Осквернение

Телеграмма из Омска № 60980

ПРИНЯТА 21 ЯНВ. 1921 КОПИЯ ГУБЧЕКА ВСКРЫТИЕ МОЩЕЙ РАЗРЕШАЕМ. ОСНОВАНИЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ СИБРЕВКОМА 14/1 ЗАМЗАВОТДЕЛУПРАВ

ПЕРИМОВ

Протокол вскрытия Святых мощей Святителя Иннокентия 1-го Епископа Иркутского, Чудотворца, составленный представителями духовенства и верующих г. Иркутска присутствующих при вскрытии 11/24 января 1921 года201

1921 года января 11/24 дня, в понедельник 35-я седмица по Пятидесятнице, в день памяти Феодосия Великого, было произведено, по постановлению губернского съезда рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов, собравшихся в г. Иркутске, вскрытие мощей Святителя Иннокентия, 1-го Епископа Иркутского, Чудотворца, нетленно почивающего в серебряной раке, в главном приделе Иркутского Вознесенского монастыря.

Обстоятельства события таковы: о вскрытии св. мощей не было известно до 11 час. утра 11/24 янв., когда по улицам Иркутска от имени власти появились объявления, извещающие, что в 12 час. дня сего числа назначено вскрытие мощей Св. Иннокентия. В Иркутский Революционный Комитет по настоящему делу был срочно вызван Высокопреосвященный Архиепископ Иркутский Анатолий, едва смогший, вследствие болезни (тяжелая форма инфидэнции), посетить заседание Комитета. Получив копию постановления съезда о назначенном на сегодня освидетельствовании мощей, Архиепископ заявил, что, за болезнию, он лично присутствовать не может. На предложение власти передать кому-либо свое право, Архиепископ сообщил, что для присутствования при вскрытии мощей уполномочивает Преосвященного Настоятеля Вознесенского монастыря Епископа Бориса, монашествующую братию и члена духовного Комитета протоиерея Николая Пономарева, на каковых лиц и было выдано власти письменное уполномочие. Дополнительно Его Преосвященством было словесно предложено присутствовать членам Духовного Комитета: протоиерею Иннокентию Писареву, протоиерею Василию Флоренсову и гражданину Алексею Ивановичу Лукину.

К назначенному для вскрытия времени монастырь был оцеплен частями войск, впускавшими в ограду лишь лиц, имевших прикосновение к делу. В соборном храме монастыря собирались члены Комиссии из представителей съезда, монашествующие, некоторые лица городского духовенства, случайно узнавшие о предстоящем событии, и частные лица, преимущественно красноармейцы, всего к 12 час. было человек до 300, в числе коих было много бурят. По прибытии медицинской экспертизы и всех членов Комитета съезда (по 1 челов. от 16 уездов губернии) духовенство обратилось к представителям власти с просьбой не препятствовать совершению около раки Святителя предварительно вскрытия молебен, но в просьбе было отказано; после некоторой настойчивости со стороны духовенства и верующих было разрешено совершить моление в течение 3–5 минут, чем собравшиеся и воспользовались, воспев около раки тропарь Святителю, кондак, моленные запевы и величание. Для действования при вскрытии мощей преосвященным Епископом Борисом были назначены: архимандрит монастыря Иоанн, наместник иеромонах Феодор, иеромонах Серафим, представитель архиепископа протоиерей Николай Пономарев и члены Духовного Комитета протоиерей Иннокентий Писарев и протоиерей Василий Флоренсов, которые, возложив с себя епитрахили и поручи, после отпуска краткого моления получили благословение Его Преосвященства.

По предложению представителя власти Преосвященный Епископ Борис с архиерейского амвона объявил собравшимся, что по постановлению губ. съезда рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов сейчас будет произведено вскрытие мощей Святителя Иннокентия в присутствии Комиссии съезда, профессора доктора Бушмакина, представителей – врачей от Губернского Отдела Здравоохранения Федорова, Калинникова, Гуслицера, представителeй профессуры духовенства и др. лиц, выразив надежду, что власть примет меры, чтобы во время процесса вскрытия св. мощей религиозные чувства верующих были всемерно ограждены.

Военная стража от раки снята, и назначенные лица из духов-ва приблизились к ней, встав вокруг. Открывается крышка раки и снимается покровец с правой руки Святителя, к которой прикладывались верующие. Стали видны потемневшие сверху от времени три пальца – указательный, средний и безымянный: снизу цвет кожи был близок к нормальному. Все назначенные присутствовать лица поочередно подходили к раке и воочию убеждались в целости руки. Чтобы сделать видимыми большой палец и мизинец Святителя, был вынут большой деревянный крест, по силе чего пальцы стали отчетливо видны. Приглашенные Комиссией фотографы запечатлели этот момент на пластинке. По настоянию председателя Комиссии Рютина и некоторых членов, рака со св. мощами была поднята духовенством и монашествующими (раздались голоса, чтобы допущены были к перенесению и миряне) и изнесена в юго-западный угол правого придела храма, ярко освещенный солнцем, где поставлена на скамью около большого стола, покрытого пеленой. По вскрытии крышки раки священнослужители с благоговением и духовным трепетом изъяли из раки св. мощи вместе с одром (матрацом) и положили на стол. Собравшиеся плотным кольцом окружили драгоценное сокровище верующих, дальние стояли на скамейках, табуретах, некоторые взбирались даже на железную печь, устроенную на кирпичном фундаменте. От сильного напора вскоре затрещала и сломалась скамейка. На возвышенностях устраивались фотографы – 3–6 человек... Наступал таинственный момент. Был 1 час дня.

По приказанию власти с главы Святителя снят воздух. Открылась золотистого цвета с финифтяными изображениями митра, возложенная на главу, почти новая, по-видимому, недавно перемененная. Лицо Святителя закрыто белою ватою. Делаются усиленные фотографические снимки... По снятии митры, которую священнослужители благоговейно облобызали, глава Святители оказалась закрытою белым с крестом шелковым платом. Сняты вата и плат. Взорам присутствующих открылись лицо и глава Святителя... Чело Святителя покрыто ссохшейся кожей медно-красного цвета, наподобие сильного загара; дальнейшая же часть главы, ближе к средине, белая; волос очень незначительные остатки; тонкий слой кожи слился с кожным покровом. Глаза, особенно правый, ввалились, в левой глазной впадине заметно небольшое количество волосков ресниц. Нос с ясно выраженным довольно высоким переносьем, как изображается на иконах, носовой хрящ приплюснут, по-видимому, вследствие долгого нахождения на нем сдвинутой с главы митры. Усы сохранились в виде как бы подстриженных рыжеватых волосков; рот слегка открыт, чуть видны верхние зубы 5–6 штук; на подбородке имеется незначительное едва заметное количество волосков бороды, весьма коротких. Шея и уши целые, во впадине ушей заметна вековая пыль; около правой ушной раковины заметна легкая белосоватость, идущая до шеи, наподобие тончайшего слоя плесени, по-видимому продукт могильной сырости. Фотографы с разных сторон делают снимки.

Далее сняты – омофор, епитрахиль и поручи, почти новые, золотистой парчи, возложенные, по-видимому, недавно. Открылась левая рука Святителя без указательного пальца, отрезанного в 1914 году б. епископом Красноярским Никоном и увезенного в Красноярский Собор для всенародного почитания. Рука, как и правая, совершенно сохранилась, ногти несколько пожелтели; на руке отлично сохранились четки из мелких шариков, обшитых синеватой шелковой материей. Расстегивается мантия, почти новая, несомненно недавно перемененная, лилового цвета с источниками. Святитель возлежит в рясе темно-коричневого цвета с такими же на материи разводами, старинного китайского производства, шелковой; рукава по размеру такие же, какие употребляются теперь. Представители съезда обратили внимание на шов рясы и вначале упорно утверждали, что ряса сшита на машине, желая, по-видимому, дать ей позднейшее происхождение. Одним из членов духовенства на основании внутреннего шва рясы было доказано, что таковое утверждение неосновательно и что ряса действительно относится ко времени погребения Святителя, что подтверждает вековая пыль в складках рясы со следами легкой плесени, с чем должны были согласиться представители коммунисты… Поверх рясы на груди лежал прикрепленный на шейной цепочке деревянный небольшой крест в медной оправе, заменяющий панагию, привязанный к цепочке шнуром голубого цвета, хорошо сохранившийся (слышатся возгласы, что шнурок недавнего происхождения). Ворот рясы скрепляется тремя небольшими круглыми, обшитыми шелком, пуговками, характерными для одежд времен жизни Святителя. Представители власти настаивают, чтобы ряса была снята. Члены Комиссии от духовенства указывают, что надобности в этом не видится, так как оказавшегося уже достаточно, чтобы установить наличие мощей Святителя, но требования были настоятельны и безапелляционны. Так как обыкновенным путем снять рясу не представилось возможным вследствие сложившихся в определенной, якоже мертвым обычай есть слагати, форме рук, – то были принесены ножницы и разрезаны рукава рясы на той и другой руке, При открытии левой полы из-под нее выпал серебряный пробитый гривенник. Члены Комиссии придали очень большое значение его появлению, объявив во всеуслышание дату монеты – 1878 год. Члены от духовенства пояснили, что монета, по всему вероятно, является даром кого-либо из верующих, притекающих к Святителю, является даром кого-либо из инородцев-бурят. Одновременно с этим откуда-то случайно выпала соломинка. Со стороны членов съезда было придано и ей значение как некоему доказательству недавнего происхождения мощей. Но аргумент этот был так же легок, как сама соломинка. Под рясой открылся подрясник, теплый, ветхий, покрытый шелковой голубовато-синей китайской материей с такими же цветочками, редко разбросанными по материи. По настоянию представителей власти были разрезаны рукава и подрясника. Как ряса, так и подрясник Святителя совершенно сохранились, причем при разрезе рукавов вата подрясника оказалась поразительной белизны, как будто сейчас положена, так что со стороны представителей съезда вновь раздались голоса, что подрясник позднейшего происхождения, но представители науки и экспертиза запротестовали против такого предположения. Голоса смолкли, и осмотр продолжался. Когда был откинут подрясник, белья на теле Святителя не оказалось; местами сохранились остатки власяницы. Подклад подрясника из голубоватой холщового свойства материи кое-где истлел. В некоторых местах, особенно в области грудной клетки, подрясник прилип к телу Святителя. По отделении от тела подрясника взорам присутствующих представилось обнаженное тело Святителя. Засохшая кожа плотно прилегает к костям; выделяются грудная клетка, кости ключицы, ребра. Полная сохранность остова, покрытого кожей, настолько заинтересовала представителей науки, что духовенство не в силах уже было сдерживать их от непосредственного прикосновения к телу Святителя. На протесты в этом члена от духовенства протоиерея Пономарева председатель Комиссии Рютин объявил, что необходимость научного исследования требует, чтобы врачи-эксперты сами непосредственно исследовали состояние мощей. Один из врачей бережно ощупывает кости ключицы, ребра и вообще грудную область и... отходит «дивяся». Предубежденное вначале настроение многих присутствующих заметно рассеивается, сменяясь глубоким интересом к останкам Святителя. Область живота несколько ниже грудной клетки; бедра, колени, голени также обтянуты кожею; мускулатура очень высохла, как бы сжалась. Тайных органов как бы незаметно за высохшею кожею.

