Не "переосмыслить", а осмыслить.
Василий Великий.
«…
Если бы все, на кого призвано имя Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа (подразумеваются принявшие святое крещение. – А. С.), пожелали ничего не искать (παρεγχειρεΐνται – букв.: «превратно рассуждать»), кроме евангельской истины, довольствоваться же Апостольским Преданием и простотой веры, то и от нас в настоящее время не потребовалось бы слова, а напротив того, и теперь, конечно, возлюбили бы мы то же молчание, какое предпочитали сначала ». Приступить же к написанию сочинения, по словам автора, его заставили еретики, которые пытались отрицать Божество Единородного и «этой мирской и суетной мудростью возмущали чистоту и простоту учения Духа Божия». Этими словами св. Василий ясно указывает на то, что собственно «ученое богословие», с его развитым понятийным аппаратом и изысканными умозаключениями, в Православии явление вторичное и, по сути дела, акцидентальное.
Подобное так называемое ученое богословие – мера вынужденная, порождаемая полемикой с еретиками, а не представляет собою того, что исходит из “субстанции веры”...».
(Святитель Василий Великий; Творения. Том 1: Догматико-полемические творения. Экзегетические сочинения. Беседы,
стр. 30).
«
1. Следовало бы нам, спасенным от Бога через единородного Его Сына, Которого Он отдал во искупление за нас, по слову Господню веровать в Отца, и Сына, и Святого Духа, единого Бога и одну сущность Божества в трех ипостасях, и в то, что Слово Божие ради нашего спасения без превращения стало плотью и обитало в нас (Ин. 1:14), веровать, повинуясь священным Евангелиям, – но поскольку присеиватель плевел, воспользовавшись достойными его орудиями, смутил и потряс народ Божий, воздвиг Дух Святой защитников истины, пастырей и учителей, как светила в мире, содержащие слово жизни (
Фил. 2:15–16), и чрез них путеводительствовал нас на царскую стезю. Они же учили идти средним путем, не уклоняясь ни к кажущемуся правым, ни к заведомо левому, и всеми силами следуя им, мы не впадем в заблуждение.
2.
Так вот, веруем мы в Отца, и Сына, и Святого Духа, Троицу единосущную, единое Божество, Которому в трех ипостасях, то есть лицах, поклоняется и служит вся тварь, и в то, что единородный Сын и Слово Божие, прежде всех веков рожденный от Отца, Сам по благоволению Отчему без превращения стал плотью от Духа Святого и Девы Марии, так, что и Божество не превратилось в природу плоти (ибо Божество непревратно и неизменно), и плоть не изменилась в природу Божества (ибо Божество не может принять никакого прибавления).
3.
Именно поэтому мы исповедуем в Господе нашем Иисусе Христе, едином от Святой Троицы, две природы, каждую совершенную по своему определению и сути, чтобы не вводить превращения или слияния, но одну ипостась, чтобы не привнести двоицу Сынов или четвертое лицо в Троицу, – ведь природа творит «иное», а ипостась отграничивает «иного» и лицо. Ибо если в Святой Троице, говоря о трех ипостасях Божества, мы проповедуем три лица, то тем, кто исповедует две ипостаси у Господа нашего Иисуса Христа, следовало бы вместе с тем исповедовать и два лица.
4.
Итак, природа, сущность и образ означают вид, то есть общность, как Божество,
человечество, ипостась же и лицо – частность и нечто существующее само по себе, например, такой-то и такой-то, в Божестве – Отец, Сын, Дух Святой, а в человечестве Петр, Павел, Иоанн.
5. Как невозможно, чтобы природа и природа были одной природой во Христе, так и невозможно чтобы ипостась и ипостась были одной ипостасью. Если же возможно, чтобы ипостась и ипостась были одной ипостасью, и лицо и лицо – одним лицом, то возможно, и чтобы природа и природа во Христе были одной природой.
6.
Как не бывает ипостаси без сущности, но каждая ипостась не обязательно имеет свою собственную сущность, так нет и сущности без ипостаси, и не обязательно для соединяющихся иметь каждому свою частную ипостась.
7. Как в Святой Троице, говоря о трех ипостасях, нам не обязательно давать собственную природу каждой ипостаси, но у трех одна природа и общая сущность Божества, и ни одна из них не безсущностна, но каждая не имеет своей особой сущности, так и у Христа, говоря о двух природах, нет необходимости давать каждой природе собственную ипостась, но две природы имеют одну
общую ипостась Сыновства, то есть [ипостась] Сына Божия – ибо эта ипостась есть Сын Божий по Божеству и Сын Девы по человечеству, и
каждая из природ и не лишена ипостаси, и не имеет особой ипостаси; и как там мы называем три ипостаси одной природой, так и здесь говорим, что две природы суть одна ипостась...».
преподобный Иоанн Дамаскин
Слово о вере против несториан).
Доступно для понимания и не требует дальнейшего обсуждения.
Так зачем еще в тысячный раз “умствовать” и пытаться, вырывая куски из слов св. отцов, доказывать свое пониманиe сказанного св. отцами?
К чему это собственное суемудрие?
