Сегодня рассказ об архиерее, рукоположенном, служившем и скончавшемся за границей. Однако эмигрантом он не был.
Архиепископ Пекинский и Китайский Симон (Виноградов)
Виноградов Сергей Андреевич родился в 1876 году во Владимире-на-Клязьме в семье священника. Был младшим из четырех детей, в четыре года лишился матери, а в шесть лет - отца. Закончил духовное училище и духовную семинарию во Владимире.
В 1898 году поступил в Казанскую духовную академию. Будучи студентом первого курса, 7 мая 1899 года был пострижен в монашество, а через два дня рукоположен во иеродиакона. В 1901 рукоположен во иеромонаха. В 1902 году окончил духовную академию со степенью кандидата богословия и с 16 мая 1902 года стал членом духовной миссии в Китае. Во время Боксерского восстания (в 1900-1901 гг.) она была полностью разгромлена, братия и прихожане укрывались на территории российского послольства. Восстановление миссии легло и на плечи иеромонаха Симона. Некоторое время он служил на подворье Миссии в Харбине, затем был назначен помощником начальника Миссии владыки Иннокентия в Пекине.
"Спустя всего несколько лет после полного разорения территория Миссии была восстановлена и располагала собственными хорошо оборудованными механическими мастерскими, пекарней, мыловарней, литейной мастерской, котельной, типографией, переплетными мастерскими, метеостанцией, баней, мельницей, молочной фермой, фруктовыми садами и огородами. Особую гордость составляла пасека, дававшая в год до 80 пудов отличного меда. В Западных горах, неподалёку от деревни Мэньтоуцунь, миссия купила заброшенную кумирню с участком земли и устроила там Крестовоздвиженский скит. В окрестностях Пекина и даже в соседних провинциях у неё имелись многочисленные фермы и станы.
К 1916 году число православных китайцев достигло 5587 человек, причём в 1915 году было крещено 583."
С появлением в Китае русских эмигрантов служение миссии приняло иной характер. Владыка Симон проявлял особую заботу о беженцах, многие из которых были далеки от Церкви. Это было трудное служение: перенеся ледовый поход и все тяготы беженской жизни, многие семьи рушились прямо на глазах. Владыка Иннокентий категорически не допускал разводов, а число заявлений катастрофически быстро росло. Нужен был пастырский подход, и бремя нелегких решений легло главным образом на отца Симона.
17 сентября 1922 года по определению Зарубежного Архиерейского Синода он был хиротонисан в Харбине во епископа Шанхайского, первого викария Пекинской епархии.
28 июня 1931 года, со смертью митрополита Иннокентия (Фигуровского), владыка Симон был назначен Зарубежным Синодом руководителем миссии с возведением в сан архиепископа.
Только 2 года правил владыка Пекинской кафедрой, но за короткое время своего правления начал сооружение величественного Шанхайского собора. В середине февраля 1933 года, совершая закладку Шанхайского собора, владыка Симон простудился. Болезнь прогрессировала, и 24 февраля 1933 года он тихо скончался. Тело его было перевезено в Пекин и погребено в склепе правой галереи храма Всех святых мучеников, рядом с местом погребения митрополита Иннокентия. При перенесении гроба в 1940 году было обнаружено нетление мощей владыки Симона.
По воспоминаниям архимандрита Константина (Зайцева) "Жизнь владыки Симона была воедино слита с жизнью Св. Церкви. Богослужений он никогда не пропускал, даже когда недомогал. В церковь приходил всегда до начала службы, по окончании которой клал еще много земных поклонов иконам. Во время службы владыка весь уходил в молитву, стараясь не пропустить ни одного слова из того, что поется и читается. Мы никогда не видели, чтобы во время службы владыка отвлекался чем-нибудь посторонним. Нам он строго запрещал разговаривать в церкви и сам первый показывал пример как исполнять это правило. Владыка очень чуток был ко всему, что не соответствовало духу молиты, духу церковности. Крайне сдержанный в своих суждениях вообще, в этой области он был судьею строгим и неподкупным.
Владыка был одарен глубоким и тонким художественным вкусом (он очень умело скрывал это) и всегда умел различать художественно-прекрасное от прекрасного духовно. Иконы и напевы, в которых благоговейная молитвенность сочеталась с художественным совершенством, приводила владыку в умиление. Но очень часто бывало, что он запрещал освящать икону несмотря, на ее художественное совершенство, или не разрешал исполнять чуждые духу молитвы песнопения. "Только слух раздражают и молиться мешают", говорил он про них.
