Прибавление к главе VI

После того, как уже большая часть моей книги была отпечатана, встретилось мне еще несколько разительных фактов, подтверждающих мое мнение о преувеличении Дарвином значения искусственного подбора – этой основы всей его теории – в произведении новых растительных и животных форм, то есть пород или рас в прирученных животных и возделываемых растениях.

В VI главе перечислены и подтверждены примерами те факторы, которые, независимо от какого бы то ни было подбора, производят более или менее значительные изменения в одомашненных организмах, и показано, что эти изменения достигают столь же или даже более значительных размеров, чем все, что может по справедливости быть приписано подбору. Вот еще один весьма замечательный пример такого совершенно независимого от подбора изменения, которое должно целиком приписать внешним влияниям, сущность которых и в этом случае остается для нас совершенно неизвестною. Дело идет о всем известной овощи – брюссельской капусте (Choux de Bruxelles, Choux à jets, Sprossenkohl, Rosenkohl).

У этой капусты длинный ствол, достигающий в благоприятных местностях и при хорошей культуре до 4-х футов в вышину, покрывается густо по всей окружности и во всю длину маленькими плотными кочанчиками, верхушка же ствола оканчивается раскрытым пучком небольших, тоже очень нежных и вкусных листьев. Название брюссельской дано этой капусте потому, что она распространилась из этого города и, вероятно, произошла в нем или в его ближайших окрестностях, во всяком случае больше 6 или даже 7 столетий тому назад. О ней упоминается в правилах для рыночной торговли Брюсселя от 1213 года, под именем Spruyten (Sprossen, Sprout, jet). Вот замечательная вещь, которую про нее рассказывает знаменитый плодовод Ван-Монс, в письме в Английское садовое общество, прочитанном там 7 июля 1818 года: В почве Брюсселя эта порода капусты никогда не вырождается, сохраняя все свои качества при посеве из года в год ее семян. То же самое замечается и в Лувене; но в Малине (Мехельн), находящемся в том же расстоянии от Брюсселя, как и Лувен, она напротив того выражается очень быстро: семена, собранные Ван-Монсом от лучших экземпляров из его собственного сада, были посланы им в Малин и там посеяны. На первый год растения принесли кочанчики настоящей формы (от хорошего сорта требуется, чтобы эти кочанчики имели не более ½ дюйма в диаметре). Им дали принести семена и снова посеяли. Они дали розетки раскрытые, не свертывавшиеся в кочанчики, т.е. раскрытые листовые пучки (на Южном берегу Крыма большею частью делается то же самое даже на первый год), и после срывания не давали уже новых розеток в пазухах ствола. Собранные с них семена, посеянные в третий раз, произвели боковые отпрыски, состоящие уже лишь из слабых, висящих узких листочков на длинных стебельках, с вершинкою совершенно похожею на эти боковые отпрыски. Таким образом, через три поколения весь характер этой овощи потерялся. Ван-Монс этим не удовольствовался, а сделал и обратный опыт. Семена от этих выродившихся Малинских экземпляров были присланы к нему в Брюссель и посеяны в его саду в далеком расстоянии от его огорода, во избежание гибридизации. Первое поколение сохраняло все свои Малинские признаки. Второй посев от этих уже брюссельских растений дал растения, уже в значительной мере возвратившиеся к своему настоящему характеру. Они дали уже маленькие кочанчики, но еще не полные и не плотные, а по сорвании не давали их вторично, как должно бы быть у настоящего хорошего сорта. При третьем посеве растения получили все качества наилучшей брюссельской капусты. И на следующий год, говорит Ван-Монс, «я уже смешал их семена с семенами моих лучших отборных сортов этой овощи» и оканчивает свое письмо словами: «это было для меня нечто в роде возвращения блудного сына, отсутствие которого усугубило мою привязанность». К этому должно прибавить, что тот же Ван-Монс говорит, что брюссельская капуста вовсе не прихотлива на почву и хорошо растет, как в садах Брюсселя, где почва песчанистая, так и в окрестных полях, где она глинистая.

Не очевидно ли из этого, что условия Брюсселя, столь быстро возвратившие к своему типу выродившуюся Малинскую овощ, могли и произвести ее в средние века внезапным самопроизвольным изменением, которое, если бы не имело с самого начала весьма отличительных качеств, не могло бы и обратить на себя ничьего внимания, так что подбор был тут во всяком случае ни при чем, и что напротив того, подбор ничего не мог бы сделать в этом отношении в Малине, когда, уже многими столетиями укрепившийся и совершенно установившийся сорт не мог противостоять тамошним неблагоприятным условиям, хотя и неизвестно в чем именно заключающимся?⁴⁷⁵

В той же главе привел я несколько примеров исторически доказанных разом, вдруг происшедших крупных изменений, примеров, частью приведенных и самим Дарвином, и разбором голубиных пород показал, что и у этих птиц самые крупные и существенные черты их, характеризующие, также должны были произойти разом и вдруг народившимися уклонениями от типа, а вовсе не постепенными, едва заметными изменениями его, накопленными подбором. В дополнение к сказанному там приведу еще следующее: «В 1770 году родился в Южной Америке, среди стада коров и быков рогатой породы, один бык без рогов. Этот признак передавался в потомстве этого быка». Так произошла новая порода Мохо и распространилась на целые округа.⁴⁷⁶ При образовании этой породы подбор, следовательно, также не участвовал. На птичьем дворе некоей г-жи Пасси вывелось в окрестностях Парижа в 1852 году десятка два цыплят кохинхинской породы кур, которые сохранили тонкий пух, прикрывающий их при рождении; он был столь густ и тонок, что походил с виду на кошачью шерсть, и его можно было легко чесать частым гребнем. Японская шелковистая курица, составляющая постоянную породу, также сохраняет свой пух всю жизнь.⁴⁷⁷ Почему же после этого и эта японская порода не могла произойти столь же внезапным образом без всякого подбора?

Табл. I. Таблица расположения характеров из Darw. Origin of Species

Табл. II. 1) Biota orientalis typica. А. Общий вид

Табл. II. Biota orientalis var. pendula s. filiformis. А. Общий вид

Табл. III

Таблица происхождения главнейших пород домашних голубей

(Из Дарв. «Прирученные животные и возделанные растения»).

COLUMBA LIVIA или Полевой голубь

Табл.VI

Табл.VII