23-е число

– Св. священномуч. Климента, епископа анкирского и св. муч. Агафангела и проч. с ними.

– Св. Павлина милостивого, епископа ноланского.

– Пр. Максима сирина.

– Пр. Саламана молчальника.

– Воспоминание 6 Вселенского собора.

– Пр. Геннадия костромского и любимоградского.

– (Пр. Евсевия. Двух мучеников в Парии).

Св. Климент родился в галатийском городе Анкире, в 258 году по Р.Х. Отец его был язычник, а мать, Евфросиния, – христианка. Она усердно старалась обратить своего мужа к истинной вере; но ей не дана была эта радость. Муж её умер язычником. Овдовев в молодых летах, Евфросиния посвятила все заботы воспитанию единственного своего сына Климента, стараясь сделать его верным и усердным служителем Иисуса Христа. Когда Клименту было около 12 лет, Евфросиния приближалась к смерти. Лёжа на болезненном одре, она обнимала сына, целовала его и говорила: «Сын мой возлюбленный, ты сирота от пелён, но у тебя есть отец – Христос Бог. Я родила тебя плотью, но Христос Бог возродил тебя духом. Он тебе Отец, Ему одному служи и на Него надейся, ибо Он спасение наше и жизнь вечная. Молю тебя, возлюбленный сын, обещай мне за все мои труды и заботы о тебе мужественно стать за Христа и твёрдо исповедовать Его святое имя, так как скоро настанет страшное гонение на христиан. Приготовься к страданиям и взирай чаще на небо, оттуда ожидай себе утешения, ободрения и вечного воздаяния; бойся суда Божия, трепещи всевидящего ока Господня, ибо отрёкшихся от Христа ожидает неугасимый огонь, а исповедующих Его – вечная радость и утешение. Не щади своей крови и тела, дай его на раны, и я возвеселюсь пред Господом. Телом я отхожу от тебя, но душа моя не разлучится с тобой, и с тобой сподоблюсь припасть к престолу Всевышнего, хвалясь пред Ним твоими страданиями и венчаясь твоими подвигами».

После этих слов Евфросиния мирно скончалась.

По смерти матери Климент остался круглым сиротой; но Бог, покровитель сирот и бедных, дал Клименту другую мать в лице подруги покойной Евфросинии, благочестивой и богатой Софии. Не имея детей, она взяла к себе Климента вместо сына.

В то время в Галатии был такой сильный голод, что язычники, не имея чем кормить своих детей, бросали их по дорогам. Климент приводил этих несчастных детей в дом Софии, учил и приготовлял их ко св. крещению, а София одевала и кормила их. Таким образом, дом Софии сделался училищем веры и благочестия.

Климент с юных лет умерщвлял и изнурял свою плоть. Питался только хлебом и овощами и пил одну воду. Такая добродетельная и строгая жизнь Климента скоро обратила на себя внимание христиан, и они избрали его чтецом, потом диаконом, пресвитером, а через два года, на 20-летнем возрасте его, епископом города Анкира.

Сделавшись епископом, Климент стал распространять истинную веру между язычниками и привёл многих из них в церковь Христову.

Между тем наступило время исполниться желанию Евфросинии. Диоклитиан, воцарившись на римском престоле (284–305), отдал повеление по всем римским областям мучить и убивать христиан. Царские наместники в угоду царю отыскивали христиан и предавали их мучениям.

В Галатийской стране был правителем в то время Дометиан. Ему донесли, что Климент, епископ анкирский, запрещает поклоняться богам и обращает многих в христианство. Дометиан велел привести его к себе и ласково сказал ему: «Лицо и взгляд твой показывают, что ты человек умный, честный и благородный, а потому мне кажется, что донос, который на тебя сделан, несправедлив. Скажи нам сам о себе»

«Наша премудрость и разум есть Христос, словом Которого всё создано», – отвечал Климент.

«Вот ты нечаянно оскорбил нас, – сказал царский наместник, – я советую тебе не говорить бесполезных слов и принести, жертвы богам. Знай, что всякого, унижающего богов, ждут муки, а почитающего их ожидает честь и слава; возьми пример с нас».

Св. Климент на это отвечал: «А мы думаем иначе. Дары ваши ни во что считаем, честь вашу считаем бесчестием, большой твой сан работой невольника; а бесчестие, угрозы и муки считаем за сладость и утешение. Да будет тебе известно, что ничем не отвратишь нас от благочестия: ни обещанием почестей и даров, ни муками!»

