Евгений, монахи отрекались от мира и не возвращались в него для того, чтобы мир своими - мирскими - соблазнами не мешал им служить Единому Богу.
Но это вовсе не значит, что они бежали от искушений вообще - напротив, как раз у монахов-то искушений куда больше нашего. Вся преисподняя поднимается против подвижников, стремящихся к Богу. Вот смотрите - об этом свидетельствует Пр. Антоний Великий:
Я со всем согласен, конечно, ну вот не пойму, как в пустыне может быть больше искушений, чем в греховном городе..
"чтобы мир своими - мирскими - соблазнами не мешал им служить Единому Богу" - а что мешало бороть эти мирские соблазны в миру и быть с Богом? Монахи уходили в монастырь, не потому что им, что-то мешало, а потому что они очень сильно любили Бога и мирская жизнь для них была ничем по сравнению с уединением в Господе.
"Вся преисподняя поднимается против подвижников, стремящихся к Богу." - а если бы они подвизались в миру и стремились к Богу, преисподня на них не поднялась бы? Мне, кажется, на них еще сильнее бы восстали бесовские силы, так как было бы больше поводов для брани, увидев подвижника в своем погрязшем грехами городе - ополчились бы него со всей свой силой.
Даже в Содоме, Лот смог жить праведно. По уму все равно в каком ты месте находишься, если ты сильный духом - то и в городе станешь свят, а если ты слаб - то тебе не поможет и пустыня.