Успехи православной миссии в Америке

Православная миссия в С. Америке, имеющая во главе своей преосвященного Владимира, епископа Алеутского и Аляскинского, по последним известиям, делает значительные успехи. Прежде всего, не смотря на всё более и более распространяющееся в Америке религиозное своемыслие и разделение на секты, среди американского народонаселения и самого правительства видимо, ощутительно для всех возрастает уважение к Православной Церкви и её представителям там. Это сказывается и в стремлении правительства американского защищать Православную Церковь и её представителей от наветов клеветников, злобно восстающих везде, и тем более в стране, мнимо безграничной свободы, на установленные или устанавливаемые законные порядки церковной жизни, долженствующей, конечно, руководствоваться не указаниями и требованиями единичной разнузданной воли, не знающей или не желающей знать никаких регулирующих нравственную жизнь человека правил, а твёрдо установленными и от века освященными канонами Церкви. Сказывается это и в усердном посещении православными церкви и её богослужения. Усердие это тем более важно для характеристики деятельности теперешних представителей Православной Церкви в С. Америке, что оно оказывается со стороны тех и таких лиц, которые ещё не так давно «поносили преосвященного Иоанна и заводили драку за столом у преосвященного Нестора»¹..., которые, конечно, не безучастны были, хотя бы и нравственно, трагической кончине предшественника преосвященного Владимира.

Но успехи Православной Церкви сказываютcя ещё более ощутительным образом. Так, в 1889 году обращено в православие 11 американцев-янки и крещено 1073 инородца. В 1890 году тоже были обращения, но количество их достоверно неизвестно. В том же истёкшем году православные в Америке, их представители, а с ними, конечно, и вся Православная Церковь, обрадованы были весьма значительным событием. Именно, настоятель старокатолических миссий и общин штата Висконсина, патер Рене-Вилате от имени своих прихожан, число которых, по его словам достигает до 30 000 человек, обратился к преосвященному Владимиру с просьбою о присоединении к Православной Церкви и несколько раз добивался личного свидания с Преосвященным. Вопрос этот ещё не решён, но достаточно и того, что многие из иноверцев сами ищут общения с Православной Церковью, чтобы понять всю важность и сравнительно великую успешность действий православной миссии в Америке.

Эти, а равно и многие другие факты весьма отрадны. Важность и, так сказать, ценность их в глазах наших должна ещё более усилиться, если мы представим, хотя бы приблизительно, те условия, при которых приходится действовать главе миссии и его подчинённым. Жизнь американская – не наша. При безграничности свободы, доходящей во множестве случаев до полного произвола, тамошним деятелям, в тех или других областях, весьма трудно уберечься от того, чтобы не задеть чьих либо интересов. Самых взгляд общества на относительную ценность и достоинство этих интересов с точки зрения высшей морали и религии далеко не таков, как у нас. В Америке и торговые, и чисто эксплуататорские интересы ставятся на одну доску с интересами религии и этики. Собственно говоря, там нет ни высших, и низших интересов, – все они равны в глазах безмерно преклоняющегося пред «долларом» янки. Вот почему деятелям на ниве Господней в Америке приходилось и приходится выдерживать злобные нападки разных Ньюбаумов, Гринбаумов, Ньюманов и др., подобных им, всегда готовых из-за своих торговых и других своекорыстных расчётов ввести самые нелепые обвинения на тех, кто так или иначе мешает их жидовским гешефтмахерствам. Более же всего мешает им, конечно, энергичная, настойчивая проповедь христианства среди дикарей-индейцев, находящихся вследствие своего невежества и нравственной грубости в полнейшей зависимости от этих предприимчивых жидов-янки: христианство, просвещая душу дикаря, возвышая его жизнь, делает этих дикарей менее удобным материалом для эксплуатации. Как же после этого сынам сего века да ещё такой страны, как Америка, не восставать всеми мерами, не чуждаясь даже самой гнусной клеветы, против просветителей дикарей, против вносящих свет и жизнь в среду, наиболее ими эксплуатируемую? И восстают, и находят себе помощников среди православных Америки, готовых из-за денег на всякое дело: православная община как в С.-Франциско, так и в других городах Северной Америки состоит из самых разнообразных и разнохарактерных личностей, но худшую часть её составляют бездомные, бежавшие от кары правосудия нигилисты и революционеры, даже убийцы, ушедшие из России; вот эти-то члены православной общины представляют весьма богатых материал для подкупов со стороны разных Ньюбаумов и т. п.; вот они-то всегда готовы идти на клевету, не разбирая, насколько она гнусна!

К этому присоединяется ещё одно не менее важное и не менее неблагоприятное для деятельности православной миссии в Америке обстоятельство. Это состав священнослужителей миссии, далеко не всегда удовлетворяющих не только каким-либо высшим идеальным требованиям, но даже иногда самым снисходительным желаниям. Много ещё и теперь есть священников и других членов клира, бывших разного рода агентами в пресловутой русско-американской компании, бывших лавочниками, торгашами до принятия ими священства или до поступления в состав православной миссии. Горе ревнителей православия в Америке в данном случае прежде всего состоит в том, что эти клирики – круглые невежды в деле, которое им поручается в отдалённых местах миссии, где особенно бдительного контроля не может быть; а потом все эти и им подобные клирики представляют самый ненадёжный элемент в нравственном отношении: какую поддержку в них может найти глава миссии, когда они стали его помощниками в деле насаждения христианства и борьбы с иноверцами по тем же самым мотивам, по каким они были в прежнее время агентами, торговцами и др.? Ведь они и теперь, как и в прежней своей деятельности, видят в своих новых обязанностях источник средств к жизни, смотрят на свою миссионерскую деятельность, как на один из видов прежней эксплуатации дикарей. Нельзя от них ожидать ни преданности своему делу, ни усердия в деле распространения христианства, на надёжной поддержки для своего ближайшего начальника – Епископа в его борьбе как с врагами Церкви, так и личными. При первом же ослаблении надзора, ослаблении, вызванном какими-либо сторонними причинами, они будут делать дело не только, как говорится, спустя рукава, но и совсем не в пользу православия.

Католические и иные миссии в этом отношении стоят в несравненно лучших условиях: они обыкновенно формируются из самого благонадёжного элемента, строго дисциплинированного, как в своих взаимных отношениях, так в отношении к главе миссии; неповиновение, а тем более открытое восстание против своего начальника там едва ли возможны. Если же и бывают там подобные случаи, то они быстро подавляются, и авторитет местной власти нисколько подобными случаями не колеблется. Исторические обстоятельства, при которых возникала и развивалась наша миссия в Америке, были именно таковы, что предвещали в будущем её многое множество и самых разнообразных затруднений. С этими затруднениями пришлось бороться и преосв. Иоанну, и преосв. Нестору, так трагически погибшему как раз в разгаре своей усиленной деятельности на пользу миссии; с этими же затруднениями приходится бороться и преосв. Владимиру, нынешнему епископу Алеутскому и Аляскинскому. Можно даже сказать, что теперешние затруднения достигли крайнего напряжения, и фрондирующая оппозиционная партия православной американской миссии употребляет все усилия, чтобы по меньшей мере хоть унизить преосв. Владимира в глазах его паствы, и в глазах высшего духовного начальства в России. Злоба и ненависть этой партии ещё более разжигается тем, что даже и для неё очевидны прекрасные плоды энергичной, всецело преданной Церкви и отечеству деятельности преосв. Владимира. Сломить, унизить эту деятельность и личность преосв. Владимира, отличающегося, можно сказать, железным характером и неуклонностью в преследовании намеченной цели, посвящающего все свои силы на установление в своей общине надлежащих с точки зрения православия порядков, видимо завоёвывающего симпатии и православных, и иноверцев, – сломить такую личность, унизить такую деятельность, – вот конечная цель вышеуказанной партии. Не дай, Боже, восторжествовать врагам Церкви! Если и при таких обстоятельствах дело миссии идёт успешно, то это прежде всего нужно приписать обаянию православной веры, её правоте, проникающей до глубины души даже такого общества, каким является среди современных обществ и народов, американское, а потом и личности преосв. Владимира, отрекшегося от мира-то исключительно ради высших интересов Православной Церкви, пожелавшего стать «воином и защитником» её.

Сообщая все эти известия, мы имеем в в иду всецело следующие практические цели. Прежде всего, у нас, внутри России, слишком слабо развит интерес к тому, что делается там – вдали, иногда на окраинах мира, в среде чуждой, с иными началами государственной, общественной и религиозно-нравственной жизни, делается людьми, вышедшими из нашей среды, вышедшими на дело служения самым возвышеннейшим интересам нашего отечества, вышедшими на дело апостольства в странах языческих и иноверных, и делающими это дело при самых неблагоприятных обстоятельствах, иногда без надлежащей поддержки и сочувствия со стороны русского общества. Как много для них значило бы, если бы из отечества, ими оставленного исключительно ради Церкви и пользы государства, хоть изредка раздавался голос сочувствия их трудам! Это было бы для таких борцов православия великой нравственной поддержкой в их неустанной, трудной и многоопасной борьбе и с косностью язычества, и с злобою врагов Церкви!

А потом, – и у нас, внутри отечества, много есть врагов Церкви, против которых пастырям Церкви приходится выступать во всеоружии знаний, ревности к Церкви и труда. Не можем ли почерпнуть некоторого рода ободрения в этой тоже трудной борьбе с внутренними врагами Церкви, видя или зная, что иные люди, любящие родину и Церковь и находящиеся в несравненно худших условиях, не опускают рук при беспрерывно-напряжённой деятельности на пользу Церкви и высших истин Христовых? – Любя труд, любя свою родную мать, Православную Церковь, любя отечество, мы несомненно в трудной и опасной деятельности наших братий в отдалённых странах почерпнём немалую нравственную поддержку и в своей деятельности, пользующейся, конечно, более благоприятными условиями.