Как-то раз владыка служил св. Литургию. Пришло время приобщаться. Владыка причастился Пречистого Тела Господня и взял уже в руки Св. Чашу. В это время певчие запели какой-то бравурный концерт. После секунды колебания владыка поставил Св. Чашу снова на Престол и молча стал ожидать конца концерта. Певчие пели довольно долго. Наконец кончили. Только тогда Владыка, помолившись, приобщился. А после службы со скорбью говорил: "Вот такое запели, что я и приобщиться не могу, а должен был ждать, пока они кончат"."
Остаётся лишь дополнить рассказ о Пекинской Миссии. Она была закрыта в 1954 году, через пять лет после китайской революции.
Северное подворье со всеми постройками и имуществом было передано в собственность Советского государства. В 1956-1959 годы в ходе грандиозных работ по строительству нового комплекса советского посольства, большинство прежних строений, в том числе церковных сооружений, было разрушено. Так, в 1956 году была разрушена колокольня, а в 1957 году взорван храм Всех святых мучеников, в котором находились мощи святых китайских мучеников и тела членов императорской семьи, расстрелянных в Алапаевске. Успенский храм был превращён в посольский гараж, ризница — в консульский отдел. Богатейшее собрание книг было сожжено.
В настоящее время на территории Миссии располагается Посольство России в Китае. На территории Посольства по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия 19 апреля 1997 г. был установлен Поклонный Крест в память истории Миссии, православных китайцев и русских китаеведов. В 2009 году была восстановлена и вновь освящена Церковь Успения — одно из немногих культовых сооружений, сохранившихся со времен Миссии, использовавшееся в советское время как гараж.
Южное подворье было передано китайскому правительству, равно как все имущество и здания православной церкви в связи с ликвидацией Восточно-Азиатского экзархата Московской патриархии в КНР. В настоящее время на его территории располагается муниципальный парк. В период Культурной революции варварски было уничтожено множество произведений многовековой православной культуры Китая. О былой истории Миссии в Пекине сегодня напоминают только камни — остатки надгробий русского кладбища за бывшими Аньдинмэньскими воротами города.
Архиепископ Пекинский и Китайский Симон (Виноградов)
Виноградов Сергей Андреевич родился в 1876 году во Владимире-на-Клязьме в семье священника. Был младшим из четырех детей, в четыре года лишился матери, а в шесть лет - отца. Закончил духовное училище и духовную семинарию во Владимире.
В 1898 году поступил в Казанскую духовную академию. Будучи студентом первого курса, 7 мая 1899 года был пострижен в монашество, а через два дня рукоположен во иеродиакона. В 1901 рукоположен во иеромонаха. В 1902 году окончил духовную академию со степенью кандидата богословия и с 16 мая 1902 года стал членом духовной миссии в Китае. Во время Боксерского восстания (в 1900-1901 гг.) она была полностью разгромлена, братия и прихожане укрывались на территории российского послольства. Восстановление миссии легло и на плечи иеромонаха Симона. Некоторое время он служил на подворье Миссии в Харбине, затем был назначен помощником начальника Миссии владыки Иннокентия в Пекине.
"Спустя всего несколько лет после полного разорения территория Миссии была восстановлена и располагала собственными хорошо оборудованными механическими мастерскими, пекарней, мыловарней, литейной мастерской, котельной, типографией, переплетными мастерскими, метеостанцией, баней, мельницей, молочной фермой, фруктовыми садами и огородами. Особую гордость составляла пасека, дававшая в год до 80 пудов отличного меда. В Западных горах, неподалёку от деревни Мэньтоуцунь, миссия купила заброшенную кумирню с участком земли и устроила там Крестовоздвиженский скит. В окрестностях Пекина и даже в соседних провинциях у неё имелись многочисленные фермы и станы.
К 1916 году число православных китайцев достигло 5587 человек, причём в 1915 году было крещено 583."
С появлением в Китае русских эмигрантов служение миссии приняло иной характер. Владыка Симон проявлял особую заботу о беженцах, многие из которых были далеки от Церкви. Это было трудное служение: перенеся ледовый поход и все тяготы беженской жизни, многие семьи рушились прямо на глазах. Владыка Иннокентий категорически не допускал разводов, а число заявлений катастрофически быстро росло. Нужен был пастырский подход, и бремя нелегких решений легло главным образом на отца Симона.