Решительный тон, с которым отвечал Климент, удивил Дометиана, и он сказал праведнику:

«Я говорю с тобой мягко и кротко и этим дал тебе повод говорить со мной смело. Я слышал о тебе, что ты всегда находишься с детьми и подобно им имеешь детский разум. Повторяю тебе: если не умилостивишь богов жертвами, то знай, что будешь казнён смертью, но не такой, на какую ты надеешься, а самой продолжительной и мучительной».

«Ты напомнил мне о детях, отвечал святой, так знай, что я учил детей той премудрости, которой не знает никто из ваших старейших и мудрейших; ибо истинная премудрость Божия скрывается от премудрых и разумных мира сего и открывается младенцам».

Наместник, принимавший на себя доселе личину кротости, обнаружил, наконец, свою природную лютость. Он повелел святого повесить на дереве и резать его тело острым железом. Вид страдальца возбуждал в зрителях великий ужас. Тело его было всё изрезано, плоть его висела на нём кусками, из глубоких ран струилась ручьями кровь, высовывались кости из изрезанного тела. Но Климент спокойно и безмолвно переносил лютые мучения. Мучители ослабели.

«Ты не думай, что победишь меня своим терпением», – сказал наместник, видя, что слуги его бросили на землю орудия пытки.

«Я этого не думаю, отвечал святой, но верую и надеюсь на Христа, что Он победит всякого врага Своего».

Наместник повелел другим слугам терзать тело мученика, но и эти слуги, исполняя приказание своего начальника, пришли в изнеможение. Дивился великому терпению мученика сам наместник; но злоба его, однако, не истощалась.

В безумной ярости Дометиан кричал: «Бейте его по лицу, бейте в уста, ибо эти части тела ещё целы и говорят дерзость, пусть они будут подобны прочему телу, бейте его беспощадно!»

И били его так жестоко, что он от ударов упал на землю; тогда начали бросать в лицо его камни и выбили ему зубы.

Мученик же во время этих лютых истязаний с радостью говорил наместнику: «Ты мне делаешь больше почести, нежели мучения: Господа моего Иисуса Христа также били в уста и по лицу, и я недостойный сподобился того же».

Наместник велел слугам отнести мученика в темницу, но святой, оттолкнув слуг, встал и сам пошёл. В темнице мученик благодатью Божией вскоре исцелился от ран, и был отправлен в Рим к самому императору с донесением о том, что был жестоко мучен и мужественно перенёс мучение.

Отправляя св. Климента к императору, Дометиан думал, что пред лицом его затрепещет Климент и поклонится богам. Но он ошибся в своих расчётах. Св. Климент готов был переносить при помощи Божией всё, что только ум человеческий и тёмная адская сила могли придумать, чтобы поколебать в Клименте веру в Распятого.

Собираясь в Рим, святитель молился о пастве своей, им оставляемой, да сохранит её Бог от всякого зла и умножит для славы Своего святого имени, а о себе – да возвратит его к любимой им пастве, как возвратил некогда Иакова в дом отеческий и избавил его от рук Исава.

Прибыв в Рим св. Климент немедленно представлен был к императору. Он, видя святителя совершенно здоровым, не хотел верить письму наместника, который описывал жестокие пытки над Климентом, и, чтобы поколебать его веру, повелел на одной стороне положить золото и разные драгоценности, а на другую – страшные орудия мучений. Указывая рукой на золото и другие земные сокровища, царь сказал: «это дарят тебе наши боги, если поклонишься им и принесёшь жертвы».

Святой отвернулся от земных сокровищ и сказал: «пусть всё это погибнет вместе с вашими богами!»

Тогда царь грозно указал на пытки и сказал: «это для не верующих в богов!»

Святой мужественно отвечал: «Не страшны твои мучения, но страшны те муки, которые ждут неверующих во Христа. Ничего не стоят те дары, на которые ты указываешь, драгоценны те блага, которые Бог уготовил для любящих Его. Всё земное тленно, всё же небесное вечно!»

«Напрасно ты надеешься, – продолжал уговаривать император, – на Иисуса, этого смертного человека, Которого иудеи мучили и убили. Наши боги бессмертны и никогда ни от кого ничего не терпели».

«Ты истину говоришь, царь, – отвечал святой: ваши боги бессмертны и не переносили страдания. Но как они могут умереть, никогда не жив, и страдать, будучи бесчувственны? Ваши боги дела рук человеческих и сделаны из дерева или камня. Господь же мой и Бог мой есть вечное и несозданное существо. Он умер плотью для спасения мира, но в третий день воскрес и дал нам жизнь».

Разгневанный царь велел привязать исповедника Христова к колесу нагим и вертеть колесо. Когда тело святого при повороте колеса было наверху, то его били палками, а когда с поворотом колеса тело опускалось вниз, то оно задевало за вбитый в землю кол, отчего сокрушались кости мученика и отрывались куски тела.

«Господи, помоги мне, – молился святой во время тяжких страданий, – и сохрани меня целым и здоровым для прославления Твоего имени и на посрамление нечестивых».

Колесо вдруг остановилось. Мученик невидимой рукой был отвязан от него и встал совершенно здоровым. Многие из свидетелей такого поразительного чуда воскликнули: «велик Бог христианский!»

Св. Климент, чудесно исцелённый от ран, устремил свои взоры к небу и громким голосом воскликнул: «благодарю Тебя, Боже, что Ты сподобил меня пострадать за Тебя в этом великом городе!»

В дикой ярости мучитель велел бить святого в уста железными палками, но мученик не переставал славить Бога. Изнемог от гнева Диоклитиан и повелел святого в оковах заключить в темницу. Многие из язычников, бывшие зрителями мук и чудесного исцеления мученика, приходили в темницу, падали к ногам праведника и просили крестить их. Святой узник научил их истинной вере, крестил и приобщил св. таин, чудесно принесённых ему ангелом в темницу.

Посещали св. узника и верующие. Таким образом, темница обратилась в храм, куда стекались верующие для молитвы, неверующие для крещения, те и другие – для получения наставления от узника в истинах веры и благочестия.

Темничные сторожа донесли о том царю. Царь велел казнить приходящих к св. Клименту. Собралось множество верующих в темнице, воины захватили всех и повели за город для казни. Каждого перед казнью спрашивали: отрекаешься ли от Христа, чтобы быть живым? И никто не устрашился смерти, но каждый желал умереть за Господа своего, и в это время множество мужчин, женщин и детей умерло за Христа. Один юноша по имени Агафангель скрылся от рук убийц, но не из страха смерти, а из желания потерпеть бо́льшие муки за истинного Бога.

После казни исповедников Христовых Диоклитиан немедленно призвал к себе св. Климента и велел бить его воловьими жилами, а потом повесить и строгать тело железными ногтями. Его так жестоко били, что кости его обнажились.

«Это тело, которое вы строгаете, – сказал мученик своим мучителям, – не то, с которым я родился, то давно изорвано и истерзано Домитианом, это же тело новое, в него облёк меня Создатель мой, а как вы стараетесь и это тело терзать и строгать до костей, то я верую, что Христос опять облечёт меня в такую же плоть».

Эти слова привели Диоклитиана ещё в большее ожесточение. В безумном гневе на мученика он придумал новый способ мучения, велел огнём жечь бока святого, но и этот род мучения Клименть переносил терпеливо и благодушно. Удивился Диоклитиан великому терпению мученика.

Сознавая, что он побеждён терпением св. Климента, Диоклитиан сказал своим приближенным: «Я многих христиан мучил, но ни одного такого терпеливого не видел. Пошлю его в Никомидию к Максимиану, пусть он подивится Клименту, как редкости».

Диоклитиан в письме к Максимиану описал все мучения, какие претерпел св. Климент. Мученика посадили на корабль и повезли в Никомидию. На корабае встретил св. Климента юный Агафангел, который избег казни. Увидев святого, Агафангел бросился к его ногам и просил у него позволения вместе с ним пострадать и умереть за Христа. Обрадованный Климент молил Создателя, чтобы Он укрепил юношу в предстоящих страданиях.

Боголюбивый и богобоязненный Фотин, епископ острова Родоса, к которому на время пристал корабль, с клиром и другими христианами упросил начальника корабля отпустить Климента с Агафангелом на время к себе. День был воскресный. По просьбе епископа острова, Климент совершил литургию, во время которой многие видели на дискосе горящий уголь, а над престолом – св. ангелов. По окончании литургии, Фотин пригласил святых в свой дом на обед. Здесь, по молитвам св. Климента, исцелилось множество больных, как верующих, так и язычников, которые вследствие этого с радостью принимали веру Христову. Недолго пребывал на острове св. Климент с Агафангелом. Верующие со слезами провожали св. узников; корабль через Эгейское море прибыл в Никомидию.

Император Максимиан, прочитав письмо от Диоклитиана, подивился терпению мученика и, не надеясь сам склонить его мучениями к язычеству, отослал его на истязание к одному градскому правителю Агриппину.

«Ты ли Климент?» – спросил правитель мученика.

«Я раб Христов», – отвечал мученик.

«Почему ты называешь себя рабом Христовым, а не царским?» – снова спросил правитель.

«Следовало бы и царям вашим быть рабами Христа, – отвечал мученик, – и тогда было бы царствование их мирное, спокойное и цветущее, и все народы покорил бы им Христос».

