профессор Василий Никанорович Мышцын

Раб Иеговы (Ис. 40–44)

Он взошел перед ним, как отпрыск и как росток из сухой земли. Не было в Нем ни красоты, ни величия. Мы видели Его; но не нашли ничего, что привлекало бы нас к Нему. Он был презренным и ничтожным из людей, – мужем скорбей и болезней; и мы отвращали от Него лицо свое. Bсе Его презирали, и мы ни во что ставили Его. Но Он был таков потому, что взял на Себя наши немощи и наши болезни. Мы думали, что Бог изливает на Него праведный гнев Свой, поражает Его, наказывает и уничижает; но Он изъязвлен был за грехи наши, мучим был за беззакония наши. Он принимал наказание, мы приобретали мир, Его ранили, а мы исцелялись. Как овцы блуждали мы, совратившись с пути истины; а Господь возложил на Него все наши грехи. Его истязали, но Он был терпелив и не открывал уст Своих, как овца ведомая на заклание и как агнец пред стригущими его. Смерть освободила Его от уз и суда, но кто из знавших Его подумал: Он исторгнут из земли живых за преступления народа Моего, за них претерпел Он казнь. Ему назначили гроб с злодеями, но Он погребен у богатого, потому что не сделал гpexa и не было лжи в устах Его. Господу угодно было поразить Его и Он предал Его мучению; но когда душа Его совершит жертву умилостивительную, тогда Он узрит потомство вечное, и рука Его будет исполнять волю Господню. За подвиг души Своей Он будет смотреть и радоваться. Чрез познание Свое Он, праведник и раб Божий, оправдает многих и преступления их на Себе понесет. Посему Бог возвеличит Его и возвысит за то, что предал душу Свою на смерть и к злодеям был причтен, тогда как понес на Себе грех многих и за преступников сделался ходатаем.

В этих словах ветхозаветный евангелист настолько правдиво изобразил историю и смысл великого события, совершившегося на Голгофе, что невольно думаешь, не писались ли эти слова там, у подножия Креста?

Мы не будем объяснять их. Ближайший смысл их ясен, а глубочайший составляет предмет догматики. Все наше внимание в настоящем случае сосредоточивается на вопросе о генезисе пророчества. Как явилось оно в сознании пророка: узрел ли он образ Раба Божия в далекой перспективе будущего, так сказать, в области неба, скрывавшего тайны грядущего, или осененный Духом Святым он усматривал бледное и слабое отражение этого образа на земле, в страдальческой жизни своего народа? Чтобы уяснить себе этот во многих отношениях важный вопрос, мы должны ознакомиться с тем историческим фоном, на котором начертан у пророка образ Раба Божия, и который рисует он в главах с 40-ой и до конца. Вот он в общих и существенных чертах.

