Лилян, вы все равно не можете никак отвлечься от линейного восприятия времени. Вам, наверное, кажется, что Бог, как путешественники во времени из фантастических романов, просто перемещается по своему желанию вдоль линии времени туда-сюда, узнает некое предопределенное будущее, потом возвращается и "все про нас знает", и в сегодняшней точке времени как-бы знает предопределенное будущее.
А это не так. Попробуйте как-то подняться над этим линейным восприятием. Для Бога линейное время не существует. Вернее, Он понимает его суть, поскольку Он и время создал (Все чрез Него на́чало быть, и без Него ничто не на́чало быть, что на́чало быть (Ин.1:3).). Но Он не живет во времени, Он живет всегда и везде.
Поэтому для Бога нет понимания "изменения будущего", как и нет "параллельных реальностей". Будущее одно, как и настоящее одно. И мы его формируем, и Бог его формирует тоже, поскольку Он тоже действует в этом мире. Но Он дал нам свободу действия, поэтому мы вольны формировать себя так как сами хотим. Но Бог - вне времени, поэтому Он знает, как мы его сформируем. Это сложно, и не стоит даже надеяться понять это в полной мере, поскольку многие вещи для нас просто недоступны в силу нашей ограниченности.
Согласен, что это сложно. Божьи мысли — не наши мысли, и Божьи дела — не наши дела. Но почему бы нам просто не объяснить это по-человечески? Зачем мы беремся за Божье сознание? Не слишком ли дерзко говорить о природе Бога? По-моему, это дерзко; то, о чем мы можем говорить, — это Божественные энергии, потому что мы можем познать их лично через благодать, но Божью Личность мы не можем познать лично, потому что это нечто неисследимое. Я даже не знаю, зачем мы беремся утверждать, что есть Бог. Писание сказало нам: Бог есть любовь, вот и всё. Даже Моисей рассматривал Бога по-человечески (например, «Бог раскаялся»), и если уж великий пророк Моисей использовал такой подход, то неужели мы больше него, что начинаем рассуждать о Божьих тайнах?
Скажу вам, почему я задал такой вопрос. Если мы скажем, что будущее — это уже прошлое, и Бог неспособен ничего изменить, то те, кто предузнан и предопределен к погибели, погибнут, а те, кто предузнан и предопределен к спасению, спасутся. Если же будущее условно, то погибающие, если захотят, имеют шанс спастись через Бога, а спасающиеся имеют шанс погибнуть из-за своих глупых дел. Если мы скажем, что будущее не условно, то слово «надежда» бессмысленно, а если скажем, что для Бога возможно изменить будущее — а я верю, что Бог делает то, что пожелает, — то для каждого возможно спастись через Бога.
Если будущее не условно, а обязательно, то есть еще одно слово, которое мы используем неправильно: Божье долготерпение. Зачем Богу долго терпеть неких грешников, если Он заранее знает, что для них невозможно спастись? Потому что Он предвидел, что они, к примеру, растратят свою жизнь на блуд и наркотики, а потом отправятся в геенну? Действительно, если будущее не условно и Бог неспособен делать его таким, каким пожелает, то слово «надежда» мы используем как нечто ложное. То же самое и со словом «Божье долготерпение»: по-моему, чтобы Бог проявлял долготерпение к кому-то, должно быть хотя бы минимальное допущение, что этот человек, если захочет, может покаяться.