14-е число

– Свв. отцов, в Синае и Раифе избиенных.

– Пр. Феодула.

– Пр. Иосифа Аналитина раифского.

– Прпп. отцов Павла, Исаии, Саввы, Домна, Иеремии, Адама, Сергия, Моисея и ученика его Моисея, Прокла, Ипатия, Исаакия, Макария, Марка, Евсевия, Илии, Вениамина и иных с ними.

– Преп. Стефана.

– Св. равноап. Нины, просветительницы Грузии.

– Отдание праздника Богоявления.

– (Св. муч. Агнии).

«Однажды сидел я, – говорит Аммоний, – в своей келье, в месте, называемом Каново, которое принадлежало к александрийской области. Явилось у меня желание отправиться в Палестину, и Господь сподобил меня поклониться в ней св. местам. Оттуда, вместе с другими монахами, пошли мы к Синайской горе и здесь были приняты радушно св. отцами. Я посещал кельи их и много беседовал с ними. Устав у них был такой: все дни недели, кроме субботы, каждый из них проводил у себя в келье в молчании, в субботу же все собирались в церковь и вместе совершали всенощное богослужение, а в воскресенье за обедней причащались св. Таин, и каждый потом уходил в свою келью. Время проводили они постоянно в посте, не употребляли ни вина, ни масла, ни хлеба, но только немного фиников и воду. Хлеб же имел только настоятель, и то для странников. От строгого воздержания тела́ их были слабые, лица исхудалые.

Через несколько дней на ту страну напали неверные¹⁴². В окрестных местах они избили св. отцов. Много от этих врагов пало на горе Хориве, в Тефровиле и Кидаре, заняли они и другие окрестные места Синайской горы. Очередь доходила до нас, и мы были в страшной опасности. В эти минуты страшной тревоги мы обратились с молитвой к Богу, и Господь услышал нас и совершил чудо: на вершине горы явилось пламя, и вся гора покрылась дымом. Враги испугались этого дивного явления, бросили оружия, оставили своих верблюдов и бежали. Между тем в окрестных местах лежали убитыми 38 св. отцов; из них двое, Исаия и Савва, тяжело израненные, были ещё живы. Мёртвых мы схоронили с великим плачем, а живым оказали помощь. Да и как было не плакать о мучениках, так жестоко пострадавших? Зрелище было поистине ужасное: у одного была совершенно отсечена голова, у другого голова держалась только на коже, иной был рассечён пополам, другому отсечены руки и ноги, некоторым выкололи глаза. Из оставшихся в живых двух братий, Исаия во втором часу ночи умер от ран, а Савва остался жив и подаёт надежду на выздоровление, но скорбит, что не пришлось ему умереть, вместе со св. отцами. Желание его исполнилось. Он скончался на четвёртый день после избиения св. отцов.

Не успели мы ещё осушить своих слёз, как пришёл к нам один измаильтянин (измаильтяне – потомки Измаила, сына Агари) и сказал, что все живущие в пустыне Раифе постники избиты неверными. Эта пустыня находилась от нас на расстоянии более двух дней пути, в приморской местности, близ Чермного или Красного моря¹⁴³. Вестник этот на наш вопрос, как случилось это несчастие и сколько отцов погибло, ничего не мог ответить, так как сам слышал от других. Через несколько времени приходит к нам другой вестник, который подтвердил печальное известие о мученической смерти раифских отцов. Наконец пришёл к нам инок, который жил в Раифе со св. отцами и рассказал при нас настоятелю Синайской горы, Дуле, следующее:

„Я немного жил со св. отцами в Раифе, около 20 лет, другие же жили там 40 лет, а иные 60 и 70. Местность эта очень ровная, к востоку оканчивается горой, которая тянется до Чермного моря; там, в горных пещерах и ущельях скрывались многие отшельники. У них была церковь, в которую всякую неделю собирались св. мужи. Жизнь, страдание и смерть каждого из них рассказать не могу, добродетели их трудно перечесть, но скажу об одном или о двоих, по которым можете судить и об остальных.

