Предыдущий | Следующий |
|
70. Пост монтанистов[12:00] |
Когда и кем понятие о посте было заменено понятием постного
Приветствую все домашние церкви, которые сейчас с нами на связи!
Мы продолжаем наши с вами исследования в области поста и воздержания.
Прошлый раз вы познакомились с практикой поста западных христиан. Сегодня давайте поговорим о том, как складывалась эта практика на Востоке и откуда появились знакомые уже нам уставные предписания?
Вы воскликнете, как откуда? – от действия Духа Святаго!!
На том, что именно Параклит (Утешитель, Дух Святой) есть основатель даной формы постов настаивает и апологет II века Тертуллиан. Особенность только в том, что Параклитом Тертуллиан считал Монтана, бывшего жреца фригийской богини Кибелы, последователем которого он стал и учение которого усердно и до конца жизни своей защищал.
Суть этого учения можно описать как более строгую дисциплинарную практику христианства, основанную на новом откровении. Приверженцев такого направления называли «монтанистами». Это были своего рода харизматы II века, ставившие в основу своих верований откровения Духа Святого, получаемые ими через Монтана. Они проповедовали строгий аскетизм, запрет повторных браков, делая сильный акцент на приближающийся конец света и действия духовных даров. Их аскетические требования приводили к отрицанию всех земных радостей и выражались через черный цвет одежды (особенно у женщин). Монтан утверждал, что христианами могут быть только люди, возрожденные свыше и получившие благодать. При этом всех современных ему христиан он воспринимал как собрания психиков (душевных людей), считая людьми «духовными» только своих приверженцев. Говоря современным языком, Монтан очень сильно развил учение о святости, призывая к переустройству церковной жизни на более строгих началах, что и привлекло в его ряды великого защитника христианства Тертуллиана.
Касательно постов нововведения монтанистов были двух родов. Они узаконили, во-первых, новые посты по времени; во-вторых, новые по характеру. В частности, они ввели сухоядение (ξηροφαγίας), состоявшее в том, чтобы «употреблять сухую пищу без всякого мяса и без всякой приправы, без всяких виноградных плодов и чего-либо винного», что позволило удлинять посты по времени их соблюдения. Уточняю, что сухоядение – это неварёная пища растительного состава, которая не поддавалась термической обработке, т.е. горячие напитки, включая чай, кофе и компоты, при сухоядении не разрешаются. Кроме того, растительное масло и вино, хотя и приготовлены без термической обработки, употреблять при сухоястии так же не дозволяется.
Естественно, что на сей счет в те времена велась жаркая полемика, о которой мы узнаем из трактата Тертуллиана «О посте», где последний резко критикует взгляды своих противников и подробно развивает свою аргументацию в защиту нового вида поста.
Прежде всего, Тертуллиан задается целью доказать высокое достоинство этого поста, ссылаясь на авторитет Свящ. Писания. Так примером заповеди Божией в Раю он указывает на воздержание именно от некоторых родов пищи. Затем, обращает внимание на то, что и для Своего избранного народа Господь узаконил воздержание от некоторых родов пищи (из которого выводится учение иудеев о кошерной еде). Кроме того, когда Бог вел Свой избранный народ в землю обетованную то в пустыне питал его одною только манною, — как видом сухоядения, которое евреям, как преданным земле, не нравилось, а потому они вспоминали котлы с египетским мясом. Оправдывая сухоядение, Тертуллиан так же ссылается на Даниила и трех отроков, которые питались растительной пищей, но были красивее других и выше всех по духовным дарованиям, на прор. Илию, которого во время его бегства Ангел накормил только хлебом и водой, а не хлебом и мясом, как его кормили вороны. Давид выразил свое покаяние тем, что ел сухой, как пепел, хлеб (Пс.101:10). Кроме того, Тертуллиан указывает на особенную пользу суровых постов для времени гонений, в которое он жил. При воздержании и посте христианин научится выносить всякие лишения, а потому с уверенностью пойдет на борьбу.
Затем у Тертуллиана следуют весьма резкие выражения в адрес психика (современного ему христиана): «Ты сделал из своего брюха бога, из легких – храм, из желудка – алтарь. Твой жрец – повар, твой святой дух – пар от кушаний; твои духовные дары – приправы; твое пророчество – икание после обжорства! Если говорить правду, то ты – ветхий человек, потому что так много ты занят едою». А в ответ на сравнение монтанисткой практики сухоядения с постами в честь Изиды и Кибелы, Тертуллиан отвечает, что из этого-то сходства сухоядения с языческими постами и видно его Божественное установление, потому что диавол всегда подражает установлениям Божественным. Из истины получается ложь. Суеверие образуется из религии. Язычник постится ради идола – христианину ли не поститься ради Бога!
Если не указывать на авторство и контекст спора, то все вышеизложенные аргументы выглядят вполне православными. Посмотрите любую проповедь о посте православных авторов, и вы все эти аргументы и примеры в ней найдете. И вот что примечательно, Тертуллиан говорит совершенно то же самое, что теперь церковные люди говорят в защиту постов в ответ на претензии людей нецерковных.
Но вот вопрос: А с кем полемизирует Тертуллиан в данном трактате? Конкретным лицом, которого критикует Тертуллиан, возможно был Римский епископ Каллист, но по вопросу о постах с Каллистом были единомысленны и другие православные того времени. Так, св. Ипполит Римский укоряет монтанистов за то, что они «вводят новые посты и праздники и сухоядения (ξηροφαγίας), называя их странными и парадоксальными. И другие церковные писатели единогласно протестуют как против новых постов, так и против их новой формы.
Таким образом, можно прямо заявить, что церковная жизнь нашего времени почти совсем не знает поста в том виде, в каком только и знала его Церковь I и II века. И в нашем теперешнемТипиконе очень мало установлено постов в буквальном смысле этого слова, то есть в смысле полного воздержания от пищи. А «постническое житие» приняло форму ядения постного, т.е. понятие о посте было, так сказать, подменено понятием постного и этот первый шаг на пути изменения формы поста сделали монтанисты, осужденные на Вселенском соборе в Константинополе (381 г.).
Правда, можно предположить,.. что нововведение монтанистов касательно постов вызывало против себя протест не потому, что эти формы поста в принципе неприемлемы, а потому что за ними стояли «откровения» еретичествующего Монтана.
А еще вы скажете, раз Церковь с течением времени приняла эту практику, значит, посчитала ее полезной. И не важно, что первоначально в употребление ввели ее еретики!
Но в таком случае получается, что практику латинян, которые в принципе сохранили древние формы поста, хотя и изменили их до неузнаваемости, нам следует отвергать без разговоров, а посты монтанистов, не смотря на то, что их новые виды поста первоначально воспринимались за действительно странные и парадоксальные уклонения от порядков церковной жизни, мы должны без разговоров принимать?!…
Так вот, чтобы разобраться во всем этом, следует еще сравнить их учение с библейским учением о посте.
Об этом мы с вами и поговорим в следующий раз. А пока попрощаемся с вами ненадолго, пожелав друг другу поститься постом приятным и Богу благоугодным.
Комментировать