет – во имя абсолюта! – чужую личность», тогда как «вообще современным людям нельзя проповедовать никакой религии».

2

С конца 1908 г. до Февральской революции Свенцицкий скрывался от преследования полиции (против него велось шесть уголовных дел по обвинению в антигосударственной деятельности за печатные выступления), используя поддельный паспорт на имя «Вячеслава Платоновича Платонова».



Источник: Публикуется по: Новый журнал. 2011. N 263.