Плен вавилонский, похоронивший было все чаяния богоизбранного народа, кончился. Кир издал указ: о возвращении иудеев на родину. Снова воскресли надежды народа. Восторгом наполняется сердце пророка. Даже Сам Иегова разделяет общую радость. Как любящий отец, наказавший сына, Он радуется, что наступило время прощения, что все вины народа уже искуплены его страданиями. «Утешайте, утешайте народ Мой, говорит Иегова; говорите к сердцу Иерусалима и возвещайте ему, что исполнилось время борьбы его, что за неправды его сделано удовлетворение, ибо он от руки Господней принял вдвое за все грехи свои» (Ис.40:1–2). Поднимается народ Божий и идет в землю отцов своих. Вот уже слышится голос герольда: готовьте путь Господу, ведущему народ Свой; пусть поднимется долина, всякая гора и холм понизится. Снова воссияла слава Господня. Бедствия народа омрачили ее. Иегова перестал быть страшным для всех народов с тех пор, как народ Его стал рабом языческого племени. Люди маловерующие усомнились во всемогуществе Иеговы. Боги вавилонские, давшие победу своему народу казались им сильнее Иеговы. Но теперь не то. Народ спасен, Иегова прославился. «И ты, благовествующий Сион, взойди на гору высокую, возвысь с силою голос твой, благовествующий Иерусалим, возвысь, не бойся: скажи городам иудиным: вот Бог ваш!» Вот Он грядет с силою и властью; вот и награда Его с Ним – Его избранник израиль (Ис.40:9–10). «Как пастырь Он будет пасти стадо Свое, агнцев будет брать на руки и носить на груди Своей» (Ис.40:11). Нежною любовью звучат слова Иеговы к народу Своему. «Ты, Израиль, раб Мой, говорит Иегова, Иаков, которого Я избрал, семя Авраама, друга Моего,– Ты, которого Я взял от концов земли и призвал от краев ее и сказал тебе: не бойся, ибо Я с тобою, не смущайся, ибо Я Бог Твой; Я укреплю тебя и помогу тебе и поддержу тебя десницею правды Моей». Кто враждовал против тебя и ненавидел тебя, все погибнут. «Не бойся, червь Иаков, малолюдный Израиль, Я помогаю тебе» (Ис.41:8–14). «Долго молчал Я, говорит Иегова, терпел, удерживался; теперь буду кричать, как рождающая, буду разрушать и поглощать все. Опустошу горы и холмы и всю траву их иссушу... И поведу слепых своих дорогой, которой они еще не знают» (Ис.42:14–16). «Не бойся, ибо Я искупил тебя... Я с тобою... Ты дорог в очах моих, многоценен, и Я возлюбил тебя... Я отдам людей за тебя, и народы за душу твою... От востока приведу племя Твое и от запада соберу тебя. Северу скажу: отдай, и югу: не удерживай» (Ис.43:1–6). Как же ты, Иаков и Израиль, говорил себе: «путь мой сокрыт от Господа, и дело мое забыто у Бога моего?» (Ис.40:27). «Сион говорил: оставил меня Господь и Бог мой забыл меня! Забудет ли женщина грудное дитя свое, чтобы не пожалеть сына чрева своего? Но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя. Я начертал тебя на дланях» (Ис.49:14–16). «На малое время Я оставил тебя, но с великою милостью восприму тебя, в жару гнева Я сокрыл от тебя Лице Мое, но вечною милостью помилую тебя. ... Бедная, бросаемая бурею, безутешная! Вот Я положу камни твои на рубине и сделаю основание твое из сапфиров» (Ис.54:7–11). «Скоро освобожден будет пленный, и не умрет в яме и не будет нуждаться в хлебе. ... Я вложу слова Мои в уста твои, и тенью руки Моей покрою тебя» (Ис.51:14,16). «Итак выслушай; это, страдалец и опьяневший, но не от вина: так говорит Господь твой... отмщающий за свой народ: вот я беру из руки твоей чашу опьянения, дрожжи из чаши ярости Моей, ты не будешь уже пить их, и подам ее в руки мучителям твоим, которые говорили тебе: «пади ниц, чтобы нам пройти по тебе"" (Ис.51:21–23). «Возстань, пленный Иерусалим; сними цепи с шеи твоей пленная дочь Сиона! Идите, идите, выходите оттуда; не касайтесь нечистого, выходите из среды его носящие сосуды Господни!» (Ис.52:2,11).

Так говорил Иегова народу своему. Радуется Он освобождению избранного Своего, радуется потому, что любил его, как Отец сына, как супруг жену юности. Израиль создание Иеговы. Он сделал его носителем Божественной мысли, посредником от вечности предопределенного намерения. Его Иегова сотворил для славы Своей, образовал и устроил (Ис.43:7). Он вестник Иеговы, Его посланник. Иегова не мог оставить его, забыть о нем, ибо в нем была слава Самого Иеговы. Вот почему радуется Иегова освобождению его. Спасая его, Иегова спасал Свою мысль, Свое намерение. «Ради имени Моего отлагал гнев Мой, ради славы Моей удерживал Себя от истребления тебя. Ради Себя, ради Себя Самого делаю это». (Ис.48:9,11). Он искупил Иакова и чрез то прославится в нем. Египтяне, Ефиопляне, Савейцы придут к Израилю, повергнутся пред ним и будут говорить: «у тебя только Бог, и нет иного Бога». Видя возвращение его в отечество, все народы скажут: «только у Господа правда и сила» (Ис.45:24). Освобожденный Израиль будет проповедником славы Иеговы среди народов, свидетелем, вождем, наставником (Ис.55:4). «Он призовет к Иегове народ, которого сам не знал, и народы, не знавшие его, поспешат к нему ради Господа Бога его» (Ис.55:5). В возвещении всему миру имени Иеговы и в призвании всех народов к прославлению Его и состоит миссия Израиля. Он служит Богу, он раб Иеговы. "И ныне, говорит Господь, не бойся, ибо Я искупил тебя, назвал тебя по имени Твоему, ты мой» (Ис.43:1). «Ты Мой раб... Я Бог твой» (Ис.41:9,10).

Итак Израиль – раб Божий по своему особенному назначению и постольку, поскольку он выполнял его. В действительности он часто оказывался отступником от Иеговы, но с идеальной стороны он никогда не переставал быть рабом Его, так как раз данное Иеговой слово, что просветит и спасет чрез Израиля все народы, не могло остаться втуне. Однако идеальный Израиль, раб Иеговы, не был чем-то несуществующим, лишь мыслимым. Ни в один свой период история иудейского народа не оставалась без истинно преданных вере своих предков людей, без израильтян по духу. Всегда среди него находились люди, ищущие Господа, знающие правду и носящие в сердце своем закон (Ис.51:1,7). Это семя святое и было настоящим носителем Божественных предначертаний и чаяний ветхозаветных людей. В нем они никогда не умирали, но, как неиссякаемый источник, оживляли ветхозаветный мир, готовя его к лучшему будущему. Этим-то истинным носителям Божественных намерений и принадлежало собственно почетное название рабов Божиих или раба Божия. Если так назывался весь Израиль, то только ради них. Им то собственно и давались все обетования славного будущего. Они одни будут просветителями народов; через них явится спасение в Сионе и ими распространится на весь мир. Так говорит Иегова тем, которые оставили Господа, забыли Святую гору Его: «вот рабы мои будут есть, а вы будете голодать; рабы Мои будуть пить, а вы будете томиться жаждою; рабы Мои будуть веселиться, а вы будете в стыде... и убьет тебя Господь Бог, а рабов своих назовет другим именем, которым кто будет благословлять себя на земле, будет благословляться Богом истины, и кто будет клясться на земле, будет клясться Богом истины» (Ис.65:11–16).

В таких именно чертах изображает пророк освобожденный из плена народ и отношение к нему Иеговы. Это изображение Израиля, как раба Божия и служит тем фоном, на котором начертывает пророк образ Раба Божия, как определенной Личности.

Если мы теперь сравним фон с самим образом, то без труда увидим в них нечто общее и сходное. Сходство между Израилем и Рабом Божьим, как Личностью, так значительно, что иногда затрудняешься сказать, где идет речь о целом народе и где об одной Личности.1 Все приведенные выше места, в которых идет речь о рабе Божьем, несомненно относятся к народу израильскому, так как в них прямо указывается на коллективный характер субъекта. К местам же, предметом которых служит Раб Иеговы, как единичная Личность, относятся обыкновенно: Ис.42:1–7; Ис.49:1–10; Ис.50:4–10; Ис.53. Рассмотрим, как изображается в них Раб Иеговы. Начнем с 42 гл (Ис.42).

"Вот Раб2 Мой, Которого Я держу за руку». Это выражение в предшествующей главе в ст. 13 (Ис.41:13) употреблено в применении к израильскому народу: «Я Господь Бог твой, держу тебя за правую руку и говорю: не бойся». Дальнейшие слова: «Избранный Мой, к Которому благоволит душа Моя», по смыслу могут быть отнесены к Израилю, который весьма часто называется избранным Божиим (Ис.45:4, 44:2, 41:9 и др.), возлюбленным (Ис.44:2), многоценным (Ис.43:4) и под. сл. Следующие затем слова: «положу Дух Мой на него», выражают почти тоже, что сказал Иегова народу своему: «излию Дух Мой на племя твое» (Ис.44:3). В дальнейших словах 42-ой главы раскрывается проповедническая деятельность Раба Божия, ее характер и сущность. Он возвестит народам правду. Его проповедь будет скромна, спокойна, тиха. Ее сила не в громких словах, не в возвышенных речах без разбора места и времени, но в обаянии ее внутреннего содержания. Не насилие и смерть возвестит Он, но жизнь, снисхождение, милосердие. Он и самое малое проявление жизни, самую ничтожную искру добра воспламенит и усилит. Суд Его будет судом истинным; и до тех пор не ослабеет Он и не прекратит проповеди, пока не утвердит правду, и пока закон Его не признают все острова. Таково проповедническое служение Раба Божия. Нигде в столь подробных и ясных чертах не описывается миссионерская деятельность народа израильского и потому с правом большинство комментаторов видит в представленном описании образ Мессии. Но и здесь можно сделать некоторое сближение пророческого служения Раба Божия с проповедью Израиля. Уже самое избавление Израиля от плена было судом Божиим над ним и прочими народами и вместе с тем молчаливою, но убедительною проповедью о всемогуществе Иеговы и об истинности Его закона. Видя освобождение Израиля, все народы придут к нему и скажут: «у тебя только Бог, и нет иного Бога; только у Господа правда и сила» (Ис.45:14,24). Ибо что такое те боги? Плотник, протягивает по дереву линию, остроконечным орудием делает на нем очертание, потом обделывает его резцом, округляет его и выделывает из него образ красивого человека, чтобы поставить его в доме. И вот Бог! Он стоит и не двигается, кричат ему, но он не отвечает, не спасает от беды. Но пал теперь Вил и низвергся Нево, Они не спасли Вавилона. В таком посрамлении языческих богов и распространении славы Иеговы посредником являлся народ израильский. Посему Сам Иегова называет его свидетелем для народов, вождем и наставником народам (Ис.55:4). Но освобожденный Израиль положил лишь начало проповеди об Иегове, кончится же она тогда, когда на земле утвердится правда и все острова будут уповать на закон Божий. Итак образ Раба Божия в начале 42-ой главы описывается чертами, которые отчасти присущи и Израилю3. Это наблюдается и в дальнейшем ее содержании. Пленение Израиля было временным отвержением его Иеговой, когда завет Иеговы видимо прекратился, избрание Израиля потеряло силу. Освобождение из плена было восстановлением того и другого. Современники этого освобождения являлись таким образом настолько же восстановителями древнего завета для своей нации, насколько проповедниками и просветителями язычников. О них в известной мере могло быть сказано: «Я, Господь, призвал Тебя в правду (т. е. для оправданий) и буду держать Тебя за руку и хранить Тебя и поставлю Тебя в завет для народа, во свет для язычников» (Ис.42:6). Точно также и слова: «чтобы открыть глаза слепых (разумеется прежде всего в духовном смысле, в каковом далее в ст. 19 говорится: «кто так слеп, как раб Мой?»), чтобы узников вывести из заключения и сидящих во тьме из темницы» (Ис.42:7), могут быть отчасти применимы и к событию освобождения пленников и его влиянию как на язычников, так и на Израиля.

Другое место, говорящее о Рабе Божием, и толкуемое большею частью в приложении к Мессии, это – Ис.49:1–9. Это место представляет столько удобств для толкования его в применении к народу израильскому, что можно даже оспаривать мессианский смысл его. Прежде всего достойно внимания то, что в Ис.49:3 изображаемый Раб Божий называется Израилем, каковым именем пророк обозначает везде целый народ. То, что говорится здесь о Рабе Божием, в большей части своей читается нами в других местах об израильском народе. «Господь призвал Меня от чрева, от утробы матери называл Мое имя» (Ис.49:1) читаем мы здесь. «Господь помогающий тебе от утробы матерней» (Ис.44:2) «назвал тебя по имени твоему» (Ис.43:1), читаем мы о народе израильском. «И соделал уста Мои как острый меч, тенью руки Своей покрыл Меня, и соделал меня стрелою изостренною; в колчане Своем хранил Меня» (Ис.49:2) значит в сущности тоже, что в Ис.51:16 говорится об Израиле: «и Я вложу слова Мои в уста твои и тенью руки Моей покрою тебя», Израиль был призван возвестить всему миру славу Иеговы. «Ты раб Мой, Израиль, в тебе Я прославлюсь» (Ис.49:3). Но Израиль забыл о своей миссии, усомнился в непреложности обетований Иеговы и жаловался на Его забвение о народе Своем. «Напрасно я трудился, говорил он, ни на что и вотще истощал свою силу; но мое право у Господа и награда моя у Бога моего» (Ис.49:4, ср. Ис.40:27). Жалобы Израиля были несправедливы. Вот что говорит ему Иегова: «мало того, что ты будешь рабом Моим для восстановления колен иаковлевых и для возвращения остатков Израиля; но Я сделаю тебя светом народов, чтобы спасение Мое простерлось до концов земли» (Ис.49:6). Благочестивый Израиль, освобожденный от плена послужит таким образом к восстановлению израильской нации и к просвещению языческих народов. «Так говорит Господь, искупитель Израиля.... презираемому всеми, поносимому народом, рабу властелинов: цари увидят и встанут; князья поклонятся ради Господа... Который избрал тебя» (Ис.49:7). Все «придут к народу израильскому, повергнутся перед ним и будут умолять его, говоря: у тебя только Бог и нет иного Бога» (Ис.45:14). Итак в 42-ой главе образ Раба Божия и образ Израиля как бы сливаются в сознании пророка, вследствие чего трудно решить, что относится к первому и что ко второму.