Был там один старец, по имени Моисей, из местечка Фаран. Он с юности полюбил иноческую жизнь и был иноком 73 года, живя в горной пещере, и всё, что просил у Бога, давалось ему. Многие из окрестного народа, слыша о чудесах св. мужа, принимали веру во Христа и приходили к нему креститься. Святой был строгой жизни, хлеба не ел, а держал его только для приходящих; сам же питался небольшим количеством фиников; одежду имел из финиковых листьев. Сон его был очень непродолжителен, и то только после утрени, ночи же проводил без сна. Великим постом он к себе никого не принимал, и на это время в пищу заготовлял только 20 фиников и небольшой сосуд воды. Однажды великим постом привели к святому эфиопского князя, Ведиана. который был одержим нечистых духом, и как только подвели бесноватого к келье старца, дух с криком вышел из князя, он совершенно выздоровел и уверовал во Христа со многими своими единоплеменниками. У этого дивного св. отца Моисея был ученик того же имени, который безмолвствовал при нём 46 лет, ни в чём не отступал от правил своего учителя и был примером прочим инокам. Он был убит неверными так же, как и учитель его.

Был ещё один св. отец, Иосиф, живший недалеко от моря. Он своими руками построил себе келью и прожил в ней 30 лет. Ученик же его, Геласий, жил недалеко от него в другой келье. Однажды к о. Иосифу пошёл один брат посоветоваться с ним, постучал в дверь кельи и, не получая ответа, заглянул в окно и увидел старца, стоящего посреди кельи в пламени. От испуга брать упал и пролежал около 2 часов, как мёртвый. Придя в себя, брат сел около двери старца и прождав ещё 5 часов, постучался вторично в дверь. Св. Иосиф ввёл брата в келью и спросил, давно ли он пришёл. „Часа 4 или больше, как сижу у твоей кельи“, отвечал брат.

Иосиф предположил, что брат видел, как он молился в келье. Подав полезный совет своему брату, старец Иосиф отпустил его с миром, а сам, избегая людской славы, оставил келью и скрылся. Через несколько дней ученик Иосифа, Геласий, пришёл в келью старца; не найдя его там, пошёл искать его в пустыне; но и там не нашёл старца, и поселился в его келье, оплакивая своего учителя. Прошло 6 лет. Геласий слышит, кто-то постучался к нему в дверь. Он отворил дверь, увидел своего учителя и пришёл в ужас. Геласий подумал, что перед ним дух. Желая увериться, действительно ли перед ним стоит его учитель, Геласий просил старца прочесть молитву. Старец прочёл молитву, поцеловал своего ученика и сказал: „хорошо поделал, сын мой, что прежде подумал о молитве, ибо велики козни диавола“.

„Зачем ты, отче, оставил отцов и меня, ученика своего, – спросил Геласий, – я до сей минуты плакал о тебе“.

„Почему я вышел из своей кельи, знает об этом один Бог, – отвечал Иосиф, – но я не уходил от братии, этих мест не оставлял и каждую неделю причащался со св. отцами св. Таин в церкви“. Очень удивился Геласий, что старец жил между ними, а между тем никто его не видел, и спросил: „зачем же теперь, отче, пришёл ко мне?“

„Наступило время моей смерти, – отвечал старец, и я пришёл к тебе, чтобы ты похоронил меня“.

Старец дал своему ученику много добрых наставлений, потом поднял руки к небу, помолился и мирно скончался. Братия похоронили его с честью вместе с другими св. отцами.

„Много мог бы я сказать вам и о других св. отцах, – сказал брат, – но вы желаете слышать, как св. отцы были убиты неверными, и я расскажу вам об этом“.

Нас всех, братий, было 43. Однажды пришли к нам два человека и сказали: „ехали мы на лодке по морю и увидали вдали неприятелей на корабле. Пользуясь ночной темнотой, мы скрылись от них и вот пришли сказать вам, что 300 человек варваров приближаются к вашим местам, и пока есть ещё время – скрывайтесь“. Мы поставили стражу при море, а сами стали служить всенощное бдение, моля Бога о помощи. В 1-м часу ночи показался неприятельский корабль. Жители Фарана, жившие около нас, в числе 200 человек, приготовились отразить нападение неприятеля и защитить своих жён и детей, а мы укрылись в церкви, окружённой оградой. Ночью вражеский корабль остановился у пристани. А утром неприятели вышли на берег и здесь встретили вооружённых жителей. Произошла жестокая битва. Мирные жители были побеждены; 147 человек их пало, а остальные бежали; жёны же и дети их взяты были в плен. Неверные, как дикие звери, устремились к нашей ограде. В виду таких диких варваров, мы не знали, что делать, и взывали слёзно к Богу: Господи помилуй! Отец наш Павел стал посреди церкви и дал нам такое наставление: „Послушайте меня, грешного, отцы и братия, мы ради Господа нашего Иисуса Христа отреклись от всего земного, чтобы Ему единому служить и за Него одного душу свою положить, так что же вы смущаетесь? Святые за имя Господа охотно претерпевали муки и получили награду на небесах, не за тем ли и мы здесь, чтобы потерпеть за Него и удостоиться царства небесного?“

„Чашу спасения приимем, и имя Господне призовём!“ – отвечали все мы.

