Царь и патриарх в день новолетия

Исторический рассказ В. Вадимова

Опубликовано: Русский паломник. 1914. №4. С. 53­­-55

I.

Первого сентября 1589 года с самого раннего утра вся Москва стеклась необозримыми толпами на Кремлевскую соборную площадь. Ожидали москвичи пышного царского выхода к молебному пению «о начатии нового лета», иначе именуемому «летопровождением» или «действом многолетнего здравия»...

Рад быль всякий москвич узреть снова кроткий лик богобоязненного, боголюбивого царя Феодора Иоанновича, но еще больше хотели московские люди полюбоваться новопоставленным «царствующего града Москвы и всея России патриархом» Иовом, являющимся в пышности, равной первосвятителям византийским.

– Наш-то патриарх в третьих стоит, – толковал соседу степенный москвич-старожил в синем зипуне суконном. – В первых теперь царьградский владыка поставлен; вторым александрийский патриарх, а там и наш Иов московский…

– Пышно же ездит владыка, – поддакивал сосед. – На шести конях; и митра-то у него, владыки, со крестом и короною...

Оба пробились сквозь густую толпу к Архангельскому собору... Красивое зрелище представляло собою место пышного, многолюдного церковного торжества...

Для «действа» на соборной площади, против северных дверей Архангельского собора, перед самым Красным Крыльцом, устроен был обширный помост, огражденный красивыми точеными решетками, расписанными разными красками, местами с позолотою. Самый помост покрыт был турецкими и персидскими цветными коврами.

С восточной стороны, к свободному пространству между Архангельским собором и колокольнею Ивана Великого, на помосте поставлено три аналоя, два для двух Евангелий и один для иконы Симеона Столпника Летопроводца. Перед аналоями красовались большие свечи в серебряных подсвечниках, виднелся «столец» и на нем серебряная чаша для освящения воды.

С западной стороны перед этою святынею возвышались рядом два «места», патриаршее слева и царское справа, патриаршее с ковром мелкотравным со зверьми, а царское – обитое червчатым бархатом, серебряным участком да парчею...

Гулко ударил на Иване Великом большой колокол „Реут», распахнулись западные врата Успенского собора – вышел, сияя ризами икон, праздничными облачениями, многолюдный крестный ход. Москвичи богомольные с умилением и радостью встречали выносимые из храма особо чтимые всей Москвой иконы...

– Вон, Матушку-Богородицу несут! – слышалось в толпе. – Исконная наша заступница. Писал ту икону святитель Петр, митрополит Московский, подвижник и чудотворец... Ишь, как сияет камнями!

– А, вот, Богородица «О народе моление»... Старее ее у нас в городе нет...

– Гляньте-ка, с Благовещенской паперти царский ход пошел!... Бояр-то сколько! В золоте все!

Разбежались глаза у москвичей: с одной стороны идет светится в «большом наряде» парчовом царь Феодор Иоаннович, окруженный боярами нарядными, стольниками, стряпчими, окольничими и иным чином дворцовым; с другой – патриарх царствующего града и всея Руси, митрополиты, епископы: Суздальский, Смоленский, Сарский, Тверской, архимандриты, игумены, певчие...

Христосование патриарха с царем. – Картинки патриаршего быта в России (Рисунок В. Навозова)

Вступили оба шествия на помост перед собором Архангельским. Приложился боголюбивый царь и великий князь Феодор Иоанновнч к Евангелию, ко кресту, навстречу патриарху Иову пошел. А патриарх царя с сияющим ликом ждет, животворящ крест держит... Благословляет владыку земли русской и тем крестом, и рукою...

– Сейчас владыка царя о здравии спросит, – шепчет соседу наш знакомец, старый москвич, протискавшийся в первые ряды, к стрельцам. И ясно, отчетливо, звонко проносится по площади Кремлевской благостный, любвеобильный вопрос первосвятителя московского:

– А великий государь, царь и великий князь Феодор Иоаннович, всея Руси самодержец! Сметь-ли, государь, о твоем царском здравии спросить, как тебя, великого государя нашего, Бог милует?

И слышится в ответ слабый, добрый голос любимого Москвою благочестивого, кроткого, милостивого царя Феодора Иоанновича, ясно владыке отвечающего:

– Божию милостию и Пречистыя Богородицы и великих чудотворцев русских молитвами и твоим, отца нашего и богомольца, благословением дал Бог – жив...

Благословивши государя, поклонился ему патриарх Иов в землю. Засверкал, засиял помост праздничный; вокруг царского места да вокруг патриаршего стола, по чину, духовные власти и бояре стали... Вся площадь соборная зрелище велелепное, очам ослепительное являла..

– Красота-то какая! Что народушка-то, что бояр, стрельцов! – шептал старый москвич, вытягиваясь повыше, чтобы разглядеть торжество...

На помосте – от Благовещенского и до Архангельского соборов – стояли стольники, стряпчие и дворяне, а от них поодаль «гости», все в золотах, т. е. в золотых кафтанах; на рундуке между Благовещенским и Успенским соборами – стольники младших разрядов, а от них дьяки всех приказов, в один человек, т. е. рядом, также в «золотах»; от этого рундука по площади – полковники, головы и полуголовы стрелецкие в ферезеях и в кафтанах турских в бархатных и в объяринных цветных.

На паперти Архангельского собора, откуда виднее было, стояли иноземные послы и посольские чиновники и приезжие иностранцы, а также приезжие посланцы из русских областей.

На рундуке между Архангельским и Успенским соборами – полковники и иных чинов начальные люди и иноземцы. В задних рядах по рундукам, также на, соборных папертях, стояли стольники, стряпчие, дворяне московские, жильцы и всяких чинов ратные и приказные люди, которые были не в золотах.

А между рундуков и за рундуками на площади стояли полуголовы и стольники, и стрельцы ратным строем со знаменами, с барабанами и с ружьями, в цветном платье а на Архангельской и на Благовещенской церквах (на кровлях) и на Ивановской колокольне, и по Красному Крыльцу, и по лестницам, и по всей площади стояли всяких чинов люди...

Истово и чинно протекла служба новолетняя. И встал опять патриарх Иов с места своего, и царя Феодора Иоанновича крестом осенил, и здравствовал ему словом долгим, трогательным... Восхвалял святитель государево благочестие, государеву мудрость и благость... Далеко по площади над толпами народа неисчислимого разносились слова первосвятителя Иова. Вся Москва только и смотрела па них двоих – на светлого, милостивого царя Феодора Иоанновича да на кроткого владыку в пышном облачении патриаршем... И все сердца от умиления дрогнули, и все очи радостными слезами засветились, когда владыка, возвысив голос, воскликнул величаво и торжественно:

– Дай Господи! Вы, государь царь и великий князь Феодор Иоаннович всея Руси самодержец, здоров был с своею государынею царицею и великою княгинию, а нашею великою государынею Ириною Феодоровною и с своими государевыми богомольцами, с преосвященными митрополитами, и со архиепископами, и с епископами, и с архимандритами, и с игуменами, и со всем освященным собором, и с боярами и с христолюбивым воинством, и с доброхотами, и со всеми православными христианами. Здравствуй, царь государь, нынешний год и впредь идущие многие лета в род и род и во веки. Здравствуй, царь-государь Феодор Иоаннович!

Золотая патриаршая палата – С картины Н. Константинова

II.

В благоговейном молчании расходился народ московский по домам после окончания торжества новолетнего. Москвич-старожил в зипуне синем суконном шел все с тем же соседом да еще знакомого старца с собой прихватил, инока перехожего, отца Савватия. Спервоначалу не вели они беседы: все еще перед очами их виделось зрелище умилительное и вспоминали они его, и снова радовались. Припоминалось, как царь Феодор Иоаннович патриарха Иова за слово, за многолетствие краткою речью благодарствовал... А дале то, дале – чего только не было!

Прикладывался государь к Евангелию и святым иконам. После того, государя и патриарха поздравляли с новым годом духовные власти, подходя по два в ряд и низко поклоняясь. Государь отвечал наклонением головы, а патриарх благословением. Потом поздравляли государя бояре и все светские сановники, кланяясь большим обычаем, почти до земли; один из старейших говорил поздравительную речь. Государь ответствовал им также поздравлением. Далее бояре поздравляли патриарха, властей и весь освященный собор; старейший боярин говорил речь, на которую духовенство отвечало тоже поздравлением и благословением. Наконец, государя поздравляла вся площадь, все стрелецкие полки, бывшие «на стойке» при этом

действе, и все многое множество народа, весь мир – все в одно мгновение ударили челом в землю и многолетствовали царскому величеству. Государь, ясно улыбаясь, ответствовал «миру» поклоном...

– Да, – промолвил старый москвич, – не забыть во веки сего зрелища отрадного. И прежде то же было, а все как патриарха у нас поставили – куда пышней, куда величавей новолетие встретили...

– Истинно так, сын мой, – отвечал старец Савватий. – Да и правду молвить: что царь Феодор, что владыка Иов – один другого благостнее и светлее... Оба праведники! Такому царю такого патриарха и надобно. Ох, давно я владыку знаю, еще иноком!

– Где-ж, отче? На родине, что ли?

– На родине, сыне, на родине. В граде славном и древнем Старице, что на Волге матушке лежит. Там, в Успенской обители, у святого старца, архимандрита Германа, под началом и возрос нынешний патриарх царствующего града и всей земли русской... С юности быль он великим постником, молитвенником и подвижником... Был в той обители некий схимник древний, старец Иона. Предрек он отроку-послушнику величие грядущее – небывалый на Руси доселе сан духовный... Сравнится-де сей отрок с первосвятителями церкви византийской... А кончину предрек Иову скорбную – во унижении, падении, в забвении... И горести великие на пути жизненном тоже напророчил... Сбудется все, все сбудется!..

– Сохрани, Господи! – перекрестились оба москвича.

– Да, покамест жив светлый царь Феодор Иоаннович – покойна и нерушима будет земля русская, – говорил, крестясь, старец Савватий.

– А возьмет Господь к Себе светлого царя – худо будет и Руси-матушке, и патриарху Иову... Так-ли уж худо, что и сказать нельзя..

Много, много претерпит святейший за родину...

Патриарх у великого князя. Прощеное воскресенье на Руси. (Рис. М. Андреева).

– Спаси, Господи, царя Феодора и патриарха Иова! – воскликнули оба москвича, опять истово осеняя себя крестным знамением...

В. Вадимов

 

Источник: Патриаршество на Руси... / Русский паломник. 1914. № 4. С. 50-61.

Комментарии для сайта Cackle