Л.Ф. Шеховцова

Раздел III. Страсть сребролюбия и ее преодоление

Автор благодарит Светлану Александровну Чернышёву за помощь в сборе материала.

Глава 1. Страсть сребролюбия

Страсть сребролюбия святые отцы относят к страстям душевным. Многие из них – преподобные Иоанн Кассиан, Иоанн Лествичник, Нил Синайский, святители Феофан Затворник и Игнатий (Брянчанинов) – раскрыли нам, что такое страсть сребролюбия.

1.1. Святоотеческое понимание страсти сребролюбия

Сребролюбие… Что это такое? Это любление денег, имущества движимого и недвижимого, желание обогатиться, размышления о средствах к обогащению. Мечтание богатства. Опасения старости, нечаянной нищеты, болезней, изгнания. Скупость. Корыстолюбие. Пристрастие или излишне болезненная любовь к разным тленным предметам, лишающая душу свободы. Увлечение суетными попечениями. Любление подарков. Присвоение чужого. Жестокосердие к нищим и нуждающимся. Воровство. Разбой.

В отрывке из Евангелия от Луки рассказывается о женщине, восемнадцать лет имевшей духа немощи: она была скорчена и не могла выпрямиться (см.: Лк. 13, 10–16). «Скорченную женщину», по мнению Е.Я. Волохонской [рукопись], можно понимать как символ души человеческой, вожделеющей к земному, связанной заботами мира сего и не могущей воспарить к Богу. Исцелившись, она тотчас выпрямилась и стала славить Бога.

«Корысть есть ненасытимое желание иметь, или искание и стяжание вещей под видом пользы, затем только, чтоб сказать об них: “мои”,– пишет святитель Феофан Затворник,–

Предметов сей страсти множество: дом со всеми частями. Поля. Слуги, а главное – деньги, потому что ими можно все доставать. У любостяжательных вид некоторых добродетелей бросается в глаза. Он будто бережлив, а между тем скуп; труд и неусыпность его только для корысти; воздержание от удовольствий и наслаждений затем только, чтоб не истратиться. У него, собственно, нет заботы ни о душе, ни о теле: он себя приносит в жертву вещам. Забота не дает ему времени насладиться стяжанием, оттого нет мира в душе его.

В отношении к другим корыстолюбивый бесчеловечен, завистлив, коварен, вероломен, сутяга; благодетельствовать даром не любит, разве только победит его тщеславие: дружбы короткой не знает. <…> От него – воровство, святотатство, убийства, предательства» [10, с. 119–121].

Крайняя степень сребролюбия есть то, когда человек не может перестать собирать богатство или не насыщается им, говорил преподобный Иоанн Лествичник. «Сребролюбец есть осмеятель и добровольный нарушитель Евангелия (Дух Евангелия – любовь). Но кто имеет любовь, тот не убережет денег. Загадывающий ужиться с тем и другим (с любовью и деньгами) сам себя обманывает» [3, с. 529].

Сущность страсти сребролюбия – ненасыщаемое, бесконечное увеличение внешних, материальных благ. Такая потребность – за пределами человеческой природы, центр тяжести страсти сребролюбия лежит в душе человека, в его превратном отношении к материальным благам.

У преподобного Нила Синайского читаем: «Море не наполняется, принимая в себя множество рек, и похотение сребролюбца не насыщается собранным уже имуществом; удвоил он его – и удвоенное снова удвоить желает; и никогда не перестает удвоять, пока смерть не прекратит сего бесполезного труда» [5, с. 239].

Протоиерей Сергий Филимонов пишет: «Особенность этой страсти в ее ненасытности: чем больше человек приобретает, тем больше хочет и тем жаднее и скупее становится» [11, с. 6].

Неистовство этой страсти не насыщается никакой громадностью богатства. «Начинается сребролюбие предположением раздаяния милостыни, – говорит преподобный Иоанн Лествичник, – а кончается ненавистью к бедным. И он (сребролюбец) пока собирает, милостив бывает, а как скоро набрал – и руки сжал» [3, с. 529].

Сергей Михайлович Зарин пишет о том, что все дело во внутреннем отношении к материальным благам. Внешний факт обладания даже большим имуществом сам по себе еще не говорит о присутствии страсти корыстолюбия, и, наоборот, полная нищета иногда таит в себе самое сильное ее господство [см.: 1, с. 270].

По этому поводу примечательны слова святителя Тихона Задонского: «Нищий хотя бы ничего у себя бы и не имел, но имеет к богатству любовь, истинный есть сребролюбец. И потому не тот, кто много имеет, но кто много желает, и не тот, кто богат, но кто к богатству сердцем прилепляется, порочится. Многие были, как и ныне имеются, богатые и славные, но Богу угодили и потому сребролюбцы не были. Сребролюбец угодить Богу не может, ибо не Богу, но своей страсти угождает» [цит. по: 8, с. 37].