«А ты кто? – спросил правитель, обращаясь к Агафангелу, о тебе ничего не пишет Диоклитиан».

«Я христианин, – отвечал Агафангель, – и сподобился так называться через сего слугу Божьего, Климента».

«Стало быть он виновник твоего заблуждения?» – сказал правитель, и после этих слов подверг св. Климента жесточайшим мучениям: его нагого повесили на дереве, секли ремнями и резали тело его бритвами; почти тем же лютым мучениям подвергнут был и Агафангел. После этих мучений св. Климент с юношей был заключён в темницу. Здесь во время их молитвы явились им для утешения ангелы. Узники, бывшие с Климентом в темнице, увидев ангелов, ужаснулись, уверовали во Христа и были крещены. По молитвам св. Климента ночью отворились темничные двери и новокрещёные получили свободу. Узнав об этом, правитель пришёл в ярость и приказал мучеников бросить на съедение зверям. Звери не только не тронули их, но ещё ласкались к ним.

Не ослаблялись зверство и жестокость правителя таким чудесным хранением праведников. В безмерной, слепой злобе он велел разожжённым железом провертеть пальцы св. Климента в длину их до самого локтя, а потом тем же орудием провертеть пахи мученика до плеч. Страшно было смотреть на эту картину истязания! Заговорило в зрителях-язычниках чувство человеколюбия и сострадания к мученику. Они бросали камни в мучителя и готовы были уже разорвать его на мелкие части, но он в испуге скрылся от них. Св. Климент, пользуясь свободой, с Агафангелом ушёл на гору Пирамис, на которой стоял идольский храм. Когда они вошли в него, идолы в нём все попадали и разбились. Узнав об этом, правитель велел своим воинам жестоко бить праведников палками, а потом зашить каждого в мешок и бросить с горы в море.

Но они в море не погибли. Некоторые из верующих увидели в море плавающие мешки, взяли их на лодку и нашли мучеников живыми. На другой день Климент с Агафангелом явились на городской площади и здесь возложением рук своих исцелили двух слепых. Народ стал стекаться во множестве к этим чудотворцам, одни просили окрестить их, другие просили молитв за себя, больные просили исцелить их от недугов, всем просителям подавалась по молитвам этих праведников благодатная помощь. Желание всех было исполняемо. Узнав обо всём этом, император Максимиан не знал, что делать со св. Климентом, и велел отправить его на родину в город Анкиру. С мучеником император послал к князю анкирскому Курикию письмо, в котором велел ему предать Климента смерти.

Прибыв на родину, Климент в радости говорил: «Слава Тебе, Боже, что сподобил меня видеть родной город!»

Курикий подверг Климента и ученика его страшным мукам: жестоко бил, строгал тела их, палил огнём, надевал на голову им раскалённый железный шлем; мученики обливались кровью, но не переставали славить Бога. Выбившись из сил и не зная, какие ещё придумать муки, Курикий заключил мучеников в темницу и обо всём написал Максимиану. Блаженная София, усыновившая св. Климента, каждую ночь навещала св. узников. Она целовала и обливала своими слезами оковы и раны страдальцев, омывала кровь их, перевязывала раны полотном и укрепляла их в мучениях.

Вскоре они по царскому повелению отправлены были в город Амисию к наместнику Домитию, который отличался особенной жестокостью и зверством. Блаженная София провожала мучеников вместе с детьми, которых прежде, во время голода, воспитывал Климент. Некоторые из детей не хотели расстаться со своим учителем и пошли за ним в город, но на дороге по повелению царя были убиты.

В Амисии св. мученики были брошены в кипящую известь, пробыли в ней сутки и остались невредимы. Видя это чудо, два воина, Фенгон и Евкарпий, уверовали во Христа и были распяты. Климента и Агафангела жестокий мучитель предал новым истязаниям. С них сдирали кожу, били их железными палками, клали на раскалённые железные кровати и поливали серой и смолой. Святым всё это не вредило. На кроватях они заснули сладким сном и увидели во сне Христа Бога с множеством ангелов.

«Не бойтесь, Я с вами!» – сказал им Господь.

Проснувшись, они с радостью рассказали видение друг другу. Домитий, не зная, какие ещё употребить пытки, отослал мучеников со стражей к Максимиану, бывшему тогда в Тарсе.

На пути пришлось им проходить безводную пустыню, все страдали от жажды; святые помолились и явился пред ними источник воды. В дороге Климент прилежно молил Христа, чтобы ему как можно долее страдать за веру, и получил откровение, что он 28 лет будет страдать за имя Христово.

Максимиан велел бросить исповедников Христовых в раскалённую печь, и они остались невредимы. Тогда император заключил их на 4 года в темницу. Продолжительность темничной жизни нисколько не поколебала веры их в Распятого. В сильной злобе на мучеников Максимиан отдал их на истязание жестокому гонителю христиан Сакердону; но и этот мучитель никакими пытками не мог склонить их к язычеству. Они остались верны истинному Богу. От Сакердона мученики отправлены были к мучителю Максиму, который сам хвалился перед императором, что он или заставит Климента и Агафангела принести жертвы богам, или замучает их до смерти. Но и этот мучитель жестокими побоями также не достиг своей цели.

После этого отдавали св. Климента с Агафангелом на истязание и другим мучителям, но они также не имели успеха. Истощав все средства для привлечения мучеников к язычеству, император заключил их навсегда в темницу.

По смерти Максимиана воцарился Максимин (305–313). Темничные сторожа донесли ему об узниках и спрашивали, что делать с ними. Максимин, узнав, что они из города Анкиры, отослал их туда к князю Лукию. Жестокий князь сначала подверг мучению Агафангела, а после мучений велел отсечь ему голову. Блаженная София обвила чистым полотном св. тело мученика и похоронила его в пещере, в которой тайно скрывались гонимые христиане; там была и церковь.

Лишив жизни Агафангела, Лукий хотел предать мученической смерти и Климента, но ему не удалось исполнить своё намерение. Он вскоре был изгнан из города. На место его правителем Анкиры поставлен был Александр, человек не менее злобный и жестокий, как и Лукий. Александр сделал распоряжение вывести Климента из темницы и подвергнуть его казни. Узнав об этом, София собрала верующих и поспешила с ними в темницу. Темничные сторожа крепко спали, кроме одного, который был тайным христианином. Он отпёр для этих посетителей темницу. София со своими спутниками освободила Климента от оков и отвела в пещерную церковь, где святой на другой день совершил литургию и причастил верующих. По окончании литургии, он сказал предстоящим поучение и предсказал свою близкую кончину, в то же время предвозвестил кончину и двум клирикам, прочим же верующим сказал: «не бойтесь, братия, никто из вас не пострадает и не погибнет. Скоро прекратится гонение на христиан, и св. вера процветёт. Небесный Царь воздвигнет на земле такого царя, который сам просветится св. крещением и просветит светом христианской веры все римские области» (указание на императора Константина великого). После этого св. Климент с другими верующими пошёл в дом Софии и здесь пробыл несколько дней.

Градский начальник Александр, узнав о бегстве мученика из темницы, стал его разыскивать и нашёл в пещерной церкви, где он стоял пред престолом Божиим и приносил бескровную жертву. Александр с воинами ворвался в церковь; один из них ударил святого сзади мечом, и голова св. Климента скатилась на престол и обагрила кровью бескровную жертву и весь алтарь (около 312 г.). Все, бывшие в пещере, пришли в ужас и плакали о своём многострадальном пастыре.

Александр вышел из пещеры и никого не тронул. Только два клирика, Христофор и Харитон, как предсказал св. Климент, были убиты. Этих трёх св. мучеников София погребла рядом с Агафангелом²²⁹.

Так скончался величайший мученик св. Климент, страдавший более 28 лет и своим терпением, и чудесами изумивший и победивший самых жестоких мучителей. Оставляя земную жизнь, он поистине мог сказать с Давидом: «удивил еси на мне милость Твою, Господи!» Закованный весь в железо, израненный, избитый Климент исцелял больных, творил чудеса, обращая ко Христу множество язычников. Поистине сила Божия в немощи совершается! Была бы живая твёрдая вера в Бога²³⁰ и искреннее желание служить Ему, а Бог всегда готов помогать нам.

Мощи св. Климента долго находились в Константинополе, где во имя его были две церкви. В 5 веке св. Прокл, патриарх константинопольский, говорил слово на день Климента анкирского. В 13 веке латиняне перенесли главу его в Париж. Но Стефан новгородец в 1342 г. и иеродиакон Зосима в 1420 г. видели мощи его в монастыре Константина в Константинополе²³¹.

Примечание: Апостол на литургии Евр.13:7–16 (Зач. 334). Краткое содержание см. на стр. 339²³².

Евангелие Ин.10:9–16 (Зач. 36). Краткое содержание см. на стр. 169²³³.

Св. Павлин, епископ ноланский или нольский происходил из благородной и весьма богатой фамилии в Бордо (нынешней Франции), слушал уроки словесности и поэзии у знаменитого в своё время оратора Авзония. Блистательные дарования, высокое образование и знаменитость происхождения рано открыли Павлину путь к высоким должностям. Будучи 20 лет от роду, он был римским сенатором, потом консулом и наконец, губернатором богатой области Кампании (в Италии). Благочестивая жена его, Тарасия, убеждала его принять св. крещение. Сознавая превосходство христианской веры пред языческой, Павлин охотно принял христианскую веру и крестился. Приняв истинную веру, Павлин совершенно переменил образ жизни. Прежде пользовавшийся своим богатством, он теперь продал все свои богатые имения, раздал деньги бедным и сам переносил произвольную нищету. Таково действие христианской веры на душу человека! Эта победа веры над Павлином была радостью для друзей имени Христова; но она же вооружила против него весьма многих. Друзья и знакомые презирали его; самые рабы, которым он подарил свободу и деньги, язвили его холодностью и насмешками. Это было весьма чувствительным испытанием для Павлина. Но он все насмешки и оскорбления переносил безропотно и благодушно.

Однажды подошёл к Павлину нищий и просил у него милостыни. Павлин, не имея в доме ничего кроме хлеба, велел своей жене отдать его бедному. Тарасия пожалела хлеба и отказала нищему. Но вот является посол от богатого друга Павлина и объявляет ему, что судно, посланное ему другом с различными припасами, погибло в море. «Слышишь, – сказал Павлин, обращаясь к своей жене, – это Бог наказывает за твою скупость. Если бы ты отдала бедному последний кусок, то припасы, посланные нам, не погибли бы».

Павлин вскоре после принятия христианской веры удалился в испанский город Барселон, чтобы там проводить безмолвную уединённую жизнь. Слава о подвижнической жизни Павлина стала быстро распространяться по окрестностям, и вскоре жители этого города принудили его (в 393 г.) принять сан пресвитерский. Но вслед за тем он оставил Испанию и отправился в римскую провинцию Кампанию. Здесь он жил в городе Ноле, при гробе св. мученика Феликса, и за свою строго христианскую жизнь вскоре был избран в епископа этого города (409 г.)

Человеколюбивый и сострадательный ко всем бедным и нуждающимся, св. Павлин построил в Ноле дома́ для принятия странников, кельи для иноков, проводил строгую подвижническую жизнь, углублялся в истины веры. Ученик Павлина, Ураний, так описывает пастырскую жизнь своего учителя:

«Он старался быть более предметом любви, чем страха; гнев не возмущал покоя души его; если надобно было показать строгость, он смягчал её кротостью. Бедный не отходил от него без того, чтобы не быть выслушанным; для всех готов был отеческий совет, для всех нуждающихся готова помощь; щедрость его к бедным доводила его самого до бедности».

В следующем году (в 410) вандалы (одно дикое племя) напали на Италию, опустошили в ней города, убивали христиан и многих увели в плен в Африку. Епископ Павлин, сам бедного состояния, употребил церковное имущество для выкупа пленных и на нужды разорённых нашествием варваров.

В то время, когда св. Павлин благодетельствовал бедным, приходит к святому одна бедная вдова и, обливаясь слезами, говорит: «Сын мой находится в плену у зятя вандальского царя, умоляю тебя, выкупи моего сына, единственную надежду и опору моей старости». Тронут был до глубины души этими словами сердобольный Павлин. При себе он ничего не имел, чем бы можно было выкупить сына несчастной вдовы, а желал во чтобы то ни стало отереть её слезы. И он сказал ей:

«Я ничего не имею, но сам я отдаюсь в твою власть, как раб, продай меня и выкупи сына, или отдай меня взамен его».

Вот редкая христианская любовь к ближнему! Недаром св. Павлин назван милостивым. Вдова подумала, что епископ смеётся над ней, и болезненно сжалось её сердце; но Павлин убедил её, что говорит искренне. Тогда оба отправились в Африку к вандалам и остановились у ворот дома царского зятя. Когда он проходил мимо них, вдова бросилась к ногам его и со слезами умоляла его отпустить сына её. Гордый князь не обратил внимания на вопли просительницы.

«Отдаю тебе этого человека, – вскрикнула, несчастная, указывая она Павлина, – только возврати мне единственного сына!»

«Какое ты знаешь ремесло?» – спросил князь Павлина. «Ремесла я никакого не знаю, – отвечал Павлин, – но сады умею обрабатывать».

Обрадовался князь, слыша такой ответ он давно нуждался в таком человеке и оставил его при себе для возделывания сада, а сына вдовы отпустил на свободу. Князь часто приходил в сад, полюбил св. Павлина и с наслаждением беседовал с ним. За любовь князя Павлин платил усердной и добросовестной работой; он ежедневно приносил князю к обеду разные древесные плоды и зелень.

Раз в беседе Павлин сказал князю: «Тебе следует быть скоро царём в вандальском царстве, тесть же твой умрёт внезапно; не отлучайся из дома, иначе другой вместо тебя воцарится».

Князь передал слова Павлина своему тестю, царю. Царь не поверил этим словам, однако пожелал видеть Павлина. Увидев его, царь затрепетал и, призвав своего зятя, сказал ему наедине: «Истину ты слышал от садовника: я видел в эту ночь во сне князей, сидевших на престолах, а посреди их этого человека, они судили меня и отняли у меня жезл и власть. Спроси его, кто он? Кажется, он не простой человек, потому что я видел его в великом сане».

Зять царя тайно спросил Павлина о его звании.

«Я твой раб, которого ты взял за сына вдовы», – отвечал святой.

Князь не удовлетворился этим ответом и усердно просил Павлина сказать, кем он был в своей стране. Святой признался, что он был епископ. Поражён был этим открытием князь. Он со смирением сказал Павлину: «проси у меня, чего хочешь, я желаю тебя отпустить в твою страну с великими дарами».

«Я одной милости прошу у тебя, – отвечал Павлин: – отпусти на свободу всех пленников, взятых из моей страны».

Просьба святителя была охотно исполнена. Все пленники из Кампании были разысканы и отпущены в свою страну вместе со св. Павлином с честью и с дарами. С радостью и веселием все возвратились на родину, благодаря и славя Бога. В скором времени предсказание св. Павлина о воцарении зятя вандальского царя исполнилось. Вандальский царь умер, и на место его поступил его зять. Святой же Павлин по возвращении из Африки в Ноду до самой смерти мудро управлял паствой и продолжал творить дела милосердия. Пред смертью, когда он уже приобщился св. Христовых таин, ему сказали, что за платье для бедных требуют 40 сребреников, он отвечал с улыбкой: «будет заплачено». Через несколько часов присылает один благотворитель 50 сребреников. Павлин возблагодарил Бога, отдал сребреники за платье и мирно скончался в 431 году, на 78 году от рождения. Мощи его в церкви св. апостола Варфоломея в Риме.

Св. Павлин оставил после себя несколько писем и гимнов. Они для настоящего времени важны по глубокому благочестью, которым дышат они. В них содержатся различные нравственные наставления; например, наставление, как нужно беречь своё сердце, изображается высокими чертами любовь к Богу, в ближним и пр. Св. Павлин любил украшать созданные им храмы св. иконами, с любовью писал о них, говорил не раз, что св. иконы – превосходный способ учить людей вере и благочестию²³⁴.

В Кире жил добродетельный муж Мавсима, принявший ради спасения души добровольную нищету. Он не желал для себя никаких земных благ и сокровищ, имел только одну одежду, да и та была вся в заплатах; но зато преп. Мавсима весь отдался служению ближним. Двери его жилища не запирались никогда, и всякий, имеющий нужду в совете и в какой-либо помощи, свободно входил во всякое время к нему. В хижине его стояли два сосуда, один с хлебом, а другой с маслом; бедные приходили и принимали из рук его пищу, и сосуды всё-таки не оскудевали. Так святой Мавсима проводил праведную жизнь и преставился ко Господу в конце 4 века²³⁵.

Преп. Саламан родом из города Каперсана, находившегося на берегу реки Евфрата. Святой нашёл на берегу реки уединённую пещеру и затворился в ней, пребывая в молчании. Епископ того города, узнав о высокой жизни подвижника и желая его поставить пресвитером, раскопал одну сторону пещеры, вошёл к молчальнику и, возложив на него руки, поведал ему о своём намерении. Молчальник в ответ не сказал епископу ни одного слова. Святитель вышел из пещеры и снова велел закопать её. В другой раз жители того же города Каперсана раскопали пещеру, увели святого молчальника на другой берег реки, построили ему хижину и затворили его в ней; Саламан не сопротивлялся и продолжал молчать. Через несколько дней жители другого селения пришли к святому ночью и нашли его молящимся. Посетители отпёрли хижину молчальника и увели его к себе. Святой и здесь не произнёс ни одного слова. Оставаясь добровольно немым, Саламан прожил так до конца своей жизни. Скончался он около 400 года²³⁶.

Воспоминание 6 вселенского собора. Этот собор был в Константинополе в 681 году против еретиков, патриарха антиохийского Макария и рижского папы Гонория и других монофелитов, признававших в Иисусе Христе одну волю.

Геннадий, в миру Григорий, был сын богатых родителей из Литвы. С юных лет Григорий возлюбил Бога; он усердно посещал храм Божий и строго соблюдал посты. Родители осуждали такой образ жизни сына и в насмешку называли его церковником. Тогда Григорий тайно оставил родительский дом, обменился одеждой с нищим и ушёл в Москву для пострижения в инока в какой-либо обители её. Но здесь по духу своему обители он не нашёл. Тогда Григорий отправился в Новгород, а оттуда на р. Свирь к преп. Александру, которого просил принять в свою обитель.

Преподобный отвечал юноше: «Ты, чадо Григорий, будешь пастырем словесных овец, иди в Комельский лес к Корнилию, и он наставит тебя на истинный путь; здесь же тебе, юноше, жизнь будет не по силам».

С благословения преп. Александра юноша отправился в вологодские леса к преп. Корнилию. «Желаю, отче, монашеского жития», – сказал странник, придя к преподобному.

«Войди, чадо Григорий, в нашу убогую келью», – сказал ему Корнилий.

Григорий постригся в пустынной обители с именем Геннадия и стал вести строгую подвижническую жизнь. Это возбудило неудовольствие в братиях, и Геннадий с Корнилием принуждены были уйти в костромские леса, на Сурское озеро. Здесь, построив себе келью, они жили несколько лет отшельниками, сами пахали и обрабатывали землю и рубили лес. В 1529 году Корнилий возвратился в Комельскую обитель, а Геннадий остался на Сурском озере. Здесь он собрал несколько ревнителей пустынной жизни, построил церковь во имя Преображения Господня и потом другую, тёплую, во имя преп. Сергия Радонежского. Преподобный находился в беспрерывных трудах, сам пёк хлебы и просфоры, рубил дрова, копал со своей братией пруды (местность была болотистая); но любимым его занятием было писание икон, и он своими трудами украшал сооружённые им храмы. Такими подвигами самоотречения и богомыслия дух Геннадия очистился до прозрения таин будущего.

Случилось Геннадию быть в Москве, в доме благочестивой боярыни Иулиании Феодоровны, жены Романа Юрьевича Захарьева. Преподобный, по просьбе боярыни, благословил её детей: Даниила, Никиту и Анастасию. Последней он предсказал, что она будет царицей. Предсказание сбылось: Анастасия была, как известно, супругой Иоанна Грозного.

Старец Геннадий был потом восприемником первой дочери доброй Анастасии.

Преподобный ещё при жизни своей получил от Бога дар исцелений. Приехал к нему в обитель некто князь Борис Палецкий, страдавший тяжкой болезнью. Геннадий с тайной молитвой дал ему свой посох и больной выздоровел. Благоговея пред дорогим подарком, князь поручил вести посох преподобного домашнему своему священнику, Василию, сопровождавшему его в обитель. Но священник, презирая благословение святого, бросил посох в воду. Достойное наказание постигло дерзновенного: возвратившись домой, он нашёл жену свою мёртвой, да и сам вскоре заболел. Раскаявшись в своём грехе, он дал обещание постричься в обители Геннадия, и преподобный с любовью принял его.

Вологодский и пермский епископ Киприан также испытал над собой целебную силу преподобного, к которому питал любовь и уважение. Одержимый тяжкой болезнбю, епископ пригласил к себе в Вологду Геннадия, и тотчас почувствовал себя гораздо лучше, как только вошёл к нему преподобный. Киприан встал с постели и вкушал с гостем пищу.

Прощаясь с епископом, Геннадий сказал ему: «Ты не выздоровеешь совершенно; нога твоя не исцелеет до конца жизни, она – учитель тебе о смерти». Предсказание преподобного исполнилось. Киприан жил после того с больной ногой 5 лет.

Весьма назидательно предсмертное поучение блаженного Геннадия своей братии. «Дети мои возлюбленные, – говорил он, – день мой склоняется к вечеру, и секира у корня, иду к судилищу Христову. Не забывайте меня в молитвах своих... бойтесь Бога и повинуйтесь во всём наставникам вашим по слову апостола²³⁷. Уважайте святителей, чтите царя православного. Прошу вас ещё: не выходите из сего места без благословения настоятеля во вражде. Не спорьте брат с братом, а угождайте один другому, не творите дел тьмы; пусть жизнь ваша располагается по преданию св. отцов. Дети мои, посещайте чаще церковь и будьте в ней благоговейны. Не ленитесь молиться и будьте усердны к монастырской службе и трудам, на вас возлагаемым...»

Геннадий скончался в 1565 году, а в 1646 году были найдены мощи его нетленными. Ныне они покоятся в обители Геннадия под спудом²³⁸.

Преп. Евсевий подвизался в 4 веке в Сирии, близ Антиохии.