С ног снимаются туфли – верхние бордового цвета и нижние – зеленого, а также шелковые белые чулки, по-видимому, недавно надетые. Ноги, как и все ранее видимое, оказались целыми, с ссохшимися сухожилиями и мускулами, обтянутыми кожею, и покрытые хлопьями пыли. Сверху чулки были обвязаны ленточками лилового цвета; пальцы, ногти, кожа совершенно сохранились; на ступне левой ноги кожа кажется втянутою внутрь.

По открытии тела воздух был совершенно чист, без малейшего намека на затхлость или запах плесени. Тело Святителя, обнаженное, лежало пред присутствующими со скрещенными на груди руками, целое, красноречиво говорившее всем: – «Прииди и виждь, неверующий, и буди не верен, но верен»... Фотографы усиленно делали снимки. На лицах тех, которые желали изобличить «вековой обман» духовенства, выявлялась заметно сконфуженность и растерянность, соединенная, нельзя скрывать, с некоторой озлобленностью и искусственно поддерживаемой сдержанностью. В сфере такого настроения, в то время когда ни для кого из присутствующих не оставалось сомнения в целости мощей, со стороны председателя Комиссии Рютина и некоторых других членов съезда было предъявлено требование в анатомическом вскрытии области живота Святителя, произведшее, как почувствовалось, неблагоприятное впечатление даже на сотоварищей. На протесты духовенства и верующих Рютин безапелляционно заявил, что вскрытия требует производимое научное исследование и он просит не вмешиваться в дела Комиссии. Тогда профессор Бушмакин возразил, что он не видит нужды во вскрытии внутренних органов, так как по наружности можно судить, каково состояние органов внутри. К тому же у медицинского персонала, совершенно не предвидевшего возможность анатомической операции, не оказалось оперативных инструментов, благодаря чему вопрос скоро ликвидировался. Но на смену ему поступает новое заявление Рютина о том, что необходимо исследовать – один это человек или составлен из нескольких человеческих тел. Абсурдность предположения была коротко изобличена представителями науки, заявившими, что никакого сомнения в целости тела не остается. Тогда поступает требование того же представителя власти о необходимости исследования спинной части тела. Скрепя сердце священнослужители приступают к последнему моменту страшного «научного исследования». Тело Святителя слегка приподнимается и с благоговением повертывается вверх спиною. При повертывании с тела Святителя ссыпалась вниз вековая пыль и несколько комочков земли, оставшихся, по-видимому, от момента погребения. Кожа на затылочной части головы сохранилась явственнее, чем впереди, и на ней во многих местах отчетливо видны остатки волос темно-русых с проседью. Члены Комиссии спрашивают духовенство – сколько было лет «Иннокентию, когда он помер». Указание на 54-х летний возраст удостоверило спрашивавших в отношении наличия седины. В шейной коже глубоко впилась цепочка наперсного креста Святителя, а под нею сохранился маленький пучок темно-русых с проседью волос, отставший от тела. Кожа на спине сохранилась особенно хорошо; местами цвет ее остался нормальным, на что было обращено особое внимание представителей науки и врачей-экспертов; на оконечностях кожа слежалась в виде складок, мускулы здесь выражены более отчетливо особенно мускулы двигательных мышц. Мягкие седалищные части иссохли, оставив в этом месте темно-красные округления наподобие запекшейся крови; местами кожа покрыта истлевшими волокнами материи (власяницы); на одре виднеется несколько беловатых личинок (подобие моли). «Исследование» кончено. Святитель полагается вверх лицом. Казалось, пора бы оставить в покое то, что составляет драгоценное сокровище для всякого верующего россиянина, особенно сибиряка. Но представитель власти требует весы или безмен, чтобы взвесить тело. Когда весов близко не оказалось, председатель Рютин призывает представителей Комиссии определить вес приблизительно путем поднятия тела руками. Хотя профессора-эксперты и указали, что такое определение в науке не принято, все же пять человек из присутствующих (преимущественно члены Комиссии миряне), один за другим поднимая мощи на руках, определяют их вес, приблизительно от 12 до 15 фунтов: «В среднем, – заявляет Рютин, – 13 фунтов». Но и этим исследование не кончилось. По приказанию представителя власти приносят сантиметр, и врач определяет рост Святителя в 157 сантиметров и окружность главы 52 сантиметра.