У преподобного Иоанна Кассиана также мы читаем: «Возможно и не имеющему денег не быть свободну от болезни сребролюбия» [2, с. 50]. Это очень важно понимать, ведь нам кажется оправданным желание иметь больше денег для бедного человека.

В писаниях святых отцов мы находим признаки страсти сребролюбия. Например, немирность души, беспокойство о вещественном: «Или не примечаешь, как сокрушают тебя днем дела, а ночью – забота о них, время отдыха делая временем мучений? Ибо тогда память, приводя на мысль, кто нарушил межу, кто причинил вред плодам, кто прекратил водотечи для орошения, кто потравил пастбище, кто делает или сделал другую какую-либо обиду, и о каждом, как он упорствует и спорит, – приводит тем в неистовство раздражительную силу души, возбуждая ко мщению, не давая времени на сон и покой, и тем паче на молитву…» [5, с. 249].

Святитель Игнатий (Брянчанинов) пишет: «Желающие обогатиться впадают в напасти и сети, которые приготовляет им самое их стремление к обогащению. Первым плодом этого стремления есть множество попечений и забот, отводящих ум и сердце от Бога» [6, с. 522].

У преподобного Нила Синайского читаем интересное сравнение признаков человека нестяжательного и многостяжательного, зараженного страстью сребролюбия. Мы представили эти признаки в нижеприведенной таблице [см.: 5]:


Нестяжательный Многостяжательный
Теряет имущество без печали. Скорбное воспоминание об имуществе несет с собою, как тяжелое и бесполезное бремя
Живет незаботливою жизнью: проводит время в молитвах и чтении Забота о богатстве – всегдашняя болезнь
Смерть встречает благодушно, потому что никакими узами не связал душу Если пришла смерть, с жалостью оставляет настоящее. Разлучается с телом, но не разлучается с имением, потому что сильнее влекущих удерживает его страсть.

1.2. Причины сребролюбия

Вот что пишет протоиерей Сергий Филимонов: «Чем слабее вера, тем больше самонадеянности и упования на свои силы. Страх не прокормиться и обнищать всегда мешает всецелому доверию Богу. Одна из характеристик сребролюбца – маловерие» [11, с. 11].

Преподобный Максим Исповедник называет три причины любви к богатству: «сластолюбие, тщеславие и неверие. Сластолюбивый любит серебро, чтобы с помощью его наслаждаться, тщеславный – чтобы прославиться, а неверующий – чтобы скрыть и хранить его, боясь голода, или старости, или болезни, или изгнания и более надеясь на него, нежели на Бога Создателя и Промыслителя всякой твари» [цит. по: 1, с. 272].

Протоиерей Сергий Филимонов пишет: «Крайне важно то, на что обращает внимание святой отец – направленность нашей воли в сторону зла. Бог будет судить нас, мирян, не за излишки денег, а за злую волю, устремленную в тайниках сердца к обогащению, злые движения сердца, сожалеющего об отсутствии богатства и невозможности его приобретения. Различай необходимость иметь деньги и стремление к ним» [11, С. 17].

Святой Иоанн Кассиан пишет: «Ибо как иных, телом не оскверненных, евангельское слово провозглашает нечистыми сердцем (Мф. 5, 28), так и нисколько не обремененным тяжестью денег возможно быть осужденными вместе с сребролюбцами, по сердцу и уму. Им недоставало только случая к стяжанию, а не воли, которая в очах Божиих всегда имеет более веса, чем необходимость» [2, с. 50].

У преподобного Исаака Сирина читаем: «Не думай, что одно приобретение золота и серебра есть любостяжательность ; она есть приобретение чего бы то ни было такого, к чему привязана воля» [цит. по: 1, с. 271], а профессор С.М. Зарин обобщает: «…в страсти сребролюбия предосудительно и гибельно в нравственном отношении порабощение воли материальным благам, сообщающее всей жизни человека и всем его отношениям односторонний, превратный, грубо-эгоистический характер, поскольку центром его жизнедеятельности является “золотой телец”, “мамона”» [1, с. 271].

Человек, подверженный страсти сребролюбия, все свои силы, способности, таланты употребляет на приобретение земных благ.

1.3. Последствия страсти сребролюбия и ее связь с другими страстями

«Корыстолюбец стремится к приобретению земных благ, – пишет С.М. Зарин, – видя в них источник и средство самоуслаждения и самовозвышения, так что страсть сребролюбия является служебной по отношению к страстям так называемым плотским, а из душевных в особенно тесной связи она находится с тщеславием и гордостью» [1, с. 272].

Господство в человеке страсти сребролюбия часто ведет за собой возникновение и развитие страсти гнева, если он встречает какие-либо внешние препятствия при осуществлении своих планов обогащения.

Святитель Феофан Затворник пишет, что страсть сребролюбия «под влиянием тщеславия является пышностью, от гордости и властолюбия – всемирною оборотливостью, стремящеюся захватить всю торговлю в свои руки, а от безумия – скупостью. Беспрерывно сопутствует сей страсти забота мучащая, зависть, страхи, печаль и скорби» [10, с. 123].

«Скупой есть самый странный человек, – замечает святитель Феофан, – Другие страстники ищут себе какого-либо наслаждения через удовлетворение страстей, а этот, удовлетворяя страсти, мучит себя лишениями, будто врага» [10, с. 125].

«Моря не оставят волны, а сребролюбца – гнев и печаль» [3, с. 530].

Каковы последствия увлечения человека страстью сребролюбия?

Помимо множества забот о приобретении и сохранении своего богатства, которые овладевают душой человека и отводят его ум и сердце от Бога, «душа, мало, холодно, небрежно занимающаяся Богом, получает грубость и впадает в нечувствие, – говорит святитель Игнатий (Брянчанинов), – страх Божий в ней изглаждается; отступает от нее воспоминание о смерти; ум помрачается и перестает видеть Промысл Божий, отчего теряется вера; надежда, вместо того чтобы утверждаться в Боге, обращается к идолу, приводя к подножью его любовь…» [6, с. 523].

«Корень всех зол есть и именуется сребролюбие (1Тим. 6, 10); потому что оно производит ненависть, татьбы, зависть, разлучения, вражды, смятения, памятозлобие, жестокосердие, убийства» [3, с. 530].

«Кто победил сию страсть (сребролюбия), тот отсек все заботы; а кто связан ею (того всегда томят заботы), и он никогда не может помолиться чисто» [3, с. 529].

«Как имеющие на ногах оковы не могут удобно ходить, так и те, которые собирают деньги, не могут взойти на небо» [3, с. 530] – о таких последствиях владения человеком страсти сребролюбия говорит преподобный Иоанн Лествичник.

Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? (Мф. 16, 26)

1.4. Стремление к обладанию материальными благами у современного человека

Непросто говорить на эту тему в наше время, когда стремление к обогащению активно навязывается нашему соотечественнику как некий идеал жизни.

В психологии хорошо известна теория А. Маслоу, которая описывает структуру потребностей человека, или структуру мотиваций – движущих сил – для удовлетворения соответствующих потребностей. В основании пирамиды Маслоу расположил так называемые дефицитарные потребности – физиологические потребности в еде, питье, крове над головой, то есть материальные блага. Над этим физиологическим уровнем располагается потребность в безопасности и защите, затем в дружеских и теплых отношениях с другими людьми – коммуникативная потребность в принятии, принадлежности группе, семье; затем потребность в самоуважении, значимости, признании, почете, карьерном росте, и завершает пирамиду потребность в самоактуализации, реализации своего потенциала, творчестве [см.: 14, с. 487]. Маслоу эти потребности человека разделил на дефицитарные, низшие (удовлетворение дефицита, когда человек испытывает голод, холод, опасность), и бытийственные, высшие – мотивы роста, метапотребности.

Свою свободу человек употребляет на удовлетворение тех или иных потребностей, которые становятся для него главными, ведущими. Выбор ведущей потребности отражает его жизненные ценности, смыслы и цели (ибо где сокровище ваше, там… и сердце ваше – Мф. 6, 21). Если неудовлетворение дефицитарных потребностей может привести к физическим, телесным заболеваниям, то неудовлетворенность бытийственных потребностей приводит к психическим заболеваниям, бессмысленности, неудовлетворенности жизнью и, как следствие, к алкоголизму, наркомании и суициду (это хорошо показали исследования В. Франкла [см.: 12].

Жизнь, ориентированную на удовлетворение дефицитарных потребностей, Маслоу назвал Д-жизнью и описал этот стиль жизни, где доминирует стремление удовлетворить материальные потребности, как снижение напряжения и требования окружения; как однообразие и рутину. «Живи сегодняшним днем» – этот лозунг выражает жизненную позицию такого человека. Ориентация таких людей в основном на удовлетворение материальных потребностей если и не переходит в страсть накопительства, сребролюбия, то никак не свидетельствует о полноте, осмысленности жизни и реализации своего призвания.

Б-жизнь, как ее описывает Маслоу, – это усилие, рывок, когда человек использует все свои способности в полную силу, достигает величайшей личностной зрелости, наполненности и выражения своей индивидуальности, – это жизнь совсем на другом уровне существования [см.: 14, с. 487].

Другой представитель гуманистической психологии Э. Фромм писал о том, что личность свое отношение к себе и миру определяет в фундаментальных категориях «иметь» и «быть», которые воспринимаются как жизненные задачи [см.: 13, с. 100]. Эти два вида самоопределения – «иметь» и «быть», взаимоисключая и взаимодополняя друг друга, составляют двойную спираль тайны смысла жизни. «Категории “иметь” и “быть”,– пишет архимандрит Платон, – соотносятся между собой как царство нужды и необходимости с царством достоинства и свободы… В отличие от эмпирически горизонтального “иметь”, задача “быть” носит идеально-возвышенный характер… Личность должна следовать своему основному призванию “быть”» [7, с. 163].

Что определяет выбор жизненных ценностей человека? Условия развития и воспитания ребенка в раннем детстве и (или) осмысление своего жизненного опыта взрослым человеком и становление его мировоззрения.

Зигмунд Фрейд, например, полагал, что такие особенности характера взрослого человека, как скупость, пунктуальность, методичность, упрямство, обусловлены неправильной родительской тактикой воспитания в возрасте полутора лет [см.: 14, с. 123].

Среди пяти социальных типов характера Э. Фромм описывает «накапливающий» и «рыночный» типы. Для «накапливающего» типа характерно стремление обладать как можно большим количеством материальных благ, властью и даже любимыми; они стремятся избегать любых поползновений на свои накопления. Для «рыночного» типа характерно убеждение, что личность оценивается, как товар, который можно продать или выгодно обменять. Эти люди заинтересованы в сохранении приятной внешности, знакомствах с нужными людьми и готовы продемонстрировать любую черту характера, которая повысила бы их шансы на успех в деле продажи себя потенциальным заказчикам; их девиз: «Я такой, каким вы хотите меня видеть». Фромм рассматривал «рыночную» личность как продукт современного капиталистического общества, сформировавшегося в США и западноевропейских странах [см.: 13, с. 103; см.: 14, с. 48].

Для русского менталитета нехарактерна привязанность к богатству, не к материальным ценностям стремился русский человек. Эти особенности русского характера отражают русские сказки, где главный герой Иванушка-дурачок (с точки зрения его «умных» братьев-обывателей) никогда не соблазнялся сундуком с золотом или царством. Он «нерационально» помогал сирым и убогим, жертвуя своими интересами, и потом почему-то именно на него «обрушивался» сундук с золотом и полцарства в придачу. «Умные» же братья оставались в дураках. Народный эпос и выразил иерархию ценностей русского человека: хорошо, если богатство есть и дефицитарные потребности удовлетворены, но выстраивать жизнь для приобретения богатства и считать его главным смыслом жизни – это не для русского православного человека. Разумеется, утверждать, что среди русских нет скупых и сребролюбцев, нельзя, но утверждать, что это нехарактерно для большинства представителей русского народа, возможно.

Поэтому по меньшей мере странной выглядит мощная пропаганда наших СМИ, поставивших себе задачу сформировать российское общество как общество потребления.

У многих наших современников огромное место в умах и душах занимает забота о материальном обеспечении. Однако особенность, свойства, характер этой заботы различны у верующих и неверующих людей. «Бог», «надежда на Бога», «Бог все управит» – эти слова живут в душе верующего, но для неверующего человека эти слова не имеют реального содержания. Для них это то же самое, что услышать: «Отпусти руль, машина сама тебя повезет». Поэтому для неверующего человека логичной, единственно правильной представляется усиленная забота о материальном содержании себя и своей семьи, старание обогатиться впрок, с избытком. Страх не прокормиться и обнищать всегда мешает всецело довериться Богу.

Можно утверждать, что существует такая связь: из неверия, из отсутствия надежды на Бога вытекает сребролюбие, а наличествующая страсть сребролюбия говорит о неверии или маловерии.

Таким образом, человеку крайне важно смотреть в глубину своего сердца. Кажущиеся такими естественными помыслы о том, что надо больше заработать денег, чтобы удовлетворить все свои материальные потребности, необходимо контролировать, чтобы среди жизненных ценностей они не выдвинулись на первое место и вся жизнь не оказалась подчиненной их накоплению.

Критерием того, что вы не подчинены страсти сребролюбия, будет мир в душе, спокойствие, любовь в отношениях с близкими. Потеря мира, беспокойство об имуществе, жадность говорят о зарождающейся страсти сребролюбия.

Какая польза человеку , если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? (Мф. 16, 26)

Глава 2. Преодоление страсти сребролюбия

Как справиться со страстью сребролюбия, чтобы в душе воцарились мир и спокойствие? Святые отцы так описывают свой опыт борьбы с этой страстью.

2.1. Духовно-аскетическая практика преодоления страсти сребролюбия

«Почему же сребролюбие, страсть сребролюбия несовместимы с жизнью по Христу? – спрашивает Предстоятель Русской Православной Церкви Святейший Патриарх Кирилл. – А потому, что главной направляющей жизни во Христе является движение не к себе, а от себя, вопреки человеческим инстинктам, а говоря о жизни современной – вопреки всем стереотипам жизни, вопреки всякой моде на образ жизни и на образ мысли. Жизнь со Христом – это движение от себя. Блаженнее давать, нежели принимать (Деян. 20, 35). Это движение от себя и есть смысл жизни во Христе; и сребролюбие как жизнь для себя, как собирание для себя несовместимо с жизнью во Христе» [4].

Далее Святейший Патриарх напоминает, что «сребролюбие – это вовсе не обладание ценностями, а стремление обладать таковыми для себя». «Если человек обладает материальными благами, ценностями, деньгами, – подчеркнул Патриарх, – то он должен уметь господствовать над всем этим и в первую очередь следить за тем, чтобы сердце не приразилось к богатству» [4].

Что же делать человеку, чтобы сердце его не приразилось богатству? Святые отцы делятся с нами своим опытом.

Противоположная сребролюбию добродетель – нестяжание. Нестяжание – это удовлетворение себя одним необходимым. Ненависть к роскоши и неге. Милосердие к нищим. Любление нищеты евангельской. Упование на Промысл Божий. Беспопечительность. Подавание милостыни. Мягкость сердца.

Желание иметь богатства все более и более святитель Феофан Затворник называет лихоиманием. Имеем нужду в пище, одежде и крове, не можем не иметь и того, чем удовлетворять ее. Христос сказал: мерою имения должно поставить удовлетворение нужде, которая и пусть указывает границы стяжанию и усилиям по нему [см.: 10, с. 123].

«Главное в денежном деле – не опираться на них надеждою и потом не прилагать к ним сердца и потреблять не на себя только, но разделять и с нуждающимися, во славу Божию» [10, с. 128].

Как понимать нестяжательность, разъясняет преподобный Иоанн Лествичник: «Нестяжательный ни к чему не привязан и о том, что есть у него, не думает, как бы того не было; так как все уже вменил в уметы, когда решился стать отшельником. Кто печалится о чем-либо, тот еще не нестяжателен. <…>

Вкусивший горнего ни во что вменяет дольнее; не вкусивший же первого услаждается стяжанием (последнего). <…> Велик благочестиво отрекшийся от всякого имущества; но кто отвергается от своей воли, тот свят. <…>

Вера и странничество есть смерть сребролюбия; милосердие же и любовь не щадят и самого тела. <…>

Высота нестяжания состоит в том, чтобы не щадить и тела своего» [3, с. 529, 530].

По поводу богатства святитель Игнатий (Брянчанинов) пишет, что Писание называет богатых людей только распорядителями имущества, которое принадлежит Богу, получается – распорядителями на время, все богачи суть приставники и приказчики Божии. Это временное богатство – чужое, оно переходит из рук в руки, всегда дается на срок, более или менее краткий. Земное богатство неправедное и чужое, а небесное – истинная собственность человека и вечное. Чтобы получить истинное, неотъемлемое достояние, советует святитель Игнатий, сохраните верность Богу при распоряжении срочно-вверенным. Не обманите себя: не сочтите земного имущества собственностью. Употребляя ваше имущество на роскошь и увеселения, вы попираете закон Божий, отнимаете у ближних то, что Бог поручил вам раздать им, тем самым губите себя сами [см.: 6, с. 29].

А вот слова из проповеди Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла, с которой он обратился к пастве в Великую среду, 20 апреля 2011 года: «Необходимо постоянно задавать себе вопрос: “А можешь ли ты расстаться с частью своих средств для того, чтобы помочь людям – спасти умирающего или больного, разделить горе со страждущим?”». И, как отметил Патриарх Кирилл, если в какой-то момент ты сам себе наедине скажешь: «Нет, никогда, ни при каких условиях», – значит, «страсть сребролюбия поработила тебя, значит, не ты господствуешь над деньгами, а деньги господствуют над тобой» [4].

Святые отцы оставили нам описание развития страсти и ее преодоления. Рассмотрим на примере, как можно использовать опыт невидимой брани для преодоления искушения накопительства современному человеку.

Через телевидение мы подвергаемся массированной атаке рекламы.

Женщина видит по телевидению рекламу нового крема:

1-я стадия (прилог)  – она слышит: «Вы достойны этого!».

У нее появляется мысль: «В самом деле, чем я хуже других?!».

Чтобы не оказаться в плену накопительства, ей надо попытаться сразу же отогнать эти мысли – помолиться, вспомнить, что у нее уже есть крем, который ей нравится.

Если ей не удалось прогнать эту мысль, то она оказывается на 2-й стадии (сложения с искушающим помыслом) – приходят мысли: «А может быть, этот крем больше подходит для моей кожи? В нем так много необходимых для кожи витаминов…».

Чтобы не поддаться искушению, надо попытаться найти противоположные доводы, например: «У меня есть уже несколько видов крема для рук… У фирмы К. очень хорошая продукция… И крем “Фиалка” мне тоже очень нравится…».

А реклама назойливо продолжает свое: «Вы этого достойны!». И появляется опять мысль: «Действительно, я достойна… Могу себе позволить… У этого крема такая красивая упаковка… и аромат, наверное, замечательный!..». Вот мы уже и на 3-й стадии (сочетания с искушающей нас страстью).

Можно еще удержаться, например: «Это очень дорогой крем. Сейчас у меня есть все-таки хорошие крема… Лучше я куплю его попозже, спрошу у подруги, нравится ли ей этот крем…», но… «Разговора с подругой не дождаться… Нет, все-таки я куплю его завтра!» – уступая помыслу о ненужной покупке, мы оказываемся на 4-й стадии (пленения помыслом).

2.2. Психотерапия и педагогика о преодолении страсти сребролюбия

«Как нам относиться к этому ложному идеалу? – спрашивает Предстоятель Русской Православной Церкви Патриарх Кирилл. – Господь призывает нас трудиться – каждого на своем месте. Один употребляет физические силы, другой – умственные, третий – духовные; и каждый достоин пропитания. Если в результате нашего труда мы получаем деньги – это закон жизни, и Христос никогда этого не осуждал. Но, обретая материальные блага, мы никогда не должны порабощать свою душу и обязаны оставаться господами над этими материальными благами – людьми свободными во Христе, способными управлять теми ценностями, которые приходят к нам и которые, по слову Божию, нужно употреблять во благо. Тогда ни деньги, ни имущество не отлучат нас от Спасителя, тогда в сердце нашем никоим образом не возникнет желание пойти и продать Господа за тридцать сребреников, продолжая называть себя христианином», – подчеркнул Предстоятель Русской Церкви [4].

И Патриарх, и святые отцы говорят о том, что человеку необходимо выстраивать правильную иерархию ценностей и обрести истинный смысл жизни.

«Что это значит, что никакая земная вещь: ни честь, ни богатство, ни таланты, ни знания – не удовлетворяет наше сердце? – спрашивает святитель Григорий Богослов. – Что значит, что мы среди земного счастья скучаем и чувствуем пустоту души нашей? Это выразительный голос сердца, говорящий: “Человек! Не ищи благ на земле, в этой юдоли суеты и тления, твое блаженство – в едином Боге. К Нему обращай все твои желания, в Нем ищи постоянных наслаждений и успокоения!”» [цит. по: 9, с. 17]. Далее он приглашает к размышлению о жизни царя иудейского Соломона и цитирует его речь по Экклезиасту: «Я предпринял у себя множество дел: настроил домов, насадил виноградников, развел сады и вертограды, в которых были у меня всякие плодовые деревья; наделал водохранилищ для орошения рощ, накупил рабов и рабынь и множество прислуги; у меня было множество крупного и мелкого скота, более, чем у всех, которые жили до меня в Иерусалиме; я собрал множество золота и серебра, богатства различных царей и стран хранились в моей сокровищнице; я окружил себя певцами и певицами. Никто до меня в Иерусалиме не достигал такого величия, не говоря уже о моей мудрости. Все имел я, чего только ни пожелало бы мое сердце, ни в каком удовольствии я себе не отказывал. Но я взглянул серьезно на все, что я сделал, и увидел, что вся моя деятельность, все труды мои – суета и мучение духа; суета и томление духа – одно, что сталось мне от всей моей деятельности» (ср.: Еккл. 2, 4–11).

Далее святитель Григорий Богослов показывает нам тщету всяких наших земных ценностей:«.. Много путей многобедственной жизни, и каждый исполнен скорбей: богатство – неверно; бедность – оковы; красота – краткий блеск молнии; молодость – зной лета; старость – печальный запад жизни; красноречие – парящая птица; слава – воздух; изобилие – притеснитель; супружество – иго; многочадие – необходимая забота; бесчадие – болезнь; собрания – изобретатели пороков; уединение – бездействие; искусства – занятия людей, прилепленных к земле; горек чужой кусок хлеба; тяжело возделывать землю; мореплаватели часто плывут к своей могиле; страна чуждая приносит бесчестие.

Все скорбь для смертных: все здешнее смех… пух… тень… призрак… прах…

…Все – непостоянно, чтобы мы сохраняли в себе любовь к постоянному». И указывает на истинные ценности человека, сотворенного Богом: «Одно прекрасно и прочно для человека: взять крест и переселиться отселе. Прекрасны слезы и воздыхания, ум, питающийся божественными надеждами… Прекрасно жить жизнью, чуждой жизни, и один мир променяв на другой, терпеливо переносить все горести» [цит. по: 9, с. 18–19].

О блаженстве нищеты духовной рассуждает также святой праведный Иоанн Кронштадтский. Блаженны нищие духом, яко тех есть Царствие Небесное (ср.: Мф. 5, 3) – утверждает одна из заповедей блаженств, произнесенная Христом. «Что же такое нищета духа? – спрашивает праведный Иоанн Кронштадтский. – Все вы видели и видите нищих телесно. Нищий ничего своего не имеет, всего ожидает только от милости других: он не имеет своего куска хлеба, чтобы утолить голод, и обычного для большинства питья, чтобы утолить жажду; он не имеет крова, где голову приклонить, если ему не дадут денег на ночлег; не имеет одежды, если сострадательный человек не сжалится и не купит ему, или хотя и имеет одежду, но ветхую, грязную, дырявую, негодную, к которой вы и прикоснуться не хотите; ото всех он в пренебрежении, всеми укоряем; он, как сор, хотя иной нищий пред очами Божиими, может быть, как злато в горниле переплавленное. Пример – евангельский Лазарь.

Теперь приложим эти черты нищего телесно к нищему духовно. Нищий духом есть тот человек, который убежден, что он не может ни помыслить, ни пожелать ничего доброго, если Бог не даст мысли благой и желания доброго, что он не может сделать ни одного истинно доброго дела без благодати Иисуса Христа; кто считает себя грешнее, хуже, ниже всех, кто всегда себя укоряет и никого не осуждает. Кто признает одеяние души своей скверным и не перестает просить Господа Иисуса Христа просветить одеяние души его, облечь в нетленную одежду правды; кто непрестанно прибегает под кров крил Божиих, не имея нигде безопасности в мире, кроме Господа; кто все достояние свое считает Божиим дарованием и за все усердно благодарит Подателя всех благ и от достояния своего охотно уделяет часть требующим. Вот кто нищий духом. И такой-то нищий духом блажен, по слову Господа, потому что, где смирение, сознание своей нищеты, там Бог, а где Бог, там очищение грехов, там мир, свет, свобода, довольство и блаженство…

Только нищета духа, или смиренномудрие, низводит снова в сердце человека Царствие Божие… И все угодники Божии отличались в здешней жизни глубокой духовной нищетой. <…> Итак, собирайте здесь богатство смиренномудрия, чтобы там, на небесах, получить богатство славы» [цит. по: 9, с. 329].

Таким образом, задача православного психотерапевта – показать клиентам верующим и неверующим истинные ценности, помочь им выстроить правильную, с точки зрения православного мировоззрения, иерархию ценностей, когда духовные потребности занимают в жизни человека ведущее место: дух управляет душой, а душа – телом. Телесные потребности, материальные ценности должны быть только средством для реализации жизни духа, а не наоборот, когда дух и душа направлены только на удовлетворение телесных страстей.

Помощь клиентам в нахождении смысла жизни традиционно оказывает логотерапия В. Франкла и близкие ей направления экзистенциальной психотерапии [см.: 12; 14].

Вот примеры из психотерапевтической практики, когда клиент нуждается в помощи для осмысления того, что в его жизни является для него главным.

Ко мне обратился за помощью молодой мужчина А., довольно успешный бизнесмен, достаточно быстро сделавший хорошую карьеру и обеспечивший семье хороший материальный достаток (благоустроенная квартира, дача, иномарка, престижное образование для маленьких сыновей – все «как полагается»).

Обратился он с жалобами на панические атаки и мучающие его страхи: страх смерти, болезни, поездок в метро, где вдруг может стать плохо, страх резкого похудания, неполезности пищи, напряжения при необходимости решать жизненные задачи, страх перед якобы чрезмерной нагрузкой и возможной усталостью.

По внешнему виду это был крепкий молодой мужчина высокого роста, спортивного сложения. Снедающая его тревога о возможном будущем ухудшении здоровья и усиливающейся бессоннице была более выражена, чем опасения за близких.

А. более или менее регулярно посещал церковь и причащался.

В ходе психотерапии выяснилось, что, закончив университет и получив хорошее образование, клиент не стал работать по своей специальности, а все усилия направил на организацию своего дела. Бизнес и карьера удались в короткие сроки, правда А. в эти годы усиленно работал, не позволяя себе передышек. Результаты не заставили себя ждать: высокий уровень материальной обеспеченности семьи был достигнут!

Но тут как-то вдруг все это перестало радовать А. Вначале А. решил, что переутомился. Позволил себе длительный отпуск, хорошо отдохнул. А затем начались эти страхи: опасения за бизнес, за возможный инфаркт или инсульт (это в 40 лет!), страх перейти мост, отойти далеко от дома. А. предпочитал отлеживаться дома, покидая его в крайних случаях; усиленно посещал всех врачей, которые не могли поставить ему никакой диагноз.

Состояние А. свидетельствовало как раз о том, что накопленное богатство оказалось не в радость, не принесло ни счастья, ни душевного успокоения. Душа томилась и жаждала еще чего-то другого. Вероятно, А. оказался не настолько воцерковленным и укрепленным в вере, чтобы жить по евангельским заповедям и главной ценностью иметь Царствие Небесное.

Попытка подвести его хотя бы к бытийственным (по Маслоу) ценностям – самореализации, творчеству, жертвенной любви для близких – не удалась. А. настойчиво убегал в болезнь, крепко придерживаясь своих ипохондрических настроений, впадая в уныние и депрессию, как только начинал понимать необходимость переоценки своих ценностей. У него не хватило решимости и мужества выстроить истинную, в соответствии с христианским мировоззрением, иерархию ценностей и перестроить в соответствии с ней свою жизнь.

На очередной сеанс психотерапии А. не пришел. «Цена», заплаченная за богатство, оказалась слишком высокой: «мир приобрел, а душу свою потерял!».

Другой случай, похожий на историю А.

Молодая женщина, тоже весьма успешно сделавшая карьеру, занимала высокооплачиваемую должность в одном из банков. Обратилась к психотерапевту по поводу скуки, неудовлетворенности своей жизнью, хотя в материальном плане имела все, что только душа пожелает. В процессе длительной психотерапии пришла к пониманию, что работа экономистом не ее призвание. Она нашла в себе силы принять ответственное решение изменить свою жизнь, уйти с высокооплачиваемой работы и заняться творчеством, которого так жаждала ее душа.

Не богатство доставило ей радость жизни.

Никто не обращается к психотерапевту за помощью, чтобы избавиться от скупости или жадности, страсти накопительства, ибо человек неверующий не склонен осознавать в себе такие недостатки.

Стремление же к таким добродетелям, как щедрость, милосердие, желание дарить людям то, что имеешь, радость дарения, родители должны прививать своим детям с раннего возраста. Лучший «метод» воспитания этих качеств у ребенка – родительский пример и уклад жизни семьи. В таком случае личность как духовно-нравственное существо знает, что такое благо . Если человек отдает всего себя в дар другому или Богу, он обретает свою подлинную природу и выполняет свое предназначение.

Выводы

Из неверия, из отсутствия надежды на Бога вытекает страсть сребролюбия.

Человеку крайне важно смотреть в глубину своего сердца: кажущиеся такими естественными помыслы о необходимости побольше заработать денег, чтобы удовлетворить свои материальные потребности, могут стать навязчивыми и чрезмерными. Накопление богатства может оказаться среди других жизненных ценностей на первом месте, и вся жизнь будет подчинена этому процессу.

Одним из показателей того, что человек не одержим страстью сребролюбия, будет мир в душе, спокойствие и любовь в отношениях с близкими.

Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? (Мф. 16, 26)

Литература

1. Зарин С.М. Аскетизм по православно-христианскому учению. Т. 1. Кн. 2. СПб., 1907.

2. Иоанн Кассиан Римлянин, преподобный. Обозрение духовной брани //Добротолюбие. ТСЛ, 1993. (Репр. изд.). Т. 2.

3. Иоанн Лествичник, преподобный. Подвижнические уроки // Добротолюбие. ТСЛ, 1993. (Репр. изд.). Т. 2.

А. Кирилл, Патриарх Московский и всея Руси. Сребролюбие и жизнь по Христу несовместимы. 20.04.2011 // Русская народная линия: Информационно-аналитическая служба. Православие. Самодержавие. Народность: [Электронный ресурс]. URL: http://www.ruskline.ш/ news_rl/201 l/04/20/svyatejshij_patriarh_kirill_srebrolyubie_i_zhizn_po_ hristu_nesovmestimy/ (дата обращения: 01.05.2014).

5 .Нил Синайский, преподобный. Аскетические наставления //Добротолюбие. ТСЛ, 1993. (Репр. изд.). Т. 2.

6. Основы правильной духовной жизни. По творениям святителя Игнатия Брянчанинова. Практическая энциклопедия / Сост. свящ. С. Молотков. СПб., 2003.

7. Платон (Игумнов), архимандрит. Православное нравственное богословие. ТСЛ, 1994.

8. Сребролюбие как дух антихриста. М., 1997.

9. Утешение в унынии: [Сборник]. М., 2007.

10. Феофан Затворник, святитель. Страсти и борьба с ними: Выдержки из творений и писем / Сост. игумен Феофан (Крюков). М., 2004.

11. Филимонов С., протоиерей. Борьба со страстью сребролюбия // Пантелеимоновский листок. СПб., 2008. 20 с.

12. Франкл В. Человек в поисках смысла: Сборник: Пер. с англ, и нем. М., 1990. (Б-ка зарубежной психологии).

13. Фромм Э. Человек для себя. Исследование психологических проблем этики: Пер. с англ. Минск, 2004.

14. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. СПб., 2008.



Источник: Преодоление страсти аскетическими и психологическими методами [Текст] / [Л. Ф. Шеховцова и др.] ; под ред. Л. Ф. Шеховцовой ; О-во православных психологов Санкт-Петербурга памяти свт. Феофана Затворника. – Москва : Изд-во Московского подворья Свято-Троицкой Сергиевой лавры, 2014. – 351 с.; 22 см.; ISBN 978–5-7789–0284–8

Комментарии для сайта Cackle