Да нет конечно. Слишком примитивно и просто объяснить всё гордостью. По церковному. Гордящийся, отягчённый гордыней человек, никогда не смог так тонко чувствовать мир. Да и написание своего евангелия, это не борьба и не отрицание Бога, и написано оно, не сразу и не вдруг. Это вызов духовенству. Отрицание фарисейства, нечестности по отношение к миссии возложенной на себя.
Вы тут выложили целую кучу противоречивых между собой фактов.
Во-первых гордыня - это не примитивно,, а очень серьезно: сатана пал именно по своей гордыни. Гордыня мешает человеку покаятся, в результате - отпадения от Бога.
Во - вторых, Толстой имел талант от Бога, который и давал ему так тонко чувствовать мир, но вот как Лев Николаевич распорядился этим талантом, мы можем наблюдать. Он сам рассказывал о мучавшем его противоречии, которое доводило его до самоубийства. Он боролся с ним и в этой борьбе привлекал Бога к себе в помощники. И мы увидели чудесные литературные шедевры. Но и здесь, гордыня опять сыграла свою губительную роль. Он возомнил себя авторитетом и в духовных делах. И мы уже встречаем тут и босого графа, делающего лапти и ходящего за плугом. Но ему не хватило терпения и мужества в духовной борьбе. Только один год он смог пожить в Церкви и сбежал оттуда, не стерпев "унижения" своей персоны, так как там в церкви он был только членом в Общем Теле, а ему хотелось большего. Лев Толстой всегда должен быть первым, он не может быть как все.
Узнаете образ?
Отсюда и третье: Лев Николаевич, решил написать СВОЕ Евангелие! Как же: только он, светило, может понимать все правильно, остальные, все эти святоши, - они ничего не понимали, не обладали таким светлым умом. Мне например, всегда было странным читать у него в "Севастопольских рассказах" описание атаки, когда он говорит об офицере, помахивающем "сабелькой"! Откуда такое пренебрежение? Ведь ты воевал там!
В- четвертых вытекает из предыдущего: вызов духовенства был именно на основе его полного ОТРИЦАНИЯ канонического учения! А совсем не борьба против фарисейства, которым очень сильно болел сам граф ( не ел он ни рыбы ни мяса, ходил по деревне босой!)
И наконец, последнее: Церковь боролась за его душу до самой его смерти. Сколько раз его вразумляли? Но разве гордыня позволила это? Наконец анафема, - это уже последнее средство, после того, как Толстой уже открыто стал воевать с Церковью и что? Да разве мог этот великий ум склониться перед Церковью и Христом? Он лучше отменит все святое, а себя поставит на их место!
А вы говорите, примитивно!
А сколько народа он потащил за собой!!! Это пожалуй будет самый подлый его поступок!