Главная » Алфавитный раздел » Канон иконописный » Понятие канона в современной иконописи и христианском искусстве
Распечатать Система Orphus

Понятие канона в современной иконописи и христианском искусстве

( Понятие канона в современной иконописи и христианском искусстве 3 голоса: 3.33 из 5 )

Давидова М. Г., Е. Шлычкова

 

Понятие канона в современной иконописи и христианском искусстве

* Для свободного творчества в области иконописных приемов; «псевдоикона XX в.»

Главной профессиональной задачей современного иконописца при создании новых произведений церковного искусства является выбор прототипа будущей работы. Выбор художественного ориентира может ограничиваться вопросом стилизации (например, частичное подражание – подражание в некоторых деталях – греко-балканским памятникам XIV в. или образцам живописи польско-украинского барокко и т. д.). Возможно и точное следование оригиналу, когда современный художник стремится к созданию копии [1] известной чудотворной иконы или иного произведения древнего или близкого нам по времени церковного искусства. Третий путь создания иконописного образа, когда художник, имея перед собой образец  и работая в рамках канона, пишет новое произведение, не отступая от соборного опыта Церкви, доступен не всем современным иконописцам. Последний творческий метод особенно характерен для иконописцев прошлого. Первый (внешнее подражание или стилизация) – явление нового времени. Второй способ работы с прототипом или оригиналом широко используется в церковной живописи разных эпох.

Круг данных вопросов актуален не только для иконописца, но и для реставратора традиционной церковной живописи. Например, для метода «возобновления» иконописи XVIII – первой половины XIX в. характерно свободное отношение к оригиналу, когда древние памятники могли «исправляться» «в духе академической живописи»[2] или поновляться при помощи «стилизованной записи в древнерусском духе».[3] То есть в данном случае реставратор создает новое произведение искусства, используя прием стилизации. При этом мастер не старается воспроизвести стилистику прототипа, но пытается подчинить «реставрируемое» произведение стилю своей эпохи, ее «эстетическим вкусам».[4] Концепция церковно-археологической реставрации, которая формируется уже во второй половине XIX в., предполагает, согласно Н. В. Покровскому, «точное восстановление утраченных или поврежденных частей иконы в том виде, в каком она вышла в первый раз из иконописной мастерской».[5] Понятно, что при значительных утратах красочного слоя древней живописи «точное восстановление» было возможно лишь при глубоком научном исследовании, которое вело к тому, что реставратор, подобно древнему иконописцу, творил нечто новое в рамках средневекового живописного канона, как бы стремясь подражать не букве, а духу старинной живописи и воссоздавать ее во всей полноте в том виде, в котором она никогда «реально не существовала».[6]

Копирование древнерусской живописи, создание полных картограмм[7] храмовых росписей можно назвать одним из современных методов сохранения церковной живописи, важным принципом отечественной реставрационной школы.[8]

В свете всего сказанного понятно, что современный иконописец или реставратор, в отличие от художников прошлого, всегда поставлен в ситуацию выбора,[9] результатом которого должен быть творческий метод, основанный на традициях или, напротив, новаторский в смысле техники или формальной[10] стороны исполнения иконы. Инструментом этого важнейшего выбора для современного иконописца должно стать нравственное чувство. Причем понятие «нравственности» для иконописца должно основываться не на свободных душевных интуициях, а на соборном духовном опыте Церкви. В этом случае, любой творческий метод, выбранный художником, не будет препятствовать созданию настоящей иконы.

