Здравствуйте! Я случайно обнаружил, что вопрос, который у меня возник давно, существовал уже в умах первых христиан. Вопрос в следующем.
Если человек намеренно приехал в какое-либо место, где отношение к христианству до сих пор радикальное, чтобы при определённом стечении обстоятельств принести в жертву свою жизнь. Но при этом он не провоцирует никого на злое отношение к себе, как это делали, к примеру, монтанисты. Можно ли сказать, что такой человек мученик или, по крайней мере, спасённый?
Просто, именно такого примера я не находил в истории. Находил очень похожий пример мученичества св.Дросиды:
http://days.pravoslavie.ru/Life/life690.htm
Там, она сама пришла на место казни мучеников и прыгнула в огонь, но, правда, имело место необычное царское повеление:"...избавьте себя от великого множества мучений, а нас от трудов...пусть каждый из вас добровольно, каким хочет способом, ввергает себя в эту печь".
Или же встречал обратные примеры, где люди, желавшие мученичества, буквально провоцировали злое отношение к себе. Но именно срединного, приведённого выше, примера я не встречал.
Если человек намеренно приехал в какое-либо место, где отношение к христианству до сих пор радикальное, чтобы при определённом стечении обстоятельств принести в жертву свою жизнь. Но при этом он не провоцирует никого на злое отношение к себе, как это делали, к примеру, монтанисты. Можно ли сказать, что такой человек мученик или, по крайней мере, спасённый?
Просто, именно такого примера я не находил в истории. Находил очень похожий пример мученичества св.Дросиды:
http://days.pravoslavie.ru/Life/life690.htm
Там, она сама пришла на место казни мучеников и прыгнула в огонь, но, правда, имело место необычное царское повеление:"...избавьте себя от великого множества мучений, а нас от трудов...пусть каждый из вас добровольно, каким хочет способом, ввергает себя в эту печь".
Или же встречал обратные примеры, где люди, желавшие мученичества, буквально провоцировали злое отношение к себе. Но именно срединного, приведённого выше, примера я не встречал.