В 3 ч. 55 мин. «операция» закончилась. К концу вскрытия сконфуженность ожидавших увидеть в раке ватную или восковую куклу стала особенно заметной, и значительная часть присутствовавших уходила прежде конца, дивяся в душе всему виденному. Бурятам на их наречии один из представителей из духовенства (прот. Флоренсов) делал кое-какие разъяснения из жизни Святителя, наприм., о том, что тело его чрез 190 лет после погребения.

Одной немолодой женщине удалось получить разрешение подойти к обнаженным мощам. Вопреки ожиданиям многих она истово крестится и смело говорит: «Ну конечно, мощи так мощи и есть: двести лет пролежали, да так и остались. Что из нас через двести-то лет будет». «Уходи, уходи старуха», – был ей ответ.

Ни положить мощи обратно в раку, ни прикрыть их наготу, ни даже совершить вечернее богослужение, а назавтра утреню и литургию в соборном храме председателем Комиссии Рютиным и представителем Революционного Комитета Букатым, несмотря на усиленные просьбы представителей духовенства и преосвященного епископа Бориса, не было разрешено, и на вопрос духовенства, чем это вызывается, был категорический ответ Рютина: «Об этом позвольте знать нам».

Мощи были оставлены в обнаженном виде на столе. Собор заперт, и к дверям его приставлен военный караул.

Так заканчивался страшный в истории Иркутской церкви и всей России день 11 января 1921 года.

К святым вратам обители продолжал стекаться народ, было видно много красноармейцев и рабочих. Когда военная стража запрещала вход в обитель, собравшиеся громко протестовали; в толпе слышались открытые недовольные заявления, вроде таких: «Раз объявлено по городу о вскрытии, вы должны всех пускать. Видно, нарвались, потому и не пускаете». На расспросы ожидавших здесь некоторые выходившие из монастыря отвечали: «Все, слава Богу, хорошо; как молились Святителю, так и будем молиться».

Для составления протокола Комиссия удалилась в особо отведенное монастырем помещение, но протокол составлен не был, так как члены Комиссии постепенно оставляли обитель. Представители духовенства не были приглашены для участия протокола. Приблизительно через полчаса после окончания им было объявлено, что завтра к 12 час. утра они должны явиться в помещение Революционного Комитета для подписания протокола.

Было уже темно, когда последние посетители оставляли обитель... Назавтра протокол так и не был составлен. Только 13/26 января явившиеся в Революционный Комитет члены от духовенства: преосвященный епископ Борис, представитель архиепископа протоиерей Пономарев и благочинный градо-Иркутских церквей протоиерей Писарев – имели возможность ознакомиться с только что составленным протоколом вскрытия. Под протоколом, по прочтении, ими сделана надпись: «В протоколе замечены нами неточности и неправильности, о каковых имеем сделать особое заявление».

Неслыханные толпы народа беспрерывною волною движутся из Иркутска к обители, и здесь с необычным религиозным подъемом всенародно поются молебны и акафисты Святителю; глава, руки и ноги Его лобызаются, обливаются слезами оскорбленных. Начиная с 12/25 января иркутская пресса лихорадочно бьет набат по поводу происшедшего... Мощи Святителя именуются то мумией, то полусгнившим засушенным трупом, то разложившимся трупом и под. («Власть труда»); газета «Красный стрелок» цинично расточает выпады по адресу Святителя, воспевая ему кощунственный «канон». Газета «Набат» кричит о разоблаченных мощах и т. д.

Но «Проповедник веры во языцех монгольских» предлежащими останками, этим неопровержимым доказательством небесного прославления своего, по-прежнему с христианским терпением и смирением зовет ко Христу оледеневшие неверием сердца гордые и озлобленные... и верим... пресветлый Светильник Церкви Иркутской, лучами озаривый страну русскую, возгорится теперь еще большим пламенем на свешнице Церкви Христовой... Претерпев лютое поругание от человеческого неверия, посрамив честными останками это злое ухищрение врага душ человеческих, Святитель Иннокентий, как возшедшее лучезарное светило Востока, еще большим светом озарит мглу неподобного человеческого жития, да Его дерзновенными на небеси молитвами все язы́цы земные во тьме смертней седящие, придут в единое стадо ХРИСТОВО.

Постановление Иркутского Губернского Съезда Советов Рабочих, Крестьянских и Красноармейских депутатов, состоявшегося 24-го января 1921 г.202

Иркутский губернский Съезд Советов в пленарном заседании, заслушав доклад тов. Рютина по вопросу о вскрытии мощей Святителя Иннокентия – бывшего архиепископа Иркутского и Верхоленского, являющихся фетишем религиозного фанатизма, средством к порабощению широких масс рабочих и крестьян и подавлению живого полета человеческой мысли, Губернский съезд постановил:

Сегодня мощи вскрыть, для чего выбрать комиссию из представителей от всех уездов и аймаков Иркутской губернии, назначить в таковую представителей местной власти тов. Букатого от Губревкома и тов. Тиунова от губчека, Иркутской Профессуры, а так же представителя Высшего духовенства епископа Анатолия на предмет вскрытия мощей св. Иннокентия, бывшего архиепископа Иркутского и Верхоленского.

В состав Комиссии от уездов и аймаков входят:

От Бодайбинского уезда – Прокофьев

От Киренского уезда – Агафонов

От Балаганского уезда – Самарин

От Нижнеудинского уезда – Береснев

От Черемховского уезда – Скрыпников

От Города Черемхово – Овсянников

От Города Иркутска – Торбинин

От Селенгинского уезда – Китаев

От Эхирит-Булагатского аймака – Бороев

От Джидинского уезда – Васильев

От Верхоленского уезда – Сиухин

От Ангарского аймака – Амагаев

От Тункинского аймака – Балдаев

Акт203 1921 года января 24-го дня с. Подгорно-Жилкинское Иркутского уезда и губернии

Прибывшая в 12 ч. 20 м. в Вознесенский Монастырь Особая Комиссия, избранная 24 января с. г. Иркутским Губернским Съездом Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов, в составе Председателя ее тов. Рютина, Секретаря тов. Борисовского, Членов: представителей – Иргубревкома члена Губревкома Букатого и Предгубчека Тиунова, от уездов – Прокофьева, Агафонова, Самарина, Береснева, Скрыпникова, Овсянникова, Торбинина, Китаева, Бороева, Васильева, Сиухина, Амагаева, Балдаева и Буянтуева по вскрытию мощей Св. Иннокентия – б. Архиепископа Иркутского и Верхоленского приступила к ocмотpy раки и мощей, допустив духовенство в лице епископа Бориса совершить краткое молебствие перед ракой. После окончания молебствия рака фотографируется. Открытие раки доверяется духовенству, которое приподнимает крышку ее. Председатель и Члены Комиссии обозревают находящееся в раке, причем устанавливается следующее:

«Нечто» длиной в человеческий рост лежит в раке, покрыто золотой тканевой ризой; в одном конце виднеются бордового цвета туфли, в другом 4-х угольный кусок бархатной ткани («воздух»); посредине из черного дерева крест, на котором расположено три пальца совершенно потемневших (мизинец, безымянный и средний, видимо, правой руки). Рака закрывается крышкой. В виду просьбы присутствующей здесь медицины и по согласию представителей Комиссии тт. Рютина и Тиунова с епископом Борисом рака вместе с «Нечто» переносится самим духовенством в один из ярко освещенных углов Монастыря с тем, чтобы возможно было лучше обозреть находящееся в раке. Вновь открытая рака фотографируется.

Из открытой раки само духовенство извлекает на приготовленный стол из раки «Нечто». Производится фотографирование. «Нечто» лежит на плоском матраце и фиолетового цвета мантии, которая машинного производства, сшита на швейной машинке.

Снимается в одном конце «Нечто» 4-х угольное покрывало (т. н. воздух) и обнаруживается архиерейская митра и вата, облегающее «что-то». Вынимается из-под трех пальцев крест. Снята митра. Под ней тоже вата. Снимается омофор и епитрахиль. Показывается окостеневшая кисть руки и на ней четки, фотографируется. Наконец снят плат и вата покрывавшие череп. Фотографируется. Пальцы левой руки указательный и большой наполовину обломлены, в изломе цвет белесоватый, видна ноздреватость кости. Череп спереди с черными пятнами на темно-коричневом общем поле, без волос, глазные впадины глубоки, брови отсутствуют, в левой глазной впадине заметно небольшое количество волосков ресницы, имеются следы как бы подстриженных коротких рыжеватых усов, рот полуоткрыт, заметны верхние зубы 5–6 штук, на подбородке имеется незначительное едва заметное количество волосков бороды, весьма коротких. Фотографирование.

Правая ушная раковина неестественно по виду мала, ссохлась и внутри наполнена какой-то белесоватой массой, от которой продолжается след от уха по шее того же цвета.

Снимается архиерейская мантия из новой фиолетовой шелковой материи машинного производства. Обнаруживается темного цвета ряса, облегающая повидимому скелет (костяк). Темная ткань почти новая, вполне прочная с сохранившимся рисунком. В складках рясы имеется пыль. Снимаются поручи. Возле шеи на одежде пыль и плесень. Внутренняя подкладка одежды истлела, под ней нащупывается грудная клетка и ключицы, поверхность их напоминает пергамент. Фотографируют.

Снимаются туфли верхние бордового цвета и нижние зеленого. Виднеются светло-палевые чулки на совершенно исхудалых ногах с сиреневыми ленточками-подвязками. Чулки совершенно новые. Подрясник из-под которого видны голени с внутренней стороны истлел, с наружной сохранился, видны рисунки ткани. Виднеются кости: голени ног и чашечки колен. Фотографируют. Производится снятие одежды самим духовенством при помощи разрезывания ножницами. Снимается ватный подрясник, снимаются чулки. В складках подрясника обнаруживается серебряная монета 10 копеечного достоинства чеканки 1878 г. (пробитая). Мягкие части стоп сгнили, обнаруживаются сгнившие остатки, куколки могильного червяка, уже умершие от голода; при встряхивании чулок и из них высыпаются нетленные части ступней.

Зрителю представляется общий вид скелета, лежащий на спине, присутствующие выстукивают череп, грудную клетку, которые издают звуки пустоты, скелет между головой и тазовыми костями стянут покровом сильно иссохшей превратившейся в пергамент кожей, при полном отсутствии мускулатуры. Поверхность шелушится, отделяется пластинками. Половые части совершенно сгнили. Мумия, лежащая на спине, фотографируется.

В ступнях обнаруживаются засохшие червячки.

Мумия переворачивается спиной вверх. На спине резко очерчиваются позвонки, ребра и хвостцовая кость, ягодицы совершенно сгнили. Нижняя, прилегавшая к спине, одежда срослась с поверхностью спины, истлела, кожа напоминает пергамент, темная по цвету и отделяется пластинами. Фотографируют.

Задняя поверхность шеи несет на себе следы цепочки креста.

На затылочной кости сохранилось незначительное количество волос седоватых. Скелет-мумия по измерении оказался в 157 см. Вес приблизительно 12–15 фунтов.

Вся операция по вскрытию мощей Св. Иннокентия производилась в присутствии депутатов Губернского Съезда и присутствующей публики.

Мумия оставлена на столе в юго-западном углу Монастыря. К мумии для охраны поставлен отряд Иргубчека.

Во все время осмотра мощей в качестве экспертов присутствуют представители профессуры – Бушмакин, Симакевич, Терегулов, Завгубздравотделом д-р Федоров, Зав. Подотделом медицинской экспертизы Калинников, Завед. Секцией Соц. Трудовой медицины Гуслицер, представитель духовенства викарный епископ Борис и представители духовного комитета протоиерей Писарев, протоиерей Пономарев, протоиерей Флоренсов и гражданин Лукин. Представители профессуры и медицины составляют особый акт экспертизы.

Председатель Комиссии Рютин /подпись/

Члены Представители Иргубревкома и Предгубчека //две подписи/

Представители уездов: /14 подписей/

Епископ Борис Киренский, настоятель монастыря /подпись/

Представители Духовного Комитета: /три подписи/

Секретарь Комиссии: Борисовский /подпись/

Копия верна:

Гл. хранитель ИГОМ Аскарова Л. И.

Зам. директора по науке, к. и. н. Бычков О. В.

Хранитель документов м. н.с. Анчутина С. А.

Акт комиссии отдела здравоохранения Иркутского губревкома от 24 января 1921 г.204

1921 г. 24 января, Комиссия под председательством заведующего отделом здравоохранения Иркутского губревкома врача Л. Н. Федорова в составе ректора Иркутского государственного университета профессора анатомии Бушмакина, профессора Иркутского государственного университета по кафедре хирургии Симакевича, ассистента преподавателя Иркутского государственного университета врача Терегулова, заведующего секцией социально-трудовой медицинской экспертизы д-ра медицины Гуслицера, заведующего подотделом медэкспертизы Губздрава врача Калинникова по предписанию Иркутского Губревкома произвела осмотр мощей архиепископа Иркутского Иннокентия, находящиеся в церкви Вознесенского монастыря в с. Подгородно-Жилкинском.

При осмотре оказалось:

При открытии гроба (раки) и снятия облачения оказалось, что подлежащий осмотру труп высохший (натуральная мумия), роста 157 см, весом приблизительно 12–15 фунтов. Череп покрыт тонким слоем пергаментной кожи, в теменных, височных и затылочных областях беловато-серого цвета; незначительные остатки рыжеватых волос с красным оттенком сохранились только местами, лицо темно-коричневого, местами коричневого цвета; глаза впали, веки полузакрыты на верхнем и нижнем левых веках сохранились остатки ресниц; точно так же сохранились остатки левой брови, нос придавлен, сильно ссохся. На верхней губе видно значительное количество коротких как бы подрезанных волос рыжеватого цвета с красноватым оттенком, рот приоткрыт; на нижней губе очень незначительное количество таких же волос как и на верхней губе; вокруг носовых и ротового отверстий на коже имеются трещины значительной величины; ушные раковины сильно ссохлись, плотно прилежат к черепу. Покровы шеи беловато-желтоватого цвета, ссохлись. Передняя поверхность грудной клетки покрыта сухой пергаментной кожей желтоватого цвета, без каких-либо дефектов, на боковых поверхностях, поверхностях груди, особенно в подмышечных впадинах кожа покрыта остатками истлевшей одежды, живот сильно впал; на боковых поверхностях его видны следы тления. На наружных поверхностях плеч мягкие части истлели, на задней и внутренней поверхностях кожа сохранилась – в том же состоянии, как и на передней поверхности грудной клетки. Предплечия хорошо сохранились, покрыты пергаментной кожей; мягкие части (подкожная клетчатка и мышцы) сильно ссохлись. Кисти, особенно правая, покрыты ссохшейся кожей черного цвета; на пальцах сохранились ногти; левый указательный палец посредине основного фаланга отрезан, что сделано на трупу (посмертно). Мягкие части бедер сильно ссохлись, кожа пергаментна, на ней местами глубокие трещины. На внутренней поверхности бедер следы тления, на голенях мягкия части ссохлись, кожа пергаментна, с трещинами. На тыльной поверхности стоп кожа так же пергаментна, на подошвах мягкия части истлели; здесь имеется значительное количество темной порошкообразной массы, в которой заметны остатки белых личинок насекомых. К задней поверхности туловища и конечностей сильно пристала истлевшая одежда; по удалении этих остатков оказалось, что кожа на шее и на спине пергаментной плотности, без дефектов, на задней поверхности шеи имеются две перекрещивающиеся глубокия узкие борозды от цепочки, на которой висит крест...

Кости черепа, туловища и конечностей тверды, целы; связочный аппарат сохранился; никаких искусственных нарушений целости кожи, кроме отрезанного указательного пальца левой руки не имеется.

Осмотр трупа, а равно и покрывающих его одежд каких-либо искусственных мер к сохранению не обнаружено.

Заключение

Осмотренный труп представляет собой натуральную мумию довольно хорошо сохранившуюся, судить о времени смерти не представляется возможным, так как труп, при известных почвенных и климатических условиях, перейдя в стадию естественного высыхания, может сохраняться столетиями.

Подлинное подписали: (шесть подписей)

«Прошу о возвращении мощей...»205

Председателю губирисполкома гр. Шнейдеру

Осведомившись из местных газет, что дальнейшая судьба вскрытых мощей Святителя Иннокентия зависит от вновь избранных съездом исполкома, прошу вас внести в собрание членов исполкома предложение о возвращении мощей в деревянную старую гробницу для положения l) или в старый склеп под Тихвинской церковью, 2) или для погребения по архиерейскому чину в могиле, ископанной внутри монастырского храма. Если же губ. исполком найдет невозможным оставить мощи в монастыре, то можно перенести их в усыпальницу под Новым Иркутским собором.

В своем настоящем заявлении основываюсь на просьбах верующих иркутян.

Архиепископ Анатолий

12/25 1921

Представители из духовенства, присутствовавшие вчера 24 января с. г. по моему поручению на вскрытии раки св. Иннокентия, доложили мне, что останки Святителя оставлены непокрытыми и вне гробницы в правом приделе монастырского храма.

Находя такое обращение оскорбляющим чувство верующих, а потому недопустимым, прошу гр-на Председателя передать это мое мнение съезду крест. и раб. депутатов; равно и о том, что удаление раки Святителя с священными останками из стен монастырского храма куда-либо явилось бы также, по моему мнению, нарушением прав верующих, присвояемых им советскими декретами об отделении церкви от государства, как вторжение в их вероисповедную жизнь, не подлежащую государственному вмешательству.

Архиепископ Анатолий206

К акту от 24/1 1921 о вскрытии мощей

Святителя Иркутского Иннокентия.

Представители духовенства

Заявление

Согласно сделанной нами на акте надписи, считаем долгом указать в целях установления истины, на некоторые неточности и неправильности, усмотренные нами в акте.

1. Св. Иннокентий называется в акте «бывшим архиепископом Иркутским и Верхоленскнм»; в действительности он был и умер епископом Иркутским и Нерчинским.

2. «Посредине крест, на котором расположено три пальца (мизинец, безымянный и средний)». В действительности поверх креста находятся пальцы – указательный, средний и безымянный.

3. О вате упоминается в трех местах акта: а) вата, облегающая «что-то»; б) вата под митрой и в) вата, покрывающая череп. В действительности же вата находилась только на лице Святителя для предохранения от пыли. Верхняя часть куска ваты едва заходила под край митры. Под самой же митрой и на черепе ваты совсем не было; главу Святителя под митрой покрывал белый шелковый плат с крестом.

4. «Пальцы левой руки указательный и большой обломлены». Действительности это совсем не соответствует; большой палец весь цел и находится на месте; нет лишь указательного, который не отломлен, а как свидетельствует и акт экспертизы, отрезан (б. епископом Красноярским Никоном).

5. «Виднеются кости: голени ног и чашечки колен». За исключением нескольких косточек в седалищной области, нигде в другом месте из-под покрова кожи костей не видно.

6. «При встряхивании чулок высыпаются нетленные части ступней». В чулках, кроме некоторой пыли, по-видимому от сгнивших ранее надетых чулок, ничего не было; по снятии чулок, от ступни ноги была отделена какая-то красноватая порошкообразная масса, по-видимому остаток от сгнившего чулка.

7. «Мягкие части стоп сгнили». Приведенные места акта в акте экспертизы обозначены другим словом: «истлели». При наличии в этих местах остатков тела мы признаем, что означенные части лишь сильно ссохлись.

8. Мощи названы в акте скелетом – что при установившемся понятии о скелете не соответствует действительности, так как мощи представляют не кости только, а и кожу, что свидетельствуется как актом комиссии («скелет стянут кожей»), так и актом экспертизы, в семи местах упоминающей о иссохшейся коже Святителя.

9. «Поверхность кожи шелушится, отделяется пластинками». Пластинками отделялась не кожа, а прилегшая к телу и истлевшая одежда (власяница).

10. Оказавшиеся под седалищной частью белые личинки названы в акте «куколками могильного червяка, умершими от голода». Исходя из того, что а) количество белых личинок было очень незначительно и оказались они всего лишь в одном месте, б) в других местах тела присутствие личинок никем не установлено и могильной работы червей совершенно не видно, в) пища для червей сохранилась в виде кожи и ссохшихся мягких частей тела, даже до настоящего времени, – мы лишены возможности утверждать вместе с актом о наличии около тела Святителя червей, именуемых актом экспертизы «остатками белых личинок насекомых». Больше данных за то, что это были личинки моли, образовавшейся в одежде Святителя вследствие вековой пыли.

11. В акте пропущен произведенный представителем медицины обмер главы Святителя, установленный в 52 см.

Телеграмма

Омск. Предсибревкому Смирнову.

Вскрытие мощей Иннокентия, произведенное 22 января постановлением губсъезда Вашего предварительного разрешения обнаружило довольно хорошо сохранившуюся натуральную мумию тчк вследствие чего пользуясь этим обстоятельством духовенство подбивает толпу на подачу нам многочисленных требований за тысячами подписей об оставлении трупа монастыре тчк на съезде приняли постановление мумию оставить для обозрения несколько дней дальнейшую судьбу определить губисполкому президиума парткома мнения разделилися (трое за разрешение попам положить мумию раку двое за вывоз Москву или Омск для помещения музей) тчк помещение музее здесь создало бы неизбежное паломничество возбуждения толпы тчк

Срочно прямому проводу сообщить ваше мнение Предгубревком находит единственно приемлемым вывоз мумии 31 января № 66.

«...при соответствующем охранении отправили в Москву»

РСФСР

Особый Отдел при Иркутской Губ. Чрезвычайной Комиссии по борьбе с контрреволюцией и преступлениями по должности.

По части общей.

1/3–1921 г.

Совершенно-Секретно

Предгубисполкома тов. Шнейдеру

Докладываю, возложенное на меня поручение об отправке МУМИИ выполнено в точности без недоразумений и инцидентов.

ПРИЛОЖЕНИЕ: Акт и постановление за № 13. Начособотдела при Иргубчека М. БЕЛОВ.

АКТ

1921 года марта 1 дня. Мы нижеподписавшиеся Члены Комиссии Губисполкома в присутствии нижеподписавшихся представители Православного Духовенства сего числа, по распоряжению Губисполкома, для доставки в Музей Народного Комиссариата Здравоохранения в Москве, взяли из монастыря сухую мумию, выдаваемую и чтимую православным Духовенством, как нетленные мощи святого Иннокентия и вскрытую 1-м Иркутским Губернским Съездом Советов 24 января. Мумию уложили в целости в приготовленный ящик, погрузили в вагон № 82033 и с поездом № 3 в 8 ч. 20 м. при соответствующем охранении отправили в Москву.

О чем и ПОСТАНОВИЛИ записать в настоящий акт и утвердить подписями присутствовавших.

Следует ряд подписей

* * *

201

Архив РУ ФСБ по Иркутской обл. АУД № 19117, л. 133–135.

202

ГИАО, ф. Р-145, оп. 4, д 11.

203

Документ хранится в Иркутском краеведческом музее.

204

Документ хранится в Иркутском краеведческом музее.

205

Фрагмент переписки архиепископа Иркутского и Верхоленского Анатолия (Каменского) с губернскими революционными властями, 1921 г.; Сирин А. Д. Необоримая стена. Иркутск, 2000.

206

ГАНО. Ф. р.–145, оп. 1, л. 11.



Источник: Первосвятитель Иркутский, епископ Иннокентий I (Кульчицкий) / сост. В. В. Сидоренко; вступ. слово архиепископа Иркутского и Ангарского Вадима. — Иркутск: Иркутская епархия совместно с АНО Издательство «Иркутский писатель», 2006 г.

Комментарии для сайта Cackle