1. Итак, нравственный аспект иконописания – важная проблема современного церковного искусства. Традиционно принять различать понятия «нравственный» и «моральный»,[11] хотя в богословских сочинениях они зачастую выступают как синонимы.[12] Слово «нравственный» в русском языке происходит от «нрав». Интересно, что греческое «нрав» — «τροπος» — слово многозначное, применяемое в различных сферах жизни и искусства. «τροπος» — образ мыслей и чувствований. В музыке – это лад, мелодия. В литературе – оборот речи, способ выражения, стиль.[13] Хотя «нрав» не есть «тропос», для иконы «нравственное» в какой-то степени оказывается связанным с греческим понятием «тропоса» в его последнем значении,[14] так как нравственное в иконе проявляется в средствах выражения и стилистике. Выбор термина «нравственный» для данного исследования обусловлен тем, что нравственное, согласно общему определению, принятому в этике, раскрывается через понятие «нормы». Для иконы норма – это канон.[15]

2. Иконописным каноном в широком смысле можно назвать часть церковного Предания. «Он содержит в себе некое церковное видение образов божественного мира, выраженное в формах и красках, в образах искусства, свидетельство соборного творчества Церкви в иконописи».[16] При этом канон в иконе – это «не внешний закон,… но внутренняя норма».[17] Данное определение канона характеризует его в нравственном аспекте как соборное художество Церкви, как «внутреннюю норму», обладающую творческим потенциалом, не косную, но подвижную. Канон характеризуется вариативностью в рамках традиции.

Таким образом, раскрытие нравственного аспекта в иконописи есть исследование действия традиционного канона в живописи. Иными словами, нравственный опыт Церкви проявляется на уровне выразительных средств иконы как канон. Можно сказать, что в более узком значении слова канон – это набор традиционных выразительных средств иконописного изображения. Среди таких выразительных средств можно назвать особые способы передачи пространства и времени в иконе. Пространство и время церковного образа литургичны, то есть погружены в Вечность,[18] где нет ни пространства, ни времени в земном значении. Пространство в иконе передается средствами обратной или «сферической» перспективы[19] и организуется при помощи нескольких основных композиционных схем, имеющих символическое значение. Время передается при помощи особых формул движения – канонических жестов[20] действующих лиц, а также символики цвета, соотносимой с символикой цвета православного богослужения. Таким образом, традиционные выразительные средства иконы или иконописный канон в узком смысле включает понятие обратной перспективы, символики цвета и композиционной формулы. Все эти принципы иконописного языка помогают сделать икону не простой картиной, а окном в потустороннюю реальность,[21] инструментом духовного, нравственного возрастания человека.

3. Кроме традиционных (канонических) выразительных средств иконы нравственные основы проявляются в стилистике церковного образа, которая определяется не столько каноном, сколько местной художественной традицией, эстетическими взглядами той или иной эпохи или государственными идейными установками. Вопрос стиля в отечественном искусствоведении рассматривался на примере средневековых памятников в основном в контексте принадлежности той или иной региональной школе иконописания.[22] Стилем в широком смысле слова можно назвать определенный фиксированный набор выразительных средств, обусловленный идейно-содержательной программой художественного произведения.[23]

Стилистические особенности иконы не всегда бывают связаны с некой «идейно-содержательной программой», что в целом характерно для светского искусства, но – скорее – с местными (характерными для определенной эпохи) особенностями изображения пропорций фигуры, масштабного членения поля, портретного типа, общей концепции цвета и типа линии, качества рисунка (геометризм плавность; лаконизм (упрощенность) детализация, подробность (сложность)). Зависимость стиля иконы от идейно-содержательной программы выражается, например, в следовании определенному иконографическому изводу при создании списка чтимой иконы. Иногда сам способ изображения указывает на какие-то исторические события, связанные с почитанием того или иного образа или богословскими спорами.[24]

4. Стилизация – явление Нового времени. Ее отличает от стиля неполнота воплощения той художественной системы, которая взята за основу в целях создания внешнего впечатления от той или иной (национальной) манеры. Если стиль – это подлинник, то стилизация – это имитация. Стилизация зачастую может строиться на эффекте «узнавания» зрителем знакомых деталей, но не затрагивать, например, композиционных принципов и пропорциональных основ изображения или его символики.
 
Подводя итог, можно сказать, что нравственные принципы Церкви определяют художественный язык иконы (ее формальную сторону) и ее внутреннее значение (содержание).

Кратко говоря, содержание иконы  — это богословие в красках. Взаимосвязь между художественным языком и содержанием иконы через нравственные принципы может быть выражена схемой (см. Табл. 1).