„Господи, упование и помощь наша! – воскликнул о. Павел, поднимая руки к небу, – укрепи нас в сей час, прими, как жертву приятную, наши души!“

„Аминь“, – отвечали на это все мы“. И тотчас же послышался голос из алтаря: „Приидите ко Мне все труждающиеся и обременённые, и Я упокою вас“.

Ужас напал на нас. Между тем враги, не встречая никакого сопротивления, перелезли через ограду, отворили ворота её и, как хищные звери, с обнажёнными мечами бросились к храму. У церковных дверей сидел старец Иеремия. У него они стали грозно спрашивать, где начальник монастыря. Но старец спокойно ответил им: „что пугаете меня, враги Христовы? Ничего не скажу вам!“

Настоятель же, о. Павел, стоял вблизи. Враги с яростью бросились на старца, обнажили его, поставили посреди себя и пронзили его стрелами. Это было началом страдания св. отцов.

Св. о. наш Павел подошёл к врагам и смело сказал: „я тот, кого вы ищете“.

„Скажи нам, – спросили настоятеля злодеи, – где у вас скрыто золото?“

„Верьте мне, – отвечал о. Павел, – я во всю свою жизнь никакого богатства не собирал и не имел, кроме этой ветхой одежды, которую вы видите на мне, я ничего не имею“.

Враги пронзили всё тело святого стрелами, а голову рассекли пополам мечом. О. Павел пал мёртвым. Я от страха спрятался под финиковые ветви, которые были собраны в кучу близ церкви. Враги же, оставив двоих убитых отцов, с обнажёнными мечами и неистовыми криками ворвались в церковь и перебили в ней всех отцов. Говоря это, инок горько плакал».

«Ещё был там, – продолжал тот же инок, – один великий подвижник, о. Адам, он имел у себя 15-летнего ученика, Сергия. Враги увидали красивого юношу и хотели взять его с собой. Сергий, не желая отдаться живым в руки их, выхватил у одного из них меч и ударил его, чтобы возбудить гнев против себя. Враги тотчас изрубили юношу в куски. При таком ужасном зрелище, я стал молить всещедрого Бога скрыть меня от мучителей, чтобы я мог схоронить тела убитых. А их было много. Вся церковь была наполнена кровью мучеников. Я лежал, как мёртвый, боясь ежеминутно, что враги разроют сучья, в которых я скрывался. Но Бог услышал мою молитву. Не найдя никакого сокровища в церкви, мучители прошли мимо меня и отправились обратно к кораблю. Но, к их ужасу, корабля их не оказалось. Корабельщик, которому поручено было стеречь корабль, тайно обрезал привязанную к якорю верёвку, пустил корабль на волю морских волн, а сам скрылся в горах. Злодеи наши, не зная, как воротиться в свою страну, в ярости убили всех пленных женщин и детей.

Жители города Фарана вскоре узнали об избиении св. отцев в Раифе. Они послали от себя к нашим мучителям 600 стрельцов, чтобы наказать злодеев. Неверные приготовились к бою и мужественно защищались, но в неравной борьбе все погибли.

Когда таким образом опасность миновала; я вышел из своей засады и осмотрел умерших святых отцов; трое из них были ещё живы: Домн, Андрей и Орион. Домн получил жестокую рану в боку; Андрей имел много ран, но не опасных и остался жив: Орион не получил ни одной раны, так как удар меча проколол только его одежду, и этот св. отец от страха упал, как мёртвый. Неприятели, считая его умершим, не тронули его. Но когда они совсем оставили наше место, он встал и вместе со мной обходил умерших и горько плакал.