17 сентября 1922 года по определению Зарубежного Архиерейского Синода он был хиротонисан в Харбине во епископа Шанхайского, первого викария Пекинской епархии.
28 июня 1931 года, со смертью митрополита Иннокентия (Фигуровского), владыка Симон был назначен Зарубежным Синодом руководителем миссии с возведением в сан архиепископа.
Только 2 года правил владыка Пекинской кафедрой, но за короткое время своего правления начал сооружение величественного Шанхайского собора. В середине февраля 1933 года, совершая закладку Шанхайского собора, владыка Симон простудился. Болезнь прогрессировала, и 24 февраля 1933 года он тихо скончался. Тело его было перевезено в Пекин и погребено в склепе правой галереи храма Всех святых мучеников, рядом с местом погребения митрополита Иннокентия. При перенесении гроба в 1940 году было обнаружено нетление мощей владыки Симона.
По воспоминаниям архимандрита Константина (Зайцева) "Жизнь владыки Симона была воедино слита с жизнью Св. Церкви. Богослужений он никогда не пропускал, даже когда недомогал. В церковь приходил всегда до начала службы, по окончании которой клал еще много земных поклонов иконам. Во время службы владыка весь уходил в молитву, стараясь не пропустить ни одного слова из того, что поется и читается. Мы никогда не видели, чтобы во время службы владыка отвлекался чем-нибудь посторонним. Нам он строго запрещал разговаривать в церкви и сам первый показывал пример как исполнять это правило. Владыка очень чуток был ко всему, что не соответствовало духу молиты, духу церковности. Крайне сдержанный в своих суждениях вообще, в этой области он был судьею строгим и неподкупным.
Владыка был одарен глубоким и тонким художественным вкусом (он очень умело скрывал это) и всегда умел различать художественно-прекрасное от прекрасного духовно. Иконы и напевы, в которых благоговейная молитвенность сочеталась с художественным совершенством, приводила владыку в умиление. Но очень часто бывало, что он запрещал освящать икону несмотря, на ее художественное совершенство, или не разрешал исполнять чуждые духу молитвы песнопения. "Только слух раздражают и молиться мешают", говорил он про них.
Как-то раз владыка служил св. Литургию. Пришло время приобщаться. Владыка причастился Пречистого Тела Господня и взял уже в руки Св. Чашу. В это время певчие запели какой-то бравурный концерт. После секунды колебания владыка поставил Св. Чашу снова на Престол и молча стал ожидать конца концерта. Певчие пели довольно долго. Наконец кончили. Только тогда Владыка, помолившись, приобщился. А после службы со скорбью говорил: "Вот такое запели, что я и приобщиться не могу, а должен был ждать, пока они кончат"."
Остаётся лишь дополнить рассказ о Пекинской Миссии. Она была закрыта в 1954 году, через пять лет после китайской революции.
Северное подворье со всеми постройками и имуществом было передано в собственность Советского государства. В 1956-1959 годы в ходе грандиозных работ по строительству нового комплекса советского посольства, большинство прежних строений, в том числе церковных сооружений, было разрушено. Так, в 1956 году была разрушена колокольня, а в 1957 году взорван храм Всех святых мучеников, в котором находились мощи святых китайских мучеников и тела членов императорской семьи, расстрелянных в Алапаевске. Успенский храм был превращён в посольский гараж, ризница — в консульский отдел. Богатейшее собрание книг было сожжено.
В настоящее время на территории Миссии располагается Посольство России в Китае. На территории Посольства по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия 19 апреля 1997 г. был установлен Поклонный Крест в память истории Миссии, православных китайцев и русских китаеведов. В 2009 году была восстановлена и вновь освящена Церковь Успения — одно из немногих культовых сооружений, сохранившихся со времен Миссии, использовавшееся в советское время как гараж.
Южное подворье было передано китайскому правительству, равно как все имущество и здания православной церкви в связи с ликвидацией Восточно-Азиатского экзархата Московской патриархии в КНР. В настоящее время на его территории располагается муниципальный парк. В период Культурной революции варварски было уничтожено множество произведений многовековой православной культуры Китая. О былой истории Миссии в Пекине сегодня напоминают только камни — остатки надгробий русского кладбища за бывшими Аньдинмэньскими воротами города.