Примечания:

1. В данном случае понятие «копирование» взято в положительном аспекте как творческий метод, а не как механический процесс, когда сердце «выключено» «из рождения иконы» и заменено «наметанным глазом и движением руки». Арх. Рафаил (Карелин). О языке православной иконы // Православная икона. Канон и стиль. М., 1998. С. 68.
2. Бобров Ю. Г. История реставрации древнерусской живописи. Л., 1987. С. 21 Далее: Бобров Ю. Г. История реставрации.
3. Там же.
4. Там же. С. 20.
5. Покровский Н. В. Памятники христианского искусства и иконографии. СПб., 1910. С. 334. Цит. по: Бобров Ю. Г. История реставрации. С. 29.
6. Последняя формулировка принадлежит архитектору-реставратору Виолле де Дюку, цитату из которого приводит Ю. Г. Бобров в своей книге о реставрации древнерусской живописи (С. 29).
7. Картограммирование древних фресок – это создание полных копий всех росписей исследуемого храма  не в отдельных фрагментах, а целиком в форме разверток стен помещения, выполненных в цвете с точным учетом масштабных соотношений всех частей расписанного интерьера. Картограммирование входит в обязательную программу обучения в мастерской церковно-исторической живописи под руководством профессора А. К. Крылова. О картограммировании см.: Крылов А. К., Крылова О. Ю. Итоги работ по копированию и картограммированию фресок XVI в. церкви Св. Троицы в селе Большие Вяземы // Троицкие чтения 1997. Сб. научных исследований по материалам конференции. Большие Вяземы, 1998. С. 22 – 33, 148.
8. О принципах копирования монументальной живописи, разработанных Л. А. Дурново, Т. С. Щербатовой-Шевяковой, В. В. Сусловым см.: Хоренко Д. А. Исследователь-копиист фресок Т. С. Щербатова-Шевякова и метод научного копирования Л. А. Дурново // Санкт-Петербургский фонд культуры. Программа «Храм». (к 150-летию со дня рождения Н. П. Кондакова). Сборник материалов (ноябрь 1993 – июнь 1994). Вып. 6.СПб., 1994. С. 78 – 87. Далее: Программа «Храм». Вып. 6. Пивоварова Н. В. В. В. Суслов как организатор исследования и копирования памятников древнерусской монументальной живописи // Программа «Храм». Вып. 6. С. 89 – 97.  Среди важнейших принципов копирования фресок можно назвать, согласно В. В. Суслову, факсимильную точность и целостность, когда копирование ведется «не отдельными фрагментами, но целиком, во всем сохранившемся объеме и в натуральную величину». Пивоварова Н. В. Указ. соч. С. 93.
9. Когда средневековый иконописец руководствовался древними образцами или брал за основу голландскую Библию, изданную в Амстердаме, его «выбор» не осознавался как творческий акт, потому что и в том и в другом случае он имел дело с «подлинником».
10. В иконе форма так тесно связана с содержанием, что их не возможно разделить. Внешние изменения древнего канона влекут за собой изменение внутреннего смысла образа; и наоборот  — отпадение от соборной творческой силы Церкви ведет к секулярному  перерождению самих художественных принципов. Когда современный художник решается что-то видоизменить во внешнем, он, безусловно, касается внутреннего. При этом степень радикальности творческой новации может быть разной – от этого и зависит художественный подход современного мастера.
11. Основанием морали является религия. В искусстве моральное выступает как эстетически прекрасное. Нравственное (от слова «нрав») связано с установками общества. «Нравы» — это обычаи, имеющие нравственную ценность и поддерживаемые в обществе посредством моральных отношений. Норма – одна из наиболее простых форм нравственного требования. См. об этом: Словарь по этике / Под ред. И. С. Кона. М., 1981.