По смыслу речей пророческих народ израильский был освобожден из плена ради той лучшей части его, которая хранила в сердце своем закон Божий и обетования Божии (Ис.51:1,7), ради истинных сынов Израиля, ради истинных рабов Божиих. Ближе всматриваясь в жизнь этих носителей правды Божией, пророк мог заметить в ней глубокознаменательный смысл. На самом деле разрушение Иерусалима, отведение Израиля в плен было наказанием за его нечестие, за отступление его от Иеговы и служение богам языческим. Этого греха был чужд лучший Израиль, и однако он должен был разделить одну участь с своими нечестивыми соотечественниками. Правда и он был не безгрешен, но его грехи не были таковы, что заслуживали столь тяжелое наказание. Но этого мало. Виновность двух половин израильского народа оказалась в действительности в обратном отношении к степени их наказания. Главная сила посланного Богом наказания заключалась в уничтожении всего того, с чем религиозное и национальное чувство истинного Израиля связывало все свои лучшие надежды, и в чем находило главное удовлетворение. Разрушение Иерусалима, храма и самого царства иудейского было тяжело не столько потому, что оно временно лишало народ собственности, свободы и самостоятельности; все это можно было приобрести и действительно приобретали и в плену, сколько потому, что с этими бедствиями по-видимому рушилось все, что давало истинному Израилю утешение в настоящем, и чем украшалось славное будущее, какое обетовал Бог Аврааму и повторил Давиду. Могло ли быть для истинного Израиля что-нибудь тяжелее сознания того, что Бог отверг избранный и столько веков хранимый народ свой? Но эта нравственная сторона постигшего израильский народ бедствия, составлявшая главный центр его тяжести, чувствовалась лишь теми, в которых сильно было чувство веры и народности т. е. только для истинного Израиля. Только для него пленение вавилонское было невыразимым и безутешным горем. Что же касается истинных виновников наказания Божия, тех, для которых не существовало ни веры, ни особенного призвания, ни обетований, одним словом, ничего святого, то что значило для них это тяжкое горе благочестивых израильтян. Оно могло быть для них лишь предметом насмешек, поводом к издевательству над верой своих собратьев. Оно служило в их глазах оправданием нечестия, раз даже истинный израильтянин говорил себе: «оставил меня Господь и Бог мой забыл меня» (Ис.49:14). Прошли первые годы плена, народ стал примиряться с своим бедствием. Блага мира, которые нашел он в плену, мало-помалу заставили его забыть свое горе. И прежде непривязанные к вере и нации, многие иудеи легко променяли их на те, среди которых жили. И вот, когда объявлена была свобода плененному Израилю, приведшая в восторг истинных сынов его, многие пленники пожелали остаться на чужбине. Итак, для кого же был настоящим наказанием плен вавилонский? Для тех только, кто не заслуживал его, именно для истинного Израиля, для истинного раба Божия.

Но что же значит этот факт? Как смотреть на него?

Лишь один смысл мог иметь он, и смысл этот тот, что раб Божий, истинный Израиль искупал недостоинство своего народа. Он взял на себя тяжесть грехов нечестивого Израиля, братьев своих, и ради них понес тяжкое бедствие. Он выстрадал для народа своего то право на Божии обетования и на завет Божий, которое попрали называющиеся именем Израиля. Но современники не понимали причины его страданий. Жалок казался он им, обманутый в своих верованиях и ожиданиях. Они думали, что Бог поразил его за лицемерие, и потому презирали его. Но не то было в действительности. Он взял на себя грехи народа и понес должное за них возмездие. Он страдал, но его страданиями приобретались жизнь и мир его народу. Он умирал и никто не подумал, ради кого погибал он. Но его страдания не останутся без награды. Бог даст ему вечное потомство за то, что он умер, как грешник.

Итак благочестивый Израиль в плену вавилонском, этот страдалец, опьяневший, но не от вина, предызобразил в самом себе будущего Искупителя мира. Посему пророк мог пользоваться чертами из жизни пленного народа при начертании образа Раба Божия. И он пользовался ими, и пользовался настолько, что трудно сказать, где кончается у него история, и где начинается пророчество. Подлинно, величественный образ Раба Божия написан был им под Крестом на Голгофе, так как этот крест был водружен еще в начале человеческой истории; и хотя он назначался для одного Раба Божия, однако кто хотел предвосхитить Его или последовать Ему, тот восходил на этот крест, жил ли Он до голгофской жертвы или после нее.

* * *

1

Это затруднение испытывали видимо и русские переводчики Библии, когда им приходилось решать вопрос, писать слово раб с большой буквы или с маленькой.

2

В Синодском издании Библии дается неточный перевод подлинника: «вот Отрок мой». В евр. подлиннике стоит слово ebed, значащее «раб».

3

Вот что было причиною того, что 70 переводчиков всегда чуткие к мессианскому смыслу пророчеств, разобранное нами место отнесли не к Мессии, а к народу израильскому, читая начало его так: «Иаков раб Мой. Израиль возлюбленный Мой».

Комментарии для сайта Cackle

Открыта запись на православный интернет-курс