Дорогой Дионисий!
Ох, простите, все труднее открывается интернет, все меньше досткпности. Наверное, промысел в том, чтобы меньше было виртуальной церкви и больше реального общения в храме...
А вам советую, обратить пристальное внимание на те евангельские свидетельства, где такой милосердный, вселюбящий и милосердный Христос вдруг чрезвычайно жестко, хлесткими, как бич эпитетами («гробы окрашенные» (Мф 23:27), «порождения ехиднины» (Мф.3.7-10) высекает лицемеров – книжников и фарисеев, т.е. лживых законоучителей, которые должны служить нравственным образом для народа. И предсказывает им страшный конец (Мф. 23:33), что они не избегут ада. Дело в том, что лицемерие антагонистчно искренности, а без искреннего покаяния никто не может примириться с Богом. Лицемер только делает вид, что он покаялся и изменился, но на самом деле он лжет, продолжаяжить в своих грехах. А лжецы, подделывающие убеждения, чувства, добродетели, не наследуют Царства Божия – поэтому апостол Павел и призывает к искренности: «И всё, что делаете, делайте от души, как для Господа, а не для человеков, зная, что в воздаяние от Господа получите наследие, ибо вы служите Господу Христу». (Кол. 3:23-24)
Да, люди несовершенны, и их поведение в той или иной мере является наигранным актом. Как же снять с себя маску лицемерия и начать поступать во всём подобно Христу? Вспомните простые, но глубочайшего смысла слова Христа, обращенные к человеку, потерявшему себя, грешнику и заблудшему: «Встань и иди!» (Деян. 22, 10), и который потом встал, и пошел за Христом, и - стал святым Апостолом…
Этот важнейший принцип человеческого бытия означает, что падший снова и снова должен находить силы, чтобы подняться, и идти, творя новую жизнь, и именно на пути созидания происходит очищение от скверны. Уже сам факт восстания устраняет как половинчатое существование на коленях, так и полное возлежание в грязи. «Встань и иди!» — это механизм обретения совершенства, это технология успеха в любом деле, секрет победы над окружающим миром греха и самим собой. Человек сам встает и сам идет - Бог не ведет, не тащит его в рай, то есть не лишает свободы выбора и не навязывает ему Свою волю силой. И всякий грешник может возродиться, если захочет, только покаяние должно быть не формальное, а реальное - не на словах, а на деле. И не надо отчаиваться – о падениях и ошибках старец Паисий Святогорец говорил как о пользе для человека, которую надо уметь извлекать: «Часто даже переменчивые взлеты и падения в духовной борьбе помогают человеку в том, чтобы он плодотворно и уверенно совершал свой духовный путь к Богу. Внимательно следя за всем происходящим и используя всё во благо, мы приобретаем опыт, используя который получаем немалую помощь. Падения помогают познать самого себя. Всё выходит наружу, и потихоньку совершается полезная работа над собой».
Важно покаяние, приносящее плоды, а не его внешнее рассудочное обоснование. Верный признак, что мы Христовы – страдание сердца. Это как безошибочный тест химической реакции - грех, тяготящий совесть. Только тогда наше соприкосновение с грехом как бы само по себе вызовет боль сердца и слезы покаяния. Плач сердца так значителен в покаянии, потому, что он потрясает весь организм – именно так каялись святые. «Нечувствие есть смерть души», - говорил Симеон Новый Богослов. Исповедь вообще должна переживаться как катастрофа – равнодушному анализу не должно быть места ни в разуме, ни в сердце. «Даруй мя зрети моя прегрешения…» – вот естественный молитвенный вздох падшего человека, но для этого нельзя щадить себя, отвергнувшись от греховного своего естества. А уж тем более недопустимо в исповеди мазохистское самолюбование своим раскаянием – вот я, мол, какой образцовый кающийся. «Выйди от меня, Господи, потому что я человек грешный» (Лк.5,8) – евангельский пример начала покаяния, начала спасения.
Истинное покаяние — это значит искреннее, нелицемерное сокрушение о грехах, сопровождаемое муками совести. Кроме того от истинного покаяния обязательно должны происходить достойные плоды. Блаженный Феофилакт так писал о них:«Достойные плоды покаяния составляют не только удаление от зла, но и упражнение в добре; ибо совершение добра есть поистине плод и порождение покаяния». То есть плоды, достойные покаяния, — это христианские добродетели и добрые дела. В Евангелии много пишется о плодах покаяния. Вот, например, апостол и евангелист Лука призывает: "Сотворите же достойные плоды покаяния" (Лк. 3, 8), а потом поясняет: "У кого две одежды, тот дай неимущему, и у кого есть пища, делай то же" (Лк. 3, 11). Приводятся и конкретные примеры истинного покаяния, приносящего достойные плоды. Например, мытарь Закхей, говоря по-современному - коррумпированный налоговый чиновник, раздал половину неправедно нажитого имения и с избытком вознаградил всех, у кого взял лишнее.(Лк.19:1-10). Или, например, "путана" древнего мира Мария Египетская, будучи в юности развращенной блудницей, сотворив плод покаяния, ушла в пустыню, где стала жить целомудренно. Подобно должны и мы поступать. Но только так, чтобы наша возместительная жертва совершалась не с оглядкой, не скрепя сердце, а с любовью, ибо апостол Павел предупреждает: "Если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы". (1 Кор.12, 3-8). То есть главный плод покаяния — это любовь (Ин. 15, 2—16). Только через нее можно переделать нашу греховную природу. И если мы благодушно без тщеславия, без ропота, без принуждения и раздражения совершаем искупительные добрые дела, и с радостью благодарим Бога за эту возможность, молимся за обиженных нами и всячески проявляем к ним свое доброе расположение, то это значит, что мы приносим плоды истинного покаяния. И именно тогда мы, следуя евангельским заветам «облекаемся, как избранные Божий, в милосердие, долготерпение, благость, смиренномудрие, кротость и любовь» (Кол. 3, 12—14).
Покаяние будет искреннее, если кающийся, до рвоты объевшись своим гнусным прошлым, не возвращается вспять. Если человек хотя бы малой мыслию обернется назад — он уже не будет чистым, и в результате потеряет Божью помощь. От истинного покаяния обязательно приходит Божественное утешение. Полное и искреннее исповедание своего прегрешения должно приносить облегчение душе. А если этого не происходит, то скорее всего не уврачевана глубинная первопричина греха - "волос сбрит, а корень остался". Надо бдительно ловить себя на лжи, клеймя одетый в красивые слова эгоизм - будто бы, одухотворенно потея под епитрахилью священника, мы приносим самоотреченное покаяние, а по сути - совершаем тонкое мошенничество.
И еще очень важный момент - истинное покаяние не есть единичный акт, периодический эпизод на духовном пути, а постоянное дело жизни: «Если диавол не перестает бороться с нами, то и покаяние не должно быть никогда упраздняемо..» (прп. Марк Подвижник).