12. См., например: Булгаков С. Н. Религия и мораль // Булгаков С. Н. Свет невечерний. Созерцания и умозрения. М., 1994. С. 45 – 50. О. Сергий Булгаков ставит нравственные веления совести ниже опыта богообщения святых, так как нравственность предполагает наличие закона, «греховное раздвоение, борьбу добра и зла в человеке», а святость «находится уже «по ту сторону добра и зла» и является живой нормой Царствия Божия». Булгаков С.Н. Свет невечерний. Созерцания и умозрения. М., 1994. С. 46.
13. Вейсман А. Д. Греческо-русский словарь. Репринт V – го изд. 1899 г. М., 1991. С. 1259.
14. Русский литературоведческий термин «троп» связан с этим последним значением слова «нрав» в греческом языке: оборот речи, способ выражения, стиль.
15. О каноне см.: Вагнер Г. К. Канон и стиль в древнерусском искусстве. М., 1987. Бычков В. В. Византийская эстетика. М., 1977. с. 145 – 146; Православная икона, канон и стиль. М., 1998. с. 167 – 175; 73.
16. Булгаков С. Н. Икона ее содержание и границы // Философия русского религиозного искусства XVI – XX вв. Антология. Вып. I. Сокровищница русской религиозно-философской мысли. М., 1993. С. 287. Далее: Философия русского религиозного искусства.
17. Там же. С. 289.
18. Протопресвитер Иоанн Мейендорф. О литературном восприятии пространства и времени // Византинороссика. Тр. Санкт-Петербургского общества византино-славянских исследований. Т. 1. Литургия, архитектура и искусство византийского мира. Тр. XVIII Международного конгресса византинистов (Москва, 8 – 15 авг. 1991.) и др. материалы, посвященные памяти о. Иоанна Мейендорфа / Под ред. К. К. Акеньтева. СПб., 1995. С. 1 – 10. См. также: Данилова И. Е. О категории живописи кватроченто // Данилова И. Е. Искусство Средних веков и Возрождения. (Работы разных лет). М., 1984. С. 75 – 90.
19. Об обратной перспективе см.: Флоренский П. А. Иконостас: Избранные труды по искусству. СПб., 1993. Раушенбах Б. В. Пространственное построение в древнерусской живописи. М., 1975. На примере искусства нового времени явление сферической перспективы рассмотрено в ст.: Даниэль А. М., Даниэль С. М. Запад и Восток в творчестве Н. С. Петрова-Водкина // Советское искусствознание: Искусство ХХ в. Вып. 25. М., 1989. С. 131 – 146.
20. См. об этом: Данилова И. Е. О сюжетной и композиционной роли жеста в живописи Средних веков и Возрождения // Данилова И. Е. Искусство Средних веков и Возрождения. (Работы разных лет). М., 1984. С. 65-74.
21. Священник Павел Флоренский. От образа к Первообразу // Православная икона. Канон и стиль. М., 1998. С. 160 – 167.
22. См., например: Лазарев В. Н. Живопись и скульптура Новгорода // История рус. Иск. / Под. Ред. И. Э. Грабаря. Т. II. М., 1954; Лазарев В. Н. Живопись Владимиро-Суздальской Руси // Там же. Т I.  М., 1953. Или статьи к каталогам: «Пречистому образу Твоему поклоняемся…» Образ Богоматери в произведениях из собрания Русского музея. СПб., 1995. Gates of Mystery. Treasures of Orthodoxy from Holy Russia. St. Petersburg. S. a. [1995]. Г.К. Вагнер считает, что понятие стиля, включая понятие художественной школы, одновременно стоит над ним, так как стилистические различия касающиеся произведений одного и того же региона различаются, в зависимости от эпохи. Вагнер Г. К. Канон и стиль в древнерусском искусстве. М., 1987. С. 57-58.
23. Ротенберг Е. И. Литература по вопросу стиля в изобразительном искусстве достаточно обширна. Общее определение стиля для разных видов искусства см., например, в кн.: Ротенберг Е. И. Западноевропейское искусство XVII в. М., 1971. С. 40 – 41.
24. Например, изображение Богоматери и Христа в великолепных царских облачениях зачастую было связано с победой над еретиками, отрицавшими Божество Христа и достоинство Богоматери (Эфесский собор, 431 г.).

 

http://www.portal-slovo.ru

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru