Об обучении церковному пению

В настоящей нашей статье об обучении Церковному пению мы хотим дать только несколько необходимых и общепонятных методических указаний относительно приемов элементарного преподавания Церковного пения в начальных школах и сказать кое-что о более простых и рациональных способах научного изучения этого важнейшего предмета обучения.

Обучение пению вообще имеет самую строгую аналогию с обучением грамоте, а поэтому представляется весьма возможным упростить, облегчить и сократить обучение Церковному пению, применив к нему те известные приемы педагогического рационального обучения, которые так упростили и облегчили обучение грамоте по звуковым способам.

Как звуковая грамота ведет к уменью читать книгу, так музыкальная грамота дает уменье читать ноты. В общем учащийся пению стремится именно к такому же механическому процессу, какой им бывает усвоен при обучении грамоте. Так, при взгляде на знак звука – букву, в уме учащегося представляется звук, соответствующий этой букве, и тут же этот звук воспроизводится, и даже не один, так как в связи с другими буквами – знаками воспроизводятся и другие соответствующие знакам звуки, точно также и здесь необходимо развить способность, при взгляде на ноту, на основании частых повторений и припоминания высоты звуков, представить в уме высоту и долготу голоса, соответствующие ноте, и воспроизвести эту ноту своим голосом. Процесс этот, как имеющий менее и реже применения на практике, конечно, развивается медленнее и у человека, обладающего музыкальным слухом, вполне завися от времени, употребленного на изучение и усвоение пения. Но во всяком случае, не требуется никаких особенных прирожденных дарований как для научения грамоте, так и для прохождения и усвоения элементарного курса Церковного пения. Кто может говорить, тот может и петь. За исключением особенной болезненности, крайней хилости организма и патологических случаев лишения слуха и голоса, случаев столько же редких, как и всякие уродства, всякий ребенок усваивавший начальную грамоту, может научиться и не хитрому искусству пения.

Что касается рассуждений о самых способах и видах обучения пению, то одни из рассуждающих об этом говорят, что если обучать пению, то непременно нужно учить петь по нотам, а иначе не стоит и учить; другие же, ссылаясь на краткость времени обучения детей в школе, полагают, что школа выполнит свое назначение, если разовьет и правильно поставит голос ученика посредством практических упражнений в пении и если учитель передаст ученику с голоса, или по слуху, «понаслышке» несколько религиозных, патриотических и общеизвестных в народе песнопений. Однако оба эти крайние мнения слишком односторонни. Обучать пению толково и правильно иначе и нельзя, как обучая учеников и по слуху, с голоса, и по нотам. Никто не задается вопросом о том, как обучать грамоте: по слуху, с голоса, или по буквам, по книге. Цель же в обоих случаях совершенно однородна: обучение грамоте имеет ближайшею целью научить читать книгу, а обучение пению ведет к уменью читать ноты, а читать книгу и читать ноты в существе дела – одно и то же.

Как существуют два самостоятельных метода обучения грамоте по звуковому способу, когда дело обучения или начинается с самых простейших элементов речи – звуков, т.е. ведется методом синтетическим, или же ученье начинается с целого предложения, разлагаемого сначала на слова, а потом на слоги и на звуки, т.е. все обучение ведется методом аналитическим; так точно существуют и два главных метода преподавания пения синтетический и аналитический. По синтетическому методу ученики сначала заучивают отдельные музыкальные звуки, в виде гаммы, переходя затем к более сложным музыкальным упражнениям и, наконец, к целым пьесам. По аналитическому же методу дело идет совершенно обратным путем: учащиеся сначала усваивают с голоса, по слуху, несколько простеньких пьесок или песнопений, разбор которых и служит материалом для дальнейшего обучения. Конечно, как и в целой речи, так и в целом песнопении, дети сначала не различают сознательно их элементов, но принимают их как нечто целое. Но потом, под руководством своего учителя, ученики разлагают это целое на составляющие его элементы, на отдельные звуки, различающиеся по высоте, силе и продолжительности. Таким образом, в синтетическом способе обучение, начинаясь с элементов, восходит к целым пьесам, а в аналитическом, начинаясь с целых пьес, нисходит к элементарным звукам. Точно также, как известно, бывает и при обучении грамоте, когда дело ученья или прямо начинается с элементов речи звуков и потом последовательно идет к чтению слогов, слов и целых предложений, или же дело обучения грамоте начинается с целой связной речи, с целого предложения, которое разлагается сначала на составляющие его слова, а потом на слоги и на звуки.

Строгая аналогия между обучением грамоте и обучением пению наглядно может подтверждаться еще тем обстоятельством, что как при обучении грамоте употребляются подвижные буквы, из которых ученики, познакомившись с анализом слов на звуки, составляют всевозможные слова и сочетания, – так и при обучении пению теперь понемногу начинают входить в употребление подвижные ноты¹. При применении подвижных нот сама собою вытекает необходимость вести обучение пению именно по той же методе, как и обучение грамоте, т.е. по методе постепенного наращения нот, что бывает очень полезно как вообще при начальном обучении пению, так особенно для изучения диатонической гаммы. Процесс, перестановки нот, делаемый учителем или учеником, наглядно показывает ученику необходимость пропеть ноты уже не так, как они пелись до перестановки, а это заставляет ученика вдумываться в дело и сообразить, как звучала и должна теперь звучать каждая нота. Такое пособие, именно подвижные ноты, может служить весьма полезным средством при обучении пению по какой угодно системе и по любому руководству, совершенно безразлично в том отношении, держится ли учитель пения при обучении пению метода синтетического, или держится аналитического, или же, наконец, он старается по возможности совместить оба эти главных метода всякого обучения в обучении своих учеников элементарному Церковному пению.

Почти все известные руководства для обучения пению составлены по методу синтетическому. Почти всюду дается сначала понятие о нотной системе, о гамме; затем говорится о ключах, об интервалах, о знаках музыкальных украшений, о диезах, бемолях, о такте, паузах и проч. Потом следуют бесконечные ряды упражнений во всех тонах мажора и минора, напоминающие массы складов, наполнявших старинные азбуки и часто отбивавших у детей всякую охоту к дальнейшему ученью. Между тем, бывает гораздо лучше, если преподавание всякого предмета идет сначала путем анализа и уже завершается синтезом, так как аналитический метод преподавания более соответствует законам естественного развития детей и вносит в обучение большую сознательность и самодеятельность со стороны учащихся, возбуждая в них энергию, охоту и любовь к учению. Положение это одинаково относится как к обучению письму, чтению, арифметике, так и к обучению пению, а равно и ко всякому элементарному обучению вообще. Впрочем, в первоначальном обучении пути анализа и синтеза могут последовательно сменяться один другим, взаимно содействуя друг другу и пополняя друг друга в обучении, так что нормальный и более настоящий и пригодный метод обучения пению есть метод аналитико-синтетический. При этом должно еще заметить, что какой либо метод обучения, оставаясь в существе своем одним и тем же, вовсе не исключает, а даже еще требует, массы особых разнообразных и многоразличных приемов обучения, употребление которых всегда более всего зависит от личной находчивости и талантливости самих учителей. Это всегда нужно помнить и осуществлять в своей практике и каждому учителю пения.

В своем изложении способов обучения пению мы укажем методы синтетический и аналитический в их отдельности, как существуют в отдельности способы обучения грамоте: звукосочетательный или синтетический и звукоразлагательный или аналитический. Но прежде мы скажем еще о предуготовительных упражнениях в обучении пению.

Как обучение грамоте требует известных и довольно разнообразных и сложных предуготовительных устных и письменных упражнений, так точно и все обучение пению должно начинаться тоже с предварительных упражнений. Цель таких упражнений заключается: 1) в знакомстве с голосовыми средствами детей и с их подготовкой к пению; 2) в предуготовительном развитии слуха, такта, интонации голоса, когда учитель а) приучает детей вслушиваться в различные музыкальные тоны и ощущать различную их высоту, различать высокие и низкие тоны; б) выверяет или выравнивает все тоны, свойственные детскому голосу; в) приучает к такту; г) научает умерять и усиливать голос, смотря по надобности; д) сообщает детям некоторый навык брать ноты и не по порядку ступеней (аккордовые упражнения) и, наконец, 3) в подготовлении детей к легкому и сознательному восприятию мелодий разучиваемых ими песнопений и мотивов, что и служит потом материалом для дальнейшего обучения пению. При самых разнообразных приемах первоначальных предварительных упражнений в пении, дети поют сначала с голоса и по слуху, потом по буквам, по цифрам и, наконец, по нотам.

Чтобы познакомиться с голосом и музыкальным слухом учащихся, стараются развить у них уменье показывать свой голос на тех или других гласных звуках, без музыкальных терминов. Во время пения, даже в одной какой-либо ноте, уже заметно бывает со стороны учащихся обнаружение нескольких умений или способностей. Нужно помнить высоту звука, не забывать приготовить дыхание и заранее набрать воздуху, нужно следить за словами, за одновременным и чистым выговором слогов, за темпом и голосом и за тем, чтобы голоса всех дружно сливались бы в один тон, без всякого диссонанса. В каждом из этих умений ученику необходимо упражняться. Мы приведем здесь только некоторые приемы такого рода упражнений под руководством учителя пения, в которых очень заметно преобладание в обучении пению метода синтетического.

Учитель пишет на доске букву «а». Что я написал? произнесите эту букву. Слушайте как теперь я произнесу ее. Учитель повторяет звук «а» протяжно, в ноте фа. Как я теперь сказал звук «а»? Да, звук можно говорить скоро, а можно и тянуть его. Какие звуки еще можно тянуть голосом? А какие нельзя? Когда человек поет, то он тянет звуки гласные, т.е. голосистые, ясно слышимые; гласные буквы поэтому и можно ясно произносить и тянуть, а прочие буквы, означающие не звуки, а собственно шумы в человеческой речи, сами по себе не могут ясно произноситься и протягиваться. Как немых толмачит подводильщик, так и эти буквы делаются ясно слышными только вместе с голосистыми буквами; они без гласных ни на шаг, всегда с гласными, а потому и называются согласными. Впрочем, можно полагать, что с различием гласных и согласных дети уже познакомились ранее, еще при обучении грамоте, в процессе ознакомления с основными элементами членораздельной речи; обучение грамоте всегда должно предшествовать обучению пению. Итак, говорит учитель, на гласных звуках человек легко может показывать свой голос. Каждый гласный звук можно тянуть до тех пор, пока хватит духу. Протяни ты звук «а», а ты протяни звук «и»! Ты тяни звук «о», а ты звук «у». Который звук легче тянуть и который слышнее? «А». Да, при звуке «а» рот раскрывается широко, а голос выходит свободно. Скажи, Иванов, звук «а». Пропой, Петров, звук «а», протяни его, пока хватит у тебя духу! А чтобы дальше протянуть, нужно сначала забрать в себе больше воздуха, вздохнуть поглубже. Теперь пропойте «а», но сначала приготовьте воздуха, вздохните глубже, т.е. так, чтобы воздух в груди дошел до самого низа легких, а затем не выдыхайте его, а когда я махну рукой, начинайте петь. Вот теперь вы протянули дольше. Давайте-ка учиться глубже дышать. Когда я буду поднимать руку, вы вдыхайте; когда буду держать руку, задержите дыхание; а когда опускать, выдыхайте без голоса, а после и с голосом. Здесь же учитель знакомит учащихся с тем, что звук можно петь разным голосом: низким и высоким, можно петь его громко и тихо, тянуть долго и коротко. Пропой, Иванов, звук «а». Кто сумеет пропеть точно таким же голосом, не выше, а именно как Иванов? Пойте еще так, чтобы я не разобрал, кто из вас поет. Пойте трое, четверо, две скамейки, три, четыре, всем классом. Остальную часть урока учитель посвящает на воспроизведение звуков различной высоты поодиночке, группами и всем классом. Звуки здесь тянутся долго и коротко, тихо и сильно, с выпеванием различных гласных звуков, но более звуков: а, о, у. Нужно заметить, что при всяких такого рода начальных упражнениях учитель, конечно, пользуется вспомогательными при обучении пению инструментами, а самый лучший из них, ближе других подходящий к человеческому голосу и слуху, – скрипка. Затем, само собою разумеется, что при начальном, как и при всем дальнейшем обучении пению, необходимо соблюдение строгой дисциплины в классе. Пение преимущественно основано на органе слуха, который при обучении пению бывает очень напряженным и тяготится посторонними звуками, требуя поэтому соблюдения строгой дисциплины и полной тишины в классе вне пения. Само собою разумеется, что и сам учитель должен соблюдать на своих уроках общеизвестные приемы; стоять пред классом, в виду всех своих учеников, давать вопросы всему классу и затем уже вызывать или назначать ученика для ответа.

Если на первом уроке учитель наблюдает более за верностью высоты взятого звука, то на прочих уроках он обращает внимание и на ровность и силу звука, а также и на правильное положение при пении корпуса учащихся, их рта и других органов речи. Между прочим, учитель заставляет учеников взять несколько звуков различной высоты и долготы с предварительным вдыханием. Тяните теперь, говорит он, звук во все время, пока я буду считать до 4, Тоже до 9, 8, 3! Пусть из вас одни считают, а другие тянут. Теперь будем учиться повторять звук в одной высоте несколько раз. Слушайте, как я это сделаю а–а–а! Старайтесь, чтобы звуки были как раз похожи один на другой. Учитель потом дает высоту звуков, а ученики поодиночке, или всем классом, повторяют звуки по нескольку раз в этой высоте со счетом через два удара, через три, четыре и т.п. До сих пор, говорит учитель, мы пели одни звуки, но можно пропеть и слоги, и слова. Пропойте: «на», «до», «но». Вот я спою вам, целое слово: «аминь» (фа–фа). Ученики поют «аминь» поодиночке и группами в различной высоте, даваемой учителем на скрипке, или же и голосом. При таких же приемах поются: «Господи помилуй» одинарное и тройное, «и духови твоему». Фраза, которая поется, выписывается на классную доску; слоги, которые тянутся в продолжение двух ударов, отмечаются двумя черточками. Затем, поются другие песнопения, исполняющиеся тоже на одной ноте: «слава и ныне», «Пресвятая Троица», «Честнейшую», «Утверди Боже». Во время пения необходимо давать темп стуком ноги, или взмахом руки, для одновременного вступления в пение и выговора слогов слова.

На дальнейшем уроке учитель переходит в своих занятиях с учениками к пению в двух звуках и выясняет необходимость знаков для определения высоты звуков. Дело начинается с известного уже ученикам пения в одном звуке – «Господи помилуй», которое учитель тоже пишет на доске. Слушайте, говорит учитель, как я еще раз буду это петь. Он поет, но повышает на целый тон слог «ми». Кто еще сумеет так пропеть? Отметим слог «ми» буквою «у», а другие слоги буквою «а», или же точками, вместо «а». Как пропеть: «ау», как пропеть «уа»? Далее учитель пишет на доске «Господи помилуй» тройное и на последнем отмечает «ми» буквою «у». Как пропеть это? Затем поют: а–а . . . . . . . . . .у у у а а . . . . «Слава тебе Господи, слава Тебе», Аллилуиа, . . . . . . . . . . , . . у у у . у а». аллилуиа слава Тебе Боже» и другие такого же рода песнопения. Так следует и дальнейшее постепенное наращение нот и ознакомление с ними учащихся.

Из сказанного уже достаточно определяется чисто синтетический путь в первоначальном обучении пению. Однако, как было и прежде замечено нами, в основу всего обучения пению все-таки гораздо лучше полагать метод не чисто синтетический, а аналитико-синтетический. Как в обучении грамоте метод синтетический сам по себе, в процессе ознакомления детей с отдельными звуками, нисколько не выясняет значения и пригодности каждого отдельного звука в целой речи и ученик, при некоторой механичности своего учения, долго не понимает того, для чего ему нужно знать какое-то «а», или «ау», так точно и в обучении пению только анализ целого песнопения может прямо определять значение каждого отдельного тона и каждой отдельной ноты в целом и общем гармоническом строе мелодии.

После предварительных упражнений, самое важное – навести учащихся путем вопросов на то, чтобы они сами сделали разложение (анализ) известного им с голоса песнопения на отдельные звуки (тоны). Для анализа необходимо выбрать такое песнопение, где весьма определенно выделялись бы постепенное восхождение и постепенное нисхождение звуков или тонов, образующих собою гармонически стройную мелодию. Для образца можно взять, например, молитву «Достойно есть», которая в своем начале отчетливо представляет простую диатоническую гамму в пределах тетрахорда. Когда дети научатся петь эту молитву с голоса или по слуху и пропоют ее раз-другой, учитель обращает их внимание на то, что молитву можно со слов записать на доске. Вызвав одного ученика к классной доске, другого учитель заставляет вслух диктовать молитву, которая и пишется на доске учеником, а потом ученики разбирают и читают написанное.

После этого учитель спрашивает учеников, нельзя ли также под диктовку записать на доске и голос (самое пение) молитвы? Подумав, ученики сами могут догадаться, в чем дело. Останавливаясь на первой фразе молитвы, учитель заставляет ученика пропеть ее протяжней, а другим ученикам велит прислушиваться – одинаковые ли тоны (звуки) берутся голосом. При этом предполагается, что с различием звуков по высоте ученики уже познакомились на предварительных упражнениях.

В избранной молитве постепенность восхождения и нисхождения тонов весьма ощутительна для уха. Для большей же наглядности, учитель чертит, например, такую фигуру:

В этой фигуре каждому тону соответствует особая ступенька. Дети поют текст под такт учителя, причем один ученик, стоя у классной доски, показывает по слогам соответствующую каждому тону ступень на чертеже. Для лучшего усвоения восхождения тонов можно и следующие фразы изобразить таким же образом, а потом, вместо текста, можно заставлять петь по чертежу звук «а», сохраняя, конечно, мелодию. Разлагая мелодию на отдельные звуки (тоны), дети отвечают на вопросы: сколько всех слогов в первой фразе и сколько соответствует им тонов (нот)? Какой звук выше, какой ниже и т.п. Так как изображать ноты подобным чертежом не совсем удобно, то учитель предлагает отметить звуки цифрами или буквами, причем сперва и ставит их на соответственных ступенях фигуры, а затем он уже может написать просто только одни цифры или буквы, обозначающие тоны, подписав под ними и текст молитвы или песнопения.

Весьма полезна бывает в деле обучения пению и музыкальная диктовка. Сперва ученик пишет под диктовку мелодию разобранной молитвы, а потом, конечно, он может писать под диктовку и другие подобные мелодии: «Взбранной воеводе», «Повеленное тайно приим» и т. под. Один ученик может петь мелодию, а другой может ее записывать.

Так как все начальные упражнения в пении идут сперва в пределах тетрахорда, то ученики очень скоро освоятся со всеми его звуками и легко выучатся писать под диктовку, на слух, не только звуки или тоны в последовательном порядке их восхождения и нисхождения но и враздробь; равным образом, по данному знаку звука, в виде цифры или буквы, ученики будут легко определять и выполнять голосами известный звук. Понятно само собою, что после этого, путем того же аналитико-синтетического метода, после разбора различных песнопений, учитель легко может при участии самих детей вывести из изученного материала понятие о диатонической гамме, причем, мы повторяем, что при единстве метода в его сущности учитель может найти множество различных приемов для ознакомления учащихся как с гаммою, так и с основными и начальными знаниями по пению вообще.

Что касается различных способов нотации, т.е. различных способов изображать музыкальные звуки условными знаками (нотами); то учителю всегда нужно твердо знать и помнить, что всякий внешний знак, какой бы он ни был, только условно может служить для изображения или, точнее сказать, видимого, обозначения невидимого, но только слышимого звука. Будет ли это линия, точка, буква, цифра, крючок, все это лишь знаки вещи, а не самая вещь. Ни одного музыкального звука глазом видеть нельзя; только ухо может его воспринимать и анализировать. Отношение же между различными знаками звуков или различными способами нотации такое же, какое существует между различными шрифтами букв одного и того же алфавита, или одного и того же языка. Например, читающему, гражданскую печать не стоит большого труда научиться чтению по книгам церковной печати. Не менее будет легко умеющему читать буквенную или цифирную ноту перейти к чтению ноты квадратной или круглой (итальянской). Во всякой и при всякой нотации изучаются одни и те же музыкальные звуки и их отношения (интервалы) и кто их основательно изучил, тому ничего не значит переход от одних знаков к другим, а сравнение различных нотаций может только послужить к более отчетливому и точному изучению самого предмета.

Все обучение и практика пения должны быть основаны на посредничестве преподавателя пения между учеником или нотными книгами и учащимися. Мысль, что учитель пения должен быть еще и хорошим педагогом, должна быть всегда твердою, и непоколебимою и не может допускать против себя никаких сомнений и возражений. Только тогда может быть вполне обеспечен успех в деле обучения пению, когда учитель, пения в своей, учительской деятельности будет поступать не, наудачу и случайно, а методически, сознательно и разумно будет достигать известных целей, основываясь в своей деятельности на изученных им законах развития человеческой природы и устойчивых требованиях современной педагогии. Между прочим, одна из самых важнейших причин упадка и неуспехов пения в нашем отечестве заключается именно в том, что пение в России большею частию преподавали только «техники», а не настоящие педагоги, педагогика же только в недавнее время стала обращать серьезное внимание на этот важный предмет обучения. Но что прошло и сделалось старым, о том, конечно, нечего и вспоминать, а о новом и будущем следует позаботиться, организовав всю систему обучения пению на твердых рациональных началах.

Будучи настоящим педагогом, всякий учитель пения конечно, должен и сам знать этот преподаваемый им предмет. Не научит детей правильно и чисто говорить тот учитель, который сам говорит неправильно и нечисто (например, с примесью областного выговора, неправильных оборотов речи и пр.), не научит читать сознательно и выразительно тот учитель, который сам не разумеет, яже чтет, и читает без всякого должного выражения передаваемых в книге мыслей и чувствований; так точно не научит хорошо петь тот учитель, который сам поет плохо и сам не знает пения. Отсюда само собою следует то положение, что, заботясь об успехах церковного пения в начальных школах, нужно прежде всего позаботиться об образовании хороших учителей пения для этих школ.

Духовные училища, а особенно духовные и учительские семинарии, преимущественно должны способствовать лучшему образованию и совершенствованию в пении своих воспитанников, как будущих учителей пения в начальных народных школах. Одною из главных задач обучения пению в духовных училищах должно быть научение каждого учащегося петь по нотам квадратной системы; это научение даст ученику возможность легко и сознательно изучить не только напевы гласов осмогласия, но и песнопения всевозможных напевов, которые ученик и получает возможность исполнять в подходящей для своего голоса тональности. Последовательное изучение нот квадратной системы, с постепенным наращением нот, значительно облегчая занятия учащихся, даст им большую возможность запомнить и состав нот того или другого гласа и песнопения, что весьма необходимо при заучивании и пении наизусть голосовых напевов. Изучение на память напевов 8 гласов дело весьма сложное и требует от преподавателя особого уменья, а от учащегося требует хорошей музыкальной памяти, особенного внимания и усидчивости. Напевы гласов изучались и до сих пор иногда изучаются без всякого их отношения к нотам, а с голоса, «на слух», для чего еще употреблялись иногда различные речения и прибаутки вроде следующих: «вот наши с дровами приехали», «сорока, сорока зеленый хвост» и т.п. Но пение наизусть вообще должно быть основано не на разучивании на память напевов, а на заучивании вот, входящих в тот или другой глас, в ту или другую строку известного песнопения, чего достигнуть и возможно бывает только при обучении пению по нотам. При практическом изучении церковного пения и при анализе церковных песнопений ученики выслушивают от преподавателя и теоретические объяснения по частям. Например, при изучении гаммы, путем анализа песнопения: «О тебе радуется, благодатная, всякая тварь, слава тебе», ученикам объясняется учителем построение гаммы по тетрахордам; при изучении известных образцовых песнопений тоже дается ученикам понятие о строках, о их последовательности, о соединении их в связную мелодию, о периодическом построении мелодий и т.п.

При должной хорошей подготовке учеников в духовных училищах к слушанию курса пения в духовных семинариях, в последних уже вполне возможно изучение нот круглой (итальянской) и даже крюковой системы, что составит еще большое подспорье и к более полному изучению нот квадратной системы. Конечно, изучение крюковой системы, если только оно существенно необходимо, возможно только по отчетливом изучении нот квадратной и круглой, когда учащийся уже познакомится со всевозможными комбинациями нот и составлением из нот различных групп.

Постановка обучения пению в учительских семинариях должна соответствовать постановке пения в духовных семинариях, так как всякому народному учителю, конечно, необходимо самое основательное изучение церковного пения, обязанностей псаломщика, а особенно регентского дела. Как в духовных, так и в учительских семинариях, должны быть назначены в старших классах уроки собственно для изучения учащимися регентского дела. Уроки эти состоят в практике учащихся по управлению хором, состоящим из самих учащихся, с присоединением к ним иногда и певцов мальчиков. Учащиеся, по назначению учителя, определяют тональность пьесы, задают тон, и затем ведут темп во время пения; вообще же они исполняют обязанность регента, церковного хора, под наблюдением и указанием своего преподавателя, которому на этих уроках есть полная возможность указывать приемы исполнения пьесы и ознакомиться со способностью учащихся у него к регентскому делу. Наконец, так как учащимся в духовной и учительской семинариях придется быть народными учителями, то в этих семинариях должны быть еще уроки по методике пения. Занятие это должно состоять в отчетливом усвоении учащимися системы преподавания, в изучении способов и приемов преподавания на основании положений методики и дидактики. Вообще же, все занятия и значения по пению учеников духовных и учительских семинарии, как будущих учителей церковно-приходских и начальных народных школ вообще, можно разделить на две части: практическую и теоретическую. Практические занятия в указанных учебных заведениях состоят в следующем: 1) учащиеся должны хорошо научиться петь по нотам; 2) изучить духовно музыкальную литературу строго церковного стиля и других направлений; 3) научиться управлять хором; 4) усвоить методику и дидактику пения и уметь применить их к занятию с учащимися в школе.

Что касается теоретической части, то она должна быть удвоена воспитанниками духовных и учительских семинарий в пределах точно определенных для того нормальных программ.

О постановке же обучения пению в народных и церковноприходских школах должно заметить, что в виду неодинаковой в настоящее время подготовки к этому делу учителей, необходимо дело обучения пению разделить на несколько отдельных задач, каковые и могут выполняться тем или другим учителем, по мере возможности, одна за другой, в строгой последовательности.

Задача первая. – Научить учащихся петь начальные молитвы и соответствующие тропари и песнопения с голоса, но предпочтительно по нотам или другим знакам, в один голос.

Задача вторая. – Научить учащихся петь те же молитвы, песнопения и тропари двунадесятых праздников в два голоса, причем получается более возможности учащимся исполнять эти песнопения в храме, при Богослужении.

Задача третья. – Организация, при участии учащихся и способных из прихожан, церковного певческого хора, исполнение этим хором всех церковных служб и пение гимнов и других музыкальных произведений при торжественных случаях.

Организация обучения пению в школе должна быть приблизительно в таком виде: на занятие пением в классе необходимо определить не менее четырех получасов в неделю, для чего учитель выбирает те дни в неделе, в которые ему удобнее оставить то или другое отделение после утренних занятий. В первый год учитель будет вести пение со всеми учениками одновременно. Во второй год у него составятся уже группы: а) ученики вновь поступившие и б) ученики певшие год; с последними учитель занимается отдельно, но если позволят обстоятельства, то он может оставлять на эти уроки в качестве слушателей и учеников младшей группы, для которой все же необходимо назначить отдельные занятия, хотя по одному разу в неделю. В третий год среднее отделение будет проходить повторительный курс с новичками, а со старшими учитель будет заниматься отдельно, идя далее программы тех двух отделений. Теперь он может со старшими заниматься по разу в неделю, а с младшими по два, или как найдет более удобным, и может оставлять на своих уроках ту или другую группы.

Для приготовления учащихся в церковный хор, учитель назначает вечерние (спевки), полагая на них не менее 2-х часов в неделю. Так как здесь учителю приходится иметь дело с выбранными учащимися, т.е. обладающими лучшими музыкальными способностями и голосами, то занятия эти могут идти успешнее.

Согласно приведенной общей программе, одна задача в строгой последовательности вытекает из другой. Потому учитель сначала приступает к первой задаче и только тогда переходит к выполнению второй, когда достигнет должных результатов в выполнении первой. Если он не особенно силен в знании нот и приемов обучения пению, то выполнение первой задачи, не так сложной, может дать лично и самому учителю материал и данные для выполнения следующей задачи. Здесь, как и при всяком обучении, вполне применимо выражение: «уча учимся».

В заключение укажем руководства и пособия для изучения и преподавания церковного пения.

1) Обиход церковный нотного пения. Изд. Св. Синода. 1860 г.

2) Октоих нотного пения. Изд. Св. Синода.

3) Ирмологий нотного пения. Изд. Св. Синода.

4) «Церковное пение». Изд. С.-Петерб. Братства во имя Пресв. Богородицы.

5) Литургия Святого Иоанна Златоусого. С.И. Миропольского.

6) Под его же редакций; руководящая статья и обзор книг по обучению пению. «Отдел пятый» – в «Обзоре народно-учебной литературы», изданном целым обществом педагогов в 1877 году.

1) «Церковное пение в России» Дим. Разумовского. Москва. 1867 г.

8) Богослужебное пение православной Греко-Российской церкви. Теория и практика церковного пения. Протоиерея Димитрия Разумовского. Москва. 1886 г.

9) Руководство к практическому изучению древнего Богослужебного пения православной Российской церкви, составленное Н. Потуловым. Издание второе. Москва. 1867 г.

10) Его же «Сборник церковных песнопений». Три выпуска.

11) Краткое руководство к первоначальному изучению церковного пения по квадратной ноте. Д. Соловьев. Изд. С.-Пб. Братства во имя Пресвятой Богородицы. С.-Пб. 1886 г.

12) «Общепонятное руководство к изучению нотного церковного пения по нотам составленное Иваном Казанским. Москва. 1875 г.

13) Музыкальная азбука. Составил А.И. Рубец. С.-Пб. 1887 г.

14) Элементарный курс теории партесного церковного пения. Составил диакон М.Ф. Коневский. Нижний-Новгород. 1888 г.

15) Учебник церковного пения А.Д. Ряжского. Москва. 1890 года.

16) Методика пения. Составил А. Карасев. Пенза. 1891 года.

17) Его же «Уроки пения». Часть I и часть II.

18) «Курс хорового пения». – С.В. Смоленского. Составлен для преподавания: в Казанской учительской семинарии. Изд. 2-е Казань. 1887 г.

19) Его же. Азбука знаменного пения старца Александра Мезенца. Казань, 1888 г.

20) Церковное пение православной Греко-Российской церкви. Большой и малый знаменный распев. Инспектора Рижской духовной семинарии И.И. Вознесенского. Киев. 1887 г.

Выпуск I. Изд. 2-е, вновь переработанное.

Выпуск II. Четыре нотных приложения.

21) Его же. Осмогласные распевы трех последних веков православной русской церкви.

Выпуск I. Киевский распев

Выпуск II. Болгарский распев.

Выпуск III. Греческий распев в России.

22) Его же. Церковное пение юго-западной Руси по ирмологам XVII–XVIII в. в.

23) Его же. О современных нам нуждах и задачах русского церковного пения.

24) Его же. Общедоступные чтения о церковном пении.

25) Ю.К. Арнольда. «Теория древнерусского церковного и народного пения». Москва 1880 г.

26) Его же. Гармонизация древнерусского церковного пения. Москва. 1886 г.

27) Руководство к практическому изучению гармонии. Профессора Московской консерватории П. Чайковского. Москва. 1885 г.

28) Его же. Краткий учебник гармонии, приспособленный к чтению духовно-музыкальных сочинений в России. Москва. 1875 г.

29) Метод обучения хоровому пению с приложением практических упражнений и примечаний к ним. Брянского. С.-Пб. 1883 г.

30) Элементарные сведения из учения о гармонии в приложении к пению. Опыт руководства для 4-го класса духовных семинарий и для самообучения учителей и организаторов церковных хоров. Преподавателя Киевской духовной семинарии П. Калачинского. Киев. 1898 г.

Преподаватель М. Чельцов