29-е число

Усекновение честные главы св. славного пророка, Претечи и Крестителя Иоанна.

(Св. муч. Анастасия).

Об усекновении честной главы св. Иоанна Крестителя см. в житии его 7 января. – Празднование дня усекновения честной главы Предтечи Христова Иоанна в православной церкви весьма древнее. Свидетельства о нем восходят к V веку. В сакраментарии папы Геласия (492–496) он значится в числе праздничных дней; есть свидетельства о нем у Петра Хрисолога, еп. равенского, у Хризиппа, пресвитера иерусалимского (V века), и у Василия селевкийского. 29 августа, как день празднования кончины Иоанна Предтечи, церковь избрала по своему праву, произвольно, за неимением исторических известий о дне его кончины. По евангельской же истории усекновение было перед праздником пасхи, следовательно в конце февраля или в марте: в евангелии Матфея (14:10–12) говорится, что оно было перед насыщением 5000 народа пятью хлебами и двумя рыбами, а по евангелию Иоанна (6:4–5) насыщение эго было перед пасхою... Праздник усекновения главы Иоанна Предтечи есть великий праздник; он имеет один день попразднества, а также в этот праздник положен пост, в который не дозволяется вкушать рыбу. В нашем отечестве, по указу 1769 года, в день усекновения главы св. Иоанна Предтечи совершается поминовение православных воинов, за веру и отечество на брани убиенных. В «чине поминовения» на этот день сказано: «сей день в рассуждении пострадавшего за истину Предтечи Господня есть приличный, дабы в оный день принести Богу всеобщую молитву и о подобно страдающих, и положивших живот свой за веру и отечество» (Месяц. Вост. А. Сергия. Т. 2. Замет. стр. 261).

В старинных сказаниях о святых св. Иоанн Креститель почитается целителем головной болезни, ему даже с этою целью полагается особенная молитва. (Народно-русс. месяцеслов Каменского Душ. Чтен. 1871 г. 2 т.)

Св. Анастасий, родом из болгар, родился в Струмницкой епархии, в селе Родовичах. Добрые родители научили его св. вере, а, чтобы он мог добывать себе хлеб честным трудом, отдали его учиться оружейному мастерству, которое он и изучил. На 20 году жизни ему случилось быть у своего учителя в Солуни. У мастера было несколько турецких одежд, которые ему захотелось сбыть с рук без платежа таможенной пошлины. Оружейник уговорил бывшего ученика надеть на себя одно платье и выйти в нем за город: «в этом платье ты – чистый турок», – говорил ему мастер. Ученик сначала отговаривался, сознавая опасность, которую мог бы повлечь за собою такой поступок, но потом, по добродушию, согласился. И вот сборщики пошлины останавливают eго и спрашивают письменный вид об уплате пошлины. Анастасий отвечал, что он турок. Сборщики потребовали, что бы он прочитал магометанскую молитву. Это неожиданное требование смутило неопытного юношу: он молчал. Сборщики привели его к своему начальнику, который, допросив Анастасия, предлагает ему принять магометанство. Молодой человек был слишком далеко от того, чтобы согласиться на это. Выслушав его ответы, чиновник отвел его к главному сборщику. Этот последний сперва старался обольстить его обещанием наград за согласие принять магометанство, потом обратился к угрозам. Но юноша оставался непреклонен. Сборщик известил о случившемся муфтия (высшее духовное лицо магометан) и просил его совета. Тот отвечал: «у тебя в одной руке меч, а в другой – закон: употребляй, что хочешь». Получив такой ответ, начальник сбора податей препроводил Анастасия к местному мулле, отправив вместе с ним пятерых турок, которые должны были свидетельствовать, что христианин поносил веру Магометову. Мулла пытался своим красноречием склонить юношу к магометанству, но не успел в этом. После жестоких побоев, он приказал заковать Анастасия в кандалы и бросить в темницу. Второй и третий допрос имели тоже самое следствие. Тогда мулла отослал Анастасия к Мусселиму, который употреблял все средства склонить его к магометанству. Раздраженный безуспешностью своих убеждений, он прибег к насилиям: Анастасий был жестоко избит, потом его заперли в тюрьму, на руки и на ноги набили колодку, а на шею надели цепь. Целый день бесчеловечно мучили страдальца, вбивая ему за ногти тростниковые иглы. Не один раз Мусселим призывал его к себе и заставлял принять магометанство: Анастасий был непоколебим. Градоначальник приговорил повесить Анастасия за городом, тайно поручив уговаривать его дорогою. Смерть, бывшая на виду, не изменила мыслей страдальца. Идя на казнь, истерзанный и измученный, он упал на дороге и предал дух свой Богу 29 августа 1794 года. (Христ. мучч., пострадавшие на востоке. Свящ. П. Соловьева стр. 240–244).