Между тем стрельцы фаранские, поразившие наших врагов, пришли к нам. Пришёл и князь их Ведиан, из которого изгнал беса преп. Моисей, и все мы вошли в церковь и горько плакали и рыдали, видя стадо Христово поверженным на земле со страшными ранами. Мы собрали тела всех святых (39 человек), одели их в светлые одежды и погребли всех вместе со слезами и пением. Я не мог спокойно видеть места скорби и запустения. Грусть и уныние давили моё сердце.

И вот я пришёл к вам, хотя Ведиан и уговаривал меня остаться там, обещая часто посещать меня и доставлять мне всё нужное. Я разсказал вам, св. отцы, о мучении и смерти наших отцов Раифских, теперь скажите вы мне, что у вас в Синае случилось».

«Мы, – говорит Аммоний, – рассказали ему о мученической смерти Синайских отцов и дивились предивным судьбам Божиим, когда узнали, что в один и тот же день были убиты св. отцы и в Синае, и Раифе, и вместе горько плакали. Тогда отец наш Дула встал и сказал нам: „наши св. отцы, истинные рабы Христовы, сподобились царства небесного, мы же, оставшиеся в живых, будем молить св. мучеников, чтобы они ходатайствовали за нас пред Господом, Который и нас может удостоить вечного блаженства вместе с ними.

Я же, грешный Аммоний, возвратился в Египетскую страну и всё это написал».

После первого избиения св. отцов в Синае и Раифе прошло более чем сто лет, как последовало второе избиение (в 5 веке). Оно описано очевидцем, монахом Нилом, бывшим прежде префектом (правителем) константинопольским (450–456 г.), и совершено было сарацинами, населявшими аравийские пустыни. Это дикое племя не знало оседлой жизни и переходило с места на место, ища воды и пастбищ для своего скота. Оружие их состояло из лука, стрел и копья. Земледелием они не занимались, а жили ловлей зверей и разбоем, нападая на путешественников и на целые селения.

Эти-то разбойники напали в 5 веке и на иноков Синайской пустыни. В числе этих отшельников был преп. Нил. Он был женат и имел двоих детей – сына и дочь. Наскучила ему и жене его мирская суета, и они по взаимному соглашению оставили мир. Жена его поселилась с дочерью в одном женском монастыре, а он со своим сыном Феодулом удалился на Синайскую гору.

Отшельники Синайской пустыни проводили строго подвижническую жизнь. Они жили в расселинах гор, в пещерах, носили простую ветхую одежду, хлеб употребляли редко, а больше питались кореньями и финиками. Но и эту суровую пищу св. отцы вкушали нечасто. Одни принимали её через день, другие через два и три дня, а некоторые даже раз в неделю, лишь бы подкрепить свои немощные силы. Шесть дней недели все они безмолвствовали в своих кельях, а в седьмой день, в воскресный, собирались в церковь, совершали в ней богослужение и причащались св. Христовых таин.

Преп. Нил, поселившись на Синайской горе, имел обычай время от времени посещать отцов, живущих в окрестности. Однажды он пришёл в одну из окрестных обителей и застал братию за вечерней трапезой.

Пресвитер того места, о. Феодул, сказал братии: «кто знает, придётся ли нам ещё вместе совершить трапезу?»

Говоря это, он духом провидел приближающуюся опасность. На следующий день после утрени, сарацины напали на обитель и, как голодные псы, бросились на кладовые, в которых хранились запасы на зиму. Они разграбили сушёные овощи, а потом ворвались и в церковь, где находились св. отцы. Эти неверные вывели их из церкви, сорвали с них одежды, поставили рядом и велели им наклонить головы; впереди всех стоял пресвитер Феодул. Два злодея стали по бокам о. Феодула с обнажёнными мечами. Святой, без страха наклонив голову, тихо произнёс: «Благословен Господь!» и пал на землю под ударами меча. Потом убили другого старца, который жил вместе с пресвитером. Одному отроку, который прислуживал о. Феодулу, злодеи приказали собрать рассыпанные плоды. Когда он собирал, один из варваров ударил его сзади мечом и убил. Некоторые из этих неверных обнаружили сострадание к св. отцам. Они дали знать рукой, чтобы прочие иноки бежали; и те, которые имели силы, бежали в горы, а оставшиеся были убиты. К бежавшим присоединился и преп. Нил, и тем избавился от смерти. Сын же его, красивый и молодой юноша, был взят сарацинами в плен для принесения в жертву. Эти язычники покланялись, как божеству, утренней звезде и приносили ей в жертву до восхода солнца красивых юношей. Избив по окрестностям многих старцев, сарацины удалились. Между тем Нил постник с высоты горы видел мученическую кончину старцев и пленённого сына и неутешно плакал.

Вечером Нил с другими оставшимися в живых иноками сошёл с горы, чтобы схоронить тела умерших братий. Ночью, когда он хоронил их, вдруг подбежал к нему один юноша, убежавший от варваров, и рассказал ему следующее: «Я был связан вместе с твоим сыном, и оба назначены были для принесения в жертву. В виду такой опасности я посоветовал твоему сыну спасаться бегством он же боялся решиться на это и остался. А я ночью, пользуясь крепким сном сторожей, развязал на себе верёвки, ползком, извиваясь, как змея, отдалился от стана на большое пространство, потом встал на ноги и, гонимый страхом, летел, как на крыльях, от врагов, и вот я перед вами. До сих пор я ещё дрожу от представления тех варварских мучений, которые переносили св. отцы на моих глазах». После сего юноша рассказал об избиении многих св. отцов.

В одном месте, говорил юноша, злодеи нашли в горе пещеру и в ней старца. Они вытащили его и побили камнями. В другом месте, поросшем густым кустарником, они нашли в келье пустынника, велели ему выйти вон и отдать свои одежды. Но пустынник отвечал: «дом мой, в котором я трудился, да будет мне гробом; одежды не отдам, чтобы не видать своей наготы, которой я до сих пор не видал; когда меня убьёте, тогда сами возьмите одежду».

«Укажи нам в этой пустыне монастыри, – сказали сарацины, – и мы тебя оставим живым».

«Если и знаю, где живут святые люди, – отвечал отшельник, – но вам не скажу, чтобы не быть предателем рабов Божьих».

«Тогда разъярённые враги ворвались в пещеру и изрубили отшельника в куски. Идя далее по пустыне, они увидали троих св. отцов и убили их. Потом увидали издали два монастыря, в недалёком расстоянии один от другого. Сарацины разделились на два отряда и бросились к монастырям. Что они там делали и кого убили, не знаю. Я только видел бежавшим одного инока, разбойники пустили в него стрелы, и он упал, потом подбежали к нему и убили его. Что сделали с твоим сыном, не знаю, но думаю, что он не избежит смерти».

Слыша всё это, Нил горько плакал. «Господи, Боже мой, – воскликнул он из глубины скорбного сердца, – не допусти погибнуть моему сыну от рук варварских!» Бог спас отрока Феодула. Будучи сильно утомлены, сарацины так крепко спали, что проспали утреннюю звезду. Поэтому жертвоприношение нужно было отложить до следующего дня. Между тем нашлась возможность продать пленных, и юноша Феодул продан был жителям города Елузийского. Провидение Божие хранило сего отрока, чтобы возвратить его к отцу.

Жители Фарана отправили послов к сарацинскому князю, Аману, с жалобой на разбои сарацин. Послы требовали наказания виновных. В то же время преп. Нил с оставшимися отцами пошёл в пустыню, чтобы отыскать тела убитых святых и схоронить их. Убиты были в разных местах: св. Прокл, Ипатий, Исаак, Макарий, Марк, Вениамин, Евсевий, Илия и другие с ними. После погребения их, отцы пошли в Фаран, чтобы узнать, какие вести от князя принесли фаранские послы. Послы принесли от князя утешительные известия. Князь обещал жестоко наказать своих разбойников, уверял фаранских жителей в безопасности и предлагал приходить к нему за пленными без всякого выкупа. Жители Фарана тотчас отправились за пленными, вместе с ними пошл, и преп. Нил. Он с нетерпением желал узнать об участи своего сына. Узнав, что сын жив и продан в город Елузийский, Нил отправился туда и нашёл его у епископа того города в церковном клире. Неописанна была радость отца при встрече с сыном! Пламенную молитву благодарения вознёс Нил к Богу за спасение своего сына. Епископ ласково принял Нила, убедил его принять пресвитерский сан и отпустил его с сыном с миром. Нил с сыном возвратился в Синайскую обитель, где оба они провели всю остальную жизнь и скончались в мире¹⁴⁴.

По кончине тела́ их перенесены в Царьград императором Иустином Младшим (565–578) и положены в церкви св. апостолов в Орфанотрофии¹⁴⁵.

Примечание: Апост. на литур. св. отцам, в Синае и Раифе избиенным, Рим.8:28–39. (Зач. 99). Здесь апостол высказывает важное учение о предопределении людей ко спасению, и отсюда делает вывод: если Бог христиан избрал от вечности и предопределил к славе, если для них не пощадил Единородного Сына Своего Иисуса Христа и затем ведёт их различными путями к достижению предназначенной цели, то никакой враг, никакое препятствие не может остановить их на этом пути, никакие бедствия не в силах отторгнуть их от Бога.

Евангелие Лк.6:17–23. (Зач. 24). Краткое содержание на стр. 37¹⁴⁶.

Св. Стефан, желая подражать жизни великих подвижников, обошёл монастыри на Иордане, был в пустынях Евфимия, Саввы и Феодосия и везде проводил время в великом труде, посте и молитве. В царствование Льва Исавра (717–741) он отправился в Константинополь, прожил некоторое время у патриарха Германа, научившись от него многому полезному. Святой создал Хинолаккову (т. е. при гусином пруде) обитель в Вифинии, собрал в неё множество монахов и внушал им постоянно страх Господень. Св. Стефан прозрел конец своей жизни и мирно отошёл ко Господу в 8 веке¹⁴⁷.

Есть избранники Божии, которым свыше предназначено быть светом, озаряющим ту или другую страну, тот или другой народ, погружённый во тьме язычества и неведения. С чисто пламенной, апостольской ревностью они идут на указанный им великий подвиг, с крайним напряжением своих сил трудятся для просвещения светом Христовой веры сидящих во тьме и сени смертной и при помощи чудодейственной благодати Божией, в них пребывающей, они рассеивают мрак язычества в стране, им неведомой. Облагодетельствованный такими посланниками народ из рода в род чтит их память, с благоговением произносит их имя и считает их особенными покровителями своими. К числу таких избранников Божиих принадлежит и блаженная Нина, просветительница Грузии. По отцу своему Завулону Нина приходилась ближайшей родственницей великомученику Георгию, а по матери Сусанне – родственницей иерусалимскому патриарху. Живя в Иерусалиме, она очень часто слышала об Иверии (нынешней Грузии) от иудеев, поселившихся там и приезжавших в Иерусалим на праздник Пасхи. Рассказы об языческой Иверии возбудили в душе Нины сильное желание посетить эту страну и просветить жителей её светом Христовой веры. Желание это ещё более усилилось в ней чудесными видениями. Однажды во сне Нина увидела Пресвятую Богородицу, Которая вручила ей крест из виноградных прутьев и повелела идти просвещать язычников. Покорная небесному гласу, она немедленно отправилась в Иверию. Достигнув Ефеса, она с некоторыми женщинами-христианками, бежавшими от гонения Диоклитиана, отправилась в Армению. Здесь жестокий царь Тиридат убил всех её спутниц, а св. Нина чудесно спаслась от неминуемой погибели и благополучно достигла Мцхета. В этом городе в то время язычники совершали празднество в честь идола своего Армаза и приносили ему жертвы. Язычники падали пред истуканом, Нина же, со скорбью взирая на языческое торжество, возносила пламенные молитвы к Богу, чтобы Он просветил людей, ходящих во мраке идолопоклонства. Вдруг, среди ясного дня, раздался страшный удар грома, и молния разрушила идола. В ужасе бежали жрецы и народ, а Нина спокойно стояла среди развалин истукана. Это случилось в день Преображения Господня. На другой день один вельможа, увидев Нину, стоящую среди развалин, пригласил её к себе в дом, но она не приняла его предложения, и поселилась у одной благочестивой жены Анастасии, в царских виноградниках, где и ныне указывают её келью. Строгим постом и усердной молитвой Нина приобрела от Бога дары чудотворения. Она оказывала чудесную помощь всем страждущим и сделалась известной в окрестностях. Жена Анастасия, принявшая её к себе в дом, была бесплодна, по молитве святой, она стала рождать детей. У одной бедной женщины был при смерти ребёнок, Нина осенила его крестом из виноградных прутьев, и он выздоровел. Заболела супруга царя Иверии Мириана. Услышав о чудесах Нины, царица отправилась к ней, по молитве её выздоровела и уверовала в истинного Бога. Чудо совершилось также над родственником царя персидского, гостившим у царя Мириана. Гость этот тяжко заболел и был отправлен к Нине с просьбой от Мириана, чтобы Нина исцелила недужного. По молитве этой праведницы больной выздоровел и уверовал в истинного Бога. Мириан, страшась гнева царя персидского за обращение его родственника, возненавидел Нину и хотел предать её смерти; но Господь явил над ним самим Свою силу и просветил его сердце. Однажды царь был на охоте, его застала страшная гроза, и он ослеп от молнии. Царь в этом грозном, поражающем явлении видел над собой праведный гнев Божий за ненависть к Христовой вере и к Нине, дал обещание принять христианство, если выздоровеет, – и мгновенно прозрел. Полный благоговейных и благодарных чувств к истинному Богу, он тотчас отправился к Нине, просил её наставить его в законе Господнем и принял св. крещение. Многими и другими чудесами прославилась Нина. Исцелённые Ниной предлагали ей богатые дары, звали её наперерыв к себе; но она от всех даров отказывалась и не хотела расстаться со своей хижиной. Место, где она жила, было ей дорого по преданию, слышанному ею ещё в Иерусалиме от приходивших туда иудеев и записанному в летописях Грузии. Предание говорит: во времена вавилонского пленения в Мцхете поселилось несколько иудейских семейств. Они каждый год на праздник Пасхи посылали от себя избранных мужей в Иерусалим. Наступили времена Спасителя. От этих мужей Мцхетские евреи услышали о высоком учении и чудесах Иисуса Христа, узнали и о том, что начальники иудейские ненавидят Его и хотят Его погубить. Эти рассказы возбудили глубокое сочувствие к Спасителю в некоем Элиозе. Жаждал он видеть Спасителя, и желание его исполнилось. Ему пришлось быть, по выбору, в Иерусалиме во время страдания Иисуса Христа. Элиоз был на Голгофе, видел страждущего Спасителя на кресте и купил у воина Господень хитон, доставшийся ему по жребию. Когда Элиоз возвращался домой, благочестивая сестра его Сидония вышла к нему навстречу. Узнав, что в руках его хитон Господень, она вырвала из рук его священную одежду, прижала к своей груди и тотчас умерла. Никакая человеческая сила не могла вырвать из её объятия хитон, которого никто, кроме неё, не был достоин по общему неверию, и Сидонию похоронили вместе с драгоценной святыней в царском саду. Над могилой Сидонии вырос огромный кедр, который на долгое время скрыл святое место от изысканий человеческих¹⁴⁸.

Правнук Элиоза, Авиафар, слушавший наставление в христианской вере у св. Нины, открыл ей место, где сокрыта святыня, и святая каждую ночь приходила молиться под священной тенью величественного кедра. Здесь были ей таинственные видения, предзнаменовавшие будущую славу места. Так, однажды видела она стаю чёрных птиц, которые поднялись из царского сада, омылись в водах протекавшей близ царского сада реки (образ крещения народа Иверского) и потом убелённые, как снег, сели они на ветвях кедра и огласили виноградник райскими песнями. Благоговея пред сим местом, Нина просила царя Мириана построить здесь храм Божий. Мириан пожертвовал свой сад для сооружения в нём дома Господня, срублен был кедр и из него вырезано семь основных столбов для дома Божия. Из корня срубленного кедра появилось миро, и множество больных, мазавшихся этим миром, получало исцеления. Видя такие чудеса, Мириан оградил святое место внутри созидаемого им храма, и оно сделалось предметом глубокого уважения, даже язычников и магометан, и сохранилось несмотря на то, что самый храм подвергался не раз разорению.

Св. Нина продолжала проповедовать Христово учение язычникам, число верующих увеличивалось с каждым днём, свет Христовой веры просветил сердце самого царя Армении Тиридата. Для обращения кахетинской царицы Софии св. Нина сама пошла к ней, и там быль назначен Богом конец её апостольского подвига. Чувствуя приближение смерти, святая пригласила к себе царя Мириана и первого епископа Иверии Иоанна, сказала им несколько слов о вечной жизни, со слезами простилась с ними и, причастившись св. Таин, с миром отошла к Господу после 35-летнего служения Ему (в 335 г.).

На том месте в Кахетии, где скончалась Нина, Мириан соорудил храм во имя великомученика Георгия, её родственника. Впоследствии при этом храме учредилась Бодбийская митрополия, старшая во всей Кахетии; отсюда проповедь евангельская распространилась по Армении и проникла даже в сердце Кавказа¹